Эйфория

Monday, 16 sep, 7:46 — Доброе утро, Питер. — Привет, Хэппи, — Питер заползает на заднее сидение, чуть ли не падая на него. Он сегодня чертовски плохо спал, потому что пришлось проснуться среди ночи и бежать домой, — остановимся у гастронома? — Ладно, — отвечает Хэппи и заводит двигатель машины. — Почему вы не заходите к нам? Мэй часто спрашивает, — на самом деле она ничего не спрашивает, Питеру просто хотелось, чтобы Хоган заехал к ним на днях, он ведь замечал, как она относится к Хэппи. — Спрашивает? — немного взволнованно переспрашивает Хэппи, скрывая улыбку. — Да, говорит, что Вас давно не видно, а у неё как раз выходной скоро, может Вы бы приехали. — Может, — Хэппи делает небольшую паузу, раздумывая, — я смогу. Питер думал, что вчера Хэппи остался у Мэй, потому что он сам, да и тетя открыто ему намекали на это. Но то ли Хоган был слишком неуверен в себе, то ли не хотел понимать этого, он он не приехал к ней.

***

— Питер? Ты в порядке? Парень поднимает голову, отрываясь от парты и пару раз моргая, смотрит на доску в классе химии. В кабинете уже никого не было, Питер осмотрелся и увидел слева учителя, чей голос разбудил его только что. — Черт, извините, — говорит Питер и поднимает с пола портфель. — Ничего, — отвечает Квентин Бэк, — ты в порядке? — Да, в порядке. — Ты уснул в начале урока. В ответ Питер молчит. Он потирает руками глаза, смотря на милого учителя, что сел напротив за соседнюю парту. — Ты плохо спишь? — Бессоница. — Снотворное не принимал? — С моим курсом лечения мне нельзя снотворное, — отвечает Питер, и это было правдой. Квентина, возможно, ещё не предупредили по поводу болезни Паркера и его проблем с наркотиками, потому что сейчас он выглядит несколько растерянным. — Ладно, можешь спать на моих уроках, если тебе не уснуть ночью, — учитель улыбается и встаёт с места, — всё равно ты в химии лучше всех разбираешься. — Спасибо. Питер был отстранён, возможно, потому что действительно мало спал сегодня. Но Бэк показался ему добрым и понимающим учителем, возможно, в силу его возраста он понимает школьников. Парень даже не ожидал столкнуться с таким пониманием в школе. Этой ночью Питер не спал. Он вспоминал, как ночевал у Старка. Он заснул у него на груди во время разговора, сжавшись в комок под его боком. Питеру не было страшно засыпать рядом, он чувствовал себя самым счастливым человеком. Он даже не слушал, что ему говорят, он смотрел на его лицо и улыбался, думая о том, какой Старк красивый и умный человек. К нему Питер подбирал мысленно все знакомые ему положительные эпитеты, кучу раз благодарил его за то, что он есть в его жизни, кучу раз признавался себе в том, что не готов терять их связь. Той ночью они уснули вместе. Тони не захотелось расставаться с ним, они уснули под утро, а в 6 часов пришлось разбудить мелкого, чтобы ни Мэй, ни Пеппер ничего не волновались. Их жизнь с Питером состояла из подобных маленьких секретов и встреч. Это было сложно, но, кажется, оба теперь только в этом видели смысл жизни. Тони никогда не думал, что полюбит кого-нибудь ещё кроме Пеппер. Чувства к Питеру он не признавал вовсе, пока они не расстались на долгие три месяца. Тогда все круги ада прошёл не только пацан, но и Тони. Он боялся звонить ему, боялся посещать, хотя регулярно старался делать подарки, звонить и узнавать от его тёти как идут дела. Она была честно польщена и обрадована такой помощью и интересом со стороны Старка к её племяннику. Пускай и не любила Тони, но их общение шло Питеру на пользу, ей так казалось. — Боже, Лиз, — Бэтти садится рядом с подругой за стол — её внешний вид сегодня заставляет желать лучшего: не накрашена, волосы не были красиво завиты или уложены, а глаза припухшие, обычно её губы сияли улыбкой, но сейчас Аллан бы скорее поверила, что Бэтс пила всю ночь, чем уделяла внешнему виду два часа с утра, — это кошмар, — тихо шепчет девушка, закрываясь руками. Бэтти не любила мешковатые и большие вещи, но сегодня она была в плотной пайте, чёрных очках и джинсах. — Ты про что? — Лиз делает вид, что ничего не понимает, хотя сама рассматривает в телефоне её фотки. — Дэвис, — Бэтти процедила эти слова, будто в голове добавила ещё пару матерных слов, — уёбок, он скинул всем фотографии, которые я присылала только ему. — Ты должна была быть аккуратнее. — Нет! Это он должен был быть не таким мудаком, — агрессивно отвечает девушка, — козел, даже не мог со своей страницы в Фейсбуке это сделать. — Вдруг это не он, — отвечает