Сладкая Морти

За всю свою долгую, полную кайфа и дерьма жизнь Рик Санчез побывал в десятках Галактик и сотнях измерений и понятия не имел, со сколькими живыми существами всех рас и полов ему пришлось переспать. Кто-то засовывал в него отростки своего тела, гладкие, колючие или покрытые скользкой слизью, в кого-то он сам толкался, шепча на ухо одни и те же слова на разных языках. Но ни у кого из них, как ни странно, не было кожи нежнее, чем у земных женщин, обладательниц удручающе немногочисленного количества отверстий для секса. И ни одна из этих женщин, в свою очередь, не могла бы сравниться по гладкости и мягкости своего эпителиального покрова с единственным существом во всей Мультивселенной, которое Рик боялся — и одновременно так отчаянно желал — потрогать. *** Федералы плотняком сидели на хвосте, и Рику пришлось угробить половину бака на червоточину до другого измерения и обратно, чтобы оторваться. На этот раз он и в самом деле хорошо им досадил — взломал систему безопасности федеральной тюрьмы и освободил больше десятка своих добрых приятелей, которых Федерация почему-то считала опасными галактическими преступниками. Нужно было залечь на дно. Приятели разбежались по своим укромным местам, и хоть бы одна собака предложила ему — их спасителю, как-никак — поехать вместе. Бормоча проклятия в адрес как федералов, так и своих, бывших теперь уже, друзяшек, Рик травил штурвал и хмурил бровь. Единственным относительно безопасным местом казалась родная Земля, не вошедшая пока в состав Галактической Федерации. Его дочурка, которую он покинул, уже выросла, наверно... Сколько лет назад это было? Десять? Двадцать? Для него эти годы слились в одну-единственную бесконечную череду перестрелок, перемежающихся такими же феерическими попойками. А вдруг крошка Бет до сих пор обижается на него и выгонит взашей, появись он у неё на пороге с просьбой приютить старика-отца? Но попробовать стоило. Вопреки его небезосновательным страхам, крошка Бет расплакалась от счастья при виде блудного отца. Изображая раскаяние, Рик смиренно пообещал «больше так не делать» и был торжественно представлен семье. Его дочурка за эти годы успела обзавестись муженьком-бестолочью и заделать от него аж двоих таких же бестолковых — судя по их поведению за семейным ужином — детишек. Но Рику было в принципе насрать на коэффициент их интеллекта — лишь бы под ногами не болтались особо и не отравляли его вынужденный отпуск в доме дочери. За ужином малышка Бет старалась, как могла, вовлечь родных в приятную беседу. Ни Рик, ни его увалень-зять по имени Джерри не горели желанием проникаться друг к другу родственным обожанием, старшая дочка Саммер отправляла кусочки отбивной в рот, не отрывая взгляда от экрана смартфона, помимо которого её в принципе, кажется, ничего не волновало... Лишь младший член семьи Смитов проявлял какой-то интерес к новоявленному родственнику. Равнодушный к детям как к особому, наиболее выводящему из себя и бесполезному классу живых существ, Рик не мог, однако, не отметить, насколько младшая дочка Смитов со странным для девочки именем Морти симпатичней, чем её старшая сестра. Даже несмотря на то, что она была плоской, как доска, что в области сисек, что со стороны задницы, обтянутой короткими легкомысленными шортиками, — не будь она его внучкой, и, конечно, будь на пару-тройку лет постарше, Рик, пожалуй, обратил бы на неё внимание, увидев её на какой-нибудь вечеринке или в баре, а то и решил бы подкатить. Девчонка таращила на Рика свои глазища, пока тот, важничая, рассказывал, в каких переделках ему пришлось побывать. Её круглая башка казалась чересчур большой для её тощего, невысокого тельца, что только подчёркивалось прической, представлявшей из себя торчащие во все стороны и выкрашенные в оттенки морской волны пряди, украшенные парой совершенно по-детски дурацких заколок в виде бантов. Она единственная, кроме Бет, слушала его хвастливые рассказы, аж приоткрыла рот, забывая класть туда пищу, и Рика даже немного переклинило — давненько он не встречал такого искреннего внимания к своей персоне. — А что, ты там, в космосе, всяких инопланетян видел? — спросило дивное дитя. — Самых разных. Похожих на насекомых, и на динозавров, и просто на бесформенный кусок желе. — И на Чужого? — Ага, и на Чужого. Они, между прочим, и мухи не обидят — трусы ещё те. — Ого. А... а с тентаклями видел? — И с тентаклями видел, — кивнул Рик и уже собирался рассказать о недавно встреченной им прекрасной обладательнице упомянутых щупалец и их незабываемом уик-энде... Но вовремя заткнулся. Морти, хитро глянув на Рика, открыла было рот для очередного вопроса, но мать перебила её: — Морти, отстань от дедушки и дай ему спокойно поесть! И жуй быстрей, пока не остыло, тебе пора делать уроки, а то опять получишь плохую оценку по математике! — Да, мамочка! — отозвалась чертовка нежным голоском и, улыбнувшись Рику, принялась за еду. — Не обращай внимания на Морти, папа, — извиняющимся голосом сказала Бет, когда младшая дочь доела и, выпалив «спасибо», усвистала наверх. — Переходный возраст, сам понимаешь. У меня особо нет времени воспитывать, а Джерри... не очень-то внимательный отец. — Да ты сама мне не дала в своё время надавать кое-кому по заднице! — возмутился Джерри, обороняясь. — Ремень по ней плачет, я тебе сто раз говорил! — Чей-то хороший член по ней плачет! — высказалась Саммер, не отрываясь от смартфона. — Саммер! — хором вскричали отец и мать, Рик чуть не подавился компотом, а наглая девчонка, как ни в чём не бывало, вышла из-за стола и удалилась с независимым видом, взмахнув рыжим хвостом. Бет и Джерри принялись обвинять друг друга в отсутствии таланта к воспитанию детей. «Ну и семейка», — подумал Рик и, поблагодарив дочь за ужин, отправился к себе. Ему выделили комнатушку в самом конце коридора, за комнатами детей, и, оценив её габариты, Рик заподозрил, что его устроили в бывшей кладовке. Туда едва помещались старая кушетка, шкаф и тумбочка, Рику, уже успевшему осмотреться в доме, куда больше пришёлся бы по вкусу вместительный, уставленный практически пустующими стеллажами гараж — там-то точно нашлось бы место для всех его научных экспериментов. Но выбирать не приходилось — спасибо, хоть тарелку разрешили туда поставить, а не оставили мокнуть под дождём во дворе. Крыша над головой, оладьи на завтрак, отбивные на ужин, относительно спокойные, хоть и туповатые домочадцы — в принципе, он неплохо устроился. Телевизор, диван и семейные перепалки в качестве развлечения — не бог весть что, но в его положении грешно мечтать о большем. Можно будет примерить на себя роль добренького дедушки, вернувшегося из дальних странствий и вспоминающего о них