Луч, прорезающий дебри

— Что это за твари? Их можно застрелить? — Если бы все было так просто, — вздохнул принц. — Это орлы седьмого неба, одни из самых сильных и опасных крылатых хищников. Их зрение острее, чем у кого-либо, а сила сравнима с силой медведя. — И медведь умрёт от метко выпущенной стрелы, — сказал Макс, прищуриваясь. — Ни стрела, ни меч не убьют этих птиц, потому что они уже мертвы. Охотник перевёл изумленный взгляд с орлов, парящих вдалеке, на Фрилайда. — Значит, нежить? Не думал, что придворные маги занимаются тёмными искусствами. — Строго говоря, это не нежить, а големы, созданные не из неживой материи, а из тел убитых птиц. В них осталась собственная магия и они периодически подпитывают ее из посторонних источников, поэтому не нуждаются в таком тщательном контроле, как обычные големы. Достаточно отдать приказ и убедиться, что у них достаточно сил. С каждым его словом Макс все больше мрачнел. Одно дело пойти на зверя, пусть и чрезвычайно опасного, но совсем другое — сразиться с порождением магии. Он понятия не имел, как победить таких птиц и что ему следует делать. — И как же нам их уничтожить? — Отрубить голову. Но не каждый клинок их возьмёт, нужно сперва его зачаровать. — А ты можешь? Принц нахмурился, опуская глаза. — Не знаю. Не уверен, что сделаю достаточно сильное оружие. Но даже с ним сражаться очень рискованно. Глядя на птиц, Макс не мог не понимать, что они и вправду очень опасны. Раза в два крупнее гарпий, с огромными клювами и когтями… Он совсем не был убеждён, что справится хоть с одной из них. Новая волна ненависти к себе захлестнула его. Бесполезный! Ничтожный слабак, который не достоин быть защитником принца… Вот только защищать Фрилайда больше некому. — Скоро они начнут летать над лесом, — хмуро проговорил принц. — Эти орлы не знают усталости и могут парить в небе неделями. — Нужно их убить, — твёрдо сказал Макс. Видя страх в глазах Фрилайда, он вмиг становился жестче и решительнее, будто в этот момент волчья кровь давала знать, что готова пробудиться в сражении. Но надо было стать ещё сильнее. Он обязан приложить все старания, чтобы принц чувствовал себя в безопасности. Если весь мир пойдёт против, то охотник должен стать сильнее мира. «Если я не убью этих птиц, на что я вообще способен?» — подумал он. . Добрые полтора часа Макс старательно очищал от ржавчины и точил железную саблю, которую вытащил из завалов. Она была далеко не лучшего качества и не отличалась остротой, да и столкновение с таким мощным клювом вряд ли выдержала бы. Но ничего лучше у него не было, да и Фрилайд уверил, что магия придаст оружию нужные свойства. Принц готовился к заклинанию, рисуя какую-то печать, которая должна была эффективнее сконцентрировать и направить его магию на клинок. — Это довольно энергозатратные чары, — сказал Фрилайд. — Я немного поменял их буду накладывать в несколько приёмов. Закончив круг, он вздохнул и добавил: — Линнеус справился бы за один раз. Пожалуй, впервые жалею, что не обладаю сильной боевой магией… — Зато тебе хорошо даётся целебная, — утешил его охотник. — Крушить каждый дурак может, а вот лечить — не каждый. — Выходит, я — редкий дурак, — хихикнул Фрилайд. Макс со злостью сжал кулаки, осознав, что снова выразился не так, но с удивлением увидел, что принц не только не обиделся, но даже как будто повеселел. Охотник закрыл глаза, пытаясь унять тянущее, почти болезненное чувство в груди. Ему так хотелось обнять Фрилайда… В эти два дня он видел его таким уязвимым, каким принц не казался даже когда они попались в ловушку Дэйла. И Макс ощущал ярую потребность обезопасить его от всего дурного. Если он не мог дать ему комфортное жилье, изысканную пищу и одежду, разом уничтожить всех недоброжелателей и чудовищ, то хотелось хотя бы на пару минут закрыть его своим телом, спрятав от опасностей и зла, поджидающих со всех сторон. Охотник тряхнул головой. Нельзя думать об этом. Для принца это может быть унизительно, а значит, нельзя позволить себе его оскорбить даже в мыслях. — Я готов начать, — сообщил Фрилайд. Макс последний раз поскреб лезвие и протянул ему саблю. — Нужно составить план, — сказал принц, кладя саблю в середину печати и помещая ладони в специально нарисованные в ней круги. — Идти на них просто так — верный проигрыш. — Для меня может и нет, — уязвленно пробормотал охотник. Он понимал, что Фрилайд прав, но отчего-то после его слов стало грустно. — Дело не только в том, чтобы убить птиц. Если сделать это, то как можно дальше отсюда. В момент уничтожения произойдёт всплеск энергии, по которому маги легко смогут найти место. Таков их расчёт: если орлы и не справятся, то по крайней мере оповестят, где мы находимся. — Вот ведь черт… — Макс потёр лоб, чувствуя, как начинает болеть голова. Ситуация усложнялась. — Значит, нужно каким-то образом успеть преодолеть большое расстояние, чтобы нас не успели поймать? — Либо не убивать птиц. — Но они не дадут нам уйти, ты же сам говорил! — Может, я сумею переколдовать их. Не знаю… На все это надо слишком много энергии, мне вряд ли хватит сил… Макс как никогда желал иметь хоть каплю магической силы, чтобы помочь ему. Но увы, он не обладал талантом волшебника. — Тогда, возможно, не стоит зачаровывать саблю? — неуверенно спросил он. — Оружие нам необходимо в любом случае, — покачал головой Фрилайд. — Птицы могут найти нас раньше, чем мы будем готовы. Нужно, чтобы, по крайней мере, было чем защищаться… Пока я думаю о другом… — О чем? — Если бы я мог почерпнуть откуда-то магическую энергию… Охотник не имел ни малейшего понятия, где можно взять эту энергию. До сих пор он даже не знал, что колдуны могут черпать её из посторонних источников. — Ты сказал, что раньше река не была искаженной, — проговорил принц. — Да. Совершенно обычная река. — Тогда выходит, что недавно она получила большую дозу энергии. Только поглотив достаточное количество магии, река может ожить и проявить собственное волшебство. Может, поблизости находится сильный артефакт, который даёт ей эту силу. — И как же его найти? — Если ты принесёшь мне воды из реки, я могу изучить её магические поля и, возможно, что-то понять. Макс кивнул, вставая. Фрилайд отвлёкся от своей печати и поднял на него тревожный взгляд. — Только будь осторожен, хорошо? Я сделал бы голема, чтобы отправить его, но боюсь, птицы заметят. Охотник немного помялся, не зная, безопасно ли оставлять принца одного. Вдруг монстры каким-то образом найдут его и нападут, пока Макса не будет рядом? Заметив его опасливый взгляд, брошенный на небо, Фрилайд добавил: — Они не обратят внимания ни на кого, кроме меня, брата и порождений нашей магии. — Я не за себя боюсь! — воскликнул охотник. Фрилайд слегка улыбнулся, возвращаясь к печати. — Сквозь скалу они меня не увидят. Пока я не выхожу, все нормально. — Ну… Ладно, — вздохнул Макс. — Я быстро.

