Ну, Зашибись!

Гет
NC-17
В процессе
31
автор
Размер:
планируется Миди, написано 53 страницы, 15 частей
Описание:
Спятивший внук-игроман убивает своего деда компьютером, в результате чего боевой старичок попадает... в LitRPG
Работа написана по заявке:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
31 Нравится 24 Отзывы 12 В сборник Скачать

ЧАСТЬ II — Интермеццо в Аду

Настройки текста
Василий Петрович стремительно падал в глубины Земли. Его невидимое тело пронзало пласты породы, протыкало каверны, оставляя лишь едва заметный след пузырьков в кипящей воде, тонуло в лаве, но всё движение было подчинено одному направлению: к центру Земли. Лава почему-то ощущалась материальнее, чем прочие породы — если гранит воспринимался, как лёгкое дуновение бриза, а песок — как затхлый воздух лекционного зала, то от подземного огня несло настоящим жаром и всё существо Василия опалялось им. И чем глубже, чем больше лавы попадалось на пути низвергающегося — тем непереносимее становился жар. Наконец, стены расступились, и падение продолжилось в гигантской каверне, пылающей подземным огнём, но сумрачной от вулканических паров. Старый коммунист, отвыкнув от пронзания камня, уже думал, что обрёл тело и сейчас ляпнется на грунт так, что ошмётки полетят. Но на самом последнем этапе, перед соприкосновением ног с чёрным туфом, пике стало замедляться. Вася парил, опускаясь, как осенний лист и ощущая себя голым — более голым, чем если снять одежду — потому что сейчас с него содрали ещё и тело… Толчок. Приземление. — Где Инстанс? — обеспокоенно спросил пенсионер, озираясь и пытаясь проникнуть взглядом через серные клубы, подсвеченные сполохами. — Кто ещё такая эта Инстанс? Нам тебя одного прислали, — неожиданно раздался в ответ густой хриплый бас, и одна из теней во мраке зажгла пламенные буркала. Василий задёргался, пытаясь найти ставшую привычной нагинату, но оружия при нём тоже не было. Как-то незаметно просветлело и дед Вася непроизвольно ухмыльнулся нездоровой и лишённой юмора усмешечкой. Перед ним на троне восседал натуральный Сатана. Ну, или кто-то того же рода. Жирный, голый, красный, с бычьими рогами и изрядным хамством на рыле. Кожистые крылья, сложенные позади, выглядели потрёпанными и дырявыми. — И что же мы здесь имеем? — протянуло чудовище, — Коммуняка. В общем-то, на этом можно и закончить, краснопузых у нас — сразу в котёл. Или ты предпочитаешь, чтоб по закону, чтоб с зачитыванием полного перечня грехов? — Предпочитаю, — процедил Василий, уже осознав, куда попал. Судилище душ — то самое, в которое коммунисты не верят. — Ну, хорошо же, — демону, судя по всему, было нечем заняться на своём посту, он маялся от лютого безделия, поэтому — охотно извлёк откуда-то свиток, надел золотые очёчки, миниатюрно выглядящие на его харе, и, прищурясь, начал зачитывать: — Итак, Василий Петрович Двоечкин, год рождения — 1906, в тринадцать прибился к красноармейцам, приврав себе пару лет возраста… В Того, что Сверху — не веровал, в тридцатые — взорвал пару церквей. Мне продолжать? Или сразу — в котёл? — А чего это ты? Никак меня жизни-совести учить вздумал? — вдруг начал заводиться Василий, — Попы, между прочим, тоже нас веками душили! В срубах жгли людей, книги запрещали, какого архимандрита ни возьми — всяк науку к ногтю прижать пытался и прав народу не дать! — Но теперь ты, дружок, видишь, что в главном они не заблуждались, — демон обвёл лапами адские просторы. — Посмертие — есть, при этом ты тут, а они — нет. Хотя и долго тебя пришлось ждать, я уже замаялся весь, — по холёному виду Отца Лжи не было, впрочем, заметно, что он хоть сколько-нибудь замаялся, — Так что? Признаёшь грех, про церкви? — Церкви рушил, факт. Что грех — не признаю, — мрачно отозвался Василий. — Жаль, жаль, — Сатана положил лапу на лапу, глядя в потолок, — Человеческое