Стань моей жизнью

— Алека не видел? — спросила Клэри у Джейса. — Он прислал мне какое-то странное смс и пропал. — Нет, не видел, — отозвался он угрюмо. — Ему плохо. Я чувствую это. Но он опять предпочёл всё переживать в одиночестве! Он всегда так делает, и меня это так злит! С этими словами Джейс скрылся с глаз Клэри, оставляя её озадаченно переваривать информацию. Она больше не испытывала к охотнику сводящей с ума любви, но у них был уговор и он своими действиями сам рушит легенду. В конце концов, кому это больше надо, ему или ей? Но кроме этого внутри Клэри ворочалось тягучее беспокойство. Она успела по-своему прикипеть к нему. Алек был странным, но всё-таки хорошим парнем, и его такое вот исчезновение, заставляло её беспокоиться. Не только Клэри переживала за Алека. В кабинете Роберта Лайтвуда собралось старшее поколение и его, Изабель. — Что вы опять сделали? — злилась она. — Сколько можно лезть в жизнь Алека? Оставьте его и Магнуса в покое! — Изабель, — начал было Роберт, но Иззи не желала слушать отца. — Вы просто отвратительны! Деспоты! Если Алек однажды пошлёт вас, будет совершенно прав! Крикнув это, расстроенная Изабель выскочила за дверь. Именно с ней столкнулся Алек сбегая из института. Её напугал безумный взгляд брата и его нежелание хоть что-то объяснять. Корнем зла Иззи избрала своих родителей. Они всегда требовали от Алека слишком многого, взвалив на него, без его на то согласия, половину своих чаяний и планов. И, конечно, никак не желали принимать за ним права самостоятельно управлять своей жизнью и принимать важные решения. И скорее всего они в очередной раз перешли черту, иначе что ещё могло так расстроить Алека? — Совсем от рук отбилась! — в сердцах пробурчал Роберт. — Оставь её, — попыталась успокоить мужа Мариза. — Она просто очень любит своего брата. Да и я за Алека волнуюсь. Надеюсь, с ним всё в порядке и он не озлится на нас окончательно. — Да что с ним будет? — махнул он рукой. — Попсихует и успокоится. Глядишь за ум возьмётся. А то вздумал бунтовать и позорить наш род. Роберт искренне был убеждён — вся эта любовь старшего сына, не более чем придурь. Запоздалый подросковый бунт. Его самого родители воспитывали в ежовых рукавицах и он верил, строгость и железное соблюдение законов и традиций — единственно правильный путь для сумеречного охотника. Это способ много добиться в жизни. Поэтому наотрез отказывался принимать всерьёз блажь Алека. Мариза столь категорична не была. Женское материнское сердце болело за первенца. Ей и правда было очень стыдно перед окружающими. Среди нефилимов нетрадиционная ориентация была не принята. Ещё первые охотники были преисполнены гордости за своё происхождение и предназначение, они завещали своим потомкам воспринимать себя особенными, избранными. А грехи современности, такие как: вредные привычки, нестандартная любовь или революционные взгляды, считались постыдным отклонением от нормы. И всячески порицались. Миссис Лайтвуд оставалось лишь гадать и надеяться, что у её сына это всё не столь серьёзно. Но в любом случае, Алек был её ребёнком и она его любила. Даже если за него приходилось мучительно краснеть. Вот и сейчас она переживала за своего сына и молилась, чтобы с ним ничего не случилось и он ничего не натворил.