***

Охотник так спешил поскорее добраться до реки и вернуться, что по дороге несколько раз спотыкался и падал, но не замедлился, пока чуть не свалился прямиком в обитель травяных гномов. Ему даже почудилось, будто он услышал, как гномы разочаровано скрипят зубами. После этого Макс убедился, что не так ловок, как хотелось бы, и ему следует быть осторожнее. В сотый раз повторив себе, что он должен поберечь себя, чтобы защищать принца, он продолжил путь. Охотник вышел к реке в месте, где по обе её стороны находился пусть и не слишком густой, но все же лес. Деревня стояла значительно выше по течению, а значит, здесь риск наткнуться на людей был минимален. Макс осторожно приблизился к реке, опасаясь вновь попасть в искаженное пространство. Убедившись, что пока вокруг ничего не меняется, он быстро зачерпнул в флягу воды и огляделся по сторонам. Берег оставался таким же. Охотник с облегчением вздохнул и поспешил обратно. Он то и дело с тревогой смотрел на птиц, которые парили в небе большими кругами. Три огромных орла — пока они не проявляли никаких признаков беспокойства. «Интересно, где Линнеус? — подумал Макс. — Фрилайд говорил, что ему тоже удалось сбежать. Но где он прячется?» Не то, чтобы его волновала судьба второго принца. Если тот умрёт, Макс даже не пожмет плечами — какое ему дело до этого типа? Но вот Фрилайд… Он не говорил ничего, что могло бы прояснить, переживает ли он за брата. А Макс боялся завести об этом разговор, чтобы не бередить раны. Фрилайд и так пережил много ужаса за эти дни, к чему ещё думать о незавидной судьбе его брата? Пожалуй, без каких-либо покровителей у Линнеуса не было шанса выжить, а помогать в такое время ему бы никто не стал. . Добравшись до пещеры и увидев, что с принцем за это время ничего не случилось, Макс почувствовал облегчение. Стоило ненадолго уйти, как тревога начинала грызть его изнутри все сильнее и сильнее, доводя почти до исступления, но как только он возвращался к Фрилайду, она моментально отступала. — Я принёс воду, — сообщил охотник. — Как успехи с саблей? — Не так легко, как хотелось бы, — ответил принц. — Пожалуй, стоит сделать перерыв. Макс заметил, что Фрилайд выглядит немного уставшим, как будто несколько часов подряд занимался напряжённой работой. Переведя взгляд на саблю, он отметил, что та как будто заострилась и стала излучать едва заметное свечение. — Давай посмотрим, что там с водой, — сказал Фрилайд, забирая у охотника флягу. Он вылил немного воды себе на ладонь, а затем сосредоточенно закрыл глаза. Макс терпеливо ждал, пока он изучал магическую составляющую реки. От капель на ладони принца начал исходить свет, меняя спектр и интенсивность. Охотник понял, что Фрилайд как бы прощупывает магическое поле этой воды. Где-то спустя четверть часа принц поднял на Макса растерянный взгляд. — Ничего не понимаю. На реку не действовали никакие сильные источники магии. Я чувствую волны энергии, накопленные за столетия. Здесь есть отголоски водопада Жизни и Смерти, Древнедуба, Драконьей горы и других магических мест… — Что это значит? Магия в реке все-таки есть или нет? — охотник едва ли понимал что-то из слов принца. — Если коротко, — начал объяснять Фрилайд, — прежде нормальная река может стать искаженной, если она имела так называемый «дух», что-то вроде жизненной энергии. Но без крупного магического заряда она не сумеет «ожить» и сформировать собственное пространство. Раз ты утверждаешь, что раньше она была обычной, объяснение только одно: эти воды недавно поглотили очень большое количество энергии разом. Однако я вижу магический заряд, который копился столетиями, по каплям стекаясь из разных мест. По фактам выходит только одно… Принц замолчал, хмуря брови и стряхивая с рук капли воды. — Что река получила не заряд энергии, а «дух»? — докончил за него Макс. — Именно, — кивнул Фрилайд. — Но это невозможно. Книги говорят, что магия, способная даровать душу неживому, существовала только во времена самого возникновения мира, а затем рассеялась. Религии приписывают такие возможности богам, но наука отвергает их существование… Ладно, об этом подумаем позже. Нужно найти другой источник энергии. — Фрилайд… А что, если использовать не чужую магию, а чужую физическую силу? Например, полурастение может помочь в сражении с птицами? Принц удивлённо посмотрел на Макса. — Теоретически, может. Но разве оно станет? — Дэйл ими управлял… — охотник произнес ненавистное имя, сжав кулаки и стиснув зубы. — Через артефакты, — кивнул Фрилайд. Его лицо помрачнело. — Которые остались на его теле. Вероятно, они ещё там. Я мог бы сходить и забрать их. Макс отлично помнил то злополучное место, где Дэйл устроил им ловушку, не подозревая, что она станет его же могилой. Придя туда, охотник не почувствовал трупного запаха — тело давно обглодали местные падальщики и хорошо ещё, если оставили кости. Вскоре он нашёл скелет, развороченный и обгрызанный. Клоки одежды валялись по всей поляне, как и мелкие куски костей. Похоже, здесь знатно попировала стая мелких плотоядных. С мрачным удовольствием Макс вдавил ногой в землю череп врага. — Надеюсь, ты в аду, ублюдок. Оглядевшись вокруг, охотник принялся искать что-то, похожее на артефакты. Дэйл запасся множеством полезных вещей, однако ни одна из них не спасла его от заслуженной смерти. Макс подобрал несколько пузырьков с противоядиями, качественный складной нож, компас и несколько непонятных подвесок. Вероятно, это были амулеты, но как конкретно действовал каждый из них, охотник не знал, поэтому не рискнул сразу проверять на себе. Он осторожно завернул их в кусок ткани и положил в сумку. Обойдя поляну ещё пару раз и не обнаружив больше ничего уцелевшего, Макс поспешил обратно. Уже начало темнеть — он потратил почти весь день на торопливые пробежки туда-сюда. Оставалось только надеяться, что хотя бы эта была не напрасной. Сидеть в пещере и дальше, прячась от орлов, было слишком рискованно: скоро стражники, маги и их создания начнут прочесывать лес и будут делать это крайне тщательно. *** В пещере Макса встретил взволнованный Фрилайд. — Почему так долго? — набросился он на охотника, прежде чем тот успел испугаться. — Я уже думал, что-то случилось! — Прости, я спешил как мог, — начал оправдываться Макс, с тревогой глядя на Фрилайда. Принц был слишком нервным — Макс отсутствовал всего пару часов и поводов для беспокойства не было. Охотник вздохнул, понимая, сколько ужаса пережил Фрилайд. Неудивительно, что он реагировал слишком остро. Теперь, видя его таким, Макс чувствовал душевную боль. Что-то внутри так и толкало приблизиться, обнять или хотя бы взять за руку, но охотник старательно подавлял это желание, боясь разозлить или даже оскорбить принца своей несдержанностью. Макс и так слишком много позволял себе за эти дни. Он протянул Фрилайду найденные амулеты. Некоторое время тот молча изучал их и наконец сказал: — Один из них позволяет донести свое желание до полурастения, второй оберегает от их атак. Но это не все, что использовал Дэйл. — Он мучил лиану какими-то кольями, — вспомнил Макс. — Да. Он управлял ими через боль. Мало просто сказать полурастению, что ты от него хочешь. Нужно ещё как-то заставить его это сделать. — Я больше ничего не нашёл… — И не надо, — покачал головой принц. — Я ни за что не стану причинять боль невинным существам. — Тогда как ими управлять? — Что-нибудь придумаю… Фрилайд