Нет универсального секрета счастья

Благосклонность короля очень дорого стоила. Но всегда найдётся более дорогой товар, например, верность королевы. Именно она сейчас, одаривая приближённых министров улыбками, внимательно слушала беседу о возможном разрыве дружественного союза с Домино. Огромной любви к родной планете у неё не было, как и к родителям. Никто не заставлял мать бросать детей на произвол судьбы, она ведь была королевой… Как считала рыжеволосая женщина, недостойной королевой. Вообще, их отношения испортились в тот момент, когда Блум случайно поймала упавший ей в руки семейный кодекс, в котором была их родословная, заполняемая магией. Она проследила, как женская власть постепенно сходила на нет, сохраняя лишь традицию о том, что старшая принцесса оставалась дома, не смея прерывать наследование королевской крови и переходить, как трофей, другим королевствам. Именно там, увидев тонкую линию, соединяющую имя её матери и имя Ноири, Блум выронила источник знаний, увидев имя кузины. Селина, всегда оберегавшая Блум, пока та жила на Земле. Лучшая подруга, ненадолго сошедшая с верного пути и чуть не убившая Флору. Она была её двоюродной сестрой! Девушка промолчала о своей находке, решив сама во всём разобраться. Ненавязчиво расспрашивала многочисленных леди о сестре Марион, сбегала к Техне, чтобы та отыскала в архивах информацию о принцессе Ноири, сбежавшей с бала, который давали в её же честь, схватившись за руку Лорда Даркара. Только тот Даркар отличался от чудовища, каким она помнила его. Высокий широкоплечий мужчина, с гордым взглядом почти зеленых глаз, с совершенным лицом и нагловатой усмешкой. А сестра Марион явно дала своей дочери больше внешних черт, если внимательнее рассмотреть, только волосы другого цвета и не такие растрёпанные. Это было жутко. Знать, что лучшая подруга была дочерью монстра, которого сама же Блум и убила, было до трясущихся рук страшно. Селина к новости об их родстве отнеслась спокойно, пожав плечами и улыбнувшись: — Ты всегда была мне младшей сестрой, и с тех пор ничего не поменялось. Вот и тогда, когда она впервые поссорилась со Скаем, устав от его холодности и практически пренебрежения, Блум сбежала к кузине. Селина, только что пришедшая с работы, устало посмотрела на королеву и молча поставила перед ней бутылку виски. Блум никогда до этого его не пробовала. Отпив глоток, она выплюнула жидкость в чашку, подвернувшуюся под руку, услышав раздражённый вздох ведьмы. — Что? — истерично прошептала фея, обхватив пальцами бутылку. — Да есть у меня одна идея… Идея девушки была, на первый взгляд, отвратительной. Та отлучилась на балкон перекурить, схватив со стола телефон и оставив Блум на кухне, а спустя полчаса за ними подъехала машина класса люкс. За рулём сидел то ли знакомый Селины, то ли её коллега. Они поздоровались, и мужчина с рыжими волосами усадил Блум на заднее сидение. Её же кузину пропустил на переднее, нарушая нормы этикета. — Куда мы едем? — недовольно спросила девушка. — Ко мне на работу, — повернувшись к ней, кузина улыбается своей почти мальчишеской улыбкой, — Только не спеши отказываться, хорошо? — Всё зависит от того, кто нас там ждёт. Ждала их Митси. Увидев Блум, бывшая соперница только двинула плечом и удивлённо посмотрела на Селину, что с довольным видом расположилась в кресле, пропахшем сигаретным дымом, и прикурила, наблюдая за происходящим. — Это твоя просьба? — недовольно спрашивает брюнетка. — Ага. — И мне нужно научить её любить себя? — Ага. Там муж уёбок. — Прекрати, — кривится Митси, — Сегодня там, где ты сидишь, будет сидеть примерно такой же. Цену ты знаешь. — Спасибо, Митс, — подорвавшись с места, Сэл подходит к Митси и крепко обнимает, — Только будь немного терпимее, хорошо? Вздохнув, Митси кивнула. Спустя пару месяцев после этого события, Скай с удивлением обнаружил новые пункты расходов на королевскую семью. Платья, процедуры на Солярии, чулки, средства для кожи и много разнообразного белья. Пожав плечами, король размашисто подписал лист и вернул его к другим документам, которые уже утром окажутся в других кабинетах. Посещая с кузиной и Диаспро чудотворные воды Солярии, Блум точно не могла сказать, в какой именно момент изменилась. Может быть, помогло представление кузины и её коллег, которое она посетила из любопытства, договорившись о нескольких уроках соблазнительных танцев с девушками. Или достаточно необычная поддержка кузины, с мрачным юмором относившейся к возможной гибели короля Эраклиона, практически всучив её в руки Ривена, который оказался неожиданно страстным любовником для королевы. — Тебя не смущает, что твои подарки видит и Скай? — довольно откидываясь на подушки, спрашивала Блум раз в две недели, пальчиками выводя на груди мужчины неведомые узоры. Разговор касался новых украшений, которыми Ривен иногда одаривал свою королеву. Ривен заразительно смеялся, прижимая к себе хрупкую фею. Он отвечал, что мужа её не уважает, но любит свою дракониху. — Блум? — Скай давно не вызывал в ней ничего, кроме глухого раздражения. Откинув воспоминания, вызванные упоминанием родной планеты, королева улыбнулась, уверенно ответив: — Прощу прощения, король, я задумалась о доступных нам методах. Наша армия сильна, но на страже Домино стоят маги и вера обитателей Вселенной в неслучайность спячки Великого Дракона именно на территории Домино, что играет против нас. Она была главной в этой игре. Фея нашла свою гордость, воспитав из себя достойную королеву, пусть и с помощью бывшей соперницы за сердце Ская. Именно Диаспро помогла ей, тогда ещё запинающейся девушке, научив всему, что должна знать и уметь настоящая леди. И Ди стала её личной стражницей и подругой, чем они удивили весь двор. Не зря говорят, что из ненавистных людей получаются хорошие друзья. В их с Ди случае это правило сработало. — Миледи, — министр экономического развития поклонился своей госпоже, — вы успели ознакомиться с предложением Зенита? — Да, Жан. Очень удачно, что именно сейчас они решили пойти на уступки, открывая для наших граждан новый мир технологий. Насколько я помню, многим из наших воинов, отличившихся во время прошлой войны, нужны новые импланты и протезы, займитесь этим вопросом. Взгляд сине-фиолетовых глаз она ловит с замершим сердцем. Мягко извинившись, королева перекинулась парой слов с торговыми представителями, послала строгий взгляд двинувшимся вслед за ней рыцарям и вскоре исчезла из поля зрения всех гостей эраклионского дворца. Взлохматив малиновые волосы, королева искренне смеётся. Сейчас она хотела сбежать с ним. Может быть, они успеют снять какой-нибудь номерок?