существо жалко, низко, мерзко, глупо и порочно — от этого никуда не деться, но самоотрицание — самое нелепое ваше качество. Которого не могу одобрить даже Я. — Мы — стараемся, — прошипел Василий, поджав губу, — Десять тысяч лет уже из грязи лезем. И если бы не ваш крестоносно-полулунно-шестиконечно-шаманский кагал — справились бы куда быстрей! — От то-то и заметно, — с мнимым сочувствием посетовал Сатана, — В тридцатых ты рушил храмы. А в шестидесятых, когда твоя дочь покрестилась, предпочёл сделать вид, что не заметил. Даже в парткоме соврал «ничего не знаю, первый раз слышу». А в девяностых, нянча внука и внучку, игрался с крестиками на их шее и у-сю-сюкал! Куда девался твой атеизм? Ну вот скажи, а?! — поскольку Василий долго молчал, дулся от гнева, который не знал, как перевести в слова, демон продолжил: — Итак, возражений не слышу, перейдём к следующему греху… — …А ты в жизнь нашей семьи не лезь! — вдруг запоздало гавкнул Василий, вставая в позу магазинного склочника, — Не лезь, нечего тебе там делать! Бес посмотрел на деда, склонив рогатую голову. А потом захохотал — аж выплёвывая лоскуты пламени от избытка эмоций. — Вот не могу, — прошептал он, утирая слёзы, — не могу не лезть. Я же твою душу обрекаю — на веки мучные… Тьфу, муки вечные. Обязанность у меня, докапываться до подробностей. Дьявол — в деталях, слышал про такое? — дед молчал. Сатана продолжил: — Значится, с верой в Верхнего мы разобрались, её у тебя нет, да и то, чего нет — фарисейство. Теперь — кражи и убийства. В продразвёрстке — участвовал? Кулаков — расстреливал? — Ну, было дело, — невесело умыльнулся Василий Петрович. — Виноватым себя — чувствуешь? — демон посмотрел на Василия как-то по-особому, жадно, искоса, будто мгновенно оказавшись вплотную — хотя, сидел на троне. — Нет, — с некоторым усилием выдавил Вася, — Я присягу приносил. Дали мне приказ, поставили в команду — я реквизировал и расстреливал. Кем бы я был, если бы с врагом-душегубцем миндальничал, когда страна истерзана, когда люди с голода пухнут? — Но потом-то ты узнал, что всё это были перегибы, что пострадало много невинных, что виноваты в голоде твои изымавшие без меры хлеб начальники? Василий молчал. Потом кхекнул, почесал в невидимом затылке. — Сложно это всё для меня, гражданин… э-э-э, дьявол. Мне сказали, как жизнь лучше сделать — я и пытаюсь. И все пытаются. Если бы мне объяснил кто, как лучше — так разве ж я бы отказался? Вы мне фашистов ещё убитых в вину впишите. — Благие намерения, снова они, — зубасто ухмыльнулся Враг рода человеческого, — известно, куда они приводят. Вам же русским языком сказали, «как надо». Целая книга есть про это, во, я тебя по ней, собственно, и сужу. По пунктам, вразнобой, правда. Сколько женщин в блуде познал? — Веришь, не так много, — ткнул пальцем Василий, — Пять. Мог бы больше, да стыдились они — просить. А пошло это всё — с вашей книги. Там женщина вообще за человека не считается. Молчи, мол, перед мужем, и сама ничего не хоти. От первого мы в СССР избавились, второе — как-то упустили… Ничего, в следующий раз… Демон снова захихикал. — Не будет у тебя никакого следующего раза, — проныл он, утирая сернистые слёзы, — единственный ты — за последние двести лет. Не приходят больше души от вас. И вот в связи с этим — вопрос, — черт неожиданно вырос, затмив свет своей черной фигурой и оказавшись куда больше, чем дед предполагал, — значится, дожил ты до 90 с лишком лет, потом на три с лишним века пропал куда-то… И вот, только сейчас, в 2356 году, появляешься здесь, в Геенне… — Постой, в каком?! — цифра ошеломила Василия. Рогатая чернота повторила, внимательно изучая душу пенсионера пылающими буркалами: — Вижу, для тебя это тоже сюрприз. Ну, мы вместе-то — разберёмся. Ты расскажи, да поподробнее, что наверху-то творится? Я слыхал, вы игру