сел у огня, положив амулеты на землю, и задумчивым взглядом уставился перед собой. — Можно прибегнуть к кровавой магии, — сказал он через некоторое время. Макс слышал о ней, но ничего конкретного не знал. Ему было известно, что этот тип магии часто используется чёрными колдунами, хотя сам не является тёмным искусством. — Это сложно, но других способов получить больше энергии я не вижу, — продолжил принц. — Если коротко, то кровь можно использовать как катализатор для заклинаний. Что-то вроде превращения физической силы в магическую. — Могу подстрелить какого-то зверя, — предложил охотник, оглядываясь на небо, уже почти почерневшее. На самом деле он вряд ли мог добыть дичь в темноте. — Нет, нужна кровь человека или волшебного создания. Я использую свою. — Лучше мою, — тут же напрягся Макс. Он не хотел, чтобы Фрилайд жертвовал своей кровью, даже если требовалась всего пара капель. Но что-то подсказывало, что её понадобится куда больше. «Или открутить голову какой-нибудь фее», — добавил он про себя, не решаясь сказать это вслух, так как знал, что принц не примет такой вариант. — Твою кровь лучше не тратить. В ней заключена сила берсерка, которая ещё может понадобиться в скором времени. А я не уверен, что справлюсь с чарами. Начну прямо сейчас. Дай мне нож, пожалуйста. Макс перевёл глаза на свой клинок и неуверенно снял его с пояса, но не сделал движения, чтобы передать его. Да кем он будет, если позволит Фрилайду нанести себе рану и пролить кровь?! Он чувствовал ярость от одной мысли об этом. Прежде, чем принц успел что-то сказать, охотник быстро повернул кинжал лезвием к себе и нанёс порез на внешней стороне предплечья. Тёмные ручейки крови тотчас заструились по руке. — Макс! — ошарашенно воскликнул Фрилайд. — Давай не будем терять время понапрасну, — улыбнулся охотник. . — Я же говорил, не надо! — возмущался принц, однако ему ничего не оставалось, кроме как наносить уже льющуюся кровь на печать и амулеты. Алая жидкость сразу же начинала светиться — вопреки опасениям Фрилайда, у него практически сразу получилось использовать кровь. — Всё, достаточно, — сказал он, в спешке заканчивая печать. Макс понял по его взгляду, что он просто хочет побыстрее завершить и остановить кровотечение, чтобы не тратить больше его силы, пусть и в ущерб чарам. — Продолжай. Я прекрасно справляюсь, — запротестовал охотник, хотя на деле начал чувствовать усталость. Эта магия действительно отбирала силы. Несмотря на то, что такой порез не мог привести к серьёзной кровопотере, чары словно вытягивали энергию его тела, оставляя усталость, будто он пробежал пару километров. Фрилайд окинул его пытливым взглядом, стараясь понять, правду ли он говорит. — Ладно, ещё немного сюда, — вздохнул он, добавляя к печати дополнительный круг. После этого он поспешно схватил Макса за руку и накрыл порез ладонью. Из-под его пальцев полилось свечение. Охотник не успел ощутить боли от прикосновения к ране — целительная магия окутала предплечье приятным теплом, посылая волны мурашек по всему телу. Макс прикрыл глаза, наслаждаясь ощущением близости и этим волшебным излучением. Он хотел бы, чтобы Фрилайд подольше не отпускал его руку — за это он готов был отдать хоть всю кровь. Однако через несколько минут принц убрал руки. Кровотечение полностью остановилось. Охотник смотрел на его пальцы, испачканные красным, со смешанными чувствами. С одной стороны, ему было неприятно, что его кровь испачкала Фрилайда, с другой… Кровь, недавно текущая в жилах одного человека, на коже другого — это тоже своего рода близость. Тем временем принц зачаровал лоскут ткани и, так же с помощью магии очистив от крови себя и Макса, наложил повязку. — Спасибо, — поблагодарил охотник, отводя взгляд в сторону. Фрилайд рассерженно фыркнул, однако на его лице не было настоящей злости — скорее, растерянность и недовольство. — Дурак ты, — пробормотал он. Макс ощутил, как его сердце затапливает нежность. Он опустил голову, пряча невольную улыбку. — Я попробую призвать полурастения, — сказал принц, надевая амулет. — А ты отдохни. Охотнику действительно хотелось спать и он не стал возражать. — Если что, разбуди меня, — попросил он. *** То ли дело было в магии, отобравшей силы, то ли Макс устал за этот день, бегая туда-сюда по лесу, но он заснул довольно быстро. Чувствуя волны волшебства принца, колдующего над амулетом, он забыл о тревогах и закрыл глаза, тихонько улыбаясь. Хотя поначалу его сон был мирным, через несколько часов охотнику начал сниться очередной кошмар. Он видел Фрилайда, одетого в торжественный белый наряд и идущего к алтарю под руку с девушкой. Плотная толпа преграждала Максу путь и то и дело чья-то спина закрывала обзор. Он изо всех сил вытягивал шею, пытаясь не выпускать из виду принца, и рвался вперёд, однако его только оттесняли назад. Внешность девушки менялась каждый раз, когда он бросал на неё взгляд: она была то блондинкой, то брюнеткой, то смуглой, то белокожей, но Фрилайд смотрел на неё с нежной улыбкой, ничего не замечая. А Макса, отчаянно рвущегося к нему, он не видел… Сквозь сон охотник услышал тихий голос, зовущий его по имени, а потом вдруг ощутил знакомое успокаивающее тепло, проникающее в сердце и разум и очищающее от боли и волнения. Кошмар сменился чем-то приятным, что Макс запомнил очень смутно. Проснувшись утром, охотник обнаружил себя в крайне странной обстановке. Пещера за одну ночь заросла гигантскими стеблями?! Спросонья он не сразу понял, что происходит, но через секунду наткнулся взглядом на улыбающегося Фрилайда. — У меня получилось призвать вьюнок-костелом, — радостно сообщил тот. — И я составил план. Он, конечно, рискованный, но все же лучше, чем ничего. Вьюнок-костелом был массивным растением, отличавшимся не только толстыми стеблями, но и громоздкими широкими листьями. Этот вид рос либо на стволах гигантских деревьев, либо на скалах. Костеломом его прозвали на крепкую хватку, с которой он, словно удав, стягивал жертву, ломая им кости. Это полурастение было всеядным: по большей части питалось солнечной энергией и, если повезёт, магическим излучением, но когда ему попадались животные, птицы, люди — кто угодно, оно сжирало их и быстро набирало в массе. Таким образом, самые большие вьюнки за свою жизнь поглотили немало плоти. Макс обнаружил на своей шее амулет, вернее, половинку амулета, защищающего от агрессии полурастений. Вторая висела на шее Фрилайда. По-видимому, пока охотник спал, тот сумел разделить талисман надвое, не разрушив его свойств. Поэтому вьюнки даже не думали напасть, а спокойно свернулись огромными кольцами. — Когда ты собирался призвать полурастения, я думал о чем-то поменьше… — растерянно произнес охотник. — И менее хищном. — План очень опасный, — сказал принц. — Я бы хотел, чтобы ты ушел на это время. Нет нужды рисковать нам обоим. — Исключено, — отрезал Макс, сразу напрягаясь. — Рассказывай. — Как ты уже знаешь, в момент смерти орлы излучают мощную вспышку энергии, которую сразу же почувствуют придворные волшебники. Но шкура полурастений непроницаема для магии, и если они создадут плотный кокон, даже такая сильная энергия не сможет вырваться и будет вскоре поглощена ими. — Это лишь часть проблемы, — заметил охотник, оглядываясь в поисках клинка, который должен был послужить оружием. Фрилайд улыбнулся, однако Макс не мог не отметить, что он выглядит усталым и нервным, хотя явно старается это скрывать. — Надеюсь, это не было ошибкой, — вздохнул принц и указал на голову вьюнка. — Оставшуюся силу печати я использовал для переплавки. Теперь у вьюнков волшебные зубы. Только сейчас охотник заметил, что в пасти полурастения что-то сверкает серебряным блеском. — В общем, план таков: я буду приманкой. Как только птицы полетят, вьюнки сплетутся в плотный кокон, а затем убьют их. Как видишь, тебе вовсе не обязательно быть здесь. Он нас практически ничего не зависит. — Что?! — воскликнул охотник в страхе. — То есть надежда только на сознательность и силу полурастений? — Ну, амулет помог мне донести до них мысль. Они согласны подчиняться моим приказам. Мне нужно только проконтролировать их действия. — А почему бы не использовать как приманку голема? — нахмурился Макс. Ему совсем не нравилось, что Фрилайд планирует подвергнуть себя такой опасности. План может и хорош, но риски тоже высоки. — Слишком опасно. Если орлы увидят лишь отголосок моей магии, а не меня, высока вероятность, что прилетит лишь один из них. В таком случае, остальные могут наблюдать и запомнить место. А если выйду я сам, то они, скорее всего, бросятся всей стаей, чтобы наверняка убить. — Убить… — эхом повторил охотник. Он почувствовал, что на лбу выступил холодный пот. Как он мог позволить Фрилайду быть в такой опасности? Неужели нельзя придумать что-то менее рискованное? Максу очень не хотелось, чтобы принц был приманкой, однако сколько бы он ни пытался найти иной выход, ничего не приходило в голову. Он был не только слишком слаб, но и слишком глуп, чтобы стать достойным защитником… Однако он без раздумий будет защищать принца, что бы не случилось. — Хорошо, — сказал он, сжимая кулаки. — Но я не отойду от тебя ни на шаг. *** Мёртвые птицы кружили в небе, равнодушными бессмысленными взглядами осматривая местность. Внизу сновали люди, бегали животные, но орлы этого не замечали. Для них была лишь серая пустота, не озаряемая присутствием цели. Вдруг внимание одного из них что-то привлекло. Он громко каркнул, поворачивая голову. Две другие птицы моментально уставились туда. Они наконец-то отчетливо ощутили ауру, которую так долго искали. Сложив крылья, орлы устремились вниз. — Летят! — воскликнул Макс. — Скорее, внутрь! Охотник и принц бросились обратно в пещеру, устланную, словно причудливым ковром, стеблями и листьями. Растения покрывали не только под, но и стены, и потолок, не оставляя ни единой прорехи, кроме входа. Фрилайд и Макс прижалась к самой дальней стене, охотник встал перед принцем, закрывая его своим телом, и выставил вперёд потасканное копье. Оно не могло убить орла, но для защиты было лучше, чем ничего. «Только бы сработало, только бы сработало…» — молился он про себя. Одна за другой, огромные птицы влетели в пещеру, всколыхнув воздух своими огромными крыльями. Не будь они мёртвыми заколдованными существами, то вряд ли смогли бы так точно и бесстрашно прицелиться и попасть с неба прямо в небольшое, по их меркам, отверстие в скале. В следующий миг полурастения, послушные Фрилайду, закрыли вход. Пещера погрузилась бы во тьму, если б не волшебные огоньки, созданные принцем для освещения. Огромные орлы ринулись прямо к цели, однако пещера была слишком тесной для трех птиц. Она немного сужалась в конце, не позволяя им пробраться одновременно. Голова ближайшего с яростным криком щёлкнула клювом в метре от Макса — тот со всей силы ударил её копьем, целясь в глаз, но промахнулся. Однако в шею птицы уже вонзились зубы одного из вьюнков, дернув её назад. В хаосе бьющих крыльев и сверкающих когтей охотник сумел заметить, что все три орла попались в ловушки цепких стеблей. Ветер, создаваемых ударами крыльев, бил в лицо, заставляя щуриться, и почти оглушал, но Макс почувствовал, как часто дышит сзади него принц, дрожа и цепляясь за его плечо. Конечно, ему было страшно. Макс и сам был напуган, однако не собирался отступать даже на тот шаг, что отделял его от стены. Если одна из птиц вырвется, он будет последней преградой. — Всё будет хорошо, не волнуйся, — прокричал он, не оборачиваясь. Фрилайд уткнулся в его спину лицом, чтобы не видеть отчаянно рвущихся к нему птиц. Они боролись, не собираясь сдаваться, и было видно, что вьюнам становится нелегко их удерживать. Смертоносные когти и клювы клацали на расстоянии вытянутой руки от Макса, и только стебли костеломов удерживали их, не позволяя одним ударом разорвать людей в клочья. Тело одной из птиц замерло и повисло — её шею наконец сломали зачарованные железные зубы. Даже охотник, не обладающий магией, почувствовал сильный выброс энергии. Это было похоже на низкий звук, не воспринимаемый слухом человека, но заставляющий каждую клеточку тела задрожать. Листья вьюнков изменили цвет и как будто запульсировали — они поглощали энергию, раскрыв свои устьица. Колоссальное количество магического излучения сделало их ещё сильнее, и в мгновение ока шеи оставшихся орлов были сломаны. Два тела с тяжёлым звуком рухнули на землю. Головы вьюнков принялись рвать их плоть, враз потерявшую былую прочность. До Макса, судорожно сжимающего копье, не сразу дошло, что все кончено. — Получилось… — через несколько секунд прошептал он, неверяще глядя на быстро исчезающие в пастях остатки. Он повернулся к принцу и схватил его за руки. — Получилось! Они убиты! Фрилайд сжал его ладони и устало оперся о стебель на стене. Он весь дрожал, его колени тряслись. Охотник не смог удержаться и обнял принца, крепко стиснув его плечи. — Всё закончилось, не бойся, — прошептал он. Макс и сам испугался до смерти за эти минуты, когда орлы рвались к ним, грозя побороть мощную хватку вьюнков. Случись это, никакая волчья кровь не смогла бы помочь. Даже настоящий оборотень мигом был бы разорван на части, не то что Макс, имевший лишь тень их силы. Он стоял неподвижно где-то с минуту, но, не получив никакой реакции от принца, отстранился. Наверно, не стоило лезть с объятиями… Макс смущённо отошел на шаг. Фрилайд дрожащей рукой сорвал с шеи амулет, позволяющий общаться с полурастениями, и бросил на землю. Стебли тотчас заворочались и поползли вон из пещеры, обратно на вершину скалы, откуда они и явились. Маленькие големы яростно грозили им вслед ручками, подпрыгивая на месте. Их дом, который они строили несколько дней, оказался разрушен до основания. Огромные стебли попросту раздавили хилую постройку. Макс нервно рассмеялся, глядя на них. — Нашли проблему! Вот вам корзина, обустраивайтесь в ней. Он вытряхнул из плетёной корзины остатки содержимого и поставил перед големами. Она, по крайней мере, могла послужить неплохим каркасом для их нового жилья. Големы окружили корзину, рассматривая её. Охотник вновь повернулся к принцу и увидел, что тот стоит, прислонившись к стене и глядя в пол. — Ты в порядке? — обеспокоился он, быстро подходя к нему. — Да… Я… Принц не договорил. Его колени подогнулись и он упал бы на землю, если бы Макс не успел его подхватить. — Боже, Фрилайд! Тело принца полностью обмякло в его руках. Охотник осторожно опустился вместе с ним на пол, чтобы заглянуть в лицо. Фрилайд был бледен как полотно, даже губы немного потеряли свой прежний цвет. — Эй, эй, приди в себя, — затормошил его Макс. — Прошу, не надо меня так пугать… Фрилайд, Фрилайд… Он лихорадочно оглядел принца с ног до головы, убедившись, что тот не получил ранение. С виду все было в порядке. Охотник наклонился к его лицу и услышал слабое дыхание. От сердца немного отлегло, и Макс кое-как смог побороть крупную дрожь, охватившую все его тело. — Так, все будет хорошо, — прошептал он, пытаясь успокоиться. — Всё будет в порядке. Сейчас, сейчас… Он уложил принца на землю, подсунув под голову свернутую лисью шкуру. Что-то толкнуло ногу охотника — это были големы, которые быстро сориентировались и приволокли флягу. — Спасибо, — искренне поблагодарил Макс, отвинчивая крышку. Он побрызгал прохладной водой в лицо Фрилайда, надеясь, что это приведёт его в чувство. И правда, принц слабо застонал и нахмурился, то ли из-за холодных капель, то ли от плохого самочувствия. Макс легонько похлопал его по щекам. — Эй, ты со мной? Фрилайд? Принц с трудом приоткрыл глаза и посмотрел на него мутным взглядом. Охотник тревожно вглядывался в его лицо, стараясь уловить каждое движение. — Ч-что случилось? — пробормотал Фрилайд. Макс с облегчением выдохнул и ласково провел рукой по его волосам. — Ты упал в обморок, — он пошарил рядом с собой, нащупал флягу и поднёс её к губам принца. — Вот, попей немного. Сделав несколько глотков, Фрилайд как будто почувствовал себя лучше. Его взгляд прояснился, пугающая бледность начала исчезать. — Извини, — смущённо проговорил принц, потирая виски. — Я слишком перенервничал за последние дни. Он попытался было сесть, но Макс удержал его. — Не вставай, полежи. Как себя чувствуешь? — Как принцесса на горошине, — со слабой усмешкой ответил Фрилайд. — Точнее, на ребристом камне. — Ох, черт, прости, прости, — спохватился охотник. — Я совсем не смотрел на пол… Он бережно поднял принца на руки, несмотря на его протест, и перенёс на подстилку, которая была хоть и недостаточно удобной, но хоть помягче голой скалы. — У меня где-то должны быть целебные травы. Я сделаю тебе травяной чай, — пробормотал охотник, пряча глаза и избегая встречаться взглядом с принцем. Максу хотелось придушить самого себя. Как он мог быть таким невнимательным и не заметить, как Фрилайд был морально истощен после восстания и побега? Он не должен был позволять ему взваливать на себя ответственность и рисковать, нужно было самому найти способ избавиться от орлов… А пища? У него не было ничего, кроме черствого хлеба и пары кусков вяленого мяса. Разве человеку, не привыкшему голодать, этого достаточно, чтобы поддерживать силы? Охотник отыскал засушенные травы и вытащил котелок, чтобы вскипятить воду. — Нам нужно поскорее отправляться в путь, — тихо сказал Фрилайд. — Чем глубже уйдём в лес, тем сложнее нас будет найти. — Завтра, — ответил Макс. — Завтра утром выйдем, если ты будешь в порядке. Маленькие големы подошли к нему и уставились, задрав головы, будто о чём-то просили. — Без вас, — угрюмо добавил охотник. — Зато вам я оставляю целую пещеру. Живите себе на здоровье или что там у големов… Малыши переглянулись и радостно подпрыгнули, сообразив, что получить в свое распоряжение пещеру куда лучше, чем ехать непонятно куда в дорожной сумке, а то и вовсе бежать на своих коротких ножках. — Спасибо, — допив чай, принц отдал охотнику кружку. Увидев, что Макс все так же почти неотрывно с тревогой смотрит на него, он улыбнулся. — Всё нормально. Не волнуйся. Охотник улыбнулся в ответ и смущённо отвёл глаза. Под взглядом Фрилайда, даже мимолетным, ему становилось одновременно и неловко, и радостно, и немного страшно. Видя, что принц чувствует себя неплохо, Макс встал. — Я добуду еды. Нельзя отправляться в путь с пустыми сумками. Может, терять день было и неразумно, но Макс просто не мог вести Фрилайда в тяжёлый поход прямо сейчас. — Можно с тобой? — попросил принц. В другое время охотник даже не подумал бы о том, чтобы в чем-то отказать ему, но сейчас он опасался за его здоровье. — Останься здесь и отдохни. Я не пойду далеко и вернусь как можно скорее. Фрилайд протянул ему какое-то существо — это снова оказался голем, в виде птицы, сделанной из листьев и пары шишек. Макс даже не знал, когда принц успел её смастерить — вероятно, ночью. — Возьми её с собой. В случае чего, я смогу подать сигнал через неё, как и она сможет сообщить мне, если что-то произойдёт. — Ладно, — пробормотал охотник, сажая птицу на плечо. — Я скоро. Пара часов, не больше. . Он планировал достать хотя бы пару кроликов, но зверье никак не желало ловиться. Если бы у него было больше времени, он наверняка поймал бы кого-то, но Макс слишком торопился, чтобы долго сидеть в засаде. К счастью, хотя бы дикие летние яблоки сейчас как раз поспели, и охотник набрал небольшой мешок плодов. А на обратном пути ему удалось подстрелить птицу, что несколько развеяло его огорчения. Прошло около полутора часов, и Макс вернулся в пещеру с добычей, где был встречен радостной улыбкой, в которой чувствовалось облегчение. От мысли, что принцу спокойнее рядом с ним, Максу хотелось прыгать от счастья. Каждый раз, стоило только на него взглянуть, сердце плавилось, как воск под огнём, и он сам расплывался в ответной улыбке. Охотника переполняли любовь и нежность, и ему даже становилось больно от того, что он не может выплеснуть их. Ему нестерпимо хотелось коснуться Фрилайда, хотя бы легонько дотронуться до кончиков пальцев… — Я пришёл, — запоздало сказал Макс, скидывая мешок. Он решил не разделывать убитую птицу на глазах у принца, ведь тому вряд ли понравилось бы такое зрелище, поэтому вышел наружу и устроился у входа в пещеру. Охотник уже закончил ощипывать добычу, когда услышал за спиной шаги. Фрилайд встал рядом с ним, задумчиво глядя вдаль. — Меня не оставят в покое, пока эта страна стоит, — проговорил он спустя некоторое время. — Надо её уничтожить? — сходу предположил Макс и тут же столкнулся с изумленным взглядом принца. — Конечно, мы не будем её уничтожать… У нас же нет такой силы… — Вообще-то я как раз думаю о силе, — сказал Фрилайд. — Не для уничтожения, разумеется. На самом деле, не существует ничего нерушимого. В мире есть артефакты, обладающие достаточной мощью, чтобы разрушить мою кровную связь с престолом. — Но их ведь очень сложно достать, — со вздохом ответил охотник. — Скрываться всю жизнь тоже сложно. И ещё сложнее жить со знанием того, что твоё королевство чахнет и умирает, потому что никто не может взойти на трон. До этого момента Макс почти не задумывался о судьбе Лансеастема. Благодаря чарам никто не мог взять на себя обязанности правителя, если не хотел погибнуть в течение пары месяцев, а то и недель. Кроме того, пустой трон распространяет губительную энергию, постепенно насылая на земли несчастья и беды. В таком положении королевство едва