в обществе любопытных, внимательных внучек... Ну, или только одной внучки. Эта Морти, судя по всему, забавная девица, может быть, даже можно будет прокатиться с ней по Солнечной системе, недалеко, просто чтобы порисоваться перед наивной девчонкой... С такими умиротворёнными мыслями Рик, захватив полотенце, направился в ванную, дабы совершить омовения на сон грядущий. Проходя мимо комнаты с табличкой «Морти» на чуть приоткрытой двери, он случайно заглянул в щель... и засмотрелся. Морти крутилась перед зеркалом, одетая в полупрозрачную сорочку — одно название, а не одежда, будь Рик её отцом, он бы выпорол её за один только факт приобретения такой откровенно фривольной вещи. Сорочка не скрывала абсолютно ничего — ни нежных маленьких прыщиков, топорщившихся на тех местах, где положено быть груди у особ женского пола в возрасте юной мисс Смит, ни маленьких розовых трусиков-стрингов. Шальная девчонка вставала в разные, казавшиеся ей соблазнительными, позы, и щёлкала себя на камеру смартфона. Рик ужаснулся, представив, какого сорта аудитория будет любоваться этими снимками в соцсетях... Придумав очередную позу, Морти задрала подол сорочки, и Рик увидел нежные, бледные полупопия, такие маленькие, будто принадлежавшие даже не худосочной десятикласснице, а мальчику-подростку. Пытаясь найти ракурс получше, одной рукой придерживая прозрачную ткань, а в другой держа смартфон, Морти слегка повернулась, и Рик ужаснулся ещё раз: под ярко-розовыми девчоночьими стрингами отчётливо угадывался вполне себе мальчишечий член. — Чё за нахуй? — вырвалось у Рика изо рта, и его внучка (внук?) подскочила (подскочил?..) от неожиданности, оборачиваясь. При виде дедушки, стоявшего с разинутым ртом за дверью, существо, половая принадлежность которого перестала быть ясной для Рика в эту минуту, мигом одёрнуло сорочку и хитро ему подмигнуло. — Что, деда Рик, не спится? А я тут, эм... делаю селфи для нового аватара, поможешь выбрать? Таинственное создание с женским лицом и мужскими причиндалами распахнуло дверь, приглашая Рика войти, и тот, поколебавшись, всё же сделал это. Оглядевшись, он едва не ослеп — комната младшего представителя семейства Смитов была с пола до потолка увешана яркими постерами с японскими круглоглазыми девками — на одно лицо, но с разным цветом волос и размером сисек, завалена куклами, изображавшими их же, и подушками с принтами в виде тех же самых девок. — Твою ж мать, — сказал Рик, промаргиваясь, и сел на кровать, застеленную тряпкой с, само собой, принтом сисястой девки. Морти, хихикнув, присел (присела?!) рядом, протягивая ему мобильник, на полном серьёзе решив заморочить его помощью в выборе аватара. На автомате, стараясь не смотреть на едва прикрытую прозрачной тканью мучившую его часть тела, находившегося слишком близко к нему на кровати, Рик пролистал фотки. Прозрение — лучше поздно, чем никогда — ударило его по седой голове, привыкшей к трешу, творящемуся на просторах космоса, но совершенно не ожидавшей такого вот поворота в собственном доме. Тело, запечатлённое на фотографиях в похабных позах, стройное и подтянутое, принадлежало существу мужского пола. У него были тщательно подпиленные, выкрашенные розовым лаком ноготки на тонких пальчиках и нежная, бархатная кожа, за которой он, несомненно, старательно ухаживал, судя по батарее тюбиков и баночек на столике у зеркала. Его волосы были уложены в по-современному хулиганскую, но женскую прическу. Его кукольное личико с нарисованными бровями, точёным подбородком, очаровательным маленьким носиком и густыми ресницами над наивно раскрытыми глазами ни один специалист по нимфеткам не назвал бы мужским. И тем не менее, Морти Смит, единственный внук Рика Санчеза, кокетливо болтающий ножкой в ожидании, пока дедушка посмотрит фото, был самым настоящим мужиком, свидетельством чего был явственно выпирающий бугорок в его мелких, едва прикрывающих срам трусишках. — Я думал, ты девчонка, — проворчал Рик, просмотрев все фото до конца и вернув мобильник владельцу. Морти хмыкнул и внимательно посмотрел на него. — А я думал, ты знаешь, что у тебя внук и внучка. Ну ты даёшь. Двадцать лет где-то шатался и даже ни разу не позвонил дочери узнать, как дела? Морти встал и, отвернувшись от него, принялся переодеваться. Рик следил за ним на правах родственника тождественного пола и с каждой секундой убеждался — не увидь он члена, ни за что не догадался бы, что перед ним пацан, а не девка. Движения Морти, лениво снимающего сорочку и трусики и надевающего обычные слипы и пижаму, были совсем девчачьими — неторопливыми и плавными. Аккуратно сложив свой эротический наряд, он убрал его в шкаф и снова повернулся к деду. — Что, в космосе нету трапов, деда Рик? — ехидно спросил Морти. — Представь себе, нету, — раздражённо отозвался Рик. Действительно, сама идея — будучи мужчиной, притворяться женщиной, вести себя, как женщина — могла возникнуть только в башке у представителя такой ебанутой планеты, как Земля. Инопланетный народ одевался, как хотел, и ебался, с кем хотел, не делая трагедии из своей сексуальности и не утруждая себя навешиванием ярлыков типа «лесбиянка», «гей» или «трансгендер». Не зря федералы облетали матушку-Землю стороной и не стремились идти на контакт с её правительством, несмотря на достаточно развитой уровень технологии... — Спокойной ночи, Морти. Рик поднялся с кровати и направился к двери, старательно не показывая своей обескураженности. — Спокойной ночи, дедушка Рик, — прилетело ему в спину — нежно и слегка... кокетливо?.. Чувствуя, как багровеет затылок, Рик стремительно покинул вражескую территорию. Оказавшись за спасительной дверью, он запер её на ключ и, забыв, что так и не умылся на ночь, рухнул на кровать, дрожащими руками отвинчивая крышку с бутылки водки — ему просто необходимо было выпить. Он пытался понять, что же больше вывело его из себя — что он лоханулся, не распознав под женской личиной мужскую суть, или что всё это — то, как этот несносный мальчишка вертелся перед зеркалом, то, как он выглядел, двигался и говорил, то, что он был не тем, кем казался — до крайности, до перехода всех границ возбуждало его? Земля — мать всех извращенцев, и он, Рик, у которого встало на собственного внука — в самых их первых рядах. *** На следующее утро, проснувшись и спустившись к завтраку, Рик мгновенно понял, что за свою жизнь нехило где-то нагрешил и теперь вынужден расплачиваться. Юный господин Смит изволил спуститься к столу в самом настоящем платье, из-под плиссированной юбки которого виднелись самые настоящие, мать их, чулки. — Ты в школу так ходишь, Морти? — проворчал Рик, поспешно подбирая челюсть и пряча глаза, понимая, что вынужден будет выйти из-за