Карлсефни

Торфинн развалился на кровати, откинув голову на подушку. В наушниках играла песня, которую он уже несколько часов крутил на повторе. To sink or swim ikinokoru tame ni Dog eat dog world da to iikikase What went wrong? Survival of the fittest jakuniku kyoushoku If it’s the world that our wisdom will lead Well, tell me what went wrong? Подложив руки под голову, светловолосый устремил свой отрешённый взгляд в потолок. Nee dou egaitetan darou? Ano keshiki wo mite mo Nanimo kanjinaku natta yo Ano keshiki wo motometeita Boku wa mukanjou na no? Один из наушников выпал у него из уха, кареглазый хотел вернуть его обратно, как вдруг, отчетливо услышал, как внизу хлопнула входная дверь. - Я дома! - раздался до боли знакомый голос, который Торфинн не слышал в этом доме уже более 9 лет. Но даже и через 20 лет, он бы без труда узнал его.. Голос отца... Блондин скинул наушники на плечи и приподнялся. По телу пробежали мурашки. Он прислушался, стараясь уловить малейший шорох, но так ничего и не услышал, кроме давящей на нервы тишины. Неужели, послышалось?! Кажется, его собственное воображение решило сыграть с парнем злую шутку. Однако, любопытство не отступало. Спрыгнув с кровати, мальчишка с сильно колотящимся сердцем подкрадывается к двери. Долго топчется на месте, взвешивая все за и против, пока, наконец, не решается. Приоткрыв дверь, выглядывает в коридор, который кажется ему на удивление длинным и тёмным. Вдали мерцает слабый свет от лампы. - Паап? - тихо зовёт Торфинн. И на что только он надеется?! Что погибший 10 лет назад отец ответит ему?! И снова тишина в ответ. Светловолосый прикрывает дверь своей комнаты, и не смотря на пробегающий по спине холод, идёт вдоль тёмного коридора, направляясь к лестничной клетке. - Я схожу с ума... - бормочет он себе под нос. - Этого быть не может. Но, я действительно слышал голос своего отца.. Не ходи туда!!! Звучит в ушах его предостерегающий внутренний голос. Не ходи! Не обращая внимания на предостережение, Торфинн сбегает вниз по ступенькам. Старые половицы противно скрипят у него под ногами. Желание увидеть отца настолько сильно, что затмевает перед ним все страхи. Парень растерянно останавливается, когда его глаза застилает чернота, из-за чего он едва не теряет равновесие. Рука с трудом нащупывает твёрдую опору стены. - Пап? - неуверенно повторяет он. Хватаясь за стены, блондин пытается сориентироваться в этой кромешной темноте. Чёрт, почему, здесь так темно?! Где этот чёртов выключатель? - Я здесь, Торфинн! - до его слуха доносится голос отца. Где-то совсем рядом. Тело словно током прошибает. Мальчишка прижимается к стене, боязливо озираясь по сторонам, и стараясь понять, от куда идёт голос. - Папа? - Я здесь, на кухне. Уже давно жду тебя, Торфинн. - Папа! - светловолосый на ощупь пробирается по направлению к кухне. Темнота по прежнему сковывает его движения, но приглядевшись, он замечает тонкую бледную полоску света на полу, падающую от слегка приоткрытой двери у противоположной стены. Метнувшись вперёд, блондин наваливается на неё всем весом. В глаза бьёт яркий свет, чуть не ослепив Торфинна. Прищурившись, кареглазый окидывает помещение быстрым взглядом. Глаза расширяются, а к горлу подкатывает ком. Все стены, пол, и даже потолок кухни заляпаны тёмно красной кровью. В ноздри ударяет омерзительный зловонный запах, вызывая у парня приступ тошноты. Зажав рот рукой, мальчишка отступает на пару шагов назад, не в силах оторвать взгляда от этого жуткого зрелища. Затем, он видит сидящего за столом отца. Широкие плечи, мускулистое тело, тёмные слегка вьющиеся на концах волосы, как обычно стянутые сзади в хвост. Но вот, папа поворачивает к нему голову, и из глубины горла Торфинна вырывается пронзительный крик. Шея отца неестественно вывернута, лицо и грудь перепачканы в потемневшей крови. Множество страшных рваных ран и переломов по всему телу. Вместо глаз тёмные провалы, из которых чёрными клубами вытекает кровь, заливая белую скатерть, постеленную на стол. - Па.. папа... - с трудом выдавливает из себя блондин, ошарашенно взирая на родителя. - Торфинн, - беззубый рот растягивается в странной полуулыбке. - Посмотри на меня, Торфинн. Это ты со мной сделал. Ты-убийца. - Нет. - продолжая пятится, мотает головой Торфинн. Дрожа от ужаса, он наблюдает за тем, как изуродованное тело отца с жутким хрустом поднимается из-за стола. - За