Идеальный 6

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Five Nights at Freddy's, Frostpunk (кроссовер)

Пэйринг и персонажи:
Майк Шмидт, Генри Эмили
Рейтинг:
R
Размер:
Мини, 5 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: Ангст Кроссовер ООС

Награды от читателей:
 
Описание:
Уже почти неделю город стоял в напряжённой тишине. Вечная зима, конечно, тоже этому способствовала, но на данный момент ситуация накалилась до предела. Чарли, дочь того самого Генри Эмили внезапно пропала. Без следов, записок и боя.

Посвящение:
Моей конфе по Фнафу, где мы и замутили этот кроссовер, моему соролу с которым мы ролили в три часа ночи и вам естественно.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Немного поясню что происходит, ибо точно найдутся люди не шибко знакомые с канонами Фростпанка и тем более его кроссовера с Фнафом:
Генри Эмили - капитан, инженер и глава города, который должен спасти себя и своих жителей от ядерной зимы.
Майкл Шмидт - разведчик, дослужившийся до бригадира команды. Возглавляет почти все экспедиции в своей группе. Цель экспедиций - нахождение новых территорий для пополнения запасов угля, паровых ядер или еды.
Уилл Афтон - инженер, лучший друг Генри, большое количество времени проводит за проверкой генератора, который обеспечивает тепло всему городу и не позволяет всем замёрзнуть насмерть в -150.
Джереми Фицджеральд - синоптик, лучший друг Майкла, помогает когда может, часто переговаривается с ним в столовой.
Не претендую на глубину сюжета и хороший литературный слог, так как фанфик буквально "родился" на глазах из-за нескольких ролевых постов и безделья.
6 февраля 2020, 02:08
      Уже почти неделю город стоял в напряжённой тишине. Вечная зима, конечно, тоже этому способствовала, но на данный момент ситуация накалилась до предела. Чарли, дочь того самого Генри Эмили внезапно пропала. Без следов, записок и боя. Разведчики стирали ноги в кровь и морозильные носы до побеления, но так и не смогли узнать хотя бы примерное местонахождение девочки. Среди них был и Майкл Шмидт. Будем честны, на него это дело и повесили, как никак тот дослужился до бригадира и в свои двадцать девять уже успел много открыть в ледяной пустыне. -Сэр, прошу простить за дерзость, но мы тут ходим уже битый час. Всё окрестности города были перерыты уже по нескольку раз, а она не могла зайти дальше. Если мы не хотим пропасть вслед за бедной девочкой, то нам лучше направиться в город — с такими словами к нему подошёл один из разведчиков. Остальная команда понуро закивала головами, соглашаясь со словами смельчака. Все знали что Чарли скорее всего мертва и лежит либо под слоем снега, либо под отколовшейся льдиной. Даже самые опытные разведчики не могли столько продержаться в глуши без еды и нужного снаряжения, что уж говорить о ребёнке. Шмидт нахмурился. Он знал что его люди говорят правду, да и по прогнозам синоптиков надвигается страшная пурга, из-за чего видимость станет почти нулевой, а температура понизится ещё на несколько градусов. Словно минус ста пятидесяти им было мало. Как бы Майк не ненавидел бросать дела незаконченными, но он не хотел ещё больших человеческих жертв, да и идти наобум было бы в крайней степени безрассудно. Перехватив фонарь поудобнее, бригадир развернул команду. Через пол часа пути и повторный пересчёт все спохватились. Не хватало одного человека. Рядом вспыхнуло пятно света. Это был отставший человек, сигналивший своим. Он что-то кричал остальным и жестами требовательно просил подойти к нему: -Сэр! Сэр! Мистер Шмидт, мне кажется я нашёл что-то. — свет фонаря опустился до небольшого скола в земле, образовывающего подобие пещеры, в которую не смог засыпаться даже огромный слой снега. Там лежала она.

