Пойдём на свидание либо немного о птицах

Бедный, бедный, бедный Стэн. Смешно, учитывая, что он еврей. Все всегда ждут от него правильных решений и действий, но единственное чего он хочет — это тонуть в голубых глазах Уильяма Денбро. Если бы Билл только знал, насколько он нравится Стэну. Объект воздыхания Уриса всегда мило улыбается, когда здоровается, а когда пьянеет, то начинает рассказывать папины шутки и сам же с них смеётся. А какой у него сладкий смех, и эти заикания. Стэн считал заикания Билла самой лучшей его чертой, потому что это было что-то только его. Заика Билл не звучит обидно. Оно звучит как что-то родное и ласковое. Денбро жил в другом блоке общежития и учился на другом факультете, поэтому Стэн видел его только на «культурных» сборах, где студенты вальяжно попивают «сок» с повышенным градусом. Обычно такие вечера устраивала Беверли с дизайнерского факультета, у которой, по мнению Уриса, есть планы на Билла. Они всегда очень мило общались и, как бы Стэн не хотел этого признавать, хорошо смотрелись. Да, ему нравится Билл, и возможно эти чувства даже взаимны, но как предугадать его реакцию: засмеет, разозлится, обидит, ударит. Поцелует. Последнее было самым маловероятным (но самым желанным). Учитывая перфекционизм Стэна, ему нужен был план, ведь просто ворваться в комнату Билла было бы не тактично. Он заранее связался с его соседом, Майком, который даже бровью не повел, ведь давно догадывался о чувствах Стэна к Биллу. — Это должно было когда-нибудь случиться. Ты так на него смотришь, — сказал Майк. И был абсолютно прав. Стэн очень хорошо умел скрывать свои чувства за пеленой безразличия, которое ему было свойственно, но при каждом взгляде на Билла в нем что-то шевелилось; что-то хотело выбраться наружу и закричать (шутки про гомосексуальность). — Я забыл кое-какие тетради в комнате. Буду ждать в библиотеке, — сказал Майк. — Только если ты не задержишься, — Стэн мог бы поклясться, что его друг сейчас игриво двигал своими бровями. Казалось будто все только этого и хотят — чтобы Стэн и Билл сошлись. Надеюсь, скоро ему можно будет просто прийти к Биллу и обнять его без всяких причин. Вспоминается момент, когда они случайно пересеклись в парке. — Оо, п-привет Стэн, — Билл появился настолько неожиданно, что Стэн нехило испугался, но, увидев перед собой Билла, испугался еще больше. Это был совершенно обычный день. Урис после учебного дня всегда любил прогуляться по парку возле университета, понаблюдать за здешними птицами и природой. Некий обряд после полуторачасовых лекции, который вошел в его обычный режим. Стэн гулял по парку каждый вторник, четверг и пятницу. Это было легко отследить, и именно поэтому Билл находился там и выжидал появление Уриса, но Стэн, конечно, не догадывался об этом. — Привет, Билл, — сказал Стэн немного растерянно и помахал рукой, что выглядело немного странно. Билл рассмеялся этому милому жесту, заставив кудрявого покрыться румянцем. Он так действовал на Стэна, сам того не замечая. Заставлял его чаще улыбаться; Стэн буквально светился возле Билла. — Идешь сегодня к Бев? — Билл так смотрел, будто правда хотел знать ответ, будто хотел, чтобы Стэн пришел. Но он не мог. У Стэна был намечен семейный ужин, который никак нельзя пропустить, ведь родители на то и родители, чтобы видеться с ними строго раз в месяц за ужином. — Нет, не смогу, — печально ответил Урис, отводя взгляд куда-то в сторону деревьев. — Жаль, — сказал Билл и Стэну на секунду показалось, будто Билла это правда заботит? Или он просто проявляет дружелюбие. Но ведь Билл мил со всеми, поэтому Стэн убрал эти догадки куда подальше и решил больше об этом не думать. Спустя месяц Стэн, кусая свои локти, идет к нему во всем признаваться. Возможно, самой сложной частью было постучать в эту самую дверь и услышать абсолютное ничего. После еще нескольких