Жизнь только началась +33

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Monochrome Factor

Основные персонажи:
Вагацума Шуичи (Мастер, Шисуи), Рюуко, Хомураби, Широгане
Пэйринг:
Рюуко/Широгане - основной, Хомураби/Шисуи - второстепенный
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Юмор, Психология, Повседневность, AU, ER (Established Relationship), Стёб
Предупреждения:
OOC
Размер:
Мини, 3 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Во-первых, вы когда-нибудь задумывались о вечном? Задумывались о том, откуда взялась галактика, например, или же самое простое и популярное: что такое любовь? А во-вторых, были ли вы когда-либо по-настоящему влюблены?

Посвящение:
Оса, с Днем Рождения тебя, моя дорогая!)

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Обратите внимание, это - АУ! ООСное такое АУ...
12 июня 2013, 01:01
Во-первых, вы когда-нибудь задумывались о вечном? Задумывались о том, откуда взялась галактика, например, или же самое простое и популярное: что такое любовь? А во-вторых, были ли вы когда-либо по-настоящему влюблены? Каждый ответит, что да, знакомо ему это чувство, но было ли оно настоящим, вечным? Была ли это та самая любовь, описанная и так лелеянная писателями, или же пустышка, быстро угасающая, как закатное солнце на фоне синего неба?


Почему-то в последнее время Широгане начинает ловить себя на мысли, что думает совершенно не о том. Вроде бы и стоило взять и проверить работы нерадивых студентов, каким-то чудом выживших при отборе в столь популярный университет, однако же, стоит только сесть за столь ненавистное чтиво, как парень пускается в тяжкие думы. Казалось бы, вся жизнь впереди, тебе всего двадцать пять, ты перспективный профессор, надежда университета, однако же... Философия в последнее время дается с трудом.
Был ли тому причиной недавний разрыв с дорогим сердцу человеком? Конечно, Широгане не мог сдержать свою язвительность при себе и не наговорить лишнего. И знает же, что как всегда потом будет сидеть и корить себя за несдержанность. Кошки уже неприятно скребутся в грудной клетке, норовясь вырваться на волю. Но нет, сегодня парень не станет подолгу думать о плохом, списав все на усталость и плохое настроение.
Правда... стоит ему только коснуться головой подушки, как сон упорно не идет, а мысли будто специально возвращаются к боли в алых глазах и предельно напряженной спине, к непривычной бледности лица и капелькам пота на висках; с силой стиснутых губах. В тот момент все в Рюуко буквально кричало о том, что обиду он так просто не простит, да и то, едва сдерживается, лишь бы не заорать в ответ. Сдерживало ли его тогда чувство, что хоть кто-то один в этом дурдоме должен рассуждать трезво?
И все же, зная этого довольно странного человека с прекрасными смоляными волосами и глубокими мудрыми глазами такого невообразимого цвета, лучащимися добром, довольно продолжительное время, Широ успел изучить его, как облупленного. Действительно, иногда действиям столь интересного экземпляра невозможно было дать описание, а оправдания же в какие-то моменты были настолько абсурдными, что удивляли до глубины души своей невинностью и наивностью. На Рюуко невозможно было злится.
Так почему же вспылил тогда, не попридержал язык за зубами? Широгане спрашивает сам себя, ответ ищет в самых затаенных участках сознания, однако же все было тщетно.
Спустя дни без такого родного тепла, философ впервые по-настоящему забеспокоился. Рюуко не отвечал на звонки, не возвращался домой и если раз-два его можно было застать на работе, клюющим носом в подсобке своего же кабинета, времени на разговор не было. Вот только более он на работе не появлялся. Широ волновался, студентам же был повод для радости.
Везде находи плюсы - так любил говорить черноволосый парень, но плюсов Широ никаких не видел. Потому и решился на отважный для него шаг. Ну мало ли, где его «женушка» бродит.
- Слушаю?
Голос со смешинкой и ехидством, которые не скрывали даже некоторые телефонные помехи, напрочь отбил желание звонить. Но номер-то высветился. И Широгане решил, раз уж заварил кашу - изволь идти до самого конца, расхлебывая.
- Ты сейчас где?
- О, не Широгане ли это часом? - и говорит таким удивленным голосом, будто и правда удивлен. Широгане выбешивает в этом человеке все, но... иногда и через гордость переступать нужно.
- Не прикидывайся, олух, - шипит собеседник, чуть сильнее сжимая пальцы на пластике, от чего задняя панель телефона чуть хрустнула.
- Ой ли? - на заднем плане будто что-то щелкнуло, и стоило уловить шипение в трубке, как до парня дошло: собеседник выдохнул дым. Прикрыв глаза и потерев пальцами переносицу, расслабляясь, он уже было открыл рот, но Хомураби неожиданно продолжил: - Что, Рюуко потерял?
На несколько секунд у Широ отняло речь. Челюсть все норовила встретится в полом, а телефон выпасть из вмиг ослабевших пальцев. Неужто угадал? Ткнул пальцем в небо и угадал?..
- С чего ты взял? - взяв себя в руки, продолжает разговор, совершенно не ожидая, что за последними словами последует предложение:
- Заезжай, что ли, пивка выпьем.

