Беззвёздное небо

На следующий день после выхода из комы четырнадцатилетний Савада получает радостное известие - он едет в Японию, едет домой. Равнодушно пожав плечами, Комаэда уходит в свою комнату - собирать вещи и продумывать дальнейшие планы. (Маэда внутри радостно смеётся и хлопает в ладоши, надеясь вскоре снова увидеться с мамой и обняться с любимым старшим братиком. Её братик-половинка-альтерэго мужская версия настроена не так оптимистично, чувствуя испуганное шипение интуиции. Обоих передёргивает - слишком боятся змей) Сидя в самолёте, Коэ-Маэ переписываются с анонимом, которому однажды позвонили, набрав случайный номер. Маэда со счастливой улыбкой набирает какие-то банальности, какие пишут друзьям все подростки. Коэ наблюдает, не давая себе-девочке натворить смертельных глупостей.

Интуиция бьёт набатом, пытаясь привлечь внимание своего обладателя.

Парень тоскливо осознаёт, смотря на незнакомку со знакомой внешностью, бывшую когда-то его родной мамой, что надежды в очередной раз не пережили столкновения с реальностью. Савада Нана неловко улыбается, отстраняясь, и сбегает от такого взрослого и чужого младшего сына к простому и тёплому Тсунаёши. (Маэда тихонько всхлипывает, не понимая, почему мамочка не узнаёт её даже без созданной серьгами иллюзии. Почему она не помнит, что у неё не сын, а дочка?! Почему выбирает братика, который смотрит на них обиженно и зло?!).

Наследник снова надевает сползшую было маску равнодушия и отстранённой надменности.

В школе отношения с другими людьми тоже не задались - молчаливость, идеальный внешний вид, равнодушное лицо и продемонстрированная крутость с агрессией (Хотя разве можно это так назвать? Тот странный парень с тонфами напал первым. И вообще он пугает - слишком блаженно выглядел, когда его уложили на лопатки) надёжно отпугивали всех кандидатов хотя бы в приятели, что уж говорить о друзьях... А спустя месяц о Комаэде начали говорить как о воплощении зла, дьяволе и редкостной твари. Шатен не понимает, как такое получилось и что он сделал. Но решает соответствовать. Прогуливает, дерётся, идеально-вежливо грубит всем вокруг и - почти заводит себе банду. Интуиция снова кричит, заставляя маяться мигренью. Комаэда вздыхает, позволяет Маэде приглядеться и через сутки они избивают непонятных парней, с какого-то хрена называющих их своими друзьями.(Чистейшее Небо не поддаётся никаким закладкам, а примесь Солнца просто сжигает угрозу)

Замкнутый круг затягивает всё сильнее: Савада всё чаще ведёт себя по-идиотски как заядлый хулиган и бандит - и окружающие всё чаще зовут его монстром и тварью.

Со временем у парня начинается адреналиновая ломка. Самонасилие перестаёт помогать. Возможно, если бы не родовая способность Савад вляпываться в "приключения", Комаэда не узнал бы о подпольных боях. Возможно, если бы не личная страсть его брата строить из себя беспомощную жертву (что в связи с упомянутой способностью примагничивать к себе неприятности заставляло Маэду бросать все дела и бежать спасать своего глупого-глупого лицемерного аники) , он не приобрёл бы ту тигриную маску. Возможно, если бы не неприятное чувство стремительно стекающего через пальцы времени... Возможно. Но произошедшее - произошло.

Комаэда начинает принимать участие в подпольных боях, где и знакомится наконец со своим личным сталкером.

- Да, идиот! Я не знаю, как так получилось, что, блять, сдвинулось в этом ёбаном мире! Но - Мне. Есть. До. Тебя. Дело! Синие - словно небо в полночь - глаза напротив смотрят властно, прямо, уверенно, самую капельку смущённо. Из губ вырывается какой-то писк жалкий: - П-правда? Неожиданная спасительница отскакивает, опомнившись, прячет руки в карманах толстовки, отворачивает голову, краснея. А потом обжигает из-под чёлки агрессивным взглядом (глаза Линды светятся, когда она злится - мельком замечает Маэда), почти рыча: - С первого раза не расслышал, тупица?! Руки дрожат несильно, но заметно. Серёжки снимаются легко, естественно, оставляя девушку словно обнажённой. Перед глазами всё мутится от внезапно подступивших слёз. А собственный голос звучит незнакомо-звонко, мелодично, по-девичьи: - Меня зовут Комаэда - можно просто Маэда - Савада, наследница Вонголы и младшая сестра Тсунаёши Савады.

Так одинокое, беззвёздное Небо находит свою первую звезду - бешеную, огненную, до безумия яркую Андромеду.

Маэ Ёши (Мой Ёжик, как со смехом поясняет Курои-чан) до сих пор удивляется, когда по утрам просыпается среди своих звёздочек. Когда кто-то из них так запросто обнимает её или требует ласки. Удивляется тому, что рядом с ней есть хоть кто-то, кто выбрал её! (А не "будущую Дэчимо Вонголы" или братца Тсуну). И жадно, словно боясь в следующий же миг потерять свои таки разные сокровища, наблюдает: Вот Рома опять, покусывая губу, теребит многочисленные браслеты на своих запястьях - или волнуется, или думает о чём-то тревожащем. (Ёши мимолётно обнимает её за плечи и достаёт расчёску, начиная распутывать гриву расслабившейся змейки - фобия рядом с ней почти не тревожит, лишь питомица Меды до сих пор пугает). А в другой комнате Кёя снова тырит из вазочки клубничную пастилу, честно делясь добычей с забавным комочком пуха и перьев - Хибёрдом (надо будет купить ещё пастилы - надо же Облачко чем-то кормить?). Сель снова, с мечтательным видом прикусывая кончик пера, рисует того парня - Кавохеру что ли? - что зачастил к ним в последнее время. (Шатенка чуть позже шепнёт шаману "по секрету", что их мечтательный Дождик предпочитает лилиям и розам простые васильки и одуванчики) Уставший Куро-нии крепко спит, слегка приоткрыв во сне рот и намертво сжимая руками и ногами подушку с их общей фотографией (Драгоценному разноглазику нужно подарить поцелуй в щёку и поправить одеяло. И намекнуть Ромочке-Ромашке, что некто очень милый снова мёрзнет и нет, Ёши не пытается их свести). К довольно щурящему глаза Ясу можно забраться под бок, заглядывая в очередную книжку - ожидаемо это оказывается очередной женский роман (Довольно необычное хобби для бывшего жестокого убийцы и мафиозного босса, но ей ли, с её любовью к сватовству вязанию, судить их любимого Асклепия?)

Небо становится сильнее, когда в него верят, когда ему есть что защищать?

Что ж, тогда Ёши может по праву зваться одним из сильнейших Небес этого мира.