×××

      Три требовательных стука в дверь капитанского дома и она отворилась. Не желая пускать холод в дом, Майкл сразу же зашёл в холл. Там, чинно сложив руки за спиной, стоял Вингельм. Разведчик невольно поморщился от накативших воспоминаний связанных с этим человеком. Винг был одним из тех выживших после обвала в шахте, но сильные повреждения позвоночника сделали его немощным неспособным передвигаться человеком. Шмидт помнил как мельком увидел его в госпитале и бог ему свидетель, его состояние было просто ужасным. А потом как гром среди ясного неба появился Эмили. И теперь железный экзоскелет помогает юноше жить, а сам он стал правой рукой главы города. -Генри сейчас в своём кабинете? — без приветствия спросил Майк, снимая шапку. -Да, а у вас какие-то срочные новости? — с открытым скептицизмом спросил юноша. Отношения с своевольным разведчиком у него были напряжённые. -Чарли нашлась. Мне нужно обсудить с ним это лично — сделав акцент на последнем слове, Шмидт посмотрел на собеседника. -Чарли нашлась? Ох, надеюсь эти вести улучшат состояние мистера Эмили. Он в последнее время сам не свой, — воодушевление в голове Винга позабавило бригадира. Лишь на долю секунды. Потому что потом Вингельм всё понял. Огонёк его глаз погас, а голос стал тише — Вы знаете куда идти, мистер Шмидт.       По дороге к кабинету Майкла посещали тревожные мысли. Нет, не то чтобы ему было в новинку говорить с семьями погибших. Просто к Генри у разведчика двоякое отношение. С одной стороны вот он — гений, спасающий человечество от ядерной зимы. С другой же Шмидта пугала эта фанатичная страсть к робототехнике, аниматронике и далее по списку. Ну не мог здоровый человек так сильно привязаться к паровым машинам, чья основная цель была выработка тепла и развлечение детей. Тем более их очеловечивать. Уилла Афтона Майкл к той же лиге не причислял — тот в основном работал с генератором, хоть и создал похожего робота что и у Генри, поставил милый голосок, простенькую программу самообучения и отправил своё творение покорять просторы столовой и голодных людей. Эмили же неотступно находился рядом со своими созданиями, как любящий отец, но иногда это могло перейти все грани. Поэтому стучать в дверь кабинета и говорить о реально умершем ребёнке главы города решительно не хотелось.       Три стука, негромкое войдите и Майкл уже стоял внутри, ежась не столько от настоящего, сколько от внутреннего холода, который источал человек перед ним. — Мы нашли её...сэр — негромко отчеканил Шмидт, встав у двери и с опаской смотря на осутулившуюся фигуру Генри Эмили, опирающуюся о дубовый стол. — Отлично, приведите её сюда — выцветшим и монотонным голосом сказал капитан. Со времени пропажи дочери Эмили словно потерял все эмоции и цвета, став серой массой на фоне себя прошлого. И даже новоиспеченный робот Юнит, несмотря на программу самообучения и невероятной человечности не смог помочь мужчине. Механик не плевал на свою дочь, Майк это понимал. Но разведчик не знал чему пугаться — фанатичной одержимостью робототехникой и бьющие через край эмоции или нынешнему состоянию Эмили. — Генри — осторожно начал Шмидт, оттягивая шарф, чтобы его слова было лучше слышно. — Генри, ты сделал всё что мог — на выдохе сказал Майкл, снимая гору с плеч и передавая её Эмили. Спустя несколько минут тишины, Генри тихо сказал: — Выйди из моего кабинета — нет, звучала не ядовитая злоба, не душащая грусть. В голосе спасителя города звучало отчаяние, как когда одна деталь не подходила к другой. — Есть, сэр — Майку не нужно было объяснений, ссор или долгих душевных разговоров. Он всё понял.

