Трещины в потолке

Токио удивлял своей пасмурной погодой в начале октября. Уже как неделю, почти каждый день, лил дождь. Большие капли ударялись об окна, создавая совсем не мелодию, а лишь раздражающий звук. Даже днём было не обойтись без осветления. Да и без какой-то книжки или, в лучшем случае, ноутбука. Рыжеволосая девушка ещё раз посмотрела на потолок, который успела изучить полностью за три недели. Голубые глаза лишь прикрылись от скуки. Одна в палате, даже не было с кем поговорить. Оооо, а с этим проблем бы точно не было. Достаточно энергичная и коммуникабельная девчушка находила общий язык с почти каждым человеком. За несколько лет в вечных разъездах по миру, Наоми научилась этому тонкому искусству. Неожиданно почувствовалась телефонная вибрация, хотя девушка догадывалась, кто ей может звонить. Других вариантов просто не было. Рука тянется куда-то к ногам, где небрежно был кинут телефон ещё несколько часов назад. Гаджет в неоновом чехле был поднесён к уху. — Алло. — Привет, Наоми, — на другом конце телефона отозвалась девушка-шатенка, с легким переходом в фиолетовый, чей голос был невероятно мягок и мелодичен. — Юки, ты бы знала, как я скучала! — рыжеволосая чуть ли не запрыгала от радости, услышав родной голос, но быстро вспомнила, что ей не положено. — Ты как? — Ну, довольно неплохо, жить можно. Правда, в больнице скучно. Нечем заняться, я даже встать пройтись не могу, — рука Наоми сжалась где-то в области бедра, а голос стал на тон ниже — обычная реакция на данные события. — Отличное время для саморазвития. Почитай что-нибудь, я могу тебе посоветовать отличные книги, — книги — пристрастие Юки, и если бы Наоми была хоть немного заинтересована этим направлением искусства, то шатенка говорила бы про это часами. — Юки, ты же знаешь, я не заинтересована в этом, — Наоми вздохнула, а после продолжила — это ты у нас книжный червь. Девушка по ту сторону телефона лишь закатила свои зелёные глаза и нервно вздохнула. — Я вообще удивляюсь, как у тебя в библиотеке своя комната не появилась? Хотя, твоя комната скоро превратиться в библиотеку, и тебе вообще не нужно будет никуда ходить, — в этот момент Наоми начала энергично жестикулировать. Такими привычками рыжеволосая напоминала иногда итальянку. — У нас через неделю тренировки возобновляются, — Юки говорит все на выдохе, ведь весь разговор она старалась не затрагивать тему спорта. — А мне зачем говоришь? Я ведь все равно не смогу находиться там, да и в будущем тоже. Мне только недавно операцию сделали, а ведь потом ещё следует долгий период реабилитации, — разочарование так и сочилось в каждом слове, которые произносила девушка. — Но я думаю, что даже если и не в сборной Японии, то хотя бы как любитель, ты сможешь заниматься спортом. Конечно, ты не должна будешь изнурять себя тренировками, лишь потихоньку возвращаться в форму, — Юки, в глазах рыжей девушки, всегда была оптимисткой, хотя по ней и не скажешь. Она умеет находить плюсы в минусах, и вечно говорить «В плохом нужно находить хорошее». Угрюмая для остальных, и как солнце для Наоми — логично, что ты уже не сможешь делать свои потрясающие планеры в прыжке, но, думаю, у тебя будет время отточить обычный планер до идеала. И опять глаза возвращаются к трещинам на потолке. Нейтральный цвет пола напоминал запах дешевой краски. А капельница, которую до сих пор не убрали, лишь в очередной раз ограничивала движения. Да и за это время левая рука, в которую была введена труба, опухла и посинела. Наоми кажется это нездоровой реакцией, и вроде бы надо сказать об этом, но вечное присутствие врачей рядом поднадоело. — Слушай, Наоми, мне нужно бежать, давай я ещё потом позвоню? — Юки было неловко все заканчивать на такой ноте, но обстоятельства обвязывают. — Да, конечно, давай беги, и не опоздай, а то я знаю тебя — и минуты не прошло, а девушка снова весела. Иногда Юки кажется, что в Наоми живут два человека. *** После травмы Наоми, командная работа пошла под откос. Ну как командная, только работа Юки. Зеленоглазая не могла сладить со связующим из второго состава, тоже достаточно хорошим игроком. И, наверное, если бы не Наоми, то девчушка уже давно была бы в основном составе. В принципе, ей это сейчас и светит. Юки каждый раз промахивалась по мячам, которые были предназначались ей. Для отработки атак, была выделена целая неделя. После чего шатенке дали перерыв. Неделя, но у всех была надежда на то, что после всё станет на свои места. Почти всё. Сато Кимико — капитан женской команды по волейболу сборной Японии, переживала за аса команды больше всего. Представляя, какого это потерять отличного связующего, с которым тренировалась со средней школы, Кимико оказывала большую поддержку. За ту неделю «перерыва» зеленоглазой, капитан чуть ли не каждый день вытаскивала ее на улицу. Свежий воздух немного приводил в чувства, не давая им вывалиться наружу. Надо было сдерживать их, чтобы в один прекрасный момент не вывалить все на Наоми, повесив на неё ещё больше проблем. Нет. Она не могла так поступить. Наоми, как никому другому, нужно успокоиться. И Юки взяла на себя ответственность за это, как лучшая подруга. Она уже не вернёт Наоми в волейбол, поэтому приходиться идти дальше. ...Но только одной.