стола последним — чтобы не демонстрировать семье восхищение, с которым его тело отреагировало на эффектное появление маленького негодника. — Да, а что? — с вызовом спросил Морти, набрасываясь на омлет. Рик покачал головой. Куда только смотрят его родители? Как Бет вообще позволяет сыну так одеваться? За двадцать лет, пока он веселился, устраивая революции на другом краю Млечного пути, эта планета стала ещё хуже, ещё развращённее... — Юбка слишком короткая, — укоризненно сказала Бет, не догадывавшаяся, слава Богу, об истинных причинах отцовского неодобрения. — Даже у этой... как её... Джессики юбка не такая короткая, детка, тебе стоит подумать об этом. Там всё-таки... мальчики, ни к чему привлекать лишнее внимание. Кусок застрял у Рика в горле — Морти ведь не девица, чьё, интересно, внимание он хочет привлечь?.. Мысль о том, что эти стройные, обтянутые капроном ножки после уроков, возможно, раздвинет какой-нибудь прыщавый недоумок-старшеклассник, почему-то привела Рика в негодование. Но он и виду не подал, естественно — вот уж не хватало, палиться на идиотской ревности. — Да в США ударил бы демографический кризис, если бы не эти юбки старшеклассниц, мечтающих об избыточном внимании, — фыркнул Рик, и Морти хихикнул, подарив ему озорной взгляд, а Бет сердито покачала головой. Джерри обвёл всех тупым взглядом, подняв на мгновение глаза от планшета с игрой в лопанье шариков, а Саммер, видимо, считала, что каждый может одеваться в меру своей распущенности, и не проронила ни слова по поводу внешнего вида брата. Вообще психика у этой девчонки была довольно крепкая, отметил Рик, а может, ей было просто насрать на всё происходящее... Бет ушла мыть посуду, Джерри поволокся на поиски работы, Саммер ушла не прощаясь, а Морти упорхнул, махнув всем ручкой. Облегченно вздохнув, Рик тоже покинул столовую. Нужно было разобрать багаж и попытаться выклянчить у Бет хоть часть гаражного помещения — в голову ему пришла одна очень перспективная идея, но ему нужно было что-то побольше его тумбочки в качестве рабочего стола. Перед тем, как снова спуститься к Бет, Рику пришлось зайти в ванную — передёрнуть. Стояк не спадал, а лететь куда-нибудь поебстись не было ни времени, ни желания. Терзать член, уставясь на своё отражение, было плохой идеей, и Рик закрыл глаза, попытался представить свою последнюю любовницу. Он не дрочил, наверное, с самого детства — горячие шлюхи всегда были рядом, готовые прыгнуть на член по первому его свистку, и он отвык от рукоблудства. Всякая чушь приходила ему в голову вместо томно стонущей и прикрывающей глаза, млеющей от неги красотки — тентакли, почему-то лезущие ему в нос и рот, Чужие, щелкающие челюстями... Морти, одетый в маленькую плиссированную юбочку — и больше ничего! Морти, который стоял перед зеркалом и подмигивал ему в отражение, прикусив край губы, а сам при этом пощипывал свои торчком стоящие соски... потом, задрав юбчонку, погладил бугорок, выпирающий через тонкие стринги... А потом повернулся к Рику спиной и, оттопырив зад, поглядывая на него из-за плеча, оттянул узкую полоску ткани так, что стало видно его маленькую, розовую... — Бляяядь... — протянул Рик, кончая и сотрясаясь всем телом, еле удержавшись рукой об стену. — Твою ж мать! — выругался он, открыв глаза и увидев, что безнадёжно забрызгал спермой шкаф под раковиной. — Придурок! — прорычал он злобно, уставясь на своё отражение. — Старый больной мудак, о чём ты только думаешь! Рик Санчез участвовал во многих сражениях, за наживу и справедливость, в одиночку и плечом к плечу с верными боевыми соратниками, проигрывал нередко, но чаще побеждал. Но сейчас война ещё не началась, а он уже проиграл — самую бессмысленную и беспощадную войну с самим собой. Сдался, капитулировал и позорно сбежал с поля битвы, наскоро пройдясь куском туалетной бумаги по забрызганной им шкафной дверце. Борьба за гаражное пространство прошла намного более успешно — растроганная предложением отца помочь с ремонтом всей техники в доме, Бет тут же предоставила ему право безраздельного владения вожделенным помещением. Не успел Джерри вернуться со своих так называемых поисков, Рик уже перетаскал в гараж свой научный хлам, теснившийся в коробках на полу его комнатушки, и прочно угнездился за верстаком. Пришедшая ему в голову идея должна была принести ему десятки, а то и сотни тысяч космобаксов. Если только ещё найти способ сбыть товар в обход федералов! Но это детали, сейчас главное — успех самого эксперимента. Рик клепал боевого дрона. С искусственным интеллектом, с возможностью коммуникации с другими такими же дронами. Вооружённый лучевой пушкой малых габаритов, но чрезвычайной мощности, дрон становился смертоносной, не знающей усталости и милосердия боевой единицей. Где-то на задворках Галактики всё ещё шли бесконечные войны, на тех отсталых планетах, где правители были бы рады простому огнестрельному оружию, а уж за его дронов будут готовы отвалить половину своих алмазов. А с алмазами-то он обогатится в любой части Галактики совершенно легально. Первый, экспериментальный дрон вышел не без косяков, и Рик отложил его, собираясь использовать как базу для последующих наработок. В процессе учёному пришла парочка хороших идей, и следующих дронов он делал уже по новым задумкам. В результате у него получилась целая коробка маленьких, но смертельно опасных летающих роботов с централизованным управлением — гордясь собой, Рик назвал их «Летучая смерть» и убрал коробку подальше, чтобы не бросалась в глаза чрезмерно любопытным посетителям. Сладко потянувшись, Рик достал из ящика под верстаком бутылку, намереваясь вознаградить себя за часы напряжённого труда. Хорошенько глотнув, он взял в руки прототип Летучей смерти. Нужно разобрать на детали, решил Рик, ни к чему оставлять на виду такую опасную игрушку. Взяв отвёртку, он принялся откручивать микросхему. — Привет, деда Рик, — развязно сказал Морти, подкравшись сзади тихо, как кошка, выдувая пузырь ядовито-розовой жвачки и лопая его прямо над плечом у Рика. Вздрогнув от неожиданности, Рик уронил дрона на пол. Смертоносный белый луч вырвался из пушки, которую учёный не успел открутить, и сжёг к чертям собачьим ножку стула, на котором сидел Рик. — Твою ж мать! — сердито вскричал старик, еле успев вскочить с покосившегося стула и пиная ногой дрона, чтобы вырубить пушку. Луч погас; матерясь, Рик подобрал дрона и гневно воззрился на Морти. Маленький любопытный паршивец, везде сующий свой нос, пришёл разнюхать, чем занимается его дедушка. — Как дела? — как ни в чём не бывало, поинтересовался Морти, будто бы не на его глазах только что за одно мгновение было уничтожено несколько кубических сантиметров дерева. — Просто