Аллан, выключая телефон и кладя его перед собой, — может, он уже кому-то их скинул, а тому человеку захотелось тебя опозорить. — Мать твою, он всё равно виноват, даже если это не он. Аллан не ожидала таких последствий. Сейчас Бэтти выглядела чересчур несчастной, а Лиз понимала, что напрямую содействовала этому. Теперь Лиз не чувствовала отомщенности и правильности своих действий. — Что собираешься делать? — Расскажу всем, какой у него маленький член. — А серьёзно? — Я не знаю, — безнадежно вздыхает блондинка, — скорее всего, Нэд бросит меня, если узнает об этом. Вернее, он уже узнал, наверное, он даже говорить со мной не станет. — Да, неприятно бы вышло, — Лиз могла бы предположить, что у Нэда нет Фэйсбука, но он выглядит как тот ещё задрот, у которого есть аккаунт во всех соц. сетях, особенно на порносайтах. Нэд Лидс был с детства обычным ребёнком. До определённого времени, пока не стал ходить в школу. С детства он дружил с многими детьми, но с начальной школы с ним оставался только Питер. Нэд отдалился от большего количества людей, когда впервые скачал на свой компьютер рпг. Это увлекло его с первых же минут, Нэду нравилось чувствовать себя победителем среди прочих игроков, которые проводили в играх часами, а может и днями, но только ему удавалось выйти в топы. Подкупала легкость победы в играх, Нэду нравилась отстраненная реальность. Если в настоящей жизни он был обычным школьником из Куинса, то здесь он мог быть королём государства, наемным убийцей из средневековья, подростком, который внезапно обрёл способности. Он мечтал о чём-то подобном в реальной жизни, но она была слишком серая и скучная, он понимал, что ничего подобного в реальной жизни не произойдёт, чтобы надеяться. Нэд отдалился от одноклассников и знакомых. Просто потому что у людей вокруг было слишком много причин смеяться над ним. Он ведь правда выглядел нелепо. Сперва смеялись над тем, что он толстый, это были редкие, но обидные слова, шутки и подколы. В основном от самых красавцев в их школе, которые всегда были во внимании девушек. Нэд понимал, что у него нет и шанса — но он хотел понравиться таким, какой он есть, чтобы его отношения строились на высоких чувствах, а не влюбленности в лицо. Хотя сам дрочил по ночам на красивых актрис в порно и мечтал о Бэтти Брант, а не о какой-то Сью Лорман. После в ход пошли шутки о его расовой принадлежности. Нэду повезло родиться смуглым и при этом с узкими глазами, Нэд ненавидел это. Он ненавидел это всё, и только в видеоиграх он был оценён только за счёт своих талантов: умения выигрывать, торговаться и поднимать умения за счёт долгих тренировок и опыта. Его не волновало отсутствие личной жизни, он даже не сразу заметил то, что происходило с Питером, не заметил, что они стали видеться реже. Мать была не против, она считала, что лучше б Нэд сидел дома и занимался любимым делом, чем общался со своими одноклассниками, о которых была наслышана. Она никогда не критиковала его, любила и помогала. Поэтому ради Бэтти он был готов на всё. Конечно, он и не ожидал что она первая с ним заговорит. — Мне вчера на Фэйсбуке написал какой-то парень, — Питер поправляет капюшон на голове, прячась сильнее в свою толстовку. — А я в шоке, кто-то разослал фотографии Бэтти всем в нашей школе, — начинает также Лидс, надеясь, что Питер его слушает. В общем-то, звучало серьезно, — она знает, кто это сделал, но не говори мне, а я бы отомстил за это. — Не думаю, что это необходимо. — Мне жаль её, Питер, она ведь доверилась этому парню. — Она встречалась с Дэвисом пару недель, — отстранённо говорил Питер. Нэд понял — он снова употреблял в школьном туалете. Когда же у него отвалятся печень, желудок или легкие — Лидс не знал, что отвечает за наркотики — чтобы Питер перестал сбегать от реальности. — Да, но она ведь такая наивная. — Обычная шлюха. — Стой, ты сказал Дэвис? — Он показывал эти фотки Мишель, Флэшу и Лиз, когда они тусили у неё. — Лиз? Питер не хотел ввязываться в эту историю, он просто сказал то, что знал без каких-либо личных суждений и утончений, надеясь, что друг сам сможет правильно этим распорядиться. Паркер уже прикрыл глаза, как внезапно ему пришло сообщение. — Питер, я с тобой говорю. — Да? — он переводит взгляд на друга. — Лиз и Флэш знали об этом? — Я без понятия, чел, я не был с ними. Возможно, Питеру не стоило этого говорить, но сейчас ему уже было плевать. Он встал с места, попрощался с другом жестом руки и направился к выходу из спортзала.

