12 декабря 2019 г.
Так уж вышло, что полностью я никогда не доверяла даже себе, не говоря уже о посторонних. Вспомнить даже, как мама целую неделю пыталась выпытать, из-за чего я вернулась домой заплаканная. Ни за что бы не призналась, что всё это по вине детей, не захотевших играть со мной. Казалось бы, рост — проблема не таких уж больших размеров, — в моём случае так точно — однако тогда это казалось катастрофой. Что уж говорить о центре новобранцев, который встретил меня косыми взглядами и вот этими противными улыбками. Знаешь, обычно так улыбаются, когда маленький ребёнок начинает говорить что-то слишком заумное для своих лет, после того, как наслушался разговоров родителей. Хотя одна из них даже по сей день с головы не выходит. Ему потребовалось всего взглянуть на меня, чтоб узнать. Неважно, ты всё равно даже понятия не имеешь о ком я. Давай я лучше расскажу тебе об одном случае, о котором тебе бы точно захотелось услышать. Как минимум для того, чтоб сказать что-то на подобии: «Ненавижу ёбаный мир». Ну или как-то так.
Это было одно из первых дежурств, с момента принятие их на испытательный срок. Ещё не отвыкшие от копошения в конспектах, а после не заканчивающихся документах и отчётах, более серьёзная работа выматывала, под конец дня оставляя только усталость да желание всё забросить. Впрочем, Хильда не отказалась бы от принятого ею много лет назад решения. В те времена ей ничего другого и не оставалось. Цель — единственное, за что она могла ухватится, что не давало ей опустить руки и хотя бы иногда чувствовать, что всё не просто так, что оно стоило того. В те годы она бы не дала себе свыкнуться с мыслью собственного бессилия перед судьбой, в которую даже не верила. Свернув на Сентрал-авеню, патрульные остановились около одной из заправок. Она выглядела в точности, как из тех фильмов про зомби, когда полицейский останавливается заправить машину и встречает одного из заражённых: какой-то валяющиеся мусор, еле горящий фонарь, кое-как освещающий местность да полная глушь. Приглушённый свет в магазине и еле слышная музыка, доносящаяся из него же — единственное, что указывало на наличие живых душ. Выйдя из машины, Хильда потянулась, услышав при этом характерный хруст затёкших от долгой поездки суставов. Что может быть лучше, чем размять уставшие конечности и согреть уже успевшие замерзнуть руки о бумажный стаканчик с обжигающе горячим кофе внутри? Она даже успела забыть, когда в последний раз могла позволить себе прикрыть глаза и расслабится, наслаждаясь тишиной и спокойствием. В отделении вечная суета. Дома — не лучше. Впрочем, назвать домом снятую впопыхах комнату у человека, на объявление которого наткнулась первым, язык всё же не поворачивается. Да и те выделенные десять квадратных метров приходится делить с девушкой, что вечно возвращается пьяной. Хозяин то и дело грозится выставить блудницу за дверь, однако по сей день чем-то бо́льшим, чем просто угрозы эти слова не становились. Хильда догадывалась, почему. И по этой же причине она старается возвращаться туда как можно реже, нередко оставаясь в участке, то и дело придумывая новый предлог. Первые глотки кофе, на фоне с щелчком зажигалки всё же забирают с собой мимолётное удовлетворение. Поморщившись и покосившись на стаканчик с мерзкой жижей в нём, девушка отставила тот на капот. Воздух к тому времени уже успел наполниться никотиновым дымом, запах которого уже почти не вызывает приступы тошноты и душащих воспоминаний. — Ты ведь в курсе, что тандем кофеина и сигарет приводит к различным заболеваниям сердца? — Меня всю смену мучает мысль, что ты хочешь что-то сказать. Девушка только хмуро взглянула на проигнорировавшего её замечание парня, вырисовывая незамысловатые картинки на чуть запотевшем стекле автомобиля. На первый взгляд несвязные линии постепенно преображались в незамысловатые лица, всё больше заполняя пространство. Искажённые гримасы — все как один, смотрели на неё с осуждением. Жаль только, переживания невозможно стереть одним движением руки. Молчание в их компании уже давно перестало быть неловким и чем-то неправильным, вызывающим дискомфорт. Они могли за целый день обмолвиться лишь парой рабочих фраз, что не мешало им видеть друг в друге что-то, чего не находили в окружающих. Так уж вышло, что Джейкоб всегда был рядом с того самого дня, как девушка с семьёй начали новую жизнь в Бойсе. Хильда могла бы назвать это дурацким стечением обстоятельств, если бы не приравнивала эти самые обстоятельства к судьбе. Она просто знала и принимала тот факт, что раздражающий мальчик со школы сначала оказался с ней в одном отряде, кампусе, участке и даже сейчас стоит с ней здесь, на окраине Даунтауна, с мерзким кофе и сигаретой, смотрит куда-то перед собой и задаётся тем же вопросом, что мучает её уже которую неделю подряд. Фоновый шум рации, успевший стать привычным за месяцы службы, вдруг превращается в какофонию помех и женского голоса: «Все свободные машины, ведется погоня, транспортный дивизион просит помощи у местных патрульных. Санта Моника Фрви Рамп на восток. Действовать с особой осторожностью.» – Вызов принят, патрульный дивизион номер 1, мы находимся на Юг-Сентрал-авеню. Будем через две минуты.Ночной патруль, звук сирен, свист автомобильных шин и адреналин, который наполняет тебя без остатка. Я тот вечер до сих пор помню настолько отчётливо, что даже удивительно, сам понимаешь… Он был особенным, я должна была проявить себя лучшим образом. Мы положили СПО на дорогу и засели в укрытие, ждали. Помню дикий визг, аварию и перепуганное лицо маленькой девочки. Она была почти без чувств, а тот парень держал её и грозился застрелить, если мы не дадим ему машину и отпустим. Со мной была ещё парочка новобранцев, так уж вышло, что среди нас не было того, кто знал, как действовать в таких случаях. Подобные оплошности случались довольно часто, с каждым разом всё больше заставляя меня разочаровываться в людях, которые должны были нас защищать. С частым перегаром по утрам, они являлись на работу, с деловитым видом садились за своё рабочее место, делая вид, что стоят на страже спокойствия горожан, хотя не могли разобраться даже в собственных проблемах, что уж говорить о чужих. Да, работка не из лёгких, однако…ладно, проехали, это займёт больше времени, чем у меня есть. В общем, медлить было нельзя, тот парень явно был не в себе и действительно мог причинить вред ребёнку. Я решилась выступить вперёд, хотела просто поговорить, и в итоге поймала пулю плечом. Что-то напоминает, не правда ли? Ребёнок, переговоры, пуля. Ладно, прости. Да, у меня, в отличие от неё получилось. Я уговорила его, убедила, что он уедет отсюда невредимым, если отпустит ребёнка. Тогда мы его и схватили. Вот же идиоткой я была. Не думаю, что он хотел убить меня — целился в конечности, но ведь в стрессовой ситуации могло произойти всё что угодно, так? К слову…в тот вечер я усвоила для себя один важный урок: подмога всегда опаздывает.