отпад, — прошипел Рик. — Какого хуя ты подкрадываешься, Морти? Эта хуйня могла убить нас обоих, нам, блядь, просто повезло!.. — Убить нас? — недоверчиво переспросил Морти. — Ты что, оружие тут делаешь? А мама в курсе? Опешив от такой наглости, Рик глянул на него, наскоро развинчивая дрона и вытаскивая из него опасную начинку. — Из-за тебя наш дом может взлететь на воздух, и ты просто так сидишь тут и делаешь эту штуковину? — спросил Морти, опираясь своей тощей задницей о край стола и скрещивая ноги. Паршивец припёрся к нему сразу после уроков, не переодеваясь, в своём блядском школьном платьице, из-под которого так возмутительно-соблазнительно выглядывали его тощие коленки, а также кокетливые рукава-фонарики и кружевной воротничок белой блузки. У Рика пересохло во рту: его внук был ходячим воплощением секса и, по-видимому, прекрасно осознавал это, сидя тут перед Риком и выдувая свои ужасные жвачечные пузыри прямо у него перед носом. — С нашим домом ничего не случится, если кое-кто не будет мешаться под ногами и отвлекать меня, — проворчал Рик, выбрасывая остатки треснувшего корпуса в ведро. От дрона остались лишь лучевая пушка, пара микросхем, несколько проводов и камера, пока ещё подключенная вместе с остальными к телефону Рика с помощью специальной, созданной им же программы. Рик хотел было уже засунуть бренные останки в ящик с деталями и убрать его на стеллаж повыше, но у Морти было на этот счёт своё мнение. — Знаешь, что, — сказал этот маленький упырь, вытаскивая изо рта жвачку и прилепляя её под столешницу верстака. — Отдай мне эту камеру. — Что? Нахуй тебе камера, Морти? — вылупился на внука Рик. Тот достал из кармана леденец, неторопливо развернул и сунул в рот. — Кино фнимать, — отозвался наглец, которому был явно велик леденец. Чувствуя, как его штанам становится велик его член, Рик спросил как можно ехиднее: — Разве для съёмок собственной мастурбации уже не хватает камеры с твоего айфона, Морти? Мальчишка явно покраснел, но тут же взял себя в руки и, всё так же нагло, ответил: — С чего это ты взял. Я хочу стать оператором, вообще-то. Собираюсь поступать в Академию кинематографических искусств, ясно тебе? — Так попроси у родителей. Пускай подарят вместо очередных трусов, которые стоят, как пятьдесят моих. — Я шмотки себе вообще-то на свои карманные деньги покупаю, — обиделся Морти, и Рик усмехнулся. — Значит, и на камеру накопишь. Всё, вали отсюда, у дедушки Рика ещё полным-полно дел. Но маленькая оторва и не думала сваливать. — Не отдашь — расскажу маме, что ты тут оружие клепаешь и подвергаешь всех нас опасности, — сказала дерзкая сучка, проводя языком вдоль леденца и глядя на Рика из-под ресниц. Заворожённый этим провоцирующим жестом, Рик переглотнул, не сразу въезжая в смысл угрозы. По большому счету, его не сильно взволновала вероятность того, что Бет узнает про оружие, которое он мастерит за её спиной. Он был учёным, и он знал, что дочь восхищается им, уж скорее Морти достанется за то, что лезет не в своё дело, чем ему, Рику, запретят делать то, что ему хочется. Гораздо сильнее его напрягали совершенно другие обстоятельства — а именно, собственный стояк, неумолимо крепнущий, несмотря на утреннюю дрочку. Его лабораторный халат пока что скрывал свидетельство его преступной страсти, но ещё немного — и всё станет видно, правда вырвется наружу, и тогда... Рик не хотел думать о том, какой спектакль устроит ему пиздюк, увидев, как действует на собственного дедушку. Поэтому, сдаваясь, он сгрёб с верстака камеру и сунул в руки Морти, а потом схватил мальчишку за его милый маленький воротничок и встряхнул, прошипев при этом злобно: — Забирай, гадёныш, но чтоб духу твоего не было в гараже, пока я здесь работаю, ясно тебе, маленькая избалованная дрянь? — Отвали, — прошипел Морти в ответ, пытаясь отцепиться от старика. Убрав камеру в карман юбчонки, он отошёл на пару шагов и сказал: — Как мне подсоединить её к своему компу? Переходник гони, мудила. Молча Рик протянул ему проводок. Расплывшись в улыбке, негодник подмигнул ему и, виляя тощими бёдрами, направился к выходу. — Спасибо, дорогой дедушка Рик, — протянул он медовеньким голоском, обернувшись на уставившегося ему вслед Рика. — Иди на хуй, идиот, — буркнул Рик, отворачиваясь. — Да я не против, — сказал невозможный мальчишка, и с воплем «А ну, пошёл вон, я кому сказал!» Рик швырнул в него первым попавшимся предметом — полупустой бутылкой водки. Взвизгнув, Морти едва успел укрыться за дверью, а Рик, оставшись один, первым делом нашёл новую бутылку, с остервенением ополовинил её, а уж затем убрал осколки. Жизнь в доме дочери казалась ему всё менее и менее спокойной. *** Соблазн был велик, соблазн был сильнее воли Рика, да он и не пытался с ним бороться, взломав камеру, которую отдал Морти, стоило мальчику подсоединить её к своему компу. Дождавшись, когда программа подаст сигнал о том, что пацан начал записывать видео, Рик подключился к камере. И не сказать, чтоб сильно охуел, увидев, как его внук гладит себя, устроившись на стуле напротив объектива. В принципе, он так и думал, когда мальчишка выпрашивал у него камеру. Интересно, блядь, куда стервец потом отправит это видео? Своему парню? На сайт знакомств? Или в какую-нибудь задрипанную порно-студию, готовую ради прибыли закрыть глаза на несовершеннолетие звезды? — Академия кинематографических искусств, блядь, — бормотал Рик, поспешно расстёгивая ширинку и доставая член — мальчишка на экране был настолько горяч, что он рисковал кончить в штаны. Одетый в ту самую сорочку и казавшиеся ещё меньше, чем прошлые, стринги, Морти сидел на стуле, раздвинув ноги и задрав прозрачную ткань выше пупка, так, что Рик с точностью до деталей мог разглядеть его обычно впалый, но из-за позы слегка пошедший очаровательными складочками животик, пирсинг, торчащий из пупка, в виде гвоздика с шариком, намазанные светло-розовым лаком ноготки на босых ногах. Одной рукой паршивец придерживал край своей одежонки, другой же ласкал себя, проводил по груди, задевая соски и морщась при этом, гладил хорошо заметный под блестящей серебристой тканью трусиков член, засовывал палец в рот и медленно вытаскивал, оставляя на нём слюну... и всё это — не отрывая взгляда от объектива. В волосах его не было никаких бантиков, беспорядочными клочками они падали ему на лоб, облепляли шею. Макияж он выбрал яркий, постаравшись для съёмок, и существо мужского пола в нём совершенно нельзя было признать, если бы не стоявший наизготовку член. У Рика самого стоял с первой секунды видео, так, что он взмок, даже ещё не приступив к делу. Поганец пялился прямиком в камеру, подмигивая и слегка улыбаясь, будто бы зная, что Рик здесь, что Рик