ли могло продержаться более десяти лет. Максу, в общем-то, было плевать, исчезнет оно или нет, но ведь оно было королевством Фрилайда, пусть он и не считался наследником! На этих землях жили люди, за которых он чувствовал ответственность, и Макс не мог проигнорировать это. — Мы обязательно найдём артефакт, — сказал он. — Надо только выбраться и разузнать о них побольше. *** Ночные кошмары уже стали такой обыденностью, что Макс даже удивился бы, если б проспал ночь спокойно. Ему снились ужасные орлы, которые с секунды на секунду могли разорвать путы и наброситься на них с Фрилайдом. Охотник пытался обороняться копьем, но оно отчего-то становилось гибким, гнулось, словно ивовая ветвь, и в конце концов превратилось во вьюнок и связало его, не давая дышать. Сквозь сон Макс почувствовал прикосновение к вискам, а затем кошмар растаял, смытый волнами тепла. Ему даже показалось, что он слышит успокаивающий шёпот принца. Оставшееся время до утра охотник спал спокойно. Он видел, как гуляет с Фрилайдом по какому-то незнакомому городу. Они ходят без особой цели, заглядывая в переулки и подворотни их любопытства. Принц иногда гладит бродячих кошек и собак, а Макс с улыбкой наблюдает, как животные тянутся к нему. Ему тоже хочется получить ласку от Фрилайда, но он стесняется напрямую сказать об этом. Тут его посещает гениальная мысль — притвориться дворовым зверьком. Он дёргает принца за рукав, чтобы обратить на себя внимание, и говорит: — Мяу! Фрилайд смеётся и гладит его по голове. Макс жмурится от удовольствия, подставляясь под нежные руки… . Охотника разбудило чириканье птиц. Глупая улыбка ещё несколько минут не сходила с его лица, пока он окончательно не проснулся. А в следующий момент он закрыл лицо ладонями от стыда. Конечно, это всего лишь сон, о котором никому никогда не узнать, но… Господи, притворяться котом?! Тряхнув головой и отогнав эти мысли, Макс поднялся. Не следовало разлеживаться. Фрилайд ещё спад, но пока можно было заварить ещё травяного чая и подогреть мясо. Стараясь двигаться как можно тише, охотник то и дело поглядывал на принца, который спокойно спал, отвернувшись к стене. Макс перевёл взгляд на големов, которые, заметив его пробуждение, вылезли из корзины и благодарно поклонились. Охотник кивнул им, слегка улыбнувшись. Он уже даже привык к соседству с ними… — Доброе утро… — Фрилайд сел, сонно протирая глаза. Его волосы растрепались, рубашка смялась, и он представлял собой такое милое зрелище, что Максу захотелось визжать от восторга, как девчонка. Больше всего на свете он желал сейчас расцеловать лицо принца и продолжать делать это часами. — П-привет, — хрипло выдохнул он. — Я приготовил завтрак. Фрилайд кивнул, не заметив его рвущихся наружу эмоций. Когда с завтраком было покончено, Макс закинул на плечо дорожную сумку. В ней была пара комплектов украденной одежды, немного еды и две фляги с водой. Мешочек с золотом охотник повесил на пояс. — Вот и все, можно отправляться. Принц по очереди поднимал големов, позволяя им выразить свои чувства, заключающиеся в подпрыгивании, махании конечностями и обнимании пальцев. Макс последний раз окинул взглядом пещеру. Было немного странно покидать место, где он прожил несколько лет, но он совершенно об этом не жалел и точно знал, что не будет скучать. Однако и былой ненависти, которую он испытывал у пещере раньше, не осталось. Ведь здесь он провел столько времени с Фрилайдом, как можно было после этого ненавидеть это место? — Пойдём, — сказал принц, выходя из пещеры. — Пойдём, — кивнул Макс и, махнув големам на прощание, двинулся вперёд. Путь лежал на запад через огромный лесной массив, где то возвышались горы, то зияли овраги, то протекали реки. Макс никогда не заходил дальше скал с гнездовьями гарпий, которые были немного в другой стороне. Теперь им очень скоро предстояло покинуть знакомые места и углубиться в опасную чащу. Три с половиной дня — и охотник понял, что уже не узнает окрестности. Пришлось замедлиться и идти осторожнее, внимательно осматриваясь, чтобы не наткнуться на хищную живность и нечисть. Во время привалов Фрилайд смастерил ещё трех птиц, и теперь эти создания здорово помогали, порхая вокруг и проверяя, безопасна ли дорога. Но самое главное, они легко находили пищу — стоило отправить птицу на четверть часа изучать окрестности, и она обязательно сообщала, где находятся фруктовые деревья или ягодные кусты. Когда Макс собирался поохотиться, Фрилайд немного поколдовал над птицами, сделав их больше и сильнее — и теперь эта четвёрка, словно заправские соколы, носились неподалёку, загоняя и ловя диких голубей, фазанов, кроликов и прочую мелкую дичь. Охотник раньше и представить себе не мог, что без навыков выживания в лесу кто-то сумеет вот так обеспечить себя пищей. Глядя, как птицы Фрилайда легко управляются с охотой и разведкой, он чувствовал себя бесполезным. Макс все чаще с горечью думал, что, в общем-то, и не особо нужен принцу, который и сам способен постоять за себя. Что вообще за все это время охотник сделал важного? Принц мог найти общий язык к лесными обитателями, подружиться с полурастениями и заручиться их защитой. Он даже нашёл способ уничтожить орлов седьмого неба! Единственный раз, когда Макс действительно пригодился, был во время восстания. У него чудом получилось вывести Фрилайда из дворца, но с тех пор толк от него был разве что в готовке дичи. Но все-таки Макс не мог долго расстраиваться, когда принц был в хорошем настроении — а он снова стал как прежде весёлым. Фрилайд искренне восхищался природой, с любопытством рассматривал какие-то магические растения, иногда по полчаса наблюдал за каким-нибудь зверьком или букашкой. И охотник заражался его приподнятым настроением, смеялся вместе с ним и с интересом смотрел на букашек. Лишь иногда по вечерам он замечал, что принц задумчиво смотрит вдаль, в сторону, где остался его дом. Макс не знал, стоит ли поднимать эту тему или лучше не бередить чувства Фрилайда, и каждый раз молчал, погружаясь в уныние. Однако это продолжалось совсем недолго, и вскоре принц снова что-то увлечённо говорил ему, а охотник с жадностью ловил каждое слово. . Во время одного из привалов, когда дело уже близилось к ночи, Макс заметил, что к ним приближается сгусток света. Сперва он подумал, что это обычный блуждающий огонёк, но вскоре понял, что тот движется целенаправленно. Охотник с досадой вздохнул и окликнул Фрилайда. — Кажется, лесной король снова нас зовет. К его несказанному удивлению, принц бросил на подлетевший огонёк совсем не дружелюбный взгляд. — Мы никуда не пойдём, — жёстко сказал он. — Если король хочет нас видеть, пусть выходит сам. Макс почувствовал себя очень довольным. Не только потому, что не горел желанием бежать черт знает куда по зову фэйри, но и от того, что Фрилайд не собирается позволять кому-либо командовать им. Принц ясно даёт понять: он и лесной король равны. Огонёк покружил вокруг, но вскоре понял, что ничего не добьётся, и улетел в чащу. — Думаешь, король придёт сюда? — спросил Макс. — Придёт, если его дело имеет хоть какую-то важность, — кивнул Фрилайд. Он никак не показывал интереса и, казалось, был совершенно равнодушен к возможной встрече. «Он что, зол на короля?» — с сомнением подумал охотник. Если и так, это было к лучшему. Макс терпеть не мог фэйри, впрочем, как и всех на свете, кроме принца. «До чего же он прекрасен, когда смотрит так строго…» Охотник редко видел такое выражение на его лице. Больше всего на свете он любил улыбку Фрилайда и огоньки веселья в его глазах, но и от его серьёзного вида просто захватывало дух. В эти моменты принц казался возвышенным и неприступным, словно ангел. Шорох раздвигающихся кустов заставил Макса отвлечься от любования. Лесной король собственной персоной шагнул на поляну из тьмы. Его голову украшала тиара из ветвей, а одежда была куда скромнее, чем в тот раз на балу. Его вполне можно было принять за обычного эльфа, только осанка и горделивый взгляд выдавали в нем царскую особу. — Ваше Высочество, — слегка поклонился фэйри. Сдержанно поприветствовав его, Фрилайд сказал: — Увы, но я больше не могу считаться принцем. Вы наверняка знаете, что произошло. — Знаю, — кивнул король. — Пусть люди и отреклись от вашей семьи, но кровная связь с престолом не разрушена, а значит, вы ещё принц. Что вы планируете с этим делать? Макс гневно воззрился на него, мысленно ругая последними словами. «Что мы собираемся с этим делать! А сам не видишь, что ли? Не иначе, как погулять зашли в самые дебри!» — Я покидаю эту страну, — коротко ответил Фрилайд. — И не собираетесь возвращаться? «Да заткни ты свою пасть! — Макс в беззвучной злости сжимал кулаки. — Какое право ты имеешь лезть ему в душу?!» Принц хмуро посмотрел на короля, всем своим видом давая понять, что не желает распространяться о своих планах. Однако фэйри беззастенчиво проигнорировал это. — Так собираетесь или нет? — Зачем мне возвращаться туда, где хотят моей смерти? — Чтобы разрушить чары престола, например, — усмехнулся король. Охотник шумно выдохнул, еле сдерживая злость. Фэйри что, подслушивали? Вполне вероятно, они здесь на каждом шагу… — В мире не более дюжины артефактов, которые способны на такое, — продолжал лесной король. — Часть из них утеряна, часть находится под такой охраной, что даже мне до них не добраться. — Что ж, я все равно попытаюсь, — ответил Фрилайд. — Но вы ведь пришли не для того, чтобы предостеречь меня? Фэйри довольно ухмыльнулся. — Верно. Я пришёл предложить вам сделку. Макс рефлекторно шагнул к принцу, желая защитить от возможной опасности. Сделку? Фэйри — не просто какая-то фея, а лесной король — предлагает сделку по собственной инициативе? Да ещё человеку? Здесь явно было что-то нечисто, и Макс готов был в случае чего наброситься на короля с ножом. Едва ли его возможно убить, но охотник скорее погибнет, чем позволит королю впутывать их в свои интриги. К счастью, принц тоже не был настроен на переговоры. — Что бы вы ни предлагали, мне нечем платить. Я не собираюсь заводить детей. — Мне не нужны дети, — с улыбкой покачал головой король. — Мне нужны вы, принц Фрилайд. Сердце Макса пропустило удар. Он в страхе схватил принца за руку. Ему казалось, что может случится что угодно — может, король сию же секунду заберёт Фрилайда, а он не сумеет этому помешать. Охотник заслонил принца собой, чем вызвал презрительную усмешку фэйри. — Я вас не понимаю, — удивлённо произнес Фрилайд, не противясь Максу и оставаясь у него за спиной. — Не слушай его, — прошипел охотник, сверля короля взглядом, полным ненависти. — Эта подлая тварь не сделает ничего хорошего! «Подлая тварь» проигнорировала оскорбление в свой адрес. — Я предлагаю вам защиту и убежище, — сказал король. — В обмен вы должны предоставить мне свои магические умения. Макс сильнее сжал запястье принца. — Убежище? — повторил Фрилайд. — При вашем дворе? — Вы будете моим почётным гостем. Обещаю, что вы не будете испытывать недостатка ни в чем. По взгляду, которым король скользнул по Максу, охотник понял — предложение касается только Фрилайда. Фэйри зачем-то хочет сделать принца своей ручной птицей в золотой клетке, но Максу в ней нет места. Королю вовсе не нужен кто-то, кто может спутать его планы. «Только не соглашайся, умоляю… Только не соглашайся…» — повторял про себя охотник. Его руки начали дрожать, но перед глазами появился уже хорошо знакомый красный оттенок. — Благодарю, но нет. Макс был так взволнован, что до него не сразу дошёл смысл слов принца. Через пару секунд он наконец осознал: тот ответил отказом! Лесной король нахмурился. Он явно не планировал так просто сдаваться. — Вы не будете в безопасности в мире людей. Наемные убийцы не оставят вас в покое. Единственный выход для вас — заручиться поддержкой кого-то могущественного. Обычно люди обращаются к демонам, но в вашем случае это не имеет смысла: они не имеют дел с нефилимами. Моё же предложение… — Я не заключаю сделки, где платой является моя свобода. Несмотря на то, что король не говорил об этом напрямую, Фрилайд понял, какой цены стоит его помощь. — Не стоит так категорично отказываться, — продолжал наседать фэйри. — Поверьте, стоит, — улыбнулся принц. Мой ответ остаётся неизменным. Но позвольте узнать, чем же моя магия может принести вам пользу? Король помрачнел ещё больше. — Дивный народ помог бы вам раскрыть свою силу. Ни вы сами, ни кто-либо из людей не замечает её уникальности. «Я замечаю! — чуть не рявкнул Макс. — Фрилайд уникален во всем, а его магия — живительнее солнечных лучей!» Он неосознанно с нежностью провел большим пальцем по запястью принца, которое до сих пор не отпустил. Странно, но Фрилайд не делал никаких попыток высвободить руку. — И в чем же её уникальность? — спросил принц, испытующе глядя на короля. — Подумайте над моим предложением, — пожал плечами тот. — Я вернусь к вам завтра за окончательным ответом. С этими словами он скрылся в кустах и исчез из этого места, мгновенно перенесясь в свой лесной дворец. — Сволочь! — запоздало крикнул ему вслед Макс. Выплюнув ругательство в адрес короля, охотник повернулся к Фрилайду. — Ты же не собираешься… — его голос предательски дрожал от волнения. Принц улыбнулся и покачал головой. — Я уже ему отказал и не передумаю. Лесной король себе на уме. Не знаю, зачем я ему, но здесь явно все непросто. Услышав его слова, Макс частично успокоился. Слава богу, Фрилайд не покинет его… От облегчения ему хотелось заплакать. Он глубоко вздохнул, стараясь привести эмоции в порядок. Опустив глаза, охотник осознал, что до сих пор держит принца за руку, но не почувствовал моральных сил разорвать контакт — сейчас он был ему необходим. От одной мысли, что они с Фрилайдом могли расстаться навсегда, становилось дурно. К горлу подступил комок, и Макс тяжело сглотнул. Вдруг принц накрыл его ладонь своей. — Не волнуйся, я не думаю, что лесной король станет мстить за отказ. Честь очень важна для фэйри. Охотник вряд ли мог что-то сказать о чести короля и не исключал варианта, что тот, не получив желаемого, может прибегнуть к угрозам и принуждению. Однако это пришло ему в голову только сейчас, а ещё секундой ранее он думал лишь о том, что мог потерять принца. — Но хотелось бы узнать, что такого ценного он нашёл