Новое начало

      Хитроу - один из самых больших и загруженных международных аэропортов в мире. Его по праву можно назвать сердцем авиаперевозок Лондона и даже Европы. Из этого места, имея определенную сумму денег на билет, можно было отправиться в любой конец света. Впрочем, попасть в столицу Соединенного Королевства тоже можно было через него. Ежедневно Хитроу принимал такое количество людей из разных стран мира, что на пеструю и разнообразную толпу встречающих попросту никто не обращал внимания. Экзотика не была редкостью для данного места. Ну, а небольшая группа, состоящая из трех человек, одетых по лондонской погоде, и вовсе к категории «экстраординарность» никак не относилась. Поэтому она оставалась незаметной и неузнаваемой.       Аманда Блоксэм, начальник группы стратегических исследований Фонда имени Джонатана Харкера, отрывисто посмотрела на табло прибывающих самолетов. Интересующий их рейс должен был прибыть с минуты на минуту, и нетерпение вкупе с раздражением заставляло женщину нервничать и барабанить ноготками по подлокотнику кресла. Тем более принимая во внимание события двух последних дней и личность пребывающей женщины… Но Блоксэм знала свое дело, поэтому все лишние эмоции она старалась спрятать глубоко в себя, в той части своей личности, где проницательный взгляд новой главы Фонда до них не доберется.       В отличие от Аманды, молодой студент-медик Джек Стюарт с прибывающей леди знаком не был. Хотя кое-какие слухи о личности племянницы Зои Ван Хелсинг доходили до него. Но все как один, заставляли сомневаться в их правдивости. Вся специфика новой начальницы оставалась для него загадкой, сокрытой за семью печатями, и он искренне не понимал нервозности мисс Блоксэм. Стюарда больше беспокоило совершенно иное обстоятельство. Вопрос, разжигающий в его душе яркое пожарище ненависти. Почему этот монстр до сих пор жив?! Столько смертей! Столько боли по его вине! А он продолжает свое существование. В то время как Люси и доктор Ван Хелсинг нет…       За огромными окнами главного терминала уже сгущались сумерки, и моросил мелкий дождь, когда на табло загорелось оповещении о прибытии пассажирского рейса из Нидерландов. Блоксэм нервно встрепенулась, поднимаясь. Беглый взгляд женщины на наручные часы, затем на молодого мистера Стюарда и на сопровождающего их водителя. Легкий кивок и троица пробирается ближе к двери терминала, занимая пустующую площадку. Тут их можно было заметить практически сразу. Стоит только оглядеться. - Как ты уже понял Джек, племянница Зои теперь возглавляет Фонд после ее... смерти, - эти слова Аманде дались не легко, но она все же нашла в себе силы произнести их вслух, проглотив подступивший к горлу горький ком. Зои была ее подругой еще со школьных времен. - Не смотри на ее возраст и внешность. Эта женщина видела в своей жизни такое, что нам с тобой и не снилось, Стюарт, в самых страшных кошмарах.       Молодой человек лишь отрывисто кивнул, предпочитая не спорить и не задавать лишних вопросов. В то утро, когда он покинул квартиру графа и сообразил позвонить мисс Блоксэм, оставив Зои с монстром один на один, в его жизни была проведена незримая черта. Она поделила всю судьбу простого лондонского студента-медика на «до» и «после». Несколькими часами позже, вломившись в злополучные апартаменты, они обнаружили бездыханное тело доктора Ван Хелсинг в объятиях пребывающего в беспамятстве вампира. И если доктор Ван Хелсинг «ушла» окончательно и бесповоротно, то доставленный в штаб-квартиру Фонда вампир оправился за считанные часы. Правда, до сих пор пребывал в подобии коматозного состояния. Стюард сразу предложил вогнать кол ему в сердце и более не переживать о творимых им зверствах, но Аманда, уже успевшая связаться с племянницей Зои, сообщила, что был отдан приказ оставить графа в живых и любыми способами задержать. Даже, если явится орда адвокатов хитрого, как сам Дьявол вампира. Джек был в ярости, но спорить было бесполезно. Он пытался. В какой-то момент ему даже показалось, что молодую наследницу служащие Фонда боялись больше, чем кровожадного монстра, запертого в изоляторе.       Большие стеклянные двери терминала прибытия разъехались в разные стороны, и в зал ожидания высыпал людской поток. Окружающие люди радостно махали друг другу в знак приветствия, выискивали в толпе знакомые лица, обнимались, плакали от радости… Но Аманда Блоксэм оставалась на месте, продолжая пребывать в состоянии нервозности. И когда Джек в толпе увидел хрупкую женскую фигурку, уверенно входящую в зал прибытия, он, наконец, понял то немногое из того, что рассказывали об этой женщине… Таких как она в толпе сразу замечают, и провожают подобострастным взглядом, пока она не скроется из виду. Девушка, облаченная в черный приталенный плащ, такие же черные обтягивающие джинсы и сапоги на высоком, но устойчивом каблуке, шла через зал спокойно и уверенно, ни на кого не обращая внимания. Хотя восхищенные взоры мужской половины неотрывно следили за каждым ее шагом. В какой-то момент ее глаза поймали в толпе лицо Блоксэм, и чуть скорректировав свой маршрут, она направилась прямо к ним. - Блоксэм, - подойдя, кивнула девушка. Неподвижно стоящий все это время водитель, будто по команде отмер, и уважительно склонив голову, забрал у миниатюрной шатенки ее чемодан, направился с ним к машине. - Мэм, - вторя ей, поприветствовала начальница группы стратегических исследований новую главу Фонда. - Это Джек Стюарт, участник проекта системы донорства крови. Ученик и друг Зои. Он был с ней в тот вечер.       Девушка повернула голову к молодому человеку, и Джека пронзили взгляд зеленых глаз. Ему казалось, что эта невероятная высасывающая душу зелень, изучает его, проникая в самые глубокие и потаенные уголки его существа. Невозможно было понять, сколько длилось это пронизывающее и удушающее чувство, но голос Аманды «разбил» это странные ощущения в дребезге, выводя его из некого оцепенения. - Я подумала, что ты захочешь поговорить с ним до встречи с графом. - Да - согласно кивнула шатенка и направилась к выходу из здания аэропорта. Аманда двинулась следом. Джек моргнув несколько раз, окончательно сбрасывая с себя наваждение, поспешил за женщинами. - Вы провели исследования, о которых я говорили? - меж тем деловито поинтересовалась девушка. - Да. В ее крови вируса не обнаружено - за сухим рапортом, пряча горечь, доложила Блоксэм - Твоя теория подтвердилась. Заражение происходит в процессе длительного или многоразового кормления. Когда организм не успевает оправиться после большой кровопотери и справиться с вирусом посредством внутренних резервов. - Любопытно… Мистер Стюарт. После перерождения, как вела себя Люси Вестенра? - задала вопрос шатенка, даже не обернувшись на молодого человека, но полностью уверенная в том, что он следует за ней и прекрасно слышит. - Что вы имеете в виду? - удивился Джек столь резкому переходу и вопросу о Люси. Он полагал, что миниатюрную шатенку будет интересовать исключительно Зои. - Я имею в виду - странности в поведении. Вы ведь хорошо ее знали? Или я ошибаюсь? - в густом и мягком голосе прозвучали нотки подозрительности. - Нет, мэм…. Нет… Я даже не знаю…. - запнулся Джек, старательно припоминая детали поведения умершей возлюбленной - Она думала что прекрасна. Постоянно это повторяла. Но когда увидела, себя…. Попросила…. Просила…. Голос молодого человека дрогнул, а глаза, как и в тот вечер, подернула пелена из непролитых слез. Но сильнее всего Джека душила тяжесть осознания, что именно он отнял ее жизнь. Понимал, что это было ее желание, что иного выхода просто не было…. Осознавал, но все равно не мог себя простить.       Миниатюрная шатенка остановилась так резко, что ее спутники едва не налетели на нее. Девушка обернулась, и изящная рука легла на плечо молодого человека, чуть сжимая в знак поддержки. - Иногда мы не властны над своим выбором - вкрадчиво произнесла она, вновь затягивая Джека в омут зеленых глаз. Черный цвет одежды в сочетании электрическим светом придавал ее коже болезненно бледный вид. Удивительно красивая, она воскрешала в сознании ассоциации со смертельно опасными хищниками. И помада оттенка бургундского вина и бездонные омуты глаз лишь усиливала это ощущение. И Джек только сейчас заметил это, испытав некое подобие благоговейного и одновременно ужасающего трепета, подобно антилопе, попавшей в смертельные объятия черной пантеры. - Что-нибудь еще? - отвернувшись от парня и вновь зашагав к выходу, спросила шатенка. Ее спутники последовали за ней. - Да! - резко вспомнил мистер Стюард, неуверенно посмотрев на Аманду, и получив утвердительный кивок, продолжил - Граф…. Он назвал доктора Ван Хелсинг Агатой. Да и вела себя она как-то…. Как-то иначе… - Любопытно - задумчиво проговорила девушка, выходя на улицу, где их уже ожидал черный Мерседес.