на него смотрит... Будто бы стараясь для Рика. И это сумасшедшим образом заводило. Буквально через несколько резких, уверенных движений Рик содрогнулся, обкончав собственный верстак. Пару мгновений посидел, закрыв глаза и приводя дыхание в порядок... и перешёл ко второй серии, обещавшей быть более долгой и принести менее сумбурные впечатления. Кончив разок, он мог более внимательно следить за происходящим на экране, за разнузданным, развратным мальчишкой, не подозревавшим, что за ним наблюдают. Морти тоже решил перейти ко второй серии. Вскочив со стула, он исчез из кадра на пару секунд, в затем вернулся, сжимая в руке... не слишком большой, но и не маленький дилдо в виде симпатичного розового члена. Блядь, блядь, блядь, подумал Рик, обмякая за верстаком, у него снова стоял, как будто бы он не кончил несколькими секундами ранее. Подмигнув в камеру, поганец взобрался на стул на этот раз коленями, оттопырив зад. Серебристый шнурок впивался ему между булок, которые так и хотелось потрогать — Рик даже облизнулся, осознав, что изо рта у него стекает нитка слюны. Повиляв хорошенечко своим задом, Морти оттянул вбок шнурочек стрингов и погладил дырку. Та влажно блестела — готовился заранее, вот паршивец! У Рика горело лицо, рука медленно скользила вверх и вниз по члену, и, видит Бог, он был в раю. Ухватившись за спинку, Морти снова оглянулся и, старательно глядя в камеру, потёрся розовой игрушкой о свою дырку, обвёл по кругу, прикрывая глаза. Камера работала со звуком, и Рик услышал тихий стон. Вот ведь педик малолетний, кто бы мог подумать, что у его крошки Бет и её недалёкого мужа выросла такая оторва!.. Вновь простонав, мальчишка неторопливо протолкнул дилдо внутрь, затем вытащил, потом снова и снова, ускоряя темп и пристанывая в такт движениям. — Да, папочка, — выдохнул он, прогибаясь в спине, и Рик больше не смог — закрыв глаза и откинув голову, он прорычал проклятие и довёл себя, снова забрызгав многострадальный верстак. Отдышавшись, он снова перевёл мутный взгляд на экран. Морти трахал себя розовым членом и стонал, как заправская шлюшка, тело его извивалось, а одна коленка то и дело соскальзывала со стула, и было ясно, что он вот-вот придёт к разрядке сам. — О да, вот так, кончи для папочки, сладкая детка, — послышался вдруг чей-то низкий, хриплый голос. Рика будто водой окатили: в доме точно не было чужих, значит... значит, развратный гадёныш устроил порносеанс в прямом эфире! Вскочив со стула, он рывком застегнулся и ринулся наверх, в комнату Морти. Слабый замок не смог оказать ему должного сопротивления, и Рик ворвался в комнату как раз вовремя, чтобы застать внука, почти сползшего со стула и дрожащего в оргазме под хриплые стоны невидимки в каком-то приложении для виртуального общения, запущенном на компе. Подскочив к столу, Рик хлопнул крышкой ноутбука, прекращая «свидание», и обернулся к внуку. — Это что ещё за хуйня? — грозно вопросил он. Морти, соскочив со стула, судорожно пряча за спину свою игрушку, покраснел, как помидор, и явно был напуган неожиданным появлением дедушки, но быстро взял себя в руки и вновь напялил личину наглеца, которому всё нипочём. — Это ты мне скажи, какого хуя ты вламываешься в мою комнату? Что хочу, то и делаю! — с вызовом сказал паршивец, сдувая волосы, упавшие на лоб. — Что значит, блядь, что хочу, то и делаю? Хочешь сказать, что твоя мать разрешила тебе устроить в её доме ебаный виртуальный блядюшник? — Это моё дело, ясно? — Морти подарил ему испепеляющий взгляд. — Ты что, подглядывал за мной? — Ты украл у меня камеру, придурок, технически она моя, — отозвался Рик, прищурившись. Морти фыркнул и отгородился от него дверцей шкафа. — Я не обязан перед тобой отчитываться. Забирай свою чёртову камеру, извращенец, и вали из моей комнаты, — донеслось из-за дверцы. — Ну уж нет, — хмыкнул Рик, сложив руки на груди в ожидании, пока пиздюк переоденется. — Мой внук торгует собой, и я должен вот так просто взять и спустить ему это? — Да ты позавчера приехал, мудила! — Морти выскочил из-за шкафа полуодетый, прыгая на одной ноге, другой пытаясь попасть в штанину явно чересчур узких джинсов. — Двадцать лет где-то шлялся и тут заявился и решил, что может указывать всем, что им делать! Пошёл ты знаешь, куда!.. — Ты сам сейчас отправишься в одно очень интересное место, тварёныш! — прорычал Рик, подскакивая к пацану и хватая его за волосы на загривке. — Ещё раз узнаю о чём-нибудь подобном — надеру тебе зад собственноручно! А потом ещё Бет добавит!.. — Не смей говорить ей! — прошипел Морти, с ненавистью глядя на Санчеза, но тот фыркнул ему в лицо. — Не смей заниматься подобным говном, засранец! Рик отпустил его и пошёл к двери. Его всё ещё переполнял гнев, и даже он сам не мог бы ответить, что было истинной причиной его ярости — то, что его внук оказался виртуальной проституткой, или то, что какой-то чужой мужик — и, скорее всего, далеко не один — передёргивал на мальчишку, облизывал его похотливым взглядом, представлял, как лапает его и засовывает в него свой отвратительный вонючий член... — Блядь! — взвыл Морти за его спиной, и Рик, подскочив, обернулся. Смит открыл ноутбук и лихорадочно стучал клавишами, а потом повернулся к деду и, вне себя от ярости, выпалил: — Он не заплатил! Ушёл из конфы, не перечислив денег, и я даже не знаю, как с ним связаться! Это ты виноват, мудила!.. — Морти, — стараясь быть спокойным, сказал Рик. — Если ты, ты такой идиот, что не берёшь за свои услуги предоплату, то это твоя проблема, а не моя! — Козлина... — совершенно расстроенный, Морти пару раз обновил браузер, проверил свой смартфон на предмет сообщений и сокрушённо вздохнул. — Я уже сделал заказ на сайте... Его должны привезти через полчаса... а мне нечем платить... Доволен, мудила?.. Морти посмотрел на деда с мировой скорбью в глазах и всхлипнул. Рик почесал лысину. — Что ты заказал? — Что? А... да шмотки новые. Куртка кожаная и шорты. И чокер... Мама мне такое ни за что не купит, — горестно вздохнул Морти. — Вам, тупым безвкусным идиотам, не понять, что такое классная одежда... А мне что делать? Я же не на мосту по ночам стою... Как мне ещё заработать? Сам не понимая, что говорит, Рик, у которого при одной мысли о Морти в кожаных шортах снова засвербило между ног, проворчал: — Так и быть, добавлю тебе, сколько не хватает. Но ты за это поможешь мне. — Ты? Дашь мне денег? — Морти радостно встрепенулся, но потом вспомнил, что он вообще-то гордый, а Рик — мудак и скотина, и снова насупился. — И чего тебе нужно? — Прикроешь меня на одной, ээ, деловой встрече. Заодно космос повидаешь. Покруче фильмов от BBC, уж поверь мне. — Ну... ну хорошо, — неуверенно согласился Морти, в котором алчность