секунд мучительной тишины Стэн решает снова постучать в дверь, но не успевает, и перед ним появляется Билл. Тот самый Билл Денбро, от которого бабочки в животе и хочется петь любовные серенады. — П-привет Стэн. Что ты здесь д-делаешь? — Билл как обычно приветливо улыбался, а Стэн не мог дышать. Ничего нового. Увидев Билла, он вдруг забыл, зачем вообще сюда пришел, но четко отрепетированные слова сами вырвались наружу. — Майк попросил меня забрать кое-какие тетради. Я могу войти? — протараторил он и в нервном ожидании смотрел куда-то за спину Билла, но только не ему в глаза, иначе мог потеряться в них. — Да, к-конечно, — Билл пригласил его в комнату и жестом указал на сторону Майка. Несмотря на то, что здесь жили одни только парни, комната была вполне уютной и чистой, что очень нравилось Стэну. Сторона Майка была завешана всяческими географическими картами, множеством разных заметок и заставлена стопками книг. Левая сторона Билла была наоборот без излишеств. Он обошелся небольшой полкой книг и фотографиями, развешанными у кровати. Стэн подошел к рабочему столу Майка и начал искать тетради, которые ему якобы были нужны. Даже спустя пять минут он все продолжал искать, но сам не понимал, что именно ищет, ведь присутствие Билла немного сбивало. Сам факт того, что он с ним наедине сводил с ума. — Тебе п-помочь? — вызвался на помощь Билл и, не дожидаясь ответа, присоединился к Стэну. — Нашел! — вдруг выпалил Стэн и поднял первый попавшийся под руку предмет. — Т-ты уверен, что ему нужен календарь? — в голосе Билла слышались нотки смеха, ведь он начал понимать, что здесь происходит. У Стэна далеко не неразделенная любовь, как он думал, ведь Биллу тоже есть, что сказать, и возможно сейчас то самое время, однако Стэн продолжает нести всякий бред. — Д-да, да. Это календарь. Майку нужно срочно узнать какой сегодня день, — Стэн не мог поверить своим ушам. Что это он только что ляпнул? Узнать какой день? Как теперь смотреть в глаза Биллу после такого? Неловкая вышла ситуация, но Билла это только развеселило. Он решил никак не реагировать на слова Стэна, что было практически невозможно, но Стэн его за это только поблагодарил. Урис копал себе могилу, но Билл его остановил. Календарь, так календарь. Время все шло, а Стэн до сих пор не знал, как продолжить диалог. Что бы он не сказал, все казалось неправильным. Обстановка была не та, чтобы признаваться в любви, и вообще все обстоятельства были направлены против него. Он решил про себя, что пора уходить и попробовать снова примерно никогда, как Билл вдруг нарушил тишину.  Вижу, ты набил татуировку. Можно посмотреть? — Стэн, будучи до сих пор смущенным, кивнул, дав своё разрешение, и протянул Биллу свое запястье с изображением прелестной, по мнению Билла, птицы. Его прикосновения, оставляющие горячие следы на коже, казались до безумия интимными в этот момент. Температура комнаты будто повысилась на несколько градусов, а воздуха стало намного меньше. А он ведь всего лишь коснулся Стэна. — Что это за птица? — Билл поднял свои голубые глаза на него. Урис любил говорить о птицах, особенно о тех, которые изображены на его коже, поэтому ответа долго ждать не пришлось. — Это снегирь. Певчая птица рода снегирей. Она совсем маленькая, чуть больше воробья и обитают они везде, но только не у нас. В жизни их не видел ни разу, но очень хотел бы, — Стэн закончил свой небольшой рассказ, но по взгляду Билла понял, что нужно сказать что-то еще. Билл продолжал держать руку Стэна. — Эмм, у людей оно ассоциируется с приходом весны, а весна… — Это олицетворение любви, — закончил за него Билл и улыбнулся, увидев в ответ такую же яркую улыбку. Билл медленно прильнул к мягким губам Стэна, как читал об этом в своих романах, и никогда ещё не был так счастлив, когда Стэн робко ответил на его поцелуй. Кажется теперь у них все будет хорошо.