***

Спустя сутки с лишним Алек покинул гостиничный номер и с застывшим лицом отправился домой. День назад, после разговора с Магнусом он ощутил жгучую потребность сбежать. Ему было жизненно необходимо побыть в одиночестве, а в институте это было невозможно. Даже его комната перестала быть убежищем, ведь там теперь жила Клэри. А ему нужно было время пережить мгновения душевной агонии. Выплеснуть свою боль. Алек не хотел показывать окружающим насколько он слаб и разбит. Поэтому покинув институт он снял номер в первой подвернувшейся гостинице и не выходил оттуда сутки. Он позволил себе в эти часы отпустить себя на волю. Свернувшись клубком на кровати Алек плакал. Оплакивал свои мечты, надежды, любовь. Он не хотел верить, что его возлюбленный, мужчина которому он не задумываясь вручил своё сердце, душу, тело и даже жизнь, просто взял и отказался от него. Поверил каким-то предсказаниям и бросил его! На смену боли пришла злоба. Он, Алек, отдал магу всё, что только у него было. Всего себя без остатка. Он пошёл наперекор устоявшимся традициям и родителям. Уничтожил свою репутацию. Стал посмешищем в глазах общества нефилимов. И всё ради чего? Алек верил, что ради счастья и любви, он был готов бороться до победного. Только он оказался в этом одинок. Магнус был не так уж и заинтересован в их совместном будущем. Бесконечно долгие часы он провёл пытаясь понять, как ему жить дальше. Зачем, ради чего? Всё резко утратило смысл. Мир Алека пребывал в руинах. Он понятия не имел, в чём теперь найти смысл существования. Лишь к вечеру следующего дня Алек решился вернуться в институт. Внутри него зияла пустота. Но лучше так, чем боль пылающая там недавно. Решение он принял. Осталось понять, как воплотить его в жизнь.

***

Клэри себя не понимала. Она прошла на крайние меры, чтобы избавиться от мучительных чувств к мужу и всё равно сейчас никак не могла найти себе места. Куда пропал Алек? Она не видела его со вчерашнего дня. Всех новостей от него было странное смс, где он просил не беспокоиться за него и не искать. Насколько знала Клэри, точно такие же послания получили его парабатай и сестра. Они оба волновались, хоть и утверждали — переживать все проблемы в себе, вполне в духе Алека. Эти ребята были его семьёй, она же была ему… А кто она ему? Ненужная жена? Приятельница? Подруга? Клэри затруднялась ответить, но всё равно волновалась за парня. Она искренне обрадовалась появлению Алека. — Алек, ты в порядке? — спросила Клэри пытаясь поймать взгляд голубых глаз супруга. — Да, — кивнул он. — Всё хорошо. С ним определённо было ничего не в норме. Алек был словно замороженный. Смотрел отрешённым взглядом в пустоту. Клэри была готова поклясться, это как-то связано с Магнусом. Но вряд ли он захочет с ней откровенничать, тем более сейчас. — Слушай, я не знаю чего у тебя случилось, — осторожно заговорила Клэри, — могу только догадываться. Просто знай, если тебе захочется поговорить или понадобиться какая-то помощь, я рядом. Откуда взялось это желание помочь мужу, выглядящему таким потерянным? Почему ей так хотелось его обнять и сказать банальное «всё наладится», Клэри не знала. Её жутко смутил собственный порыв. Но стоило ей поймать грустный, но признательный взгляд Алека, как все сомнения в правильности собственных слов пропали. — Спасибо, Клэри, — он попытался ей улыбнуться. Участие Клэри, человека появившегося в его жизни недавно и так пострадавшего из-за него, отозвалось в душе Алека вспышкой тепла. Он не был готов говорить о случившемся, но его грело осознание, что есть люди которым на него не плевать. Этой девочке не всё равно. Странно, но это показалось ему до странного важным.

***

Повернувшись спиной к кучке подростков Алек методично осматривал тренировочное снаряжение. Он слышал как трое парней и две девчонки шёпотом ругали его на чём свет стоит. Его это не трогало. Почти. Лишь чуть горько было, что юное поколение так подвержено влиянию ничтожеств вроде Кевина. — Он совсем озверел, — ныла белокурая девица шестнадцати лет. — Конечно, — зашептал один из парней. — Я слышал как главы института обсуждали, что любовник окончательно кинул его. Вот он и бесится. — Это называется спемотоксикоз, — решил сумничать ещё один мальчишка. — Недотрах у нашей знаменитости. — Злые вы, — неожиданно выдала вторая девчонка. — Они же любили друг друга и учителю сейчас плохо. — Давно ли ты на сторону извращенцев встала, Кэт? Алеку надоело, что его персону обсуждают, пусть и тихо, но не особенно стесняясь его присутствия. Он слишком строгий учитель? Не похоже. Иначе бы у сопляков не было сил и желания перемывать ему кости. — Насколько я вижу, вы не устали, — громко обратился он к детям. — А раз не устали, имеет значение продолжить тренировку. Ребята взвыли в голос, на что Алек лишь мрачно усмехнулся. Сейчас они его ненавидят, в будущем такая жёсткая муштра может спасти им жизнь. Да и языками чесать времени и желания будет меньше. Спасение к юным охотникам пришло откуда не ждали. В тренировочный зал вошёл Джейс и невольно хохотнул глядя на пришибленную перспективами молодёжь. — Что, мелкота, совсем он вас загонял? — обратился он к ребятам, на что те хором застонали. — Ладно, на сегодня я ваш спаситель. Кыш отсюда. Юных нефилимов как ветром сдуло. — Ну и как это понимать? — мрачно произнёс Алек. — А так, что иначе ты ещё месяц будешь бегать от меня по всем углам, — скрестил руки на груди Джейс. — Алек, уже почти неделя прошла с того дня когда ты сбежал из института. Поговори со мной. Я же чувствую — тебе плохо. Не держи всё в себе. Ты не должен со всем справляться в одиночку. Он понимал, Джейс хочет как лучше. Но Алеку до сих пор было тяжело говорить о случившемся. Он кучу времени пытался как-то принять решение Магнуса, смириться с ним, но так и не смог. Он чувствовал себя жалким глупцом. Полным неудачником. Внутренности скручивало от горького чувства предательства. — Ты поссорился с Магнусом? — закинул Джейс пробный камень. — Мы расстались, — выдавил Алек спустя минуту молчания. — Он бросил меня. Джейс предполагал нечто подобное, но до последнего надеялся на ошибку. Неудивительно, что Алеку так плохо. Он любил Магнуса. Алек тем временем уселся на маты и приступил к рассказу. Может, ему давно стоило это сделать. Как знать, вдруг брату удастся увидеть и понять то, что не может он сам? Ему надоело глодать эти мысли изо дня в день, словно старую кость. — И он поверил в этот бред! — Алек уже не мог сидеть на месте и бегал из угла в угол. — Отказался от всего, что у нас с ним было! Просто бросил меня! Джейс не разделял настроений и мыслей брата. У него мурашки по всему телу выступили, стоило представить описанное Магнусом будущее Алека. Ему было сложно вообразить, что они могут так отдалиться с парабатаем, но Ирэна была личностью легендарной. Если верить прочитанному им когда-то, она и правда никогда не ошибалась. Эта колдунья, которой была уже не одна сотня лет, предсказала множество судьбоносных событий, как для сумеречного мира, так и для человечества в целом. Это-то и пугало. — Алек, ты всегда предпочитал читать литературу посвящённую законам и различным хитростям управления, — тихо произнёс Джейс, — тогда как я одно время увлекался историей, ну ты помнишь. Если всё так, как сказал тебе Магнус, то он сделал единственно правильное что мог для тебя. Эта ведьма правда не ошибается. — Что?! — взвился шокированный подобным ответом Алек. — И ты туда же? — Послушай, — попытался Джейс достучаться до брата, — Магнус любил тебя, это было всем очевидно. Иначе он никогда бы не стал терпеть всех нападок твоих родителей. Маги народ гордый и