×××

      От Генри ничего не было слышно уже несколько месяцев. Он не бросил управление городом, просто делал теперь это исключительно через письма. Эмили закрылся в себе, на утешения не отвечал, а всех подопечных он отослал подальше. К нему пытался зайти Уилл, даже письма писал и на всё получил твёрдый отказ и вечно закрытую дверь капитанского дома.       Майка это сейчас не особо волновало. У Майка были дела похуже.       Всё началось как очередная экспедиция в особенно гористой местности, которые по несчастью Шмидту встречались редко. Как кто-то из отряда сказал первый опыт всегда самый горький. Капитан лишь усмехнулся и направил всех на привал. Нужно было передохнуть и заполнить карты. Разбили лагерь, местные повара уже доставали провизию для перекуса. Ребята валились с ног после долгого блуждания по снегу и запах еды только сильнее раззадорил отряд. Все сгрудились вокруг костра, что-то обсуждали и ждали законного обеда. Кто-то даже потянулся к гитаре. Вдали послышалось гудение. Никто не обратил на это внимание, все шёпотом переговаривались, не желая получить нагоняй от капитана за лишний шум. Гул становился всё громче, пока не превратился в шум. Кто-то насторожился. Один за одним команда вставала, потом поднялся и Шмидт. Все недоумённо переглядывались, пока не послышался крик: -Лавина!       Для Майкла время замедлилось. Все подорвались со своих мест, кто-то брал свои вещи, кто-то бежал вдаль. Он помнит что кричал им что-то, что не нужно паники, нужно прикрыть рты и носы и следовать за ним, не по прямой, а почему-то под откос. А точно, там Шмидт заприметил что-то вроде укрытия хоть и не был в этом уверен. Но сейчас на раздумья не было времени. Убегая, никто старался не смотреть назад или слышать чужие крики о помощи. -Капитан!       Шмидт развернулся и еле успел сгруппироваться, прежде чем его снесло. Снег ударил по рукам, пытаясь пробраться за них, пролезть в глотку и убить их обладателя. Тело постепенно заволакивало, после чего оно начало мёрзнуть. Мысли стали размытыми, в ушах гудело, рюкзак потерялся ещё при столкновении со снегом, а Майкл Шмидт молил бога, чтобы тот сохранил его жизнь. Сначала он ничего не понял. Глаза ослепило на несколько секунд, а в ушах стояла кристальная тишина. Сфокусировав зрение на одной точке, понятнее не стало. Он определённо был под завалом и всё же выжил. Было светло, значит сейчас Майк находится ближе к поверхности. Ну хоть одна хорошая новость. Разведчик попробовал пошевелиться — тело отозвалось с неохотой и страшной усталостью. Только сейчас Шмидт начинал понимать насколько он замёрз. Интересно, сколько он уже тут? Его отряд ищет его? Если конечно там кто-то остался. Так, нужно сфокусироваться и решать проблемы по мере их поступления. Разогрев руки и ноги, странно, но ниже коленей Майк почти не чувствовал холода, разведчик сплюнул что бы понял куда ему откапываться. Минут десять и он выберется на поверхность. По крайней мере, он должен выбраться. Рукичала копали, а потом начали колотить снежную поверхность. Он чувствовал как разум покидает тело, значит времени осталось крайне мало. Кричать бесполезно, снег полностью звуконепроницаем и Майкл это знал. Господи, как же не хотелось умирать! Прямо сейчас, когда он так близко к освобождению, но от холода тело отказывается слушать.       Рывок. Явно не его, Майк уже не мог что-либо сделать. Шмидта буквально вырвали из-под снега и осторожно приподняли его голову, освещая глаза фонарём. Бригадир поморщился от яркого света. -Он жив! Наш капитан жив! — волна звуков разрушила тишину. Но они были настолько не ясны и далеки от него, что создавалось ощущение что с ним говорят из-под подушки. Перед глазами поплыли чёрные точки, после чего они закрылись. Наконец, хоть немного отдыха. Восторженные крики сменились на тревожные.

×××

      Очнулся Шмидт в санитарном пункте. Как он добрался туда или кто его сюда доставил, было неясно. Память решительно не хотела работать после того, как Майка достали из лавины. Из мерного бубнежа медика, разведчик понял что отделался лёгкой потерей памяти и обморожением ног. Погодите, что? Майк встрепенулся и попытался согнуть ногу. Часть до колена спокойно его слушалась, а вот другая не поддавалась. Он её не чувствует. Чёрт возьми, он не чувствует того из-за чего мог ходить всю жизнь. Желая подавить начинающуюся истерику, одна из сестёр сказала что ампутацию делать не нужно и что после курсов длительной терапии Шмидт снова сможет идти. Правда, на костылях и останется калекой, но ведь это лучше чем умереть под толщей снега? Оставив Майкла в растерянности, кашей в голове и у койки, медик удалился.       Пожалуй единственным утешением в этот период жизни стали чуть ли не ежедневные походы Фицджеральда. Лучший друг не бросил его даже сейчас, беспомощного и в прямом смысле отмороженного. Джереми мог просто зайти и они болтали обо всём что могли, от ужасной еды и прогнозов погоды до откровенно плохих шуток, с которых оба смеялись как сумасшедшие на злобу всем. Возможно именно из-за этого Шмидта так быстро выписали из больницы вместе с ниоткуда взявшейся инвалидной коляской с которой они с Джереми мучались недели две, прежде чем Майк смог самостоятельно на ней передвигаться. С новой работой тоже были трудности — калекой ты не в разведку не в шахты не нужен. А если ты не нужен — значит от тебя легко избавиться. Отшучиваясь о весьма затруднительном положении Шмидта, Уилл намекнул на то что Майк мог стать неплохим картологом. Ей богу, как бы бывший разведчик недолюбливал механика из-за токсичности по отношению к нему, совет оказался весьма полезен. Еженедельно Шмидт получал сводки с разведок, брал в руки перо с грифелем и начинал составление новой карты, уточняя некоторые моменты либо лично, либо в письмах. Получалось недурно да и Майкл заслужил некую репутацию просветлённого, над которой мог хорошенько посмеяться в свободное время. Жизнь шла своим чередом.