***

— Йоу, Лиз, спасибо тебе за помощь. Дэвис возникает внезапно, пугая девушку. Она чуть не ударила его, когда закрывала свой шкафчик. — О Боже, Брэд, — отвечает она, поворачиваясь к нему, — не пугай так. — Её теперь правда все считают шлюхой. — Мне кажется, ты преувеличиваешь. — Брось, нет, — он как змея засматривал её, пытаясь выяснить, что у Аллан на уме, девушке было не комфортно. Он определенно что-то хотел спросить у неё или предложить, — только я не понимаю, зачем ты мне помогла. — То есть, вчера ты всё говорил наугад? — Нет, я просто не знаю твоей истории. Она замолчала, несколько секунд на раздумия, стоит ли ей делиться с ним подобными откровениями. Дэвис точно не тот человек, кому хотелось открывать душу, но о чём-то он уже определенно был в курсе. — Она всё время говорила, что мне нужно худеть, — начинает Лиз, — даже не задумываясь о моем здоровье и самооценке. — Она сильно критиковала тебя? — Довела до анорексии. Дэвису такая причина не показалась слишком весомой, но Лиз было плевать. Да и ему тоже, им обоим нужна была не жалость, а месть. — Мне снова нужна твоя помощь. — Тебя она так сильно оскорбила? — Знаешь, сколько раз мы расставались? — Нет. — Восемь, — говорит парень, а затем они оба идут в сторону кабинета, — и каждый раз она меня бросала, кто-нибудь уже давно должен был проучить эту суку. — Ну, — Лиз замолчала. Она не знала, что ответить, Дэвис был прав, но Аллан была не из тех, кто добивается справедливостью своими руками. Она хотела, чтобы жизнь отомстила Бэтс, но не хотела быть в этом замешана лично. Теперь Брэд предлагал ей выступить в роли правосудия, — мой отец был очень религиозным человеком, он говорил, что нужно возлюбить... — Ты божишься? Серьёзно? — Чёрт, я не хочу портить наши отношения. — Я сделаю всё сам, о тебе даже не узнают. Она снова задумалась. Это было бы неплохо, Дэвису уже было плевать на их отношения, но был риск. — Если догадаются? — Мать твою, с ней уже никто не хочет общаться, а потом ни один парень не захочет иметь с ней дело. — Ах ты, сукин сын, я в деле. — Привет, Лиз. Флэш Томпсон с детства привык к тому, что за него всё решал папа — такой же богатый человек, как Тони Старк. Только у Тони Старка не было сына, который любил себя и пытался выставить себя за другого человека. За всем этим возможным тщеславием, Флэш был на самом деле не самый уверенный в себе человек. Зная, что у тебя есть крутая тачка и модная одежда, легче думать, что ты нравишься окружающим. Даже если кому-то это казалось напускным и лишним, Флэш всего лишь пользовался своим положением, чтобы катать девчонок и тусоваться. Флэш был капитаном школьной команды по футболу, это у него получалось лучше, чем декатлон. Отец был богат и щедр, но за многие ошибки своего сына он строго наказывал его. Поэтому Томпсон и пошёл в команду по декатлону, ему это невероятно сложно давалось. Во-первых, он тупой. Невероятно тупой для запоминания важных фактов, событий, Флэш не читал книг и был слабо эрудирован. Это был отличный повод начать заниматься декатлоном и ужасным поводом, чтобы ездить на соревнования по нему же. Лиз была совершенно другой — она всегда всё знала. Однажды она предложила ему помочь с подготовкой, Флэш был так зол и недоволен собой, что стал ненавидеть её — обычная простая девчонка с его школы будет учить его, для парня это было унизительно. Доставать её после уже стало традицией, он утверждался «мне не нужна помощь такой дуры» — думал он и всячески отдалял её от себя. В позапрошлые выходные он заметил её по-другому. Надоело держать себя на цепи. — О, Брэд, — он обратил внимание на парня рядом. — Привет, Флэш, — тот слегка улыбнулся, а затем переключил внимание обратно на Аллан, — мы договорились? — Да. Дэвис уходит, прощаясь с ними, а Лиз и Томпсон заходят в класс химии. Учителя пока не было, а половина класса находилась в столовой, ещё некоторые курили, в помещении было всего человек 5. Лиз направилась к своей парте, кидая рядом портфель. Она молчала, а Флэш думал, что девушка обиделась — но на что? Он ведь ничего ещё не успел сделать. — Лиз, ты снова хочешь помогать этому уроду? — Почему ты считаешь его уродом? — Выкладывать чужие интимки несовершеннолетней девушки это не только аморально, но уголовно наказуемо. — А разглядывать не аморально? — Мне было интересно, — в свою защиту отвечает парень, а затем подтягивает стул с соседней парты, чтобы сесть напротив, — я не думаю, что тебе стоит сближаться с ним. — А я думаю, что сама разберусь. Флэш молчит в ответ. Всё-таки это её жизнь, и он уверен, если девушка так поступает, то у неё есть причины. — Давай встретимся вечером? — Я не смогу. — Ты обиделась на меня? — Я правда не могу. Флэш нервничает. Он встаёт с места и отпихивает стул от себя. — Окей, если ты хочешь, то иди к Брэду и порть жизнь лучшей подруги. Для этого ведь у тебя время есть. Парень уходит, оставляя девушку в полном недоумении после этой фразы. Она даже не успела ничего ответить. На секунду ей стало стыдно.