злопамятный, а он всё сносил ради тебя. Даже это расставание, только для твоего блага. — Моего блага? — зашипел Алек. — Какого к чёрту блага? Я отдал ему всё, Джейс! Вся моя привычная жизнь полетела кувырком, после того, как я на весь мир заявил, что люблю этого мужчину! От меня отвернулись родители, мне смеются вслед, от моей репутации хорошего сумеречного охотника, остались одни воспоминания! Да я даже женился, в надежде, что впоследствии это позволит мне быть с Магнусом! Он стал всей моей жизнью и я был готов на всё, чтобы быть с ним, а он так просто меня оставил! Да лучше бы он никогда не появлялся в моей жизни! Горечь и обида чёрными клубами взметнулись в душе Алека. Он в сердцах высказывал всё то, что уже который день свирбело внутри доставляя боль, и лишь последнее приложение заставило его ужаснуться своим словам. Он уже не раз думал, хотел бы он, чтобы в его жизни не было Магнуса? И понимал — нет. Все его жертвы ничто, на фоне былого счастья. Даже нынешняя боль, не могла заставить Алека изменить мнение и он не понимал откуда вылезли столь страшные слова. — Ты не прав, — произнёс Джейс вглядываясь в лицо парабатая, ловя его взгляд. — Веришь или нет, я готов за многое сказать Магнусу спасибо. Он открыл тебя, заставил вылезти из своей раковины, где ты самоизолировался от мира. До встречи с Магнусом, ты не жил, Алек. Ты существовал. По привычке, по инерции. Вся твоя жизнь была ограничена служением на благо института и выполнением воли родителей, а они давно забыли, что ты человек, а не инструмент для достижения их целей. Самое жуткое, ты не слышал ни меня, ни Иззи. Только Магнус заставил тебя очнуться. Начать жить, обзавестись собственным мнением и взглядами. Даже его уход, после такого предсказания, говорит в его пользу. Он бы мог проигнорировать это, потешить свой эгоизм, но выбрал твою жизнь и счастье. Тебе следует успокоиться и как следует об этом подумать. Он не мог. Никак не мог принять, что расставание с человеком ставшим всей его жизнью может быть ему на пользу. Слишком невыносимо без любимого мага. Жить, и то приходится через силу. Может, когда-нибудь станет легче и горечь покинет сердце Алека, но пока он такого «блага» принять был не в состоянии. — Думаю вам обоим нужно время успокоиться, — хлопнул его Джейс по плечу, когда Алек снова сел рядом. — Потом встретиться и прояснить все сложные моменты до конца. — Ты это о том, что к примеру связывает моих родителей с Магнусом или зачем он настаивал на моей женитьбе? — хмыкнул Алек. Эти детали и правда выпали, когда они последний раз виделись и выясняли отношения. Не до того было. — Разве тебе это не интересно? — прищурился Джейс. — Интересно, — кивнул Алек. — Я намерен выяснить всё. Но чуть позже. Пока, как ты и сказал, мне нужно время. Спасибо тебе, Джейс. Спасибо, что ты есть в моей жизни. — Всегда буду, Алек, — серьёзно отозвался Джейс. — Чтобы не произошло, ты всегда можешь на меня рассчитывать. В мыслях обоих парней мелькнуло, что в предсказании долгая разлука их сильно отдалит, но это было тем, во что они были не в силах поверить. Они парабатай и во всём мире нет связи прочнее. Они всегда будут братьями. Джейс искренне любил Алека и принимал его со всем багажом проблем и недостатков. Ему было плевать кто и что говорит о нём, для него он всегда будет самым близким и родным. Они слишком через многое прошли сообща. Для самого Алека этот парень был тем, за кого он был готов не задумываясь убить или умереть. И это никогда не изменится. Даже сейчас, разговор с парабатаем принёс Алеку каплю облегчения. Хотя бы ради Джейса он обязан справиться со своим горем, жить дальше жизнью в которой больше не будет Магнуса и их любви. К старому существованию по указке родителей он возвращаться не собирался. Он стоял на пороге новой страницы своего бытия. Жизни в которой не было места ни одной из старых версий Александра Лайтвуда, а значит ему снова придётся найти, создать нового себя.