какую-то сделали. ММОРПГ. «Танки-панки-растаманки». Клык даю — это она, с ней что-то связано. — А ты, рогатик, значит, не в курсе, — мрачно поддел дед. — Представь себе, нет. У поздних душ — память стерта, всё что было в виртуальной реальности — забыли, последнее, что помнят — как в капсулу ложились. В общем, пойдёшь на сотрудничество — судьбу упрощу, — задушевно пояснил Сатана, — Я — хозяин местных горшков и сковородок. Хочу — добавлю жар, хочу — убавлю. Захочу — вообще крылья и рога дам… Так сказать, адскую «особистскую корочку» выпишу. — В вертухаи заманиваешь? — вскинул бровь, склонив голову, старик. — Ой, не смеши, — замахал лапами Сатана, снова уменьшаясь и садясь на трон, — сколько раз ты становился вертухаем у разных хозяев? Под конец вообще от капиталистов мзду получал, хлебушек с маслицем кушал и в ус не дул. Это потому что детишкам надо, я ж всё понимаю, но мог бы возмутиться, хоть для порядка, что твои земные патроны мечту о свободе, равенстве и братстве в гроб вогнали. А я-то поважнее олигархов буду. И Ленина с Марксом тоже — они у меня давно на персональных сковородках пекутся. — Есть определенная разница, — напряженным до дребезжания голосом протянул Василий Петрович, — Кому я ни служил, кому ни помогал, я верил, что это ко благу. Может быть, сейчас они ошибаются, но потом — станут лучше. А ты — не скрываешь, что хочешь зла, и зовёшь людей никчемным сортом существ. А ваш небесный господин — восславляет в вашей замечательной книге деление на хозяев и рабов, и считает себя главным экспертом по всему, от причёсок до кулинарии. Поэтому связываться с вами я брезгую, хоть с верхними, хоть с нижними. Кстати, — Василий очень пристально взглянул на Сатану, — с мусульманами или буддистами — ты тоже вот этак вот разговариваешь? Если бы я верил в Вишну или Амеша-Спенту — как бы ты объяснил мне порочность невыполнения христианских правил? — Не, — Сатана немного смутился. — С буддистами я, натурально, Мара, а с зороастрийцами — Ахриман. Сказано же — каждому по вере… — То есть, — Василий загнул палец, подсчитывая, — если бы в твоей книге было написано иначе… Ты мог бы судить меня за то, что грешно, скажем, есть яблоки или кормить голубей? — Таков закон, он не нами придуман, каждому народу дано своё, — святошески закатил глаза Нечистый. — Выходит, тебе всё равно… за что меня судить? Главное — убедить меня в том, что я сам в этом виноват, потому что нарушил что-то из книжек? Глаза дьявола зажглись неприятным алым огнем. — Что-то ты слишком догадлив, человечек, — прошипел он, щурясь и скалясь, — Да, Ад — это каждый миг твоей жизни, когда ты поступаешь поперёк того, чему тебя научили и что, как ты внутри себя знаешь, верно. Нет человека, который не мучился бы от чего-то содеянного. А это значит, его есть за что наказывать — вечно! И я всегда буду сыт. — Иди к дьяволу, — отозвался Василий, заставив беса захохотать в третий раз. — Нет! Не-е-ет… Это не я — пойду, это ты — уже! — в гостях у Дьявола. И не так-то просто сбежать из этих гостей. Поэтому сейчас… — чёрные блестящие когти начали подниматься.

НЕ УДАЛОСЬ ПОЛУЧИТЬ ДОСТУП К ТЕЛУ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ ТАЙМ-АУТ ПРОЦЕСС БУДЕТ ПЕРЕЗАПУЩЕН ЧЕРЕЗ 10… 9… 8…

— Что это было? — Сатана встревоженно огляделся, дед же вдруг обнаружил, что его вытягивает обратно вверх — пока ещё медленно, но со стремительно возрастающим ускорением, — СТО-О-О-Й! — Не боись, я и до тебя ещё доберусь! — рявкнул напоследок Петрович, грозя кулаком исчезающему вдалеке властителю Ада.

ПРОЦЕСС ПЕРЕЗАПУЩЕН. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ИГРУ «MAGIC TANKS»

Струился неяркий, успокаивающий голубоватый свет. Дедушка Вася стоял в круглом помещении со множеством виритальных моделей вдоль стен.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты