Переполнение

***

      Главный зал «Саблезубого Тигра» расчистили от обломков столов и скамеек к полудню, а уже к вечеру привезли новую мебель: об этом Стинг позаботился с самого утра.        После ухода Роуга и Ванессы Стинг всеми силами старался подавить в себе злость, боль и пустоту, образовавшиеся внутри, и сосредоточиться на более важных вещах. Он позвал всех согильдийцев, кто не был задействован в патрулировании города с утра. Уже через час маги принялись разгребать обломки. На вопрос, что случилось, Стинг отвечал коротко или молчал вовсе. Он попросил Юкино, Минерву и Сорано организовать побольше прохладной питьевой воды и что-нибудь съестное, а сам отправился в столярную мастерскую.       Хозяин мастерской лично принял его заказ и пообещал всё устроить в лучшем виде и как можно скорее. Стинг отдал за срочность приличную сумму золотых, пообещав себе, что Роуг и Ванесса возместят убытки в два раза больше, и отправился обратно в «Саблезуб». Он был в каких-то нескольких сотнях метрах от гильдии, когда начался ливень. Бежать не хотелось совсем. Он, не торопясь, добрался до гильдии, с невозмутимым выражением лица прошёл в свой кабинет и запер дверь на ключ, чтобы никто не беспокоил. Промокшая до последней нитки, одежда противно прилипала к телу, сковывая движения. Он стянул с себя сырую футболку и небрежно бросил на стул. Как назло, полотенца в кабинете не оказалось. Стинг устало плюхнулся на диван, закрыл глаза и постарался расслабиться.       Раздался стук. Стинг дёрнулся от неожиданности и, потупив взгляд, уставился на дверь. Снова постучали. Он недовольно цокнул языком, лениво поднялся и отворил дверь.       На пороге стояла Юкино, сжимая правый кулачок, собираясь постучать ещё раз…       — Зачем закрылся? — спросила она.       — Хотел побыть один. Что-то срочное? — Стинг говорил так, будто перед ним стоит не его жена, а кто-то совершенно чужой.       — Ты попал под дождь. Я принесу полотенце, — она хотела уже развернуться и бежать за полотенцем, но…       — Не надо, я так высохну, — возразил он.       — Хорошо. Давай хотя бы чай горячий налью, а то заболеешь…       — Отстань, не хочу я, — грубо ответил он. — Убийцы Драконов не болеют.       По лицу девушки разлилось выражение кроткой покорности. Она взглянула на него глазами побитой собаки, печально вздохнув.       — Прости, я не хотел, — Стинг стыдливо опустил голову. — День сегодня кошмарный выдался. Поговорим чуть позже, я сейчас и правда хочу побыть один.       Юкино согласно кивнула, не решаясь ещё что-то сказать. Она была заметно подавлена и смотрела в пол. Стинг, не выдержав повисшего в воздухе напряжения, молча захлопнул дверь и, подойдя к окну, распахнул его настежь. Поток свежего воздуха бесцеремонно обдул лицо. Стинг глубоко вдохнул полной грудью, громко выдохнул — и так несколько раз, пока окончательно не расслабился. Его мысли были полностью заняты произошедшим с утра. То, что главный зал гильдии разрушили, — это полбеды, вопрос был в другом. Кто именно это сделал?       Услышав от Ванессы, что это она и Роуг устроили погром во время страстного соития, он едва сдержался, чтобы не убить обоих, но успокоившись и поразмыслив мозгами, понял, что Ванесса специально соврала, чтобы вывести его из себя, и у неё это прекрасно получилось. Стинг слышал, как Ванесса тихо высказалась о своей ненависти к нему. Пожалуй, эта острая фраза напрочь врезалась в его память. Осознание того, что девушка, ставшая за эти недели для него дороже, чем собственная жизнь, выбирает лучшего друга, разрывало сердце на куски.       