***

      Тьма отступала лениво, будто не хотела уступать свои лидирующие позиции, а сознание возвращалось неспешно и мягко. Первое, что он услышал, как только окончательно осознал, что жизнь не покинуло его тело, это манящий и завораживающий стук чужого пульса. Он подобно бою барабанов будил инстинкт - древний и всепоглощающий…. Жажда! Сковывающий голод, который сметает барьеры разумности, заставляя яростно желать человеческой крови. Это в полной мере ощущалось у других представителей нежити, слепо следующим порочному желанию. Но он пятисотлетний вампир, который ни смотря на сиюминутную физическую слабость и жажду, терпел это омерзительное и давно забытое чувство, воспринимая его не более чем временное неудобство. И как только он выберется из места, в котором сейчас оказался, теплая свежая кровь насытит его, даруя привычное ощущение могущества и неуязвимости. Стоило только набраться терпения.       Граф медленно открыл глаза и осмотрелся. Уже знакомая конструкция из стекла и металла. Изолятор штаб-квартиры Фонда имени дорогого Джонни, вызывал стойкое раздражение и оскомину на зубах, как безвкусная кровь румынских крестьян, пропитанная закостенелыми предрассудками. Если бы в свое время он знал, что бурная деятельность при жизни невзрачной малышки Мины Мюррей приведет к подобным последствиям, он свернул бы девчонке шею еще в монастыре Святой Марии, невзирая на протесты милой Агаты. Но прошлого уже не воротишь, и ему сейчас приходилось мириться с последствиями своих решений.       Мужчина нарочито медленно поднялся с кушетки, с удовольствием замечая, как сердца наемников, расположившихся по периметру просторной комнаты, учащенно забились. Страх и нервозность…. Музыка для его ушей. Пусть их от вампира отделяло пуленепробиваемое стекло, но опасаться монстра способного со скучающим видом разорвать их в мгновение ока - это здравомыслие, не иначе. Искривив губы в издевательской усмешке, Дракула только теперь осознал, что в кармане его брюк от Армани все еще лежит мобильный телефон. В тот вечер он сам положил его туда, когда «старинный друг» отвлек от дел насущных…. Усмешка превратилась в оскал с пряно-горькими нотами. Агата! Его бесстрашная и умненькая монашка, чья кровь была подобна вересковому меду и спрятанной тенях ее души порочной добродетели. Она открыла глаза на его сущность, сорвала покровы древних тайн. И только в ее объятиях и от ее крови он готов был принять смерть. Что же теперь?! Волна холодного цинизма поднимается в душе мужчины, сметая горечь разочарования, своими ледяными, замораживающими кровоточащее сердце, водами. - Даже не удосужились сменить пароль - язвительно заметил вампир, быстро набирая на сенсорной клавиатуре собственное имя как пароль от вай-фая. И получив доступ к Интернету, вошел в приложение-мессенджер. Отыскав контакт Ренфилда, граф быстро набрал сообщение: «Я в Фонде Джона Харкера». Он уже успел нажать на кнопку отправки, когда металлический лязг открывающейся двери, отвлек от мобильника. - Приветствуя граф - мягкий и густой женский голос заполнил комнату, и Дракула с удивлением отметил, что наемники разом, словно по команде, вытянулись «по струнке», а их сердца разом пропустили удар, а затем вдвое ускорили ритм. Женщина, которая пока предпочитала держаться в тени, была еще незнакома вампиру. И у всех присутствующих в комнате людей, сердце билось столь неистово, будто у загнанных в угол и перепуганных животных.       