Хомураби был странным. Даже не так, Хомураби был очень странным типом из всех общих знакомых новоиспеченной парочки. Мало того, что неприязнь ко всем и всему в глазах цвета весенней травы читалась довольно четко и прочитать ее не мог только слепой - или же Шисуи, - так еще и странная прическа, в простонародье именуемая шухером на голове, придавала ему еще более вызывающий видок. Едва заметные круги под глазами немного удивили только-только прибывшего Широ, однако же, виду тот не подал.
Светловолосый смиренно следовал за хозяином квартиры куда-то в ее глубь, то и дело бросая взгляд на чуть ссутулившиеся плечи. Обычно всегда ровная спина и ленивая походка куда-то исчезли, уступая место довольно-таки уставшему и потрепанному жизнью человеку. Впервые не оболочка, не маска, натянутая им для защиты. Тогда Широгане подумал, что проблемы случаются не только у него одного.
Пока Широ размещался и оглядывался, Хомураби открыл холодильник и, взъерошив ярко-рыжие волосы на затылке, что-то недовольно пробурчал. Достав две банки алкоголя и что-то на закуску, он с ноги, эффектно так закрывает дверцу. И только заметив чуть насмешливый взгляд светловолосого и вздернутую бровь, интересуется:
- Ну что?
- Да нет, ничего.
- Многозначительно.
Вот и весь разговор. За -надцатой банкой пива время пролетело незаметно, разум ушел отдыхать, оставив Широ выкручиваться самому. Вот и знает же, что пить ему нельзя, а все равно. Только подвернется повод и все, понеслась родная в пляс. Только вот... впервые за долгое время Широ смог выговорится, - на что Хомураби лишь кивал, кажется, даже особо и не вслушиваясь - отчего на сердце стало намного легче и он со спокойной душой смог завалится спать, заняв единственную кровать. Хомураби, безусловно, был рад. А светловолосый толком-то и забыл о причине своего прихода.