победила гордость. — И маме не говори... про камеру, ладно? — Замётано, — согласился Рик. *** — Ты что, в этом лететь собрался?.. Нет, Рику, конечно, очень нравилось, как выглядит его внук в своём новом прикиде. Чёрная кожаная курточка с металлическими кнопками и шипами на плечах, небрежно накинутая на обтягивающий розовый топ без лямок, чудом державшийся на худосочном тельце, и облепившие задницу чёрные блестящие шортики — у кого угодно крышу снесёт. И этот ёбаный проклёпанный чокер вокруг тонкой бледной шейки... Вдобавок паршивец навёл себе дикий макияж и выпрямил волосы, а на ноги напялил ботинки на высокой подошве. И как с таким лететь через космос?.. — Морти, тебя выебут на первой же остановке, — откашливая ком, вставший в горле, проворчал Рик. — Но ты ведь не дашь меня в обиду, правда же, дедушка Рик? — поросёнок хлопнул ресницами, изображая ангельскую невинность. — Ладно. Садись в тарелку, а я... я забыл портальную пушку у себя наверху, сейчас вернусь. Рик вылетел из гаража. Ему срочно нужно было опустошить яйца. Полчасика бок о бок с упакованным, как порнозвезда, внуком — и он не ручался, что не станет тем самым насильником, от которого нужно защищать малыша Морти. ...Мрачно глядя в лобовое, Рик вёл тарелку, стараясь не смотреть вправо, где, забравшись на сиденье с ногами, его внук по своему обыкновению облизывал вопиюще огромный леденец, умудряясь при этом стрекотать, как пулемёт. — Ты с инопланетянами встречаться будешь? Ты им оружие продашь? Это незаконно? А если за нами погонится полиция, ты их убьёшь? А если нас подстрелят, как мы попадём домой? Никогда не видел настоящих инопланетян! А мне можно будет пойти с тобой?.. — Нет! — рявкнул Рик, сто раз пожалевший, что взял с собой эту болтливую сучку. — Будешь сидеть в тарелке и в нужный момент отвлечёшь их! Когда я скажу, понял?.. Если эти парни тебя увидят, они заберут тебя в рабство, блядь, в гарем к своему султану, будешь там полы мыть, а по выходным член сосать, усёк?.. — Ну вот... — расстроился Морти. — А я думал, увижу инопланетян... Они как насекомые? Или как Чужой? А если они отложат в тебя яйца, я должен буду убить тебя?.. — Блядь, — простонал Рик, прикладываясь к фляге, которую предусмотрительно наполнил перед полётом. — Заткнись, Морти, а не то я сам отложу в тебя яйца, а потом убью... Морти обиженно замолчал и принялся разглядывать звёздные системы, пролетавшие за окном. Рик летел дальними тропами, чтобы не нарваться на патруль Федералов, и Морти получил возможность увидеть Солнечную систему с очень красивого ракурса — точно как на рисунках в энциклопедиях по астрономии. Солнце осталось позади, Проксима Центавра подмигнула им издалека — клиент ждал Рика в ебенях галактики, куда не заходит нога добропорядочного инопланетянина. Парковка для кораблей, на которой они высадились, была такой же задрипанной, как и всё, наверное, на той планете. Рик выдал Морти ЦУ, снабдив наушником с микрофоном и велев ждать приказа, взял с заднего сиденья коробку с Летучей смертью и отправился в космотель, где в комнате под номером тринадцать его ждал уполномоченный одного весьма кровожадного инопланетного короля. — Здорово, чувак, — приветствовал Рика шестиногий милашка, приветственно помахав обеими руками, представлявшими четвёртую пару его конечностей. — И тебе не сдохнуть, братишка, — отозвался Рик, отдавая ему коробку. Алчно шевеля усами, инопланетянин порылся в коробке и удовлетворённо кивнул. — Всё просто чики-пуки, братан, — сладко пропел паучок и протянул Рику небольшой кейс. Проверив содержимое, Рик захлопнул кейс и, прижав его к груди, отдал приказ в свой микрофон: — Морти, заводи! Недоуменно раскрыв рот, паучина уставился на Рика всеми своими фасетками. Рик подождал секунду, но ничего не произошло, и он повторил: — Морти, блядь, приём! Я говорю, пора! И снова ничего не произошло. Выругавшись, Рик сделал ручкой ничего не понимающему пауку и двинул на выход. Его план по обжуливанию инопланетянина провалился — Морти, паршивец, должен был выпустить гранату в стену космотеля, чтобы Рик под шумок забрал бы себе и кейс с алмазами, и свою коробку с дронами. Но мальчишка не сделал того, что должен был — засмотрелся в зеркало? Заслушался радио? Ну, сейчас он ему устроит... Но всё было гораздо хуже. Добравшись до тарелки, Рик обнаружил, что она пуста — дверца открыта, а мальчишки и след простыл. Оглядевшись в панике, он увидел корабль, садящийся на парковку... Из него выскочила парочка вооружённых федералов и тут же кинулась к нему. — Блядь, — прошипел Рик, прыгая в тарелку и включая режим неуязвимости. — Чтоб тебе пусто было, сраный паук, сдал меня этим говнарям... Пули федералов защёлкали по стёклам тарелки. Послушав, как жуки орут ему что-то угрожающее, Рик мрачно состроил фак и показал им в окно, а затем, не дожидаясь, пока они вернутся в корабль и активируют своё супероружие, просто сжёг их из корабельного огнемёта. Потом то же самое проделал с их космолётом. Посидев минутку и убедившись, что всё тихо, сунул в карманы парочку бластеров и отправился на поиски Морти. Время поджимало — не дождавшись ответа от уничтоженного Риком экипажа, федералы тут же пошлют сюда ещё один, он знал их, как облупленных. Вариантов было немного: он не слышал шума улетающего звездолёта, пока находился в комнате номер тринадцать, значит, этого идиота не могли увезти далеко. Скорее всего, как он и сулил этому любителю чужого внимания, на него польстились местные пацаны и затащили в одну из комнат мотеля. С наслаждением представляя, каким именно способом надерёт зад поганцу, Рик отправился на обход космотеля. Не утруждая себя стуком, он выбивал ногой хлипкие замки и утихомиривал тех, кто начинал возмущаться, просто показав им бластер. Наконец, череда его сегодняшних неудач закончилась: в одном из дальних номеров он увидел своего нерадивого внука, с которого стащили его куртку и розовый топ и теперь держали на коленях, пытаясь залезть ему в рот языком. — Доставка пиццы, — проворчал Рик и уложил обернувшегося на него негодяя выстрелом в лоб. Мальчишка еле успел спрыгнуть с завалившегося набок тела. Видать, у Рика был вид, не обещающий ничего хорошего — Морти смотрел на него, как нашкодивший котёнок в ожидании взбучки, и даже совершенно жалким образом попытался прикрыть свою наготу, скрестив на обнажённой груди ручонки. Подойдя, Рик схватил его за волосы — Морти побледнел и весь дрожал, даже не пытаясь вырваться. — Я, блядь, что тебе сказал? — угрожающе-тихим голосом спросил Рик. — Сидеть! В грёбаной! Тачке! — П-прости... прости меня, пож-жалуйста... — пролепетал Морти, зажмуриваясь, в полной уверенности, что схватит сейчас самой настоящей пизды. Однако его