Эта Женщина

— Мистер Уотсон! Что бы я без Вас делал? Признаться, я счастлив, что у меня есть такой друг. Эта женщина оставила меня наедине с мыслями. А Вы же знаете, как Морфий стимулирует мысли. Прошу Вас, не надо более коньяка. Я абсолютно здоров, благодаря Вам. — Детектив попробовал встать с постели, но я вовремя придержал его за плечо.  — Вот что, Холмс. Пока я Ваш лечащий врач, я прошу Вас не пренебрегать моими просьбами. Вашему организму сейчас требуется постельный режим.  — Непременно, дорогой мой Уотсон. Но, дайте же курить. Я дал Холмсу его знаменитую трубку и персидскую туфлю, в которой он хранил табак. Тот кивнул, набил трубку и закурил как ни в чём не бывало.  — Однако, я вижу, Вы хотели бы узнать, что произошло за те три часа. О нет, не спешите удивляться. Это не дедукция. Ваш взгляд говорит сам за себя. Что же. Думаю, я могу удовлетворить Ваш интерес… Я устроился поудобнее в кресле и приготовился слушать.  — Как Вы поняли, дорогой Уотсон, мне нужно было остаться с Этой Женщиной наедине. Я искренне прошу прощения за это, но иначе — он глубоко затянул дым и выдохнул. — Мисс Адлер врятли рассказала мне много. А мне было это нужно. Она… Представляет интерес, так сказать… Я изумился. Первый раз я видел, что бы у Холмса дрогнул голос. До сих пор, он говорил прямо и холодно. Видимо, назвать её по имени было не лёгкой задачей.  — Так вот. — продолжал он. — оставшись вдвоём, мы…  — Итак. Мистер Шерлок Холмс, проживающий на 221В Бейкер-Стрит… — Женщина подняла подбородок. — Скажите же… Вы ведь скучали по мне. Очень не многие умы могут одурачить великого детектива. Признайтесь. Холмс встал со своего места и нервно прошёлся по комнате.  — Зачем Вы приехали? Скорее я был нужен Вам.  — Ах, мистер Холмс. У меня просто были дела в Лондоне. Я заскочила повидаться. — Женщина загадочно улыбнулась.  — Разрешите же Вам не поверить. Видно, что вы с дороги. Если бы у Вас были дела, Вы бы отложили встречу, и привели себя в порядок. — Сказал мужчина, глядя в тёмное окно, в котором отражалась собеседница.  — Да, Мистер Холмс, вы совершенно правы. Ваш ум не может ошибаться. — Продолжая загадочно улыбаться, женщина подошла к детективу, и, встав сзади, поднесла губы к его уху. — Впрочем. — прошептала она, водя руками по плечам мужчины — Это не удивительно. Я пришла к Вам, потому, что мне некуда было больше идти. Всё это время… Я всё время думала о Вас, мистер Холмс. Я ушла, поскольку нуждалась в безопасности. Шантаж короля… меня могли убить или запереть.  — По мне, так Вы заслужили наказание. — Холмс стоял напряжённо и неподвижно. — А Вы… — женщина закусила губу. — Вы хотели бы, что бы меня не было? Что бы меня заперли или убили? Хотели бы?  — Нет. — сказал он тихо, но очень чётко.  — Значит, я всё же нужна вам… Детектив ничего не ответил. Он повернулся к ней и стал смотреть в её зелёные глаза.  — Мистер Холмс… — Девушка прижалась к нему и положила руки ему на плечи. — Вы так и не ответили на простой вопрос. Вы ведь скучали?  — Да. Я скучал. Если бы кто-нибудь в этот вечер зашёл в комнату на 221В по Бейкер-стрит, он бы увидел две фигуры, слившиеся в лёгком объятии. Это даже было похоже не на объятие, а на замерший медленный танец. Мужчина и женщина смотрели друг на друга тепло, но немного грустно. Они стояли так очень долго. Шерлок Холмс — великий детектив и Ирэн Адлер — единственная женщина, которая смогла обмануть Шерлока Холмса. Они стояли, в полной тишине. Не двигаясь. Совсем не двигаясь. Через некоторое время, один из них пошевелился. Мисс Адлер обхватила руками голову мужчины и поцеловала его в губы. Поцелуй был глубоким, долгим. Каждый закрыл глаза и снова и снова двигал губами. Вдруг, женщина взяла детектива за плечи и отстранилась, последний раз взглянув в его лицо.  — Прощайте, Мистер Холмс. — С этими словами она бросилась за дверь. Холмс не сразу опомнился. Минуту он стоял, бездумно смотря перед собой. Потом метнулся к двери, резко отворил её, взглянул на лестницу. Но её уже не было. Она ушла. Снова ушла…  — Ну, а дальше, мой дорогой Уотсон, Вы знаете. Я достал морфий, а после Вы нашли меня. Эх… Какая женщина… Подайте, пожалуйста, скрипку. Я дал ему скрипку, и он заиграл красивую грустную мелодию, сидя на кровати. И так тянулся весь оставшийся вечер. Между тем, на ночном небе появились серебряные звёзды.