Любовь меняет людей

      Юнги, помирившись с матерью, решил остаться в Тэгу ещё на несколько дней.       — Я покажу тебе самые потрясающие места в городе. — пообещал он Чимину. Тот согласился не задумываясь. Весь следующий день они ездили по городу, посещая разные интересные места и любуясь красотами города. Юнги прекрасно знал о любви Чимина к красивым паркам, по этому повёз его в горный парк Апсан. По горным тропам они бродили до вечера.       — Мы побудем здесь ещё немного. — Юнги увёл Чимина к небольшому холму, где они расположились. — Ты увидишь, нечто невероятно красивое. Юнги умиротворенно смотрел на темнеющее небо. С заходом солнца оно стало переливаться всеми оттенками розового и красного. Солнце будто уплывало за горы и оставляло за собой след невероятной красоты.       — Я приходил сюда, когда мне было плохо и меня поглощала депрессия. — не отрывая взгляд от неба, сказал Юнги. — Здесь так красиво и тихо по вечерам.       — Это действительно прекрасно. — подтвердил Чимин. — У тебя в пролом были депрессии? Почему?       — Виной всему упрямство моей матери и её желание сделать из меня великого музыканта, а может дело было и в моих подростковых загонах. — ответил Юнги, прижимая парня к себе. — Я сбегал сюда каждый раз, когда мы с родителями сильно ругались. Здесь я могу чувствовать себя спокойно и легко, какие бы проблемы у меня не возникали.       — Ты наверное чувствовал себя одиноким тогда. — Чимин тяжело вздохнул и положил голову Юнги на плечо. — Тяжело жить с родителями навязывающими своё мнение.       — Иногда действительно было одиноко, но я со временем привык и к одиночеству и к характеру матери. Она