Светя другим, сгораю...

      Укрыться в первом более-менее сухом, относительно канализации, подземном помещении казалось более чем логичным. Долгие передвижения по каналам сточной воды, поиски пищи, постоянно следующие по пятам крэнги и невероятная боль, периодически сковывающая всё тело, значительно утомили куноити, побуждая заняться поисками наиболее безопасного ночлега.       Скользя вдоль каменной стены, она различала отдалённые звуки, похожие на человеческую речь, но что-то внутри головы упрямо мешало отчетливо распознавать их. Устало свернувшись в темном углу, недалеко от дребезжащего механизма, похожего на аккумулятор, она опустила третье веко и слегка засопела, размышляя, насколько опасны отдалённые звуки-голоса. Организм всё еще сопротивлялся мутации, не позволяя окончательно изменить сознание девушки, оттого истощение и сонливость не покидали новоиспечённого мутанта последние несколько дней. Внезапно отдалённые голоса начали приближаться, и стало совершенно неспокойно.       - Доктор Блум, - невысокая девушка, стоящая под светодиодной лампой, указала рукой в сторону, где притаилась Караи, - там змея.       Шипение вырвалось как-то само, будто так и надо было, будто так было всегда. Внимательный взгляд зеленых склер неотрывно следил за движениями двух белых халатов, но даже какое-то внутреннее шестое чувство не улавливало никаких признаков опасности. Темноволосая женщина, стоящая позади говорившей девушки, дёрнула вторую за рукав и направилась в сторону гудящего аккумулятора, утягивая за собой. Когда женщины скрылись за сетчатой решёткой, мутант всё же окончательно уложила голову на покрытое металлическими пластинами туловище и заснула.       Металлический звон жестяной посудины, опускаемой на бетонный пол, прорвался через пелену сна и отразился сотнями ударных тарелок, даря невыносимую головную боль. Третье веко взметнулось, даря размытую картинку окружения. Отдаляющаяся мутно-белая фигура, очевидно, была той самой девушкой, которую Караи уже видела до сна. Жестяная миска, стоящая неподалёку от временного укрытия была наполнена водой, а рядом с ней лежал небольшой кусок хлеба. Осознание того, насколько сильной была жажда, пришло сразу после первого глотка. Быстро расправившись с принесённой едой и осознав, что заснуть снова уже не выйдет, мутант начала наблюдать за расположившимися в другом конце коридора людьми. Все они иногда оглядывались в её сторону, но никто не приближался.       От долгого всматривания в находящиеся в отдалении предметы, боковое зрение стало расфокусированным, а тело пронзила нетипичная боль. Язык заметался, издавая свист, а змееобразные конечности самовольно дёрнулись, сбивая стоящие рядом деревянные ящики. Люди в другой части коридора вскочили со своих мест, инстинктивно отдаляясь от потенциально возникшей опасности. Девушка в белом халате, наоборот, медленно приближалась, двигаясь вдоль стены. Караи смогла нормально рассмотреть её, когда дистанция сократилась до вытянутой руки. Светлые волосы были завязаны в невысокий пучок, лицо выражало одновременно и обеспокоенность, и лёгкий страх перед мутантом, что билась в агонии на бетонном полу, карие глаза бегали по освещённым участкам змееподобного тела, видимо, пытаясь распознать причину её боли.       - Здравствуй. Я понимаю, что ты – мутант и это наверняка пугает тебя, как и всё происходящее,- врач присела возле куноити, протягивая к ней руку,- но здесь тебе ничего не угрожает. Скажи, чем я могу помочь?       Сфокусировать зрение на внезапно близкой ладони удалось с трудом, новообращённая всё никак не могла привыкнуть к изменившемуся восприятию мира, облачившемуся в мутную дымку, что невероятно мешало моментально концентрироваться и реагировать. Тряхнув тяжёлой головой, Караи всё же отодвинулась назад, не желая взаимодействовать с незнакомым и потенциально опасным человеком, и зашипела, обнажая острые зубы. Девушку это, кажется, совсем не напугало, она всё ещё настаивала на оказании помощи.       - Но тебе больно,- светловолосая нахмурилась, - я не встречалась с таким раньше. К нам попадало много нестабильных мутантов, но твоя мутация еще более нетипична, чем все остальные. Ты позволишь вколоть тебе обезболивающее?       Мысль об уколе и возможных последствиях в виде экспериментов, пыток и, самое худшее, сдаче Шреддеру, электрическим разрядом прошла по истерзанному сознанию и, предотвращая нежеланную манипуляцию, мутант оскалилась и предупредительно закричала, дёрнув руками-змеями в сторону врача. Резкие движения, сделанные на внезапно выброшенном в кровь адреналине, ослабили и без того утомлённый организм, вызывая тёмные круги и мерцание перед глазами. И без того затуманенный взор помутился, а боль, до этого ощущавшаяся острыми вспышками, стала утихать. Тело налилось свинцом, а голова безвольно рухнула в подставленные руки врача.       Эллен с восхищением рассматривала белую чешуйчатую кожу, металлические пластины, покрывавшие грудь и плечи, неподвижно лежащие руки-змеи и заострённый хвост. Безусловно, подобные мутации невероятно пугали, но для человека, который положил свою жизнь на изучение медицины, это было скорее очередной интересной задачей. Невероятные генетические изменения, следующие за попаданием в тягучую зелёную слизь, ужасали и завораживали одновременно. Когда девушка дотронулась кончиками пальцев до чешуи на предплечье, Караи взвилась, шипя, и отползла в тень.       - Хэй, это просто я,- Морин одёрнула руку, отклоняясь назад, - извини, не хотела тебя пугать. Прости мне мой интерес, это очень необычно.       Куноити фыркнула, ворочая головой. Сбегать из более-менее теплого помещения, где ей ничего серьёзного не угрожало, совершенно не хотелось, но становиться объектом изучения для местного исследовательского центра не хотелось ещё больше. Заметив, что исписанный листок бумаги, лежавший под одной из коробок по правую сторону от неё, дергается, поднимаясь, очевидно, благодаря потоку воздуха, мутант задумалась лишь на мгновение. Двинувшись в нужную сторону, она обнаружила решётку небольшой вентиляционной шахты, расположенной за сложенными ящиками, и исчезла в темноте, не обращая внимания на голос врача. Выход приемной дочери Ороку Саки на поверхность ознаменовал начало змеиной охоты*.

