a blast from the past

Война закончилась. Провести следующий год за партой казалось самым изощренным наказанием, Гарри хотелось выть и бросаться на людей вокруг. Он только плотней сжимал челюсть и мысленно вел обратный отсчет. Его сны из досадных кошмаров превратились в желанные оазисы безнаказанного, звенящего насилия. Ему снились всё те же парты и люди, но переломанные и окровавленные, а застывшая над ними тень виновника мигом теряла былой норов, стоило Гарри приблизиться. Во сне у него никогда не было палочки, зато были до вздувшихся вен напряженные руки и голодные крепкие зубы, будто всю его жизнь ожидавшие встретить плоть. Разум сыто успокаивается только когда сон неровными мазками багровеет, Гарри чувствует горячую ржавчину на языке и оттого просыпается. Струящееся по лицу красное капает на такую же красную простынь. Гарри идет в ванную, в ладонь собирая драгоценные капли, а в зеркале видит залитые кровью глаза и губы. На пробу примеряя оскал, видит, что вспухшие десны тоже сочатся разбудившим его металлом на язык. Умываясь ледяной водой, он лениво думает, что гриффиндорский алый — это неспроста, это ему очень подходит. С затаенным предвкушением укладываясь обратно, Гарри довольно отмечает, что форма у авроров тоже красная. Война закончилась, только у Гарри Поттера забыли согласия спросить.