×××

      Опустив перо на стол и ещё раз сверившись со сводками, Шмидт убеждённый в хорошем результате отложил ещё одну карту. Вечер незаметно настиг город, хоть и при условиях вечной зимы время суток различалось крайне сложно. Отложив все принадлежности картолог стал изучать утреннюю почту, к которой у него раньше не тянулись руки. Газета, реклама, новые сводки, письмо от Генри. Письмо от Генри? Майк заинтересовался. Они с ним не пересекались уже больше полугода, что могло произойти? Осторожно вскрыв конверт Шмидт начал читать его содержимое

“ Майклу Шмидту

Приветствую Майкл. Я понимаю мы давно не общались, но произошли непредвиденные обстоятельства, которые должны быть решены в срочном порядке. И я обращаюсь за помощью к тебе. Объясню всё на месте, если ты подумаешь то поймёшь почему я не могу рассказать всё в письме. Ожидаю как можно скорее.

Генри Эмили “

      Шмидт несколько раз перечитал письмо. Непредвиденные обстоятельства? Не может объяснить всё в письме? Да что случилось такого? И почему ему нужна именно его помощь? Если только Эмили не узнал о восстании. Тогда письмо резко начинает приобретать смысл. Генри нужна помощь от того у кого хорошие связи с разведчиками — а именно бывший разведчик. Возможно что бы преждевременно покинуть город и переждать бурю народного недовольства. А письмо пришло только утром. Чёрт, нужно торопиться.       Три требовательных стука в дверь капитанского дома и она отворилась. Не желая пускать холод в дом, Майкл сразу же заехал в холл, благо размер прохода позволял ему это сделать. Там, чинно сложив руки за спиной, стоял Вингельм. Вингельм? Разве Генри до сих пор не держит своих подопечных подальше? Как же много он пропустил в госпитале. -Мистер Эмили запросил личную встречу. Он в кабинете? — всё так же без приветствия спросил Шмидт. — Эмили сейчас отсутствует на рабочем месте. Но он предупредил меня о вашем приходе. Поищите его в мастерской. — спокойно ответил Вингельм, глядя на гостя — Извините, мне не дозволено туда ходить.       Плюнув на Винга, Шмидт поехал вдоль по коридору. Найти мастерскую было не сложно, учитывая что она занимала добрую половину капитанского дома. По прибытию дверь открылась перед ним даже без стука. Было очевидно, Генри ждал его именно здесь. -Приветствую, Майкл. Заходи, я давно жду твоего приезда — от своего прошлого состояния Эмили отличался активной жестикуляцией и улыбкой до ушей. Как тогда когда Чарли подарила ему свой первый рисунок или при первом удачном запуске Юнита. Что могло его так обрадовать?       Шмидт заехал в мастерскую, в то время как Генри по швейцарски закрыл за ним дверь. Что-то щёлкнуло. Шмидт обернулся и посмотрел на Эмили. Тот поправлял очевидно заевший палец на протезе левой руки. -Так, для чего ты меня позвал? — Шмидт решил не отъезжать от входа, для удобства обоих. — Ну, ты ведь понимаешь, сейчас на экспедициях находиться стало очень опасно. С твоим уходом дела обострились. Люди погибают даже не успев дойти до нужного места, а таких опытных разведчиков как ты я ещё не смог найти, — Эмили медленно прошагал по комнате вперёд, обойдя картолога и встав у рабочего стола.