У всех, кроме нее. Вампир осекся, прислушиваясь более внимательно, отчленяя посторонние звуки. Сердце незнакомки билось медленно и спокойно. Слишком медленно и слишком спокойно, для нормального среднестатистического человека. За пять сотен лет, Дракула впервые встретил нечто подобное. И этого факта было достаточно, чтобы вызвать интерес. Он медленно подошел вплотную к стеклянной стенке, всматриваясь в скрадываемый тенями женский силуэт. - Зачем вы прячетесь в тенях? Не бойтесь, сегодня я не кусаюсь - соблаговолил пошутить вампир, призывая собеседницу выйти на свет. Все остальные были ему не интересны. Скучные… и наверняка пресные на вкус. Он сознательно игнорировал их присутствие. Сейчас лишь она была достойна внимания. - Чтобы меня напугать, нужно очень постараться - спокойно парировала шатенка, делая несколько шагов вперед, звонко цокая каблуками по каменному полу. И вампир замер, жадно изучая черты представшей перед ним молодой женщины. Взгляд темных, словно безлунная ночь глаз, медленно изучали незнакомку. Дороги замшевые шпильки добавляли ей роста. Черные классические брюки обтягивали стройные ноги и покатые бедра. Шелковая блузка в тон подчеркивала высокую грудь и аномальную белизну кожи. Четко очерченные ключицы виднелись в небрежно распахнутом вороте. Темно-каштановые волосы мягкими волнами ниспадали на плечи и лопатки. Вся одежда была подобрана со вкусом, добавляя юной девушке зрелости и лоска опытной женщины. Изящные руки с тонкими запястьями и длинными пальцами держали папку. Но что в ней находилось пока оставалось загадкой. - Вам нравится то, что вы видите, граф?! - спросила девушка, иронично вскинув правую бровь - Вы предпочитаете вести беседы при своем прихвостне или в одиночку? - С вами я готов поговорить наедине - улыбнулся вампир, облизнувшись. И уходя вглубь своей «клетки», Дракула продолжил: - Как мне к вам обращаться? - Замечательно - шатенка подает знак, и дверь в изолятор с тихим щелчком отъехала в сторону. Новая глава Фонда бесстрашно зашла в изолятор, будто входит не в комнату с голодным вампиром, а в театральный зал на очередное представление. Дверь за ее спиной с глухим жужжанием закрылась, но сердце миниатюрной шатенки, едва достававшей графу до подбородка, даже не дрогнуло, продолжая отстукивать свой безмятежный мерный ритм. Она прошла к единственному столу и, положив папку на его металлическую поверхность, опустилась на стул лицом к своему собеседнику. - Мое имя Илона Дюкейн - она закидывает ногу на ногу, и откинувшись на спинку стула, внимательно наблюдает за вампиром - Вы, граф, можете обращаться ко мне так, как вам будет удобно. Для меня это не принципиально. - Илона…. - словно пробуя имя на вкус, и смакуя каждый слог, произнес Дракула - И почему же я здесь, Илона? Мне казалось, что с Зои и вашей сомнительной организацией мы уже все решили. - Это так - согласилась девушка, чуть поджав алые губы, выражая тем самым легкое недовольство - Хотя я в корне была не согласна с поступком Зои в той ситуации. С удовольствием посмотрела, как мистер Ренфилд доказывал бы наличие права на свободу и личную неприкосновенность у пятисотлетнего вампира. Но вы здесь не по этому. И переложив папку на колени, Илона ее открывает и неспешно раскладывает по столу фотографии миловидных девушек. Все они были разными - брюнетки, блондинки, шатенки, рыжие - разного телосложения и примерно одного возраста. Улыбающиеся, запечатленные в разных счастливых моментах своей жизни. Их было ровно десять. И Илона, старалась сейчас не вспоминать, как выглядели эти юные и пышущие жизнью особы на других снимках в полицейских сводках. - Знакомы с ними? - закончив раскладывать фото, подняла глаза на графа девушка. Мужчина подошел ближе к столу, с удовольствием отмечая, как напряглись все те, кто находился сейчас за толстым пуленепробиваемым стеклом. Но не она…. Она оставалась невозмутимой. Прекрасная актриса? Или действительно его не боится, самоуверенная глупышка? Беглый взгляд по цветным изображениям и граф поднимает глаза на собеседницу, находящуюся так близко, что можно протянуть руку и с силой сжать эту тонкую изящную шею…. Впиться зубами в жилку, трепещущую у основания…. Ее кровь, наверное, сладкая на вкус, с нотками чувственности и жгучего, словно адский огонь перца? - В первый раз вижу - протянул Дракула. Их