Былые обиды

      На планете окончательно стемнело. Их везли, со связанными руками за спинами и мешками на головах, в открытом кузове грузовика, словно скот. У дальнего борта сидел один из похитителей и следил за тем, чтобы никто не посмел выпрыгнуть из машины. Кира не успела рассмотреть лицо того, кто напал на нее, но это был крупный мужчина-гуманоид, если судить по количеству и длине конечностей. Извиваясь, как дикий зверек, и безуспешно пытаясь вырваться из чужой хватки, Кира пришла к печальному выводу, что в физической силе тот явно не уступал ее отцу, с которым посоперничать могли немногие. Ее попытки освободиться были равны нулю.       Говорили неизвестные на основном галактическом языке, но так тихо и невнятно, что девочка не разобрала ни слова.       «Меня вычислили? Но здесь есть и другие заложники, значит о моей личности им вряд ли что-то известно, — размышляла она с твердым намерением не зареветь.       О судьбе Би-Би ничего не было известно. Девочка искренне надеялась, что дроид успеет добраться до «Сокола» и вызвать подмогу прежде, чем ее продадут в рабство какому-нибудь хатту. Впрочем, это был не самый худший исход — по рассказам бабушки Леи, той в молодости довелось посидеть на цепи у криминального авторитета Джаббы Хатта, а потом задушить его этой же цепью. Хватит ли у нее сил повторить это? Кира вдруг ощутила жгучее желание выплакаться.       Транспорт несся по ухабам и песчаным барханам, оставляя за собой огромное облако пыли. По примерным расчетам они уже находились в сотнях километров от заставы, а значит и в сотнях километров от корабля, на котором она могла улететь с планеты. Даже в случае побега дорога обратно займет не один день, а она без еды и питья, что существенно понижало ее шансы выбраться отсюда живой. Прижав подбородок к груди и ссутулившись, девочка-таки дала эмоциям вырваться нарушу и заплакала. Под мешком похитителям не было видно ее крупных горячих слез, заливших лицо, не было слышно судорожных вздохов и проклятий, которыми она осыпала своих недоброжелателей.       В какой-то момент ее незримо коснулось чье-то постороннее присутствие. Неуловимое, будто кто-то стоял сзади и смотрел ей в затылок. Кира резко выпрямилась и обернулась, но сзади был лишь борт кузова, а за ним — проносящаяся мимо ночная пустыня.       «Папа, — взмолилась она и задрала голову, словно хотела посмотреть на небо. — Если ты меня слышишь, если Сила милосердна и передаст тебе мои слова — спаси меня». Всю дорогу она повторяла его имя, словно мантру.       «Я на Джакку, — звучал отчаянный шепот под плотной тканью. — Приди за мной».       «Пожалуйста, приди за мной…»       Машина остановилась и заглушила мотор. Неподалеку были слышны многочисленные голоса людей — очевидно, пленников привезли в некий населенный пункт, чтобы распорядиться их дальнейшей судьбой. Тот гуманоид, что сидел с ними в кузове, спрыгнул на землю и приказал всем вылезать, перед этим громко постучав пальцами по звонким стальным бортам.       Прежде чем до нее дошла очередь вставать с места, кто-то коснулся ее плеча и спросил, грудным хриплым голосом:       — У тебя есть родители, которые смогут заплатить за твою свободу, а, девчонка?       — У меня есть отец, — призналась Кира сквозь сжатые зубы. — Но он вам не заплатит. Он вас убьет.       — Да? И как же? — захохотало существо. — Пришлет армию штурмовиков?       Кира впервые после похищения улыбнулась, и улыбка эта была с примесью злорадства. Штурмовики покажутся им меньшей из зол, ведь если прилетит сам Кайло Рен, то они будут умирать медленно и в муках. Эти люди, кем бы они ни были, вполне заслуживали подобной участи, потому что было слышно, как избивали неподалеку одну из женщин, попытавшуюся сбежать. От ее болезненных стонов и душераздирающих воплей мурашки бежали по всему телу.       Поглощенная страхом, Кира не обратила внимание на раздавшийся в воздухе рокот приближающихся кораблей. В черном небе засверкало несколько космических челноков, прокладывающих себе путь посреди ночной мглы мощными прожекторами. Сильные потоки ветра сдули с ее головы мешок и растрепали волосы. Она тут же зажмурилась от яркого света, а когда резь в глазах прошла, то увидела бегущих в рассыпную зайгеррианцев, работорговцев, печально известных на весь мир.       — Первый Орден! — кричал кто-то, сея хаос и суматоху.       В совсем небольшом, как оказалось, поселении, огни гасли один за одним — жители рассчитывали скрыться под покровом темноты, но зависшие в воздухе истребители освещали всю местность. Штурмовики в знаковой белой броне выпрыгивали из десантных шаттлов и занимали боевые позиции, делая предупредительные выстрелы в воздух. Те работорговцы, что не успели убежать, сдались без боя и были окружены вместе со своей добычей. Неподвижно сидящая в кузове Кира чувствовала, как тяжело ей становится дышать, как переполненные ужасом глаза вылезают из орбит, глядя на точную и быструю работу армии ее отца.       Рядом с десантными кораблями приземлился командный шаттл, в алом иллюминаторе которого промелькнул знакомый силуэт. Чуть позже по опущенной рампе прошелся человек в золотистой броне с черным наплечником и бластером наперевес; его вокодер хрипел от множества приказов. Это был Пайр — коммандер штурмового корпуса Первого Ордена, человек верный и достойный доверия. Заметив его, Кира набралась храбрости и выпрыгнула из машины, а потом со всех ног понеслась к нему навстречу мимо озадаченных штурмовиков. Пайр узнал ее еще издалека, сразу дав команду создать безопасный коридор, чтобы случайный выстрел не задел ребенка.       — Ты не ранена? — прокричал он в гуле работающих турбин, когда девочка оказалась напротив.       — Нет, я в порядке! — ее глаза припухли от слез, а на щеке краснела ссадина, но в целом Кира выглядела здоровой и бодрой от зашкаливающего адреналина. Это был очень хороший знак для коммандера — опоздай они хотя бы на полчаса, история могла закончиться совсем иначе. Страшно представить, какова была бы реакция Верховного Лидера.       К ним подошел один из штурмовиков:       — Сэр, что делать с задержанными?       — Зачистить весь сектор, свидетели нам ни к чему, — ответил Пайр, разворачивая Киру спиной к сидящим на коленях людям.       Облаченные в черные перчатки пальцы плотно прижались к ее ушным раковинам, перекрывая звук, но девочка и без него знала, какими будут предсмертные крики бедных неповинных заложников за ее спиной. Расстреливали всех — и работорговцев и рабов — невольных свидетелей миссии Первого Ордена по спасению дочери Кайло Рена, так как допустить распространение слухов было нельзя. Кира понимала это, поэтому не пыталась что-то сделать, да и что она могла в этой ситуации? Взрослые всегда поступали по-своему. Сейчас лишь оставалось молча слушаться и стараться не показывать свое огромное чувство вины.       В шаттле девочку осмотрел медик, повреждений не обнаружил, но вколол ей успокоительное из-за высокого сердечного ритма.       — Тебе повезло, что «Колосс» дрейфовал неподалеку, — пробурчал Пайр, внимательно наблюдая за тем, как Кира растирает место укола. — Пришел прямой приказ от твоего отца. Он как-то узнал, что ты на Джакку, а наша станция оказалась ближе всего к этой планете. На орбите мы уловили сигналы твоего коммуникатора, поэтому сразу знали, куда лететь.       — Папа… знал? — прошептала Кира, не веря своим ушам.       Неужели она докричалась до него через Силу? Ей приходилось слышать от Люка и Леи истории о могущественной связи, которая существует между близкими родственниками и друзьями, но это был первый раз, когда она увидела принцип ее работы. Дедушка, если верить его словам, был способен почувствовать сестру с другого конца галактики. Она часто представляла, какого это — иметь возможность говорить с любимым человеком, будучи в разных местах. Часть разума до сих пор не могла до конца осознать произошедшее — ведь все что она делала — лишь взывала к отцу, сосредоточившись на его образе. Если отец и услышал ее крик о помощи, то Сила об этом Киру не пожелала оповестить.       — Юная леди, — голос Пайра не предвещал ничего хорошего. — Ты представляешь, что натворила?       Он опустился перед ней на одно колено, чтобы через черный визор шлема взглянуть ей в встревоженное лицо. За ним не было видно эмоций, но тон, с каким он выплевывал слова, говорил сам за себя. Пайр был в гневе. И в ужасе от возложенной на его плечи ответственности.       — Ты понимаешь, что обрекла многих на смерть? Погибли местные, полетят и головы орденцев, которые не смогли тебя вовремя поймать и остановить. Твой отец не какой-то местный криминальный авторитет, он намного хуже.       — Не вам рассуждать о том, каков мой отец, сэр, — огрызнулась девочка.       — Не пойми меня неправильно, я просто пытаюсь донести до тебя, что все, что ты делаешь — ведет к определенным последствиям. Ты уже достаточно взрослая, и должна осознавать это.       Как странно, подумала Кира. Еще совсем недавно она вскрывала коробки с плюшевыми игрушками внутри, как вдруг превратилась во взрослую леди. Да, она поступила плохо, но почему командиры так охотно скидывали на нее вину за жестокость ее отца? По прибытии на «Финализатор» она обязательно поговорит с ним на эту тему, если остатки храбрости не растеряются по дороге. Впрочем, можно было взять с собой Викрула, в качестве поддержки. А еще бабушку. И дедушку.       Прежде чем шаттл покинул планету, Кира рассказала, где оставила «Сокол», а также попросила вернуть ей дроида, и не важно, в каком виде. На подлете к «Колоссу» Пайру сообщили, что корабль Чубакки и Лэндо удачно взлетел и отправился вслед за ними, а остатки бедного Би-Би, в корпус которого попало несколько бластерных выстрелов, подобраны и вскоре будут переданы в руки хозяйке.       «Прости меня, Би-Би», — горько подумала Кира, одновременно пугаясь собственной реакции.       Она не испытывала жалости к убитым рабам, но из-за сломанного робота была готова громко разреветься, потому что в нем хранилась очень важная для нее информация. Информация, ценнее человеческой жизни.       «Сила, — выдохнула она в ужасе, — я становлюсь похожей на отца».