отпустили, швырнули ему его одежду и, подождав, пока он оденется, еле справляясь дрожащими руками, подтолкнули к двери. Они взлетели как раз в тот момент, когда на горизонте показался корабль федералов. Увидев свою добычу, жуки принялись палить из пушек, но Рик, усмехнувшись, двинул по газам — и жалкая планетка осталась далеко позади. — Чуть не попались из-за тебя, придурок, — проворчал Рик, ставя на автопилот и доставая флягу. — И дроны мои остались у этого фрика восьмилапого. Эх! Говорил же, сиди в тачке... Тупица, блядь. Морти сидел на своём месте тише воды, ниже травы, боясь глаза поднять — совсем не похожий на того развязного засранца, забравшегося с ногами на сиденье и причмокивающего леденцом. Видимо, первое знакомство с инопланетянином оказалось не совсем таким, как он представлял... — Ого, какой костюмчик, — сказала Саммер, встретив их во дворе. — По-моему, даже для тебя чересчур, Морти. — А по-моему, в самый раз, — дерзко парировал Морти, снова превращаясь в отвязного раздолбая — будто и не было этой позорной истории, в которую он вляпался из-за своей блестящей, проклёпанной задницы. — И вообще, это деда Рик подарил. Гордо вскинув голову, Морти удалился с независимым видом. Рик, ошалевший от такой наглости, только рот разинул, провожая взглядом маленький виляющий задок. — Он врёт, Саммер, я бы никогда... — Не парься, деда Рик, — отозвалась невозмутимая девчонка. — Выпросил, да? Смотри, сядет тебе на шею, потом не отвяжешься. Дёрнув плечом, Саммер ушла, а Рик поспешил набубениться, что было ему просто необходимо для восстановления изрядно потрёпанных нервов. *** На ужин Морти не спустился, в гостиную смотреть вечернее шоу тоже не пришёл, и Рик наслаждался покоем в голове и в штанах. Однако на следующее утро мальчишка решил отыграться за подаренные накануне несколько часов безмятежной свободы от своего общества. Оказывается, вместо ужина он вырезал отвратительные розовые сердца из бумаги и ночью, когда все уснули, развесил их по всему дому. Рик, несомненно, был гением, но он в жизни не сумел бы предвидеть, что когда-нибудь окажется в доме, в котором празднуют этот наивный до тупизны праздник — день святого Валентина. Бет нажарила оладьи в виде сердечек и томно улыбалась мужу, протягивая ему то баночку с медом, то вишнёвый сироп. Саммер буквально стекла под стол, с головой уйдя в свои переписки. А Рик... Рик не знал, куда деваться — ему кусок не лез в горло под осторожными, кроткими, исполненными нежности взглядами, которые будто невзначай бросал на него Морти. Почему-то выглядевший сегодня почти прилично — старые потёртые джинсы, свисающий с одного плеча растянутый свитер, полное отсутствие макияжа и укладки — поганец был необычно молчалив, но взгляды его были красноречивей всяких слов. Еле впихнув в себя порцию оладьев, Рик поспешил откланяться, не желая ни находиться с озабоченным внуком за одним столом, ни ждать, пока кто-нибудь заметит эти адресованные ему взгляды, что бы они ни значили. Закрыв дверь гаража, Рик вздохнул было с облегчением. Но его мучения на сегодня лишь только начинались. Услышав робкий стук в дверь, Рик, не успевший даже дойти до верстака, скорбно воззрился на дверь, не пытаясь противиться судьбе, просто смиренно ожидая, когда она исполнит свою очередную прихоть. Показавшийся в дверях мальчишка был робок, аки утренняя фиалка, покрытая росой. Смущённо потупившись, он подошёл к деду и под его пристальным взглядом протянул ему небольшую коробочку, завёрнутую — как же, блядь, иначе, в такой-то день — в розовую упаковочную бумагу. — Это тебе, — тихо сказал Морти. — Мне... мне стыдно, что из-за меня ты потерпел неудачу... и я решил загладить вину. Молча Рик взял у него коробочку, положил в карман. — Только не выкидывай, пожалуйста, — попросил Морти, густо краснея. Кинул на него взгляд исподлобья и, криво улыбнувшись, ушёл. Рик перевёл дух. Первым его желанием было тут же швырнуть подарок в мусорку — и никогда не узнавать, что там было. Хватит с него мальчишкиных сюрпризов. Его члену, правда, они были как раз по душе... Зарычав, Рик сорвал блестящую бумажку с коробки и недоуменно уставился на то, что было в ней. Малюсенькое устройство наподобие пульта для техники, только с единственной кнопкой. Повертев неведомую хрень в руках, Рик пару раз нажал на кнопку. Ничего не случилось, и он положил пульт на стол, решив спросить у мальчишки при встрече, что это — или забыть навсегда. Хотел было достать бутылку — но его отвлёк телефон, просигналивший о входящем сообщении. «Хочешь узнать, от чего этот пульт? Подключись к своей камере». Рик почесал в затылке. Судя по всему, пишет ему пиздюк, как-то прознавший его номер. Рику не нравилось, когда с ним играли в неизвестные ему игры, но ему хотелось узнать, что на этот раз затеяла маленькая бестия. Включив свой ноутбук, он подключился к камере, которую отдал мальчишке. — Привет, Рик, — сказал Морти, лежащий на своей кровати, как ни странно — полностью одетый. — Ещё не догадался, для чего нужен пульт? Если нет, нажми на кнопку один раз. Чувствуя себя дураком, Рик выполнил его просьбу. С потолка не упали розовые шарики, и его не окатило водой, только Морти на экране как-то странно вздохнул и прикрыл глаза на мгновение. — Отлично. Мне нравится, — с придыханием сказал мальчишка. — А теперь нажми, пожалуйста, подряд три раза... Один, два три. Морти вздохнул ещё глубже, задерживая дыхание, а потом посмотрел в камеру, провёл языком по губам и рассмеялся. — Просто отлично, Рик... То, что надо. — Твою же мать!.. — догадка обожгла Рика, пройдясь горячей волной по внутренностям, и он едва не выронил пульт. Дерзкий мальчишка неприкрыто смеялся над ним, проходя языком по кромке зубов. — Если ты нажмёшь на кнопку и не будешь убирать палец, то сможешь ещё больше контролировать процесс, — промурлыкал чертёнок, прижмуривая глазки, улегшись на спину и глядя в камеру, задрав голову. Камера, наверно, стояла где-то на полке над его кроватью — Рику было хорошо видно всё тело издевавшегося над ним мальчишки и его раскрасневшееся возбуждением лицо. Пару секунд Рик провёл в бездействии, кое-как удерживаясь на краю пропасти... Затем прошипел ругательство сквозь зубы и прижался пальцем к кнопке, не сводя глаз с мальчишки. Того будто подкинуло, а затем размазало по кровати, он изогнулся и прикрыл глаза, прикусив губу и постанывая. Чувствуя, как пот стекает по лбу, Рик убрал палец с кнопки. Гораздо более мутным взглядом, будто кот под валерьянкой, Морти уставился в камеру. — Просто... просто отпад, Ри-ик, — протянул паскудник хриплым голоском и томно улыбнулся. — Хочу ещё... пожалуйста, сделай так ещё... Не понимая, почему идёт на поводу у испорченного мальчишки, Рик