***

      - Ты уверена, что нам стоит это делать? – женщина опасливо покосилась на сваленное в кучу оборудование и выбитые стёкла.       - Доктор Блум, нам в любом случае нужно было выйти за продуктами,- девушка ухмыльнулась, наблюдая, как начальница осторожно огибает осколки потолка,- Вас раздражает этот беспорядок?       - Играешь на моих нервах, юная леди,- доктор Блум стрельнула глазами, силясь подавить улыбку,- я не настолько педантична, как ты думаешь.       Женщины вышли из дверей больницы и направились к знакомому супермаркету на углу улицы. Когда они открыли деревянную дверь и пробрались внутрь, небо озарила уже привычная фиолетовая вспышка. Не обращая внимания на «изменения погоды», врачи ходили между полками, собирая продукты с не истёкшим сроком годности, изредка перебрасываясь фразами. Морин подхватила бумажный пакет с кассы и уложила продукты, протягивая второй пакет Аманде. Продолжая переговариваться, врачи вышли из заброшенного магазина и замерли. На улицах после блеклого сияния начали появляться люди, держащиеся за головы, а все роботы и прочие механизмы пропадали в таком же сиянии.       - Эллен, ты видишь то же, что и я?- севший голос начальницы доходил до девушки будто через туман.       - Люди… они вернулись,- молодая ординатор выронила бумажный пакет и не замечала, что продукты рассыпаются и откатываются в стороны.       - Может тут есть кто-то из нашей больницы? – они переглянулись и начали подбегать к людям, спрашивая о их самочувствии, выглядывая знакомые лица.       Когда оказалось, что самое страшное из того, что было у людей – лёгкое головокружение, они побежали в сторону больницы, чтобы, наконец, выпустить узников подземелья. Очередной спуск принёс более радостные эмоции, чем предыдущие, так что врачи почти влетели на подземный этаж, распахивая двери. Шокированные пациенты и персонал госпиталя молча слушали рассказ и нарочито медленно поднимались по лестницам, опасаясь за свои жизни. Долгое нахождение под землёй пагубно сказалось на способности воспринимать уличное освещение, некоторые щурились, прикрываясь руками, сложенными козырьком, остальные же просто тёрли глаза, будто не могли избавиться от наваждения. Несколько месяцев кошмара закончились так же быстро, как и начались. Поверить в реальность произошедших событий помогало только наличие колоритно выделяющихся на фоне мрачного и полуразрушенного города розово-зелёных кристаллов, торчащих из асфальта дорог.       Всеобщее ликование с головой захватило чудесным образом освобождённых жителей города. После всевозможных проявлений положительных эмоций, люди лишь смущённо улыбались друг другу и направлялись в свои заброшенные квартиры, оглядывая последствия разрушений. Эллен прищурила глаза, с неподдельным удовольствием наблюдая за ними. Возвращение к нормальной, если это вообще можно так назвать, жизни не могло не вызывать чувство удовлетворения и радости.

***

      Не могу не отметить, поразительно, каким сплочённым становится город, побывав на краю гибели**. Работы по восстановлению после вторжения проходили медленно, но вполне успешно. Жители объединились, несмотря на различие в профессиях и образах жизни, посильную помощь предлагали все. Ну, или почти все. В больницах, которые подлежали частичному восстановлению, были организованы небольшие пункты питания, в них же располагались пациенты, за которыми нужен был постоянный присмотр и уход.       

Госпиталь Бельвью, Нью-Йорк 00:13

      Штат больницы значительно уменьшился, некоторые попросту не захотели возвращаться не то, чтобы на работу, а просто в город. Многие талантливые специалисты разъехались по стране, опасаясь повторения кошмара. В основном, люди приходили в больницу для ночлега, так как многие жилые здания были разрушены и не до конца восстановлены. Вот и сейчас, на смену в приёмном отделении заступило всего несколько медсестёр и двое ординаторов, возглавляемые доктором Блум. В силу отсутствия главы отделения интенсивной терапии, остро встал вопрос назначения и многие врачи решили претендовать на эту должность, что порождало множественные споры, один из которых разгорался уже минут 20.       - Что скажешь, Эллен? – Доктор Кларк обернулся к девушке, краем глаза наблюдая за тихими переругиваниями врачей,- Кто, по-твоему, станет новой главой?       - Доктор Кларк, как бы эгоистично и подхалимски это не звучало,- ординатор улыбнулась уголком рта и повернулась к психиатру, опираясь на стойку, возле которой они стояли,- я думаю, что интенсивку отдадут доктору Блум. Как минимум в силу того, что мы – ближайшие отделения.       - Интересный ход мыслей, но почему ты не рассматриваешь то, что могут привлечь кого-то из другой больницы?       - Не знаю,- девушка посмотрела на спорящих врачей и неоднозначно пожала плечами,- просто эта кандидатура меня привлекает больше всего.       - Сетуешь на повышение начальницы или просто метишь на её место, которое освободится после назначения,- мужчина заговорщицки подмигнул собеседнице и засмеялся, довольный реакцией на собственную теорию.       - Я просто хочу, чтобы всё пришло в норму,- Морин двинулась к дверям, - да и Аманда сможет привнести что-то новое в застоялое отделение. Реаниматологам уже давно пора устроить встряску, Да и я могла бы перейти туда без особых проблем, будь Блум заведующей. Выйдете со мной?       - Благодарю, юная леди, но, боюсь, мне пора к детям, - глава отделения психиатрии махнул на дверь и, кивнув на прощание, направился к выходу.

***

      Выйдя на воздух, Эллен окинула взглядом улицу, на которой работы должны были начаться в следующий вторник. Привычный росчерк спички о коробок создал искру, озарившую нахмуренное лицо. Медленно втягивая отравленный смолой и никотином воздух, молодая ординатор бросила взгляд на крышу соседнего здания. Дышать стало как-то невообразимо сложно, то ли от очередной выкуренной сигареты, то ли от сцены, которой девушка стала единственным, но незамеченным, свидетелем. В больнице её возвращения наверняка ожидали пациенты и персонал, а она не могла отвести взгляда от необычной картины. В блеклом свете луны, которая была единственным источником освещения на высоте крыши, одинокая фигура выполняла всевозможные пассы руками с сияющими лезвиями клинков в них, отрабатывая удары. Мечник двигался бесшумно, быстро и очень плавно, что казалось невозможным при его параметрах и происхождении. Восхищаясь чудесами генной инженерии, которая, наконец, открылась с приятной (на фоне произошедших за время апокалипсиса ужасов) стороны, она наклонилась вперёд, расширяя угол обзора. Когда карие глаза зацепились за синеву маски, Эллен невольно отметила, насколько человечным, в отличие от ранее знакомых мутантов, было выражение его лица. Определенная осознанность собственных действий буквально читалась в сведённых к переносице безволосых бровях, образовывавших небольшую складку, которую девушка больше представляла, чем видела, и трёхпалых конечностях крепко удерживавших рукояти катан, рассекающих воздух на крыше в смертоносном танце с невидимым противником. Проявление искусства, ранее известного ей только по книгам и фильмам теперь предстало во всей красе в исполнении явно искусного, хоть и молодого, мастера.       Увлёкшись неожиданным представлением, девушка не заметила, как дотлела сигарета и обожгла пальцы, заставляя выбросить окурок и сдавленно ругнуться. Когда Эллен вновь подняла глаза на крышу, она была пустынна, как и вся улица, будто никого и не было, будто всё это захватывающее дух сражение ей просто привиделось. Улыбнувшись собственным мыслям, ординатор двинулась в больницу, не подозревая, что уже за ней наблюдает пара синих глаз.

Pour être sauvé, il suffit d'agir. Чтобы спастись, нужно просто начать действовать.

............................................................... *- отсылка к названию 11 серии 3 сезона (черепашки’12) **- фраза Кейси из 14 серии того же сезона