Наш с тобой детский разврат

Мы с моим братом очень любопытные и если мы хотим что-то узнать, мы это узнаем. Наши родители не последние люди в высшем обществе, они всегда сдержаны и строги. А в воспитании нас очень избирательны: ходим мы в престижную школу для мальчиков, а наше окружение тщательно отобранное ими. Кому выгодно просто пожать руку, а с кем стоит дружить, ежедневные занятия с репетиторами этикета, литературы, лингвистики. Вечно запертые в четырех стенах, когда даже запрещено выходить из комнаты, пока нам этого не будет дозволено. Но нам все равно, пока мы есть у друг друга. Мы любим учиться, мы любим узнавать что-то новое, пробовать что-то новое. Мы послушны, но только до того момента, пока сами этого хотим. Незаметный тихий скрип двери приглушенный стонами родителей. И наши пристальные пронзающие взгляды. Мне и моему брату Тэхену по 14 лет, очень разные, но такие схожие не родные братья. Секс для нас что-то новое, запретное. Поддавшись эмоциям не уследившие за более громким скрипом двери, мы почти были замечены. Вихрем, посмеиваясь, мы бежали босыми ногами по паркету, стараясь топать как можно тише. Запрыгнув вдвоём на одну кровать и укрывшись одеялом, мы прижались к друг другу, тяжело дыша, тем самым нагревая и так горячее пространство. Затаив на секунду дыхание, пристально смотря друг другу в глаза, мы услышали скрип двери, а после тихие голоса. Секунда, вторая, выдох… — Ушли — ответил я смотря на брата, не собираясь вылезать из-под душного одеяла, как и сам Тэхен. — Чонгук — шепот моего имени, будоражит сильнее чем обычно, ведь мы давно привыкли пробираться друг другу в кровать по ночам, спать накрывшись одеялом в обнимку. Но сегодня все по-другому, ведь не может быть все как обычно, после увиденного пятью минутами раннее. <Интересно> Пронеслось у нас в голове одновременно. Мы притиснулись еще ближе к друг другу, я протиснув свои ноги между ног брата и взяв его за щеки неуверенно поцеловал. Неуклюже, непонятно, но очень приятно. Этого было мало, хотелось попробовать все, хотелось больше ощутить весь этот жар. Невольно руки пробирались под пижаму Тэхена, заводя за спину, оглаживая лопатки, спускаясь вниз по позвоночнику и дразня, возвращаясь наверх. Уже оглаживая талию, поднимаясь выше, задевая соски. Первый вздох… — Очень интересно — аккуратно пробираясь под ночную рубашку, охватываю соски горячим дыханием, одобрительные стоны. Проводя языком, слегка покусываю уже набухшие соски, каждым движением, изучая реакцию. Давно чувствуется странное напряжение в штанах, не знание и интерес, может быть, легкий страх смешались воедино. Неуверенно и дрожа, скорее от нетерпения, я оттягиваю резинку штанов, а после и трусов. Приятно, секунду думая, я обхватил стоячий член руками. ВЗДОХ. Легкие движение. — Ну как? — взгляд на верх. От нового выражения лица Тэ, помутнелся рассудок, а в штанах заныло. — Быстрее, еще! — его рука легла на мою, помогая мне. Прислушиваясь к ощущениям, водя руками вверх и вниз, слегка сжимая ладони. Липкая и вязкая струя заполнила мне руку. Невозможно, невыносимо жарко. Скинув одеяло, я смог разглядеть каждый сантиметр, лежащего снизу тела. Этот безумный жадный взгляд, ему мало, мало прикосновений, мало моих поцелуев. Я снял с себя и него одежду, что еле держалась на нас. Неопытные, глупые дети, теперь в заложниках у похоти навсегда. Зайти дальше было нельзя, незнание происходящего злило, но все же прижавшись друг другу и обхватив два члена, мы сделали это в последний раз за сегодняшнюю ночь. А после уснув, решив позаботится обо всем утром.