снова нажал на кнопку. И держал, пока Морти не заскулил, вцепившись рукой себе между ног. Его волосы растрепались, он жмурился, мотал головой и стонал, как в бреду. Последние, еле слышные отзвуки голоса разума затихли в седой башке Рика, и он отпустил себя на волю. Серией коротких нажатий, имитирующей ритм движений при занятиях сексом, он добился того, что Морти вцепился зубами в подушку, чтобы заглушить свой бесконечный стон. — Бож-же... Ри-ик... — простонал Морти, чьё тело извивалось, повинуясь воле хозяина пульта, в такт толчкам вибрации внутри. Его рука всё время тянулась к ширинке, но каким-то чудом это исчадие ада умудрялось сдерживать себя и лишь проводило ладонью вдоль члена сквозь одежду, а потом вцеплялось в подушку так, что пальцы белели. Неизвестно, насколько бы его хватило — Рик не выдержал первым. Швырнув в карман подарочек маленького приспешника Сатаны, Рик схватил портальную пушку и телепортировался в комнату внука. Первым делом пришлёпнул на дверь, выломанную им в прошлый раз, магнитный замок, и лишь затем подскочил к Морти. — Мог бы не париться с замком, Рик, — нежно сказал ему мальчик, взглядывая на него из-за ресниц. — Ко мне никто не заходит с тех пор, как Саммер увидела меня танцующим стриптиз под Weaked Games... Рик перекинул ногу через его распластанное на кровати тельце и навис над ним. Затем положил руку ему на горло и слегка надавил. — Покажи мне, — скорее губами, чем голосом велел Рик, но Морти его понял. Стоя над ним на коленях, Рик завороженно следил, как мальчик расстёгивает джинсы, стягивает их вместе с трусами — обычными мужскими трусами, и поворачивается на живот, чтобы продемонстрировать Рику свои ягодицы и недлинную прочную цепочку, болтающуюся между ними. Конец цепочки был украшен кулоном в виде маленькой милой бабочки с усеянными стразами крылышками, и Рик залип на мгновение, разглядывая её. Затем достал из кармана пульт и, нажав на кнопку, потянул цепочку. Морти ахнул и замычал куда-то в простыню, а из его задницы — Рик не торопился, наслаждаясь зрелищем — один за другим показались два блестящих шарика со встроенными вибраторами. Подождав, пока Морти уймёт дыхание, Рик отбросил шарики вместе с пультом на дальнюю сторону кровати и снова развернул мальчишку на спину. — Какого чёрта ты творишь, Морти? — спросил Рик, еле сдерживая то ли ярость, то ли похоть — он и сам не понимал. — А тебе разве не нравится? — усмехнулся мальчишка и потёрся коленкой об его промежность, а ладошкой провёл по груди. — Ах ты... маленькая шлюха, — прорычал Рик, хватая его за руки и прижимая их по обе стороны от его головы. — Издеваешься надо мной, тварёныш?.. — Я... я хочу тебя, — сказал Морти, облизнув пересохшие губы, дерзко глядя на него. — Неужели ты не понимаешь?.. Хочу тебя, мудила!.. Мгновение Рик, впечатлённый такой прямолинейностью, таращился на него, затем спросил: — И какого чёрта я должен делать с этим, Морти? — А разве непонятно? — шепнул Морти. — Просто трахни меня. Паршивец развёл ноги и раздвинул руками свои ягодицы, не сводя глаз с его лица. Потёр пальцем пульсирующую дырку, а затем провёл пальцами ноги по напряжённому бугру у Рика в штанах. — Шлюха, — повторил Рик, рассматривая раскрывшегося мальчишку, уже совершенно ослеплённый похотью. А потом расстёгнул молнию и вытащил член. Скользнув по нему взглядом, Морти залился краской и зажмурился, но лишь сильнее развёл ноги, приглашая в себя. Рик проверил дырку, убедившись, что мальчишка залил туда достаточное количество смазки, а игры с шариками подрастянули её, примерился членом и, не тратя времени на прелюдии, вошёл. Внутри было неожиданно узко — мальчишка, старательно изображающий из себя раскрепощённое дитя современности, когда дошло до дела, почему-то принялся зажиматься. Но Рик уже спустил тормоза и нёсся на всех парах. Маленькая шлюха пожелала быть выебанной? Кто он такой, чтобы отказывать! Эта шлюха — его собственный внук? Он честно держался целых три дня, пока его соблазняли, ни о каком растлении не может быть и речи! Шлюха плачет и кусает губы? Её проблемы, в следующий раз подумает, прежде чем играть с Риком Санчезом!.. Морти морщился от боли и действительно даже плакал, но упрямо продолжал подставляться, хотя даже если бы он попросил Рика прекратить — вряд ли тот внял бы его просьбе. Всё зашло слишком далеко. Он и так уже был достаточно распалён представлением, которое устроил ему мальчишка, а, увидев его влажную, розовую дырку, напрашивающуюся на его хуй, потерял остатки соображения. Его хер рвал задницу Морти, будто бы она и в самом деле принадлежала пропитой шлюхе из какого-нибудь далёкого космического борделя... А не его несовершеннолетнему внуку, такому горячему, хоть и гораздо менее искушённому, чем он сам хотел казаться. Рик действительно хотел его — с той самой минуты, когда увидел его вертящимся перед зеркалом — мальчишку в женском обличье. Был ли он бабой, которой природа по ошибке приделала член, или обычным закомплексованным подростком, прячущим свои проблемы за вызывающей внешностью? Рику было насрать — этот мальчишка был самым странным, что могло родиться на их родной планете, и таким подходящим для него — старого извращенца, который думал, что уже не сможет никогда ничего захотеть по-настоящему. — Доволен, сучёныш?.. Тебе засаживает твой собственный дед, ты доволен, маленькая блядь? — бормотал Рик, склоняясь над ухом Морти и не замечая в своем безумии, что Морти еле сдерживает рыдания, а его личико залито слезами. Когда всё закончилось, Рик, тяжело дыша, уронил голову на грудь мальчишке. Отдышавшись, он услышал всхлипывание и поднял голову. Зарёванный, без своей косметики и дурацких бантиков в волосах, растрёпанный и покрасневший, Морти больше не казался девчонкой — он был просто слишком красивым мальчиком, которого только что жёстко выебали. Сморгнув с ресниц слезинки, Морти явно через силу улыбнулся ему, и до Рика вдруг дошло, что он даже не в курсе, кончил ли его партнёр. Ему было просто не до того... Рик медленно отстранился, выходя, и мальчик снова сморщился от боли. — У тебя никого не было, да? — спросил Рик, и Морти кивнул. — Нельзя было сказать пораньше? — А я вообще не знаю, с чего ты решил, что я шлюха, — Морти надул губы, и Рик едва не фыркнул. Действительно, с чего... Он слез с мальчишки и улёгся рядом, уставился в потолок. — Теперь... теперь ты скажешь отстать от тебя, верно ведь? — тихо спросил Морти. Рик вздохнул и повернул к нему голову. Встретившись с ним взглядом, Морти, опять собиравшийся начать плакать, поспешно отвернулся, и Рик просунул руку у него подмышкой, прижал его к себе. — Нет, — сказал он ему на ухо и поцеловал его взмокший затылок. — Нет, Морти. Не скажу.