Едкая обида сдавила горло так, что не только думать, но и дышать стало невозможно. Стинг сильно стиснул зубы и крепко сжал кулаки так, что побелели костяшки: он пытался совладать с нахлынувшими эмоциями.       — «Если Ванесса специально соврала, чтоб разозлить меня, то, вероятнее всего, зал разрушил Роуг. Что же с тобой происходит, друг?»       Он вспомнил, что в день, когда Роуг вернулся в гильдию весь израненный, целитель, осматривавший его, сказал, что физическое состояние восстановится за несколько дней, но вот психологическое… Стинг же решил, что целитель имеет в виду то, что Роуг замкнётся в себе и не захочет какое-то время ходить на задания. На деле всё оказалось куда хуже, чем он ожидал. Лучший друг стал совершенно неуправляемым, и то, как Роуг бил себя в грудь, рьяно доказывая, что всегда был таким, лишь подтверждало догадки.       — «Тогда зачем Ванесса покрывает его? Она что-то знает?» — размышлял про себя Стинг, при этом громко хмыкая. — «Если я спрошу её напрямую, она ничего не скажет. Нужно прижать эту стерву, чтоб не смогла отвертеться. Но как? Пригрозить Магическим Советом или пытать?»       Последняя мысль заставила его рассмеяться в голос. Он представил Ванессу, подвешенную за запястья в камере подземелья, а он, как истинный садист, ходит вокруг неё с ножами в руках. В его голове ярко вспыхивали картинки, как он мучает её, а она не в силах сопротивляться; громкие стоны и мольбы о пощаде, вырывающиеся из её ротика, — музыка для его ушей.       Негативные чувства медленно отступили. Стинг успокоился. Он потёр глаза, потряс головой и в приподнятом настроении пошёл обратно в главный зал.       Дождь стих ближе к вечеру. На небе сквозь плотно затянутые тучи пробились узенькие солнечные лучи, и город засиял, омытый дождём. Стинг вышел из гильдии и опустился на мокрые каменные ступени. Неприятно хрустнув шеей в обе стороны, он поднял голову к небу, подставив лицо тёплому солнцу. После грозы влажный воздух, наполненный озоном, смешивался с запахами листвы и травы, дурманя своей свежестью, словно терпкий опьяняющий эфир.       Задумавшись, Стинг не заметил, как чья-то мощная фигура загородила собой свет.       — Какого хрена тут расселся? Пройти мешаешь.       — Хватит грубить, Роуг, — Стинг поднялся на ноги и встал так, чтоб оказаться с ним на одном уровне. — Давай спокойно поговорим. Что с тобой происходит?       — Хм, — на лице Роуга не дрогнул ни один мускул. Он словно застыл. Лишь в красных глазах сверкал огонь ненависти и презрения. — Ну, раз ты настолько туп, что до сих пор не догадался, так уж и быть, я разъясню. Как ты думаешь, друг, что будет, если Юкино узнает о твоей интрижке с Ванессой?       В тот миг Стинг будто лишился дара речи и только тихо дрожал, словно колеблемый ветром камыш. Он нахмурился, опустил голову и спрятал руки в карманы.       — Что? Нечего сказать? А ты думал, все вокруг такие идиоты и ничего не видят? — Роуг задумчиво качнул головой. — Может быть. Но ты забыл, что я не все. Я всё вижу, всё слышу, всё чувствую и всё замечаю…       Роуг сделал паузу, ему было интересно, как Стинг отреагирует на его слова, но, увы, он молчал, задумчиво глядя себе под ноги. Роуг напрягся. Он рассчитывал вывести его из себя, спровоцировать конфликт, но Стинг будто назло не реагировал. Роуг продолжил нагнетать.       — Юкино не нужна тебе и Ванесса тоже. Ты грёбанный эгоист. Юкино любит тебя, верит тебе, считает, что ты не способен на измену. А оно вон как… На пороге появилась красивая девчонка, так ты сразу же побежал…       — Заткнись, — прорычал Стинг сквозь зубы. — Да что ты можешь знать…       — Всё, что нужно, — Роуг хитро улыбнулся и подмигнул. — Знаешь, а я не удивлён, что ты попался на ЕЁ крючок. У НЕЁ шикарное тело, а какие сладкие губки…       На этом терпение Стинга лопнуло. Он исподлобья взглянул на ухмыляющегося Роуга и резко ударил того кулаком в челюсть чётко и сильно, как в бою. Роуг рухнул на землю. Через несколько секунд, придя в себя после удара, Роуг медленно поднялся. Его нижняя губа была рассечена, а по подбородку стекала тонкая струйка крови, глаза горели от бешенства, он стал злобным, что мог убить, не задумываясь.       — Я так и думал. Вот оно, вот, — Роуг вытер губу рукавом и сплюнул кровь со слюной, скопившуюся во рту. — Теперь я знаю твоё слабое место.       — Я сказал: заткнись, закрой свой рот, — Стинг, сотрясаясь от гнева, схватил Роуга за ворот рубахи.       — Оставь Ванессу в покое, не то Юкино узнает о твоих похождениях. Да и не только она, вся гильдия будет в курсе, какой наш мастер на самом деле…       — Замолчи. Иначе я…       — Что здесь происходит? — раздался мягкий женский голос позади них.       Стинг резко отпустил Роуга и обернулся на голос.       — Юки…       — Всё замечательно. Мы просто разговаривали о своём, — вкрадчиво произнёс Роуг. Он похлопал Стинга по плечу, поднялся по ступеням, улыбнулся Юкино и скрылся в гильдии.       Она проводила его взглядом и спустилась к мужу. Стинг, бледный и злой, нервно кусал губу и сотрясался всем телом от напряжения. Юкино не стала ничего расспрашивать, лишь предложила прогуляться.       Они шли, не спеша, вдоль широкой улицы, в направлении главной площади. Стинг спрятал руки в карманы, ссутулился и задумчиво смотрел себе под ноги, кусая щёку с внутренней стороны, Юкино же держала его под руку и что-то увлечённо рассказывала. Стинг лишь согласно кивал головой и пожимал плечами, когда не хотел кивать. Внезапно она остановилась. Стинг прошёл несколько шагов вперёд и только потом понял, что его локоть отпустили, он притормозил и недоумевающе повернулся.       — Почему ты остановилась?       — Ты меня вообще слушал? — голос Юкино прозвучал так, будто она сейчас расплачется. — Я уже полчаса перед тобой распинаюсь, а ты и слова не сказал в ответ.       Стинг нахмурился и отвёл глаза в сторону. Он и правда не слушал, что она рассказывала, но согласиться с этим было как-то стыдно, поэтому он просто молчал и потупившимся взглядом рассматривал траву. Но Юкино не собиралась сдаваться. Она подошла к нему совсем близко, взяла за руку и посмотрела в глаза, ожидая ответа.       — Прости. Я задумался, — честно признался Стинг. — О чём ты говорила?       Юкино грустно покачала головой, отпустила его руку и пошла вперёд. Стинг в несколько шагов догнал её и преградил путь. Крепко прижав к себе, ещё раз попросил прощения и поцеловал в лоб. Юкино ничего не ответила. Она лишь ладонями упёрлась ему в грудь, тихо шмыгая носом, стараясь сдержать подступившие слёзы.       — Послушай, — заговорил Стинг. — Настали нелёгкие времена для гильдии. Главный зал разрушен, волшебники круглыми сутками патрулируют город, но по-прежнему всё глухо. Да ещё и Роуг… С ним что-то происходит.       Юкино слегка отстранилась. Он взглянул на неё. Бледная, уставшая, с тёмными кругами и покрасневшими, припухшими глазами. Стинг не хотел рассказывать о своих предположениях, но другого выхода не было. Либо он первым предостережёт её от Роуга, либо Роуг расскажет ей правду…       — Что с ним?       — Не знаю. Но думаю, что это связано с тем магом, Убийцей Драконов с другой земли. Он что-то с ним сделал. Я в этом уверен. Роуг изменился… Озлобился… Будто одержим кем-то.       — Знаешь… Я думаю, ты прав. В ту ночь ты был в Эре, я приглядывала за ним. Когда он пришёл в себя, то задавал вопросы, где ты, почему уехал один. Я ответила, что Ванесса тоже поехала, но на этом моменте Роуг изменился в лице и заговорил на другую тему… — Юкино замолчала, поняв, что едва не брякнула лишнего.       — Какую? — Стинг вопросительно поднял брови, пристально глядя ей в глаза.       — Попросил, чтоб я позвала Руфуса, что я и сделала. А потом он два дня сидел в лазарете и никого не хотел видеть, — спокойно произнесла она.       — Знаешь, — Стинг задумчиво закусил губу и, помолчав несколько секунд, продолжил. — Я думаю, что тебе лучше не подходить к нему и не разговаривать. Роуг опасен, но пока мы ничего не можем с ним сделать. Единственный выход — как можно скорее найти того мага. Я уверен, что он разгадка ко всему. А до тех пор держись от Роуга как можно дальше.       — Только пообещай мне кое-что… — уверенный тон в голосе и твёрдый взгляд даже слегка напугали Стинга. — Ты не полезешь на рожон.       Он не мог не согласиться с ней. Юкино ласково улыбнулась и поцеловала его в щёку.       — Идём дальше, а то скоро заступать на вечернее патрулирование, — Юкино взяла Стинга за руку и повела в сторону площади.

***

      По узким малолюдным переулкам города, не торопясь, шла фигура. Очертания тела скрывал длинный тёмный плащ, а лицо оставалось под тенью глубокого капюшона. Она резко остановилась, когда старый мужчина в драных лохмотьях с культями вместо ног и гнилой дырой вместо носа схватил дрожащей, тощей рукой подол её плаща. Он жалобно умолял подать сколько есть. Недовольно фыркнув и одёрнув подол, она пошарила рукой в звенящем на поясе мешочке с монетами, наугад достала несколько золотых и бросила ему прямо между культей. Он рассыпался в благодарностях, а она развернулась и пошла дальше, встречая по пути ещё немало таких же грязных оборванцев. Худых женщин, одетых в рваньё, которые прижимали к груди орущих младенцев, завёрнутых в тряпки, стариков с обрубленными по колено или по локоть конечностями, совсем юных девчонок и мальчишек с серьёзными, потухшими глазами, выглядевших намного старше своих лет — все они просили милостыню у прохожих, которые изредка забредали в эти мрачные городские «коридоры».       Она не обращала внимания на душераздирающие мольбы калек и отвратительную вонь, исходящую от гниющего мусора. Пройдя последний переулок, она вышла в поле, поросшее невысокой травой, дальше которого начинался лес. Солнце почти исчезло на западе, окрасив небо цветными огнями. В свете заката лес становился похож на гигантскую щетинистую тучу.       — Так, и куда дальше? — придерживая капюшон, она огляделась по сторонам и направилась в лес.       Пройдя мимо высоких толстоствольных деревьев и вьющихся колючих кустов, она вышла к реке, которая стекала бурным потоком со склонов гор. Шум воды приглушал звуки вокруг.       Расстегнув плащ, отбросила его в сторону. Взбив руками длинные чёрные волосы, она присела на корточки к реке, зачерпнула ладонями прохладную воду и умыла лицо. Капли приятно остудили кожу, и девушка мгновенно взбодрилась. Она зачерпнула ещё и сделала несколько глотков. От ледяной воды свело зубы, но пить её было блаженным удовольствием.       Совершенно отчётливо раздался треск ветвей, хруст сучьев и шелест листвы. Из-за деревьев показался человек в белом плаще и капюшоне. Девушка выпрямилась, но всё ещё двигала челюстью, пытаясь согреть заледеневшие зубы.       — Чего опаздываешь? В тебе ни капли пунктуальности. Я, знаешь ли, жизнью рискую!       — Ох, Ванесса, ради бога, замолчи, — перебил он и скинул капюшон с головы. — Я не в том настроении, чтоб слушать твой бестолковый трёп.       — Что ты сказал? — обиженно произнесла она. — Бестолковый трёп? Ясно. Бывай, Рик.       Ванесса показательно прошла мимо него, сделав вид, что уходит.       — Ладно, прости меня. Не подумал.       Она остановилась, ликуя в душе, что её гениальная актёрская игра вытянула из него извинения.       — Ладно, на этот раз прощаю. Так о чём ты хотел поговорить? — она подошла к Рику, который стоял вблизи реки.       — О делах насущных, — Рик провёл рукой по коротко стриженным волосам и повернулся в сторону реки, встав к девушке боком.       Ванесса помедлила, разглядывая его гордый профиль: изящные скулы, плавно переходящие в подбородок, прямой нос, мягкий изгиб губ — и, вздохнув, заговорила.       — Ну-у, я тебя внимательно слушаю.       — Пора заканчивать. Мастер дал нам не больше месяца, чтобы завершить дела и вернуться в Гилтену. Мы должны провести ритуал до того, как начнётся празднество в честь Божественных Драконов. Тогда у нас ещё останется время подготовиться к войне.       Рик, не моргая, смотрел на быстротечные потоки воды. С бледной кожей, белыми волосами и каменным безэмоциональным лицом он был похож на красивую мраморную статую.       — Рик, знаешь… — голос Ванессы неожиданно дрогнул, и она даже затаила дыхание, наблюдая за его реакцией. Он повернул голову в её сторону и кивнул. Ванесса сделала глубокий вздох и продолжила. — Я тут подумала. Что будет, если мы объединимся с ишгарцами? Зачем нам убивать их? Мы всю жизнь охотимся на Драконов и пожираем их, но не пора ли остановиться?       От её слов Рик напрягся и побледнел. Кожа на лице стала будто прозрачной, ещё больше оттеняя тёмно-серые глаза. Он громко сглотнул слюну так, что кадык судорожно дёрнулся.       — Чего? — со злобой выдавил он. Ванессе захотелось забрать слова назад. — Ты совсем ополоумела, дура? Объединиться с ишгарцами? Никогда! Эти ублюдки убили наших товарищей. Рэйф и Небал мертвы по их вине. Забыла уже?       От его ледяного тона стало холодно, и Ванесса невольно поёжилась. Рик смотрел на неё в упор грозным взглядом. Его зрачки увеличились, поглощая радужку, брови нахмурились, щёки впали, а губы сжались.       Ванесса никогда не боялась его. Они выросли вместе, она знала его лучше, чем кто-либо, но сейчас ей стало страшно. И стыдно. Рик чтил законы «Дьябло». Он был предан мастеру целиком и полностью. Он без раздумий отдаст жизнь за товарища по гильдии, и Ванесса это знала.       — Я никогда не прощу их, — прорычал он. — Они убили двоих, а мы убьём всех.       — А что потом, Рик? Что потом? Мы проведём ритуал, избавимся от Драконов и Убийц Драконов. А что потом? Начнём пожирать друг друга, пока кто-то из нас не останется один и не сдохнет с голоду? — в сердцах выпалила Ванесса.       — Дура, — прокричал Рик. — Ты себя-то вообще слышишь? Хочешь пойти против нас? Против своей семьи? А как же твой отец? Как же все остальные? Ты подумала, что будет с ними?       — О какой семье идёт речь, а? О каком отце ты говоришь? Он всю жизнь истязал меня! Тебе ли не знать, Рик?! Тебе ведь тоже доставалось. Как ты можешь быть так предан ему? — Ванесса смотрела ему в глаза.       — Перестань нести чушь. Мы оба знаем, что лишь благодаря его экспериментам мы с тобой стали такими. Стали сильными. Поэтому я забуду всё, что ты сказала. Пусть это останется между нами, и мы с тобой вернёмся к своим обязанностям. Всё понятно, Дракон Кромешной Тьмы, Ванесса Рейзен?       