Уроки английского

-Блять. — Выдыхает Джин, когда с ужасом обнаруживает, что командировка его состоится всего через месяц и вовсе не в Японию. Ким Сокджин - молодой красивый парень, не женат, работает в большой компании большим человеком. И имеет, соответственно, вечно пополняющийся список дел. Работая на побегушках у босса, он привык мотаться в отдаленные районы Кореи или даже летать бизнес классом в Японию. Уж больно тешил его сознание тот факт, что он путешествует за счёт компании, живет в роскошных отелях и почти ничего не делает. Зато деньжища получает ой какие! Однако, поездка в Саппоро накрылась медным тазом, в смс от гендиректора значилось простое: «03.08 вылет по рейсу Сеул — Лос-Анджелес. Билеты куплены.» Кто тянул его за язык при трудоустройстве указать владение английским на уровне medium? Medium для Джина — это степень прожарки мяса, не больше, а в английском он полный low. Или если быть точнее — loh. -Ну и что я там буду делать? — Вслух размышляет Джин. — Как я на собеседование пойду? А продукты как покупать? А отель? Ну еперный… Джин кружит по гостиной, пару раз повторяет всё те же вопросы и даже сомневается в реальности происходящего — проверяет телефон. Сообщение на месте. С одной стороны, поездка в Америку — шанс, который выпадает далеко не всем, а не столь давно работающим шестеркам — тем более. Джину не составило труда подключить своё красноречие и обаяние, дабы убедить гендиректора в своей надежности. Но самоуверенность без знания заграницей — это совсем никуда не годится. Особенно для горделивого парня. Джин набирает Хосока: -Але, — с акцентом на букву «е» раздаётся хосоковским голосом в трубке, — Джин, ты? -Нет, блять, Аладдин. Слушай, у меня проблемы. -Если ты опять в клубе свои белые штаны засрал и стесняешься выходить, я тебя забирать не буду! -Ой заткнись, — шипит Джин в трубку и в ответ слышит глухой гогот, — меня в Америку послали, а я в Английском не шарю. Вообще, понимаешь? -Знаю, слышал. Ну, а переводчик? -Меня гендиректор разрекламировал как статного умного помощника, который в состоянии вести переговоры при личной встрече. На английском. -Ну найми переводчика, в чем проблема? — Недоумевал обеспокоенный голос на той стороне линии. -Я тебе сейчас заеду. Мне нужен репетитор. — Шикнул Джин. — Может есть кто на параллели? -Есть Намджун, — немного подумав, выкрикнул Хосок, — он на лингвиста пошёл. Помнишь, рассказывал как-то? -Смутно. Скажи ему, чтоб мне в какао написал. Пока. — И грубо кинул трубку. Уж больно не хотелось, чтоб ещё и этот клоун действовал на нервы. Хотя, вообще-то, Хосок офигенный друг, и Джин любит его, но об этом позже. Только вот порой раздражает до коликов в носу. Намджун написал через два часа, время близилось к ночи, и Джин уже наливал себе ванну. Rapmonster112: Добрый вечер, Ким Сокджин — это вы? WWH: Да, а вы… Намджун? Rapmonster112: Так точно. Хосок-хен сказал, что Вам нужен срочно репетитор. Я готов предложить свою кандидатуру. Начистоту, уж больно Джин не доверял человеку с ником Rapmonster112. Да и Хосок приходится ему хёном, что говорит о том, что Джун и сам ещё огрызок. Чему он может научить Джина? А жаба-то душит. Жирная такая, с взглядом бездумным. Да и разве студент возьмёт много? К тому лето, чем ему ещё заняться, кроме как дополнительным заработком? WWH: Когда будет удобно начать? Rapmonster112: Завтра можем устроить пробное занятие  WWH: Я скину адрес. Джин заблокировал экран и залез в ванну. Горячая вода растопила уставшее тело парня, и он запрокинул голову назад. Ему было безумно приятно вариться в кипятке, строить томные лица и совершенно ничего не видеть из-за испаряющейся воды, пеленой, стоявшей перед глазами. Кто бы видел эту картину. По телу пробежались мурашки, когда облако из пены коснулось области живота. Где-то в углу ванной комнаты раздавался звук сообщений из какао. Неприятно. Поэтому Джин предложил голосовому помощнику включить какую-нибудь расслабляющую мелодию. Голосовой помощник согласился, пожелал приятного прослушивания и начал исполнять классику, кажется, что-то из конца 18 века. Всё равно никто не разбирался. Томлённый приятной негой, Джин уснул. А проснулся, когда было за полночь. Он разлепил глаза и вздрогнул. Вода давно остыла, пену прибило к берегам ванны, и она осела, а помощник благополучно закончил проигрывание классики и начал трансляцию лекции об анархизме в обществе. Джин с трудом поднялся на руках и высунул пробку. Когда он вышел из душа, сразу поставил телефон на зарядку. Тогда же и посмотрел на время. -2:14. — Вздохнул Джин. Он зашёл в какао и протер глаза: 5 сообщений от Намджуна, 3 от гендиректора, 5 от мамы и 46 от Хосока. Ничего читать он не хотел, а вот скинуть адрес надо было. Намджун, аки ждуля, ответил через секунду. Rapmonster112: Во сколько удобно? WWH: Я прихожу домой в 17:30. В любое время после 18:00 Rapmonster112: Буду вовремя  Rapmonster112: Я уж подумал, что ты передумал, даже Хосоку сказал. WWH: Я так и понял, судя по количеству сообщений от него. Rapmonster112: Извини хаха Rapmonster112: Ким Сокджин Rapmonster112: Я принесу свои учебники? И конспекты? WWH: Неси все, что поможет мне выучить английский за месяц. Rapmonster112: Ого! Тогда я принесу Библию  Rapmonster112: Или учения Будды? Rapmonster112: работы Ницше? Rapmonster112: Извини? Rapmonster112: Сокджин-Хен? На эти тупые добрые подъебы отвечать не хотелось тоже. Сокджин думал о причине таком странном поведении студента: либо Хосок не сказал своему дружку, что Джин не совсем им ровесник и уже давно работает, в отличие от некоторых, либо Намджун реально такой недалёкий. А может, это его первый ученик, отсюда и полная некомпетентность? Джин лег в кровать. Ещё он подумывал о том, как именно мог выглядеть Намджун. В его голове возникал образ типичного ботана-задрота: небольшой рост, очки с гигантскими диоптриями, штаны до пупка и ещё какая-нибудь стереотипная херня. Раз он из параллели Хосока, значит младше максимум на год. А голос у него, наверное, с ноткой придури. Такой как расстроенная струна, противный. Джину, конечно, не воду с его лица пить, ему нужны лишь мозги парнишки, однако, знаете ли, хочется, как в дорамах. Статного молодого человека с указкой в руке, чтоб доверие внушал и знания давал, но ничего личного. И наконец, Джин думал, почему же он, собственно, об этом думал. Думал-думал и снова уснул.