Жизнь справедлива со всеми

Красный. Внезапно все стало красным. Видимость уменьшается, а дым покрывает все вокруг. Огонь. Огонь вздымался. И открывал за собой две дороги. Одна была в пламени, но пройти можно попытаться. Другая же была чиста, но более длинная. Какую выбрать? Куда пойти? Пламя доганяет, надо решать. Многие бы, как и Юнги, выбрали дорожку, что была меньше всего в огне. Но какое же пламя непредсказуемо, прям как жизнь. Ибо быстро словило парня, и повалило его на землю, обжигая. — СТОП. — в полный голос вскрикнул Юнги тут же поднявшись с кровати. Повезло ему, что у него была отдельная комната, хотя стены картонные, кто-то да и услышать мог. — Сон.. блять, всего лишь сон! , — тихо жаловался парень. Он опустил голову, зажмурился, задумался. Как настоящий.. Сон.. Он будто настоящий, а обжоги — реальные, но рассматривая в свете сумерек свои руки, Юнги был цел и невредим, из-за чего он лишь вздохнув облокотился на спинку кровати. "Это что-то значит?..": спрашивал в мыслях себя парень. Юнги лишь стал больше шипеть и хватать себя за волосы, пытаясь вспомнить детали сна. Вдруг вещий? Или кто-то хочет предупредить и защитить? Мысли парня будто в тумане после такого сна, ибо теперь кажется, что с под темноты кто-то на него смотрит, будто кто-то смеётся над ним, будто стены стали меньше, будто воздух душит. Сепия, все в шумах. Но Юнги вспоминает себя, которого видел в сне, с канистрой в руках. Это был он. Канистра, странная куртка на нем, и тихое "бульторунэ" что сказал парень про себя с ухмылкой на губах, кидая зажигалку на пол. Он хотел поджечь этот сиротинец, эту жалкую школу неудачников, со всеми его жителями. Как символ его старых времён. Будто отказавшись и отрицая свое прошлое что-то изменится. Будто жизнь начнётся с нового листа. Так будет делать лишь напуганный дурак, который, как Юнги, внезапно из улицы окажется внутри горящего дома. На распутье двух дорог. Юнги выбрал ту, что казалась легче, но испытал поражение. Интересно, выбрав он другую, он бы выжил? Он бы выбрался? Нет. Боже, что за умора. Лишь глупцы думают, что мы владельцы своей судьбы. Думают, что случайности и в правду случайны. Думают, что мы способны изменить то, что нам давным давно предрешено. И это дошло, дошло до головы Юнги, он понял, что ценой своего прошлого, он не улучшит свое будущее. Ибо каждый человек без прошлого никто. И отказавшись от своего прошлого, свое теперешнее ты превращаешь в то самое прошлое. И вот так по кругу. Потому какой стропой Юнги бы не пошел, огонь должен был бы догнать его, и ему было суждено сгореть так до тла. С прошлым живут. А не выживают. Прошлое ценят. А не переписывают. Твое прошлое творит твое будущее. И от этого - не сбежать. Для кого-то в новинку наверное, что кто-то так обдумывает свои сны. Кто-то считает их урывками своей прошлой жизни. А на самом деле сны это факты, которые вы должны принять, с которыми вы должны смириться, прям как со своим прошлым. С мыслями об этом Юнги поднял рукав своей кофты, и поднес к ней лезвие. Перерезать вены в темноте такое себе занятие конечно. Но увы иначе ни как, а то спалится ещё. Кто-то спросит зачем? Кто-то скажет суицид для слабаков! Суицид для сильных. Вы когда-то задумывались какого людям, которые решаются на это? Это не авария, в которую человек внезапно попал. Это не контрольная, к которой человек готовился. Это отключка. Отключка психики. И включения страха, который правит тобой, движет, манипулирует. Страх оказаться никем. Страх, что ты просрал то самое прошлое, которое могло сделать тебе лучшее "теперь". Страх того, что ты уже не большее, чем порох, что разлетается на ветру. И лишь сильные решаются перестать терпеть это. Но силён тут только страх. Страх, который подталкивает. И уязвимые людишки, которые идут у него на поводу. Потому Юнги не дурачек.. зачем бояться огня, с которым можно поиграть? Зачем убивать себя лезвием по которому можно ходить? Мама Юнги была такой. Она была уязвима. После предательства мужа и кучи кредитов, она не нашла иного выхода и сдалась в плен страха, который подсказал убить себя. Она думала это заложено в генах. И если она решилась, то и её сын решится, и он следом пойдет за ней. Но она не знала, что её сын не такой. Увидев как его мама умерла у него на глазах, он не сдался. Он поплыл по течению жизни не потому что иного выхода не было, выход всегда есть. Просто он решил на время залечь на дно. Поиграть. А за тем приставить это лезвие к горлу страха, и заставить играть его уже по новым правилам. Но видимо Намджун, что резко включил свет в комнате и увидел Юнги, что водил по венам лезвием понял не так. — Ты что творишь?! — с страхом крикнул Джун подлетая к Юнги и откидывая канцелярский нож с его рук. — Я? Играюсь, — расплавившись в сумасшедшей улыбке ответил парень. — Ты сумасшедший?? Ты не задумывался как со стороны твои игры виглят?! У парня тут же появился оскал на лице, который он превратил в грустную ухмылку. И повернув голову к автору вопроса, задал встречный: — А должен? Продержав небольшую паузу, при этом не получив ответа, парень уже опустив голову продолжил, но уже более тихо и судорожно: — Я ненавижу свой голос, — говоря это, он прижался к стене, — я ненавижу тот сранный внутренний голос, который напоминает войну миров и управляет мной, — на этот раз парень стал тихо царапать её кончиками ногтей, — я ненавижу свое лицо, тело, лахмотья которое ношу, — к парню вернулась прежняя уверенность и привычная ухмылка, — Я ненавижу себя. Так кому и что я должен? Парень начал в судорге смеяться и качаться в стороны протирая глаза. — Я всегда думал на всех людей одна мечта, и это сделать мир лучше.. Парень выровнялся и перестал качаться в стороны, став серьезным. — Но... Но я оказался не прав, какая досада, — с этими словами Юнги резко наклонил голову, а серьезность в тоне лишь увеличилась. — Но я не притворялся святым, зачем, лишь больше серых красок себе в жизнь бы придал.. Парень решил сесть по удобнее. А Намджун лишь нарягся в ожидании чего-то. — Так что не желаю я видеть себя со стороны. Потому прекращай любоваться проколами других, и за своими уследи. Сам хоть и в маске святого, но я то знаю, у всех грехи есть, — протягивая и мотая указательным пальцем сказал парень, — что тебе и жизни не хватит чтоб отмолить их. Юнги стал мяться. А Намджуна стал переполнять шок. Но Юнги продолжал: — А зачем? О жизни после смерти ничего неизвестно, и существует ли она вообще? Люди такие глупые.. верят в того, кого не видят... Молятся тому, кто им не помогает.. так ещё и за свою следующую жизнь заботятся, когда эту устроить не могут.. хах, как же низко.. Взбросил лёгкий смешок, устроив монолог. — Ты. — сказал Юнги, подняв взгляд и заглядывая в глаза Намджуна. — Ты единственный, кто у тебя есть. От тебя все зависит, ты сам себе помощь и свое спасение. Единственный, в кого ты должен верить. — проговаривал парень дёргая опущенной головой и тыкая пальцем Намджуну в зоне груди. — А не в каких-то там богов.. легче жить верой в себя, чем посвящать свою жизнь другому создателю.. Легче не морочить голову за следующую жизнь, и думать за сегодняшнюю... Легче совершать грехи и получать с них ценный опыт с уроками, чем думать, что на этом жизнь заканчивается... — А я верю. — наконец решил подать голос Намджун, остраняясь, ибо понимает, что старший с собой ничего не сделает. Но Юнги лишь с насмешкой посмотрел на Намджуна, а в его взгляде так и читалось: "ну давай, порази меня, если сможешь". — Я верю в свои силы. И думаю другие люди тоже. Кому-то эти силы придаёт Бог, кому-то друзья, кому-то даже семья, вау. Мне же эти силы придаю я сам себе. — Намджун стал отходить, и присел напротив Юнги. — Но в тоже время я никто. Как и все остальные люди. Для этого и были придуманы взаимоотношения, дружба, связи. Лишь при помощи и поддержке других мы можем добиться успехов. — Бред. — перебивая резко сказал Юнги. — Это твое мнение, и менять его я не собираюсь. Но я намерен сделать предложение: как на счёт того, чтоб объединить силы людей, у которых мечта такая же как у тебя. Конечно, у каждого своя модель жизни и представление о ней. Но задумайся. Пытаясь проникнуть в душу и шатая Юнги за плечи говорил Намджун. — Все мы разные, и это и позволяет нам сосуществовать вместе. Случайности не случайны. Войны, смерти людей, это все не просто так. Это всё идёт в пользу эволюции. Но если все жили только своими идеалами, всего этого не было, жизни не существовало бы и вовсе. Потому я предлагаю тебе присоединиться в нашу команду, ты ведь тоже хочешь как можно скорей уйти отсюда, хочешь зажить по новому, познать таки наконец-то всю сладость жизни. И мы сможем этого добиться. Если объединимся. Искренность в голосе Намджуна поражала его. Но и Юнги на то и Юнги, он недоверчив. Потому окутав младшего холодным взглядом, Юнги убрал его руки и поднялся. — В поиске союзников я не нуждаюсь, потому уходи. Намджун лишь вздохнул опустив голову, но продолжать не стал и послушав старшего поднялся и при выходе с комнаты сказал: — Приму это за то, что тебе нужно подумать.