Она согласно кивнула, но ничего не ответила. Ванесса не собиралась доказывать ему что-либо, ведь переубедить Рика невозможно. Он верен своим принципам. Спорить с ним так же бессмысленно, как и пытаться разбить валун босыми ногами. Она отошла, подняла свой плащ, стряхнула с него песок и, постелив на массивный камень, села, вытянув обе ноги. Рик внимательно наблюдал за ней. Он ждал, когда Ванесса посмотрит на него, но она, как специально, не поднимала головы, глядя то ли на свои ботинки, то ли на мелкие камешки под ними.       — Слушай, ты знал, что Скарион совершил ошибку при расщеплении Теневого Дракона? Он повредил душу, и теперь Роуг сам не свой.       — Чушь. Как ты вообще можешь произносить слова «Скарион» и «ошибка» в одном предложении? — блики от воды красиво переливались на его «каменном» лице и длинном светлом плаще. — Скарион не трогал душу Теневого Дракона. В деревне Эрба с ним была Кирия.       Ванесса резко подняла голову и дёрнула левой бровью.       — Кирия? Понятно, — сказала она. — Значит, у нас мало времени… — она хлопнула себя по коленям и выпрямилась в полный рост. Рик стоял рядом, и Ванесса подумала, что едва достаёт ему до подбородка. — Я пригляжу за ним, а то мало ли, что он может выкинуть.       — Смотри сама что-нибудь не выкинь, — пригрозил Рик. — Иначе мне придётся избавиться от тебя, а я этого не хочу.       — Жди сигнала, Рик. Скоро всё закончится, — она легонько коснулась его покатого плеча и мягко улыбнулась уголками губ.       — Я буду ждать, — произнёс Рик. Он бережно, как готовую улететь птицу, взял её ладонь в свои и поднёс к губам, щекоча тёплым дыханием. — Если с тобой что-то случится, то…       — Я знаю, — перебила она и отдёрнула руку.       Ванесса накинула на плечи плащ, завязала под подбородком ленты. Рик, не отрываясь, смотрел на неё. Он приоткрыл рот, будто хотел что-то сказать, но передумал и закусил губу.       — Будь осторожна, — тихо произнёс он и надел ей на голову капюшон её плаща.       — Мне пора. Смотри сам не умри раньше времени.       Ванесса, не оборачиваясь, покинула его.       Она вновь прошла мимо вьющихся кустов и толстоствольных деревьев, которые в сумерках зловеще выпирали своими размашистыми ветками и того гляди норовили зацепиться за плащ. Миновав лес, она снова пересекла поле и вышла к узкому переулку, идти через который хотелось меньше всего, но другого пути не было. Ванесса сделала несколько глубоких вздохов, сконцентрировала магию в левой руке, попутно преобразовывая её в тьму, и создала рукоять и клинок, состоящий из неё. Девушка замахнулась, и катана со свистом рассекла воздух. Ванесса довольно ухмыльнулась и вошла в проклятый переулок.       Она, не спеша, продвигалась меж домов, держа наготове полыхающую чёрным огнём магическую катану. Странное чувство терзало изнутри. Она думала о Роуге, о тренировке с ним, о том, как он целовал её. На мгновение поддавшись эмоциям, она чуть не потеряла голову. Она так злилась на Стинга за его поступок в Эре, что повела себя крайне глупо, решив, что, если покрутиться перед ним в объятиях Роуга, он проявит себя. В какой-то степени результат устраивал её, но вот как теперь избавиться от Теневого Дракона. Да, он красив, но его тёмная аура отталкивала. Роуг холодный, отстранённый и совершенно равнодушный. В нём нет ни капли страсти, лишь инстинкты, как у хищного зверя. К тому же теперь она узнала правду… Если Роуг попал под действие «Клинкового Гипноза» Кирии, то нельзя спускать с него глаз. В таком состоянии он способен сотворить всё, что угодно, даже убить… Убить своего лучшего друга, который теперь стал его врагом.