что, Торфинн? - вытянув вперед обезображенную переломанную в районе локтя руку, отец пошатываясь надвигается на него. - Нет... - запустив трясущиеся пальцы в спутавшиеся светлые волосы, юноша упирается спиной в липкую холодную стену. - Ты-убийца, Торфинн!!! - Нет! Нет! Нет! - завопил Торфинн. Пол ушёл у него из под ног, и мальчишка повалился на колени. Всё тело содрогнулось в конвульсиях, и его вырвало прямо на измазанный кровью паркет. - За что?! - шаги всё приближались. - Папа, неет! - зажмурившись, парень принялся судорожно трясти головой. Мысли кружились с бешеной скоростью. В ушах эхом звенели голоса. Убийца! Торфинн! За что? За что, Торфинн?! Торфинн!!! Торфинн! - Торфинн!!! - кто-то тряс его за плечи. - Проснись же! Светловолосый открывает глаза, учащённо дыша, и в недоумении оглядывается вокруг. Это был.. сон? Он находился в своей комнате, в своей кровати. За окном всё ещё была темень, что значило, утро ещё не наступило. На тумбочке горел ночник, а у изголовья кровати стояла его сестра, облачённая в длинную ночнушку. Её лицо казалось мертвенно бледным, а в глазах отражался испуг. - Ильва? - спросонья протянул Торфинн, удивленно уставившись на сестру. - Опять кошмар? - Ильва присела на краешек кровати, с беспокойством взглянув в лицо младшего брата. - Угу. - коротко кивнул блондин, пытаясь поскорее сбросить с себя остатки этого жуткого сновидения. Тело было мокрым и липким от пота, а ушибленное ребро напомнило о себе резкой ноющей болью. - Ты так кричал, что я не на шутку испугалась... - девушка коснулась его влажной ладони своими тёплыми пальцами. Мальчишка вздрогнул, и на автомате отдёрнул руку. От внезапного прикосновения по его телу пробежала мелкая дрожь. - Со мной это часто бывает, ты же знаешь. - нервно выдохнул он. - Мне уже даже таблетки не помогают.. - Иди сюда. - блондинка обнимает брата, крепко прижимая его к себе. Совсем как в далёком детстве. Прильнув к её плечу, Торфинн прикрывает глаза, и начинает потихоньку успокаиваться. Когда он был маленьким, и ему снились страшные сны, он всегда прибегал к старшей сестре, и та утешала его. - Бедный мой братишка. - приговаривает она, ероша его непослушные светлые волосы. - Совсем извёл себя.. Высвободившись из сестринских объятий, блондин устало откидывается на подушку. Что правда, то правда. Он уже и забыл, когда последний раз нормально высыпался по ночам. Эти кошмары настолько выматывают. Иногда, они настолько ясны, что даже невозможно отличить их от реальности. - Тебе хоть чуточку полегчало? - сестрица поправляет ему одеяло, в её голосе проскальзывают нотки сочувствия. - Похоже на то. - соврал кареглазый. Ему не хотелось лишний раз беспокоить Ильву. Сестра и так сильно уставала на работе. С тех пор, как папа умер, а здоровье мамы пошатнулось, старшей сестре приходилось тянуть всё на себе. Торфинн подумывал о том, что ему пора подыскать себе хоть какую нибудь подработку. Денег в их семейном бюджете с каждым днём становилось всё меньше. - Я так и знала! - воскликнула Ильва, усмехнувшись. - Нет в мире лучше лекарства, чем сестричкины объятия... Натянув фальшивую улыбку, светловолосый кивнул. - Ладно, я пойду. А то завтра рано вставать.. Точнее, уже сегодня... - глянув на электронные часы, поправила себя голубоглазая. Приглушив свет, она вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Торфинн перевернулся на бок, и закрыл глаза. Остаток ночи парня продолжали мучать мутные кошмары. Мальчишка убегал от банды одинадцатиклассников. Те без труда настигли его в каком-то переулке, и скрутив, поволокли по тротуару. В ту же секунду, его с силой припечатывают к земле, да так, что слышится хруст позвоночника. Широко раскрыв глаза и сжимая зубы до боли, он видит разъяренное лицо гопника, нависающее над ним. В полумраке сверкнуло лезвие ножа, который главарь сжимал в руках. Блондин не успел даже пикнуть, когда нож вошёл в его тело, вызвав обжигающую боль. Вскинувшись, светловолосый сонно шарит руками по одеялу. Комнату заливает солнечный свет, за окном слышно щебетание птиц и звуки проезжающих мимо машин. Тряхнув головой, Торфинн с трудом поднимается с постели, и плетётся в ванную, чтобы умыться и прийти в себя. Глянув на свое отражение в зеркале, парень с отвращением отшатывается. Торчащие в разные стороны пакли, похожие на пучки соломы, худощавое вытянутое лицо, мешки под глазами, размером с вселенную. Что за ничтожество...