— Изучение новых территорий застопорилось, а рабочих не хватает. Прервав речь на несколько секунд, Генри осмотрел Шмидта с головы до ног, словно только сейчас понял что тот был калекой. — Кстати, я сожалею о случае с лавиной и о том что не мог помочь тебе должным образом. Меня тогда всё ещё грызла моя собственная грусть. — образ механика на секунду помутнел. — Перейди к сути, Эмили — Шмидта достала эта напускная похвала. Если это то ради чего Майклу приходится сидеть здесь, то лучше ему прямо сейчас развернуться и уехать. Отбросив вежливость картолог посмотрел прямо в глаза капитана. Задорные и весёлые, как было всегда, только сейчас в них блистал какой-то нездоровый огонёк. — Ты ведь помнишь случай с Чарли? Ох, бедная девочка. — Генри говорил так будто эта самая «бедная девочка» не являлась его дочерью. — Ха… А ведь знаешь, я нашёл выход. Я чёрт возьми его нашёл! Аниматроника. Они везде, вокруг нас, они широко используется в медицине. Но что если попробовать создать идеальное сочетание механизма и разума? Человек который не умрёт. Красиво звучит, не находишь? — Генри закончил свою воодушевлённую речь, глянув на Майкла. — Да-а, звучит многообещающе. Так, в чём заключается моя помощь? Я лишь картолог, не больше не меньше — чуя неладное, Шмидт откатывался назад к двери. — Оу, всего лишь пустяк. Мне нужен испытуемый. И ты для этой роли прекрасно подходишь. — Генри начал быстро наступать на перепуганного Майкла — Подумай сам, что лучше — остаться калекой на всю жизнь и умереть на холоде или не умирать вообще? Второй вариант я толкую, как более заманчивый.       Перепуганный картолог кинулся к двери и начал бешено дёргать за ручку. -Хорошая попытка. — Майк почувствовал как его взяли за плечи две холодные руки и с силой потянули на себя. Шмидт не почувствовал своего падения — от резкого удара об пол в глазах побелело, а в ушах появился неприятный гул. Он не сразу понял что его душат. Подняв голову он увидел Генри. Обезумевшего, смотревшего на Майкла как на жертву. Адреналин забурлил в крови, а сердце заледенело лишь от одного вида механика. Страшнее стало от того что этот безумец может сделать с ним. Царапая чужие руки, Майк усиленно пытался сделать хоть один свободный вдох. Эмили ждал этой реакции. Опрокинув картолога на рабочий стол, он переместил механическую руку на его грудь, начав сильно давить туда, сильнее перекрывая доступ к кислороду. Прижавшись к металлическому столу, Майк всё ещё ёрзал и пытался хоть как-то оглушить Генри. — Ну не двигайся же ты! — прорычал Эмили, придавлия Шмидта протезированной рукой к столу, второй отчаянно ища что-то рядом. — Отпусти меня, безумец! — Майк безуспешно пытался убрать механическую руку с груди. Он был готов поклясться что под напором силы его рёбра треснут, а железная рука с лёгкостью достанет ещё бьющееся сердце. Дышать становилось труднее. — Уж лучше на эшафот, чем принимать участие в твоих больных экспериментах! — Я сказал не двигайся! — Эмили сильнее надавил на грудную клетку картолога, заставляя последнего поперхнуться воздухом. Как оказалось, в правой руке у Генри был нож, или его подобие для медицины — Если ты не будешь вертеться, я обещаю что сделаю это быстро! — Генри, прошу. — задыхаясь в слезах и без воздуха молил Майк всё ещё пытаясь убрать с себя цепкую механическую руку.       Громкий крик Шмидта заглушила метель, отсекая тому последние шансы на запоздалую помощь. В ночной тьме слышался лишь тихий ядовитый шёпот Генри Эмили:

— Не волнуйся, Майки. Ты будешь идеальным.

Примечания:
...Или во что может превратиться перекидка постами с соролом в три ночи. Шатаю каноны обоих фендомов как хочу и мне не жаль. Надеюсь вы не испугались внезапного ОМП, но так как в сюжете Вингельм большую роль не играет предупреждение не поставлено.
Что ж, писать это было интересно. Жду оценок и отзывов.
И кто нибудь, поставьте свечку за Шмидта.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.