Утро встретило головной болью и сильно режущим по глазам свету. Ужасно хотелось пить, казалось, что в горле раскинулась пустыня Сахара. По пути на кухню Широгане зашпортался о футон около кровати, чертыхнулся, посчитал почти все косяки, снова чертыхнулся, и наконец, когда дорогу ему перебежала кошка - и откуда она взялась?! - с благим матом и настроением а-ля «всех убью» завалился на кухню. Зло стиснув зубы и вспомнив о причине своего прихода в столь популярное место, едва отыскал стакан и кувшин. Стоило только живительной влаге попасть на язык, как сразу же похорошело, разум немного прояснился. Однако, из-за резкого подрыва, голова тут же закружилась, а перед глазами все потемнело.
Едва успев схватиться за стол, чтоб плашмя не упасть на пол, Широ трясет головой, из-за чего длинные волосы падают на лицо, неприятно щекоча нос. Звонко чихнув, профессор бросает быстрый взгляд на настенные часы на кухне. Одиннадцать дня, и осознание того, что сегодня не выходной, а как раз таки рабочий день, заставляет одновременно злится на Хомураби и паниковать. Человек с яркими волосами, видимо, решил отомстить за занятый диван и не разбудить философа утром, деликатно так смывшись на свою работу. Или к Шисуи, кто его знает.
Но все же, к третьей паре он успел, буквально влетев в пустующий кабинет, едва ли не снеся плечом дверь. Переведя дыхание, он оперся о ближайшую парту, сбросив на нее пальто и сумку, и только тут почувствовал чей-то колющий взгляд. Глубоко вдохнув, Широ резко поднимает голову, готовый высказать нарушителю его спокойствия все в лицо, но слова застревают в горле, стоит только столкнутся с этим взглядом.
Рюуко смотрит неодобрительно, чуть прищурив алые глаза. Растрепанные черные волосы падают на лицо, создавая глубоки тени, из-за чего кажется, будто он днями не спал. Широгане опускает голову, когда видит, что шаг за шагом тот приближается к нему.
- Ши-ро-га-не... - по слогам произнес человек, будто пробуя имя на вкус. Названный дернулся в сторону, только чужие руки, легшие на плечи, не пустили. - Широ.
- Ну что еще? - отворачивается, пытаясь сбросить руки с плеч.
- Ты смущаешься?
- Вот еще!
- Смущаешься!
Позитиву в голосе не было предела, будто это не он был обижен до гроба и должен бы винить своего партнера в столь резких словах. Но Рюуко не был бы Рюуко, если бы не оттаивал, прощая Широгане все, что только можно и нельзя, не раз думая о том, что когда-то все-таки пожалеет. Только вот светловолосого это всегда удивляло.
Приподняв голову, философ утыкается лбом в плечо партнера, руками комкая белоснежную рубашку у того на спине. Слова утопают где-то в складках одежды, но Рюуко и так прекрасно понимает, что тот хочет до него донести, потому просто поглаживает несносное создание, по спине и плечам, успокаивая. Черноволосый прекрасно знает, от Хомураби, конечно, что Широ с бодуна, а в таком состоянии его нужно любить, жалеть и все прощать, пусть потом он, когда окончательно придет в себя, и настучит по тыкве.
- ...люблю тебя.
Руюко не успел словить момент, когда Широгане поднял голову и едва уловимо коснулся его губ своими губами, всего на мгновенье, но все же.
Удовлетворенная улыбка тронула тонкие губы и Рюуко произнес куда-то в волосы партнеру:
- Я тебя тоже, - заминка на смешок, а после он продолжает: - Иди домой и отоспись, подарок жизни ты мой.
- Что?!
- Домой иди, - повторяет, более уверенно и властно. Широ лишь растерянно моргает. Четвертая пара его, куда ему уходить-то?! - Я заменю народу философию на химию!
Звонко рассмеявшись, Рюуко буквально вытолкнул офигевшего Широгане за дверь, прислонившись к ней спиной. Смахнув волосы с лица, он подбирает сумку, оставленную голубоглазым, и заходит в подсобку, поставив закипеть электрический чайник и бросив мимолетный взгляд на парочку, активно что-то обсуждающую.
- Эй, - окликает Рюуко и те двое тут же замолкают, синхронно поворачивая головы в его сторону.
Шисуо мягко улыбнулся и спокойно поинтересовался:
- Ну что, мы помогли тебе?
Ответил ему Хомураби, чуть сжав под столом чужие пальцы:
- Сомневаешься, Шисуи? Дак они без нас еще бы с полгода друг с дружкой не разговаривали.
У Рюуко сразу теплеет на сердце, от осознания того, что у них с Широгане есть такие прекрасные друзья. Компания, в которой хорошо и тепло, не нужно скрывать свои эмоции и чувства, не нужно одевать маски. Все-таки их жизнь только началась...

Отношение автора к критике:
Приветствую критику только в мягкой форме, вы можете указывать на недостатки, но повежливее.