***

Friday, 20 sep, 16:42 — ЭмДжей, — Питер стучит в двери, которые съедали оранжевые лучи солнца. Сентябрь выдался чертовски жарким, Питер это ненавидел. Прохладный климат и дождливая погода была больше для него. — Чего тебе? — девушка открывает двери, и выглядит она по-домашнему: растянутая кофта её старшего брата, короткие шорты и домашние тапочки в виде кроликов. — Мне нужно совсем немного, — парень без лишнего приглашения входит в её дом, — Мэй дала мне 200 баксов за 30 дней. — Чел, выметайся, ко мне скоро приедут родители. — Бро, у меня всё закончилось, шаришь? Она закрывает дверь и идёт за парнем, который по-хозяйски устраивается на диване в её гостиной, сканируя взглядом всё помещение. Под «родителями» Джонс подразумевала мать и брата. ЭмДжей не часто говорит о своей семье. Но Питер был бы не Питер, если бы не замечал те вещи, которые не должен, например: её мать имеет машину, но ей никогда не выдадут права. Также он знал, что её брат нигде не работает, но они вместе поднимали кучу денег. Сложить два и два было не сложно, а особенно, когда у тебя маниакальная фаза и ты хватаешься за первую непонятную тебе историю, постоянно твердя себе «я чёртов гений». — ЭмДжей, твоя мать ведь лечится от шизофрении? — бестактно Питер берет в руки баночку таблеток, читая название, бегло пробегая по составу. — А твои таблетки тебя вставляют? — она тут же её отнимает и скрещивает руки на груди. — Они, типа, «лечат» меня. — Не смей, — угрожающе она поднимает палец вверх. — Дай мне всё, что надо и я отчаливаю. — У меня нет ни черта. — Брат? — Питер, ты раздражаешь меня, — с ноткой агрессии говорит ЭмДжей. — Не только тебя, — Питер был на грани между тем, чтобы улыбаться, шутить и начать орать на ЭмДжей, что та тупая сука до сих пор не продала ему наркоты, — мать твою, я не верю, доставай нз*. — Я не дам тебе с нз ни таблетки. Она тыкает его пальцем в грудь, а затем идёт в сторону кухни, чтобы спрятать в шкаф баночку. В их квартире всегда было чертовски темно, и это раздражало зрение, но иначе нельзя было: когда в твоём доме находится большое количество наркотиков и регулярных сделок. — Сука, Мишель, ты можешь толкать детям наркоту в школе, но не можешь сейчас помочь другу. Мишель пошла обратно в гостиную к парню, села на диван и ловким движением достала маленькую пачку колёс между двумя подушками в диване. Она подняла его в руках перед лицом Питера, когда тот присел рядом и тут же выхватил его у неё из рук. — Ты че хочешь угробить меня винтом? — Паркер недовольно кривится, еле сдерживаясь, чтобы не взорваться. — Всё, что есть, — равнодушно отвечает девушка, — остальное ищи у себя дома. — Чёрт с тобой, — отвечает Питер и достаёт из кармана купюры. Он не успевает даже отдать подруге деньги, как они оба слышат шорох ключей в замочной скважине. Мишель тут же вскакивает с места и пихает Паркера в сторону балкона, из-за чего он роняет пакетик на пол. — Проваливай, — тут же цедит девушка и закрывает дверь перед его лицом. Питер ничуть не выругался вслух, если бы не понимал насколько серьезное это дело. Если его здесь заметят, им обоим пизда. Питер открывает окно на её балконе и быстро слезает с первого этажа. Все равно он не обиделся, потому что прихватил с собой кое-что.

***

Friday, 20 sep, 16:12 Хэппи не смог подвезти сегодня Питера домой после школы, он его элементарно не смог найти. Паркер не стал предупреждать его о том, что пойдёт сам, а на звонки не отвечал, хотя Хоган настойчиво названивал. Он не хотел говорить об этом Тони, просто потому что у пацана могли быть проблемы. Самое отвратительное то, что Хэппи часто руководствовался подобным принципом — «не хочу подставлять его». Черт, он прикрывал их отношения с Тони, а вернее делал вид, что ничего не было. Не слишком это было похоже на укрывательство, скорее халатность, но это меньше из зол. Теперь он прикрывал его отсутствие от Тони, хотя Паркер даже не просил. Какого черта Хоган вновь занимается альтруизмом? Он не знал зачем приехал к тёте Паркера. Хэппи с далеких двухтысячных забил на свою личную жизнь, не имея долгих отношений практически ни с кем. Сейчас у него не было такой плотной работы, как раньше, чтобы недели пролетали, как секунды незаметно. Он мог позволить себе отлучиться на часок другой к женщине, с которой у него налаживалось общение. — Ох, здравствуйте, — неловко улыбается Мэй, когда видит на пороге неожиданного гостя в виде водителя Тони Старка. Она не сразу замечает в его руках торт и скромный букет (она была уверена, букет скромный потому что Хоган не хотел слишком навязываться), это было приятно вдвойне, — это так неожиданно, я не знала, что Вы приедете. А Питера нет, он ещё не вернулся, честно говоря, я думала, он с Вами... Она было открыто влюблена в него, но не могла уделять их общению должного времени. Работа и уход за Паркером отнимали не всё время, но огромные силы, которые ей приходилось по долгу восстанавливать. После смерти Бэна она вообще не могла завести с кем-либо отношения. Это было что-то вроде табу, Мэй не думала, что Питер сможет оценить другого мужчину и поладить с ним, да и кем она будет в его глазах после этого? После его смерти Мэй было тяжело думать о том, что у неё кто-то появится. Она нигде не была, на работе никого нового не предвиделось, а все мероприятия были перечёркнуты тем, что приходилось следить за Питером. Она не могла полюбить никого больше, не позволяла совесть, мысли о Бэне и время. Всё было против неё. Мэй поставила крест на своей жизни. — Я думал, что он дома, — слегка растеряно отвечает Хэппи. — Нет, наверное, задерживается, — она неловко хихикнула и пропустила мужчину в дом. Чёрт, она так волнуется, словно ей снова 14 и она в школьном коридоре видит самого красивого парня в школе, который случайно улыбнулся ей, — у него такое бывает, хах, не думаю, что что-то серьёзное. Хэппи в ответ всего лишь слабо улыбнулся. Прекрасная женщина. — Вы зря так волнуетесь, — они уже вдвоём переместились на кухню. Хэппи присел за стол, а Мэй стала искать вазу для цветов, потом резать торт и вставить чайник. — Давайте перейдём на «ты»? — О, конечно, — она неловко поправила прядь волос, а затем случайно мазнула ножом мимо прямо по пальцу, — ты зря так волнуешься, Питер молодец. Он идёт на поправку, — она улыбалась и выглядела невероятно счастливой —жизнь налаживалась, — уже месяц ничего не употребляет. — Это отличные результаты, — отвечает Хэппи, — Питер молодец, просто ему нужно... — он слегка запнулся, пытаясь подобрать правильные слова, — поддержка отца. — Ох, был бы жив Бэн, — несмотря на то, что она говорила о нём, Мэй всё равно улыбалась, — Питеру было бы намного легче пережить всё это. — Не хорони себя, — Хэппи тоже улыбался. Внезапно Мэй услышала громкий хлопок снаружи, больше похожий на удар. Она слегка перепугалась, приподнявшись с места, они оба замолчали, прислушиваясь к посторонним звукам с улицы. Через секунду дверь открылась. В ней появился подросток, и Мэй точно чувствовала что-то неладное. Не могло всё быть настолько идеально долгое время, обязательно должно было что-то испортиться. По другому в их жизни не бывало. — Питер? — Мэй встала с места и подошла к нему ближе. — Привет, Мэй, — Питер старался не выдавать своего состояния, он моргнул, и тетя уже оказалась перед ним. Взгляд был мутным, Питеру хотелось поскорее добраться до кровати и лечь, чтобы не рухнуть в коридоре, — Мистер Хоган? — он заметил его на кухне, — извините, что не позвонил... — его голос был ровным, но Паркер тянул каждое слово и выглядел слишком отстранённым, — я.. я пойду наверх, я не буду вам мешать, — он пошёл в сторону лестницы, поднимаясь по ней, ему так сильно не хотелось сейчас общаться. — Питер Бенджамин Паркер, — Мэй не хотела устраивать сцены разборки при посторонних людях, но сейчас её буквально трясло от злости и печали. Она была между двумя состояниями: заплакать или закричать, а возможно, вместе, — стой, пока я с тобой разговариваю. Питер остановился. Он просто хотел поскорее в кровать, но крики тёти вырывали его всё больше из любимой пелены, через которую ни черта не видно и не слышно. — Питер, — она подходит ближе к подростку, а затем уводит его за собой на второй этаж, — где ты был? — Я... — он слегка потёр шею ладонью и повернулся к ней, — ну, я был у Нэда. — Не ври мне, я звонила его маме. Вот, блин. — Ладно, не у Нэда... — Где ты был всё это время? Ты снова на наркотиках? Питер! Отвечай, когда с тобой разговаривают, — парень всё это время только думал как поскорее уйти в свою комнату и сгладить ситуацию, ему совсем не хотелось сейчас устраивать сцен. — Отвали, прошу, — несмотря на ситуацию, его голос оставался спокойным, а подобное обращение заставляло Мэй вспыхнуть ещё сильнее. — Я спрашиваю тебя, где ты был?! И отстану я от тебя только когда убежусь, что ты правда ничего не применял месяц! Ты снова пытаешься всех обмануть, Питер, я ненавижу, когда ты лжёшь. — Ты ненавидишь меня, — в его голосе появлялись нотки агрессии, которые были, к сожалению, знакомы ей. — Ты не принимал таблетки? — Блять, к чёрту все ваши таблетки, они нихрена не помогают мне, я чувствую себя хуёво, — Питер не сдерживается, он ненавидит орать, ненавидит разговаривать с тётей, но сейчас она выбесила его, заставляя нервничать и оправдываться, — это будет со мной всю мою грёбаную жизнь, а вы твердите мне, что я скоро стану здоров, хрен там! — Ты идиот, — Мэй почти плачет, — ты сейчас же идёшь в ванну сдавать тест. — Нет. — Да. — Заткнись. Питер разворачивается и сразу же оказывается за дверью в своей комнате, медленно опускаясь по стенке Мэй что-то говорит в ответ, но быстро прекращает, понимает — это бесполезно. Как и всё, что они делают. Слишком, блять, бесполезно. Каждый день Мэй просыпается с мыслью «вдруг»: «а вдруг сегодня всё станет лучше, чем вчера», «вдруг Питер наконец сможет бросить наркотики», «вдруг эти таблетки смогут ему помочь». Она каждый день просыпается с новой надеждой на лучшую жизнь, на то, что их борьба не бесполезна, что они стремятся к этому вместе. Но между ними была колоссальная разница — для Паркера больше не существует этого «вдруг», для него наркотики уже попали в мозг и вся борьба прекратилась, не успев начаться. Он расценивал каждый день, как подтверждение своего проигрыша, как очередной бесполезный и тупой день, который нужно было каким-то образом прожить, существуя от одного счастливого момента до другого. Для Мэй каждый день был очередной борьбой и движением вперёд. Они шли в разные стороны. Паркер пыталась сдвинуть его с места, поднимая на гору своими силами. Питер пытался не свалиться вниз ещё сильнее, оставаясь на дне. Он вытирает слёзы и встаёт с места. Когда Мэй сказала, что он не выйдет, пока не сделает тест, она не шутила, и Питеру нужно было прикрытие. Ему нужен был Нэд. Времени на слёзы и жалость к себе больше не хватало, пока ещё не слишком поздно. Питер снова вылезает из комнаты знакомым путём, надеясь, что Хэппи не выйдет из дома прямо сейчас, потому что его машина по-прежнему находилась перед их домом. — Я не знаю, что делать, — тихо шепчет Мэй, садясь снова на место и прикрывая лицо. Нет, она не станет плакать. Она уже выплакала всё, что могла, теперь она стала сильнее. Слёзы всего лишь пустая трата времени, они съели её щеки, разъели веки и утопили сердце, больше она не позволяет себе этого. — Мэй. — Я в порядке, — она вздыхает, а затем поднимает голову и смотрит на мужчину с еле заметной немного... сумасшедшей улыбкой. Он молчит, потому что не знает, что сказать. Хэппи никогда не был в подобных ситуациях, и их ссора сейчас не смущала. Скорее она требовала решительных действий. — Мэй, — он берёт её руки в свои, — я удивляюсь твоей стойкости. — Спасибо, — она улыбается, а потом встаёт с места, — не хочешь выпить?

***

— Детка, я знаю, что всё это тебя дико печалит, но я не обижаюсь. Ты не виновата в том, что доверилась не тому человеку, — Нэд говорил вслух те вещи, о которых Бэтти думала прежде, те, что ей говорили подруги, но только из его уст они принимали смысл, — мне плевать, что думает общество, оно всю жизнь всех критикует. — Милый, извини, но я не понимаю, где... — ладно, Нэд был чёртов романтик. Это было так по-домашнему уютно, в своей комнате Лидс выложил на полу кучу подушек, по комнате несколько свечек (на которые хватило карманных), пачка попкорна с чипсами и сделанный ручной проектор для фильмов — он чертов гений, и Бэтти кажется, что она его недостойна. — Вау, — она так улыбалась, что напрочь забыла о том, что её волновало пару минут назад, — чёрт, для меня никто не устраивал такого милого свидания, — улыбается Бэтти и разворачивается к Нэду. Обычно он боялся её взять даже за руку без её разрешения. Нэд относился к ней, как к королеве, они даже не целовались ни разу, возможно, несколько раз обнялись. Просто потому что он слишком переживал за неё, слишком боялся сделать что-то не так.

***

— Питер? Парень оборачивается, услышав знакомый голос. Даже не успев понять, кто его позвал, он приземлился на траву, столкнувшись с гидрантом. — Ох, чёрт. Питер сидит на траве пару секунд, думая, что нужно бы встать с неё, но вместо этого парень ложится, и ему так плевать, что в ней может быть, что кто-то может увидеть. Просто потому что он устал, у него не было сил и желания подниматься на ноги. — Удобно? — Вполне, — выдох получился на удивление громким, и Питер открывает глаза, чтобы посмотреть, кто его встретил. Квентин Бэк на удивление всегда появлялся в самые неожиданные и трагичные моменты его жизни. А иногда в самые нелепые, например, когда Питер врезается, падает с велосипеда и лежит на траве, делая вид, что отдыхает. «Квентин чертовски добрый мужик» думает Питер и смотрит на его лицо дольше, чем положено. Почему он раньше не замечал, что он такой привлекательный? — Ты уверен? Может... встанешь? — Я не... — Питер запинается. Ему в голову приходит идиотская мысль, — лучше ложитесь рядом. — Питер, — он усмехается, — моя собака могла нагадить на эту траву. А ещё здесь холодно. Он протягивает подростку руку. Питер думает пару секунд и поднимается с его помощью: боже, учитель химии был сейчас очень кстати, он правда помог. — Почему ты гуляешь один? — Я... — Питер не слишком близок с ним, чтобы говорить правду. Но почему-то Квентин складывает впечатление доброго человека, и парню казалось, что довериться ему было бы не опасно, — ну. Немного поссорился с Мэй. — Это твоя подруга? — Тётя. Питер поднимает с пола велосипед. Квентин начинает идти первый, и Паркер идёт за ним, смотря на вилающийся хвост его маленькой собаки. — Это не моё дело, но тебе нужна помощь? — Возможно. — Ты спешишь? — Не сильно, — Питеру почему-то было дико неловко общаться с Квентином. Он слишком редко знакомится с кем-то новым, чтобы вести диалог также как с Нэдом или... Питер, в общем-то, ни с кем больше и не разговаривает. — Зайдёшь ко мне? Поговорим. К тому же ты... О, ты слишком в траве. — Ладно. Спасибо. Питер казался ему чересчур закрытым подростком. Квентин часто следил за ним. Просто ещё с первой их встречи Паркер показался немного необычным, он и вправду был лучшим по химии, хотя спал на занятиях, иногда прогуливал школу. Из всех одноклассников общался только с Нэдом Лидсом, не имел девушку, хотя выглядел очень обаятельно и мило. У него была бледная кожа, круги под глазами и эти вечные огромные кофты, в которых тонул подросток. Бэк хотел знать, что с ним, Бэк хотел знать, чем он может помочь, в конце концов он хотел знать Питера. И сейчас он отвечал не слишком много, но он уверен — у них ещё куча времени на разговоры. — Проходи. Питеру было немного неловко, но сейчас он почти ничего не чувствовал из-за наркоты. Он и забыл совсем, что побочкой было дикое желание трахаться, так что сейчас Питер бы лучше заперся дома и подрочил, чем сидел с Квентином. С другой стороны у него было очень уютно. Питер почти чувствовал то тепло и беспечность, если бы каждые пару секунд его уже наполовину трезвые мысли не возвращали обратно к ссоре с Мэй. Внезапно Питер забыл про нз и был чертовски огорошен своей оплошностью. — Будешь чай? — спрашивает Квентин, — Чёрт, Мэллани снова весь пол испортила, — мужчина тут же переключился на своего лабрадора, который шагал по полу чертовски грязными лапами. — Вам помочь? — Да, — отвечает Квентин, — и.. Можешь называть меня по имени. Но, разумеется, не в школе, ладно? — Хорошо. Они повели собаку в ванну, и Питер никогда бы не думал, что мыть собаку это так весело. Во-первых, Квентин был весёлым человеком, который часто шутил. Не так часто, как Тони, Тони скорее был королём сарказма, это была его фишка. С Бэком же было как-то по-человечнее, он выглядел смертным. Во-вторых, собака очень тяжелая, но умная и любит купаться. Питер взял мыло и стал аккуратно водить по её шерсти, получая смачный и слюнявый поцелуй в лицо от её языка. Оба засмеялись. — Так... Почему ты гулял один? — Пока Квентин сидел на коленях возле ванны и мыл собаке лапы, Питер сидел рядом, опираясь локтями о бортик и успокаивал её. — Мы с Мэй поссорились, такое часто бывает. — Ты живёшь с тётей? — С шести лет, она почти стала мне как мать. — Почему ссоритесь? Питер не поспешил отвечать. Он не знал с чего начать, но точно он знал только то, что правду говорить не стоит. — Я отказываюсь принимать таблетки. — Таблетки? — мужчина правда выглядел озадаченным. Он ведь ни черта не знал о Питере. — Да, у меня биполярное расстройство, — Паркер садится рядом с ним, но по-прежнему смотрит только на собаку, — я могу принимать таблетки только в короткий период, но не делаю этого. Я знаю, что ничего мне не поможет, я живу с этим лечением уже несколько лет, а результатов никаких, мне даже не становится лучше. Возможно, Вы будете жалеть меня, но я не хочу вызывать жалость — я хочу быть нормальным. — Ты не вызываешь жалость, — твёрдо заявил Бэк, — и ты снова назвал меня на Вы. — Извини, не привык. — Если тебе ещё раз нужно будет сбежать, можешь звонить и писать мне, — улыбается Квентин, — это единственное, чем я могу помочь. Но, малыш, ты не должен бросать лечение. — Оно не помогает, — Питер на секунду покраснел от этого обращения, потому что так его называл только Тони. Чёрт, это так смущает. — Возможно, тебе это кажется, — Квентин был уверен, что эти слова ему уже говорили и он несёт чушь, потому что ни капли в этом не разбирается, — хочешь мороженое? — Не откажусь. Когда собака была помыта, она лежала на диване, закинув передние лапы и морду на колени Питера. Честно говоря, дом Квентина правда был уютным, даже если он жил здесь сам: довольно чисто для холостяка и красиво для мужчины, видимо, Бэк был приятным в быту. Парень на удивление даже не интересовался тем, как он живет и почему он один. Питер ел мороженое, оно было чертовски вкусным — лёгким и мягким, очень сладким. По словам Бэка это самый дешёвый пломбир, но его маленький лайфхак делает из него десерт ресторанного уровня. Секрет он, конечно, не выдал, видимо, чтобы почаще заманивать Питера к себе в гости на вкусное мороженое. — У тебя был секс? Питер чуть не подавился от неожиданности этого вопроса. Какого черта? — Это... Очень странный вопрос от учителя, — честно признаётся Питер. — Думаю, спрашивать о твоих проблемах было бы более бестактно, — он улыбается и присаживается рядом с подростком, — к тому же сейчас я не твой учитель. — Это именно то, что вас, чёрт, тебя интересует? — Мне интересно чем живут ученики. — Вы же... Ты. Ты же сейчас не как учитель спрашиваешь, — говорит Питер. — Нет, как учитель, но не твой. Питер в ответ улыбается и слегка смеётся. Его это смущало, но ещё больше, блять, возбуждало, потому что Питер сейчас так удачно отходил от колёс со сладким в руках. — Нет, если хочешь, не говори, но тогда я сочту тебя девственником. — Что? Чёрт, нет, лучше сочтите меня скромным геем. — Ты скромный гей? — Нет, хах, секса с парнем у меня не было, а с девушкой как-то не понравилось. — Вау. Чёрт, это было слишком волнительно. Почему он спросил именно это? Питер не хотел говорить об этом, его сексуальный опыт был плачевный, потому что единственный человек, которого он хотел по-настоящему слишком равнодушно относился к нему в последнее время. — Это был странный вопрос, я обижусь, если ты не объяснишься. — Чистое эгоистичное любопытство. — Хорошо, что насчёт тебя? — Питер говорил с ложкой во рту, он достал её, соскребая со дна остатки мороженого, и кажется, это было самое вкусное — мягкий холодный кусок в каплях холодного уже подтаявшего. Чёрт, за рецепт такого угощения, Паркер бы отдался Квентину, лишь бы тот перестал вести себя так загадочно. — М? Когда у меня... — Нет, почему ты живёшь один? — Ищу себе кого-то с кем можно воспитывать ребёнка. — У тебя есть ребёнок? — Она лежит на твоих коленях, — Квентин указывает на неё ложкой. — Собака не считается за ребёнка. — Не дай бог Мэлли это услышит. Снова шутки и никакой конкретики. Они оба улыбнулись. Питер совсем забыл, что шёл к Нэду, Бэк отвлёк его не только от этой мысли, но и от мыслей о ссоре, о таблетках и наркотиках. Во время разговора они всегда отходили на второй план слишком быстро, больше уступая место теме разговора. Питер под наркотиками редко разговаривал нормально, он терял нить разговора или вовсе не слышал ничего из того, что ему говорят, ничего непонимающе и просто находился где-то не здесь. Питер под наркотиками очень пассивный и равнодушный, может, секс с парнем у него уже был, а он и не заметил, Питер не был уверен. Под наркотиками Паркер слишком хочет трахаться и лежать в объятиях Тони. Трезвый Питер агрессивный, потому что не под наркотой. Агрессивный и раздражительный, он предпочитает ни с кем не общаться, чтобы не злиться лишний раз. — Питер. — А? — парень поворачивается к Бэку, и только сейчас замечает, как тот близко находится к нему. Кажется, они заговорились и Питер снова выпал из реальности. — Уже поздно. Мне кажется, твоя тётя будет волноваться. — Да, точно. Чёрт, спасибо за вечер, было круто. — Теперь ты знаешь, где я живу. Тебя провести? — Нет, мне всё ещё нужно к Нэду. Питер правда поехал после этого к Нэду, хотя он был уставший. Он улыбался во все зубы. Что-то внутри заставляло его улыбаться, возможно, доброта его учителя слишком умиляла и радовала, вокруг него было не так уж и много добрых людей, чтобы не замечать их. Хотелось закричать, Питер был трезвым и это были те редкие моменты, когда ему не хотелось принимать. Хотелось поскорее приехать к Нэду, потому что на улице было темно и чертовски холодно. PP: «чувак, открой дверь» PP: «я знаю, что ты не спишь» PP: «ебаный задрот, я вижу свет в твоем окне» PP: «твоя Бэтти шлюха и если не откроешь я не помогу найти урода который слил её фотки» NL: «Ты засранец, чувак» Питер улыбается и ждёт пару минут, прежде чем открывается дверь.