глаза встретились, и вампиру показалось, что он падает в невероятную зелень глаз этой странной во всех отношениях женщины. Где-то в их глубине загорелось изумрудное, обжигающее разум, пламя. Оно болезненно выжигало все, чего касалось, оставляя после себя лишь пепел и пустоту…. Но странные ощущения длились лишь несколько мгновений, Илона моргает, прерывая контакт. Все что хотела, она уже получила и к глубочайшему сожалению ее предположения не нашли своего подтверждения. Если кровь - это жизни, то глаза - окна в наши души и воспоминания. Илона это знала. - Что ж…. я вам верю - захлопнув папку, девушка была готова встать - Более не вижу смысла вас задерживать….       Но только граф был с этим не согласен. Девушка-загадка, решившая так просто отмахнуться от него. Без ответов он не уйдет…. Его движения, для простого человеческого восприятия, стали столь стремительны, что превратились лишь в смазанную черную тень. Молниеносный убийца! Клинок, не знающий усталости, промаха и пощады. Любой другой на месте мисс Дюкейн уже вкушал бы всю ту боль, что несли в себе смертоносные клыки вампира. Но не она, закаленная в боях с ему подобными. Та, в чьих жилах течет проклятая кровь.       Столь же быстро, превращаясь в такую же тень, Илона успевает встать, в то время как стул отскакивает в сторону. На каблуках двигаться было не совсем удобно, но когда подобная мелочь ее останавливало. Не сбавляя скорости, девушка ловко подныривает под руку графа, и отступает назад за его спину. На лице мужчины скользит удивление, и он уже успевает обернуться, готовый отразить удар, но не успевает…. Губы Илоны беззвучно шевелятся, она вскидывает руку и неведомая энергия впечатывает тело вампира в бронебойное стекло с такой силой, что по нему змеиться паутина из трещин. - Крайне неразумно с вашей стороны - бесстрастный холодный голос, но сердце мисс Дюкейн выбивало мелкую дрожь и граф это слышит, кривя губы в злорадной улыбке. Она делает резкий взмах, рассекая рукой воздух и тело вампира, будто тряпичная кукла, летит в противоположную от двери сторону, оседая на пол в самом дальнем углу изолятора. - Кто ты? - в бархатном, обволакивающем голосе вампира звучит подозрительность вперемешку с восхищением - Ты не такая как я.       Однако более продолжать беседу Илона была не намерена. Она чувствовала, как тело начинает бить крупная дрожь, скручивая суставы и нервы болью отката. Магия - это неудержимая сила, но за нее приходилось платить непосильную цену. Дюкейн не желала, чтобы враг видел ее в подобном состоянии. - За вами уже пришли - она подает резкий, рваный знак и дверь изолятора мягко открывается, поскрипывая треснувшим стеклом, ровно в тот момент, когда в комнату врывается адвокат графа Ренфилд. - Прощайте, граф - равнодушно попрощалась Илона, повернув к поднявшемуся с пола вампиру лишь голову - В ваших интересах больше не попадать в круг интересов Фонда. Мистер Ренфилд вас проводит.       И более не обращая ни на что внимание, Илона Дюкейн, новая глава Фонда имени Джонатана Харкера, пошла к выходу, лишь титаническим усилием воли контролируя собственное тело. Потом, спустя двадцать минут, в личном кабинете, Блоксэм принесет бокал свежей крови, чтобы смягчить последствия применения запретного искусства. И поглощая рубиновую жидкость с тошнотворным металлическим привкусом, она будет видеть чужую жизнь чужими глазами, потому что вынуждена. Потому что сто двадцать три года назад, Агата Ван Хелсинг каким-то чудом не сгинула в морских водах порта Англии. Подарив своим прямым потомкам, проклятие, дарованное самим Дьяволом. Они не были подобны графу, но и людьми их назвать было тяжело….       Сейчас же граф Дракула смотрел в спину гордо удаляющейся женщины, в чьем лице он уловил знакомые черты. Едва заметные, но такие узнаваемые и ставшие за эти годы родными…. Агата! Достойный противник. Кто же ты Илона Дюкейн?