в моей магии, — проговорил Фрилайд, хмуря брови. Макс совсем позабыл об этом. Мысли просто не задержались на причине, потому что ему казалось само собой разумеющимся, что Фрилайд привлёк короля. Это все равно что спросить: а зачем кому-то слиток золота? Макс мог только развести руками. Он понятия не имел, какие цели преследует фэйри. — Лесной король сказал, что может раскрыть твою силу… — Но у него нет недостатка как в боевых магах, так и в целителях. Всё фэйри прекрасно владеют магией. Зачем же ему я? Может быть… Хотя нет, — принц помотал головой, отбрасывая невысказанный вариант. — Что? — спросил охотник. — Нет, ничего. — Ты подумал про искаженную реку? — догадался Макс. Фрилайд вздохнул и снял с плеча птицу, пожелавшую его внимания. — Я не знаю, что и думать. Я полагал, что придворные маги во время своих экспериментов что-то сделали с рекой, возможно, нечаянно, а мне просто не хватило опыта и знаний, чтобы это определить. Но вкупе с пристальным вниманием фэйри ко мне это все начинает казаться ещё более сложным. — То есть причиной искажения мог стать ты? — Вряд ли, — покачал головой принц. — Я физически не способен дать такой заряд энергии. — А может, тебе просто так кажется? Что, если ты на самом деле очень сильный маг? Подумай только, ты делаешь невероятные вещи: взять хотя бы твоих големов! Эта магия ведь сложна! — Сложно не само создание големов, а контроль над ними, — возразил Фрилайд. — Я не заставляю их двигаться. Принц опустился на камень и уставился на тлеющие угольки костра. Макс сел рядом с ним, так близко, как позволяли приличия. Между ними было сантиметров двадцать, а охотнику так хотелось сесть к нему вплотную, прижаться, вдохнуть всей грудью его едва уловимый, но такой чарующий и нежный запах, с которым не сравнится даже аромат розы… — Твоя магия действительно особенная. Я чувствую это. — Ты тоже что-то чувствуешь в моей магии? — удивлённо спросил Фрилайд. Макс не знал, как это описать. Это было похоже на тёплые лучи солнца, греющие продрогшего человека, на прохладный ветерок в жару, на долгожданный отдых после утомительного труда… Оно вызывало желание плакать от счастья или просто растворяло в бесконечной неге, смывая все страхи и печали и оставляя отчетливое желание жить. — Это… Это сложно объяснить… Она приятная и… Фрилайд улыбнулся, и охотник позабыл все, что хотел сказать. Он с огромным трудом отвёл глаза, чтобы не пялиться так явно и бесстыдно. Принц не расспрашивал его дальше, как будто удовлетворившись таким ответом. Макс старательно разглядывал траву под ногами, но все равно чувствовал, что на лице Фрилайда играет лёгкая улыбка. *** Ночь выдалась необычно холодной. Всё вокруг так и говорило, что вот-вот пойдёт дождь, но капли так и не начинали падать с неба. Низкие тучи нависли прямо над кронами, качающимися от пронизывающего ветра. Макс в который раз помянул недобрым словом лесного короля, хотя принц уверял, что тот вряд ли имеет отношение к плохой погоде. Пришлось искать место для ночлега, где дождь не мог бы помешать. Сам охотник не стал бы сильно заморачиваться и просто прилёг бы под деревом, но Фрилайду он не мог позволить мокнуть под дождём. Достаточно хотя бы того, что принцу, привыкшему к пуху и шёлкам, приходится спать на земле, завернувшись в тряпье и шкуры! Походив вокруг, Макс обнаружил небольшое углубление в скале, в котором едва хватало места на двух человек. Ему не хватило бы наглости пытаться втиснуться туда вместе с Фрилайдом, поэтому решил, что сам эту ночь проведёт «на карауле». — Ты ложись, а я пока покараулю, — сказал он, после того, как натаскал мягкой травы под шкуры для большего удобства и обустроил принцу постель. Однако Фрилайду такой расклад не понравился. — Зачем караулить, если есть птицы? Големы, которым не нужен был сон, согласно защелкали деревянными клювами. — Мне не хочется спать, — соврал охотник. — Тогда я тоже не буду, — заявил принц. Макс бессильно развёл руками. Он не знал, как уговорить Фрилайда и почему тот отказывается. Неужели ему кажется несправедливым, что охотник жертвует своим местом? Или его это оскорбляет? Испугавшись того, что может обидеть принца, Макс понуро замолчал и принялся разводить костёр. Поначалу огонь никак не хотел разгораться и гас, не успев вспыхнуть. Фрилайд сел рядом с ним дотронулся рукой до сухой травы, которую безуспешно пытался поджечь охотник. С его пальцев слетело несколько ярких искр, и через пару секунд пламя поползло по дровам. Они сидели достаточно близко друг к другу, чтобы сердце Макса колотилось, не давая спокойно дышать. Охотник избегал смотреть на принца и неотрывно пялился в костёр. Вдруг языки пламени начали приобретать очертания, и вскоре огненные силуэты всадников скакали кругами, рассыпая искры. — Красиво, — прошептал Макс. Он завороженно наблюдал за представлением, почти не моргая, чтобы не упустить малейшего движения. Всё, что создавал Фрилайд, было невероятно прекрасно, и Макс готов был смотреть на это хоть целую вечность. Понемногу танец огненный фигур начал замедляться, а сами они стали расплывчатыми, будто вот-вот могли растаять. В следующую минуту силуэты превратились в обычный огонь. Охотник ощутил на плече тяжесть и замер: принц уснул, положив голову ему на плечо. Макс осторожно скосил глаза, глядя на его безмятежное лицо, наполовину скрытое золотыми кудрями. Он почувствовал, что не может дышать от того, как защемило его сердце. Чувства переполняли его, и охотнику казалось, что он сходит с ума от нежности и желания поцеловать принца. Он сидел, затаив дыхание и не смея пошевелиться, чтобы не разбудить его. Макс закрыл глаза, полностью погружаясь в волшебство этого момента, и всей душой желал, чтобы он длился подольше. Он не знал, сколько прошло времени — пять минут или час — когда Фрилайд пошевелился и поднял голову. — Давай ляжем, — сонно пробормотал он и дёрнул охотника за руку в сторону постели, обустроенной под скалой. Макс в прострации последовал за ним, не сумев возразить. Они легли рядом, так близко, будто находились на одной кровати. Охотник, как мог, старался занимать меньше места, чтобы принцу не было тесно. Он прижался к стене, не обращая внимания на холод и острые камни. Теперь он мог смотреть прямо в лицо Фрилайда. Макс чувствовал себя так, будто совершает отчаянное преступление, наблюдая за принцем. Он дрожал от переизбытка эмоций, безумно желая коснуться хотя бы его руки, но не смея приблизиться больше ни на миллиметр. — Тебе холодно? — вдруг спросил Фрилайд. Не дождавшись ответа, принц приподнял свое меховое одеяло и набросил на Макса, пододвинувшись ближе к нему. Охотника бросило в жар и он издал какой-то невнятный писк, не в силах произнести ни слова. Само собой, в такой ситуации он и помыслить не мог о сне. Они с Фрилайдом лежали так близко, что он мог ощущать тепло его тела. Макс закрыл глаза, надеясь, что принц не заметит его смятения, но оставался все так же напряжен. Он не шевелился, боясь даже глубоко дышать, на протяжении часов, пока не занялся рассвет. Но даже несмотря на неподвижность, охотник не спал ни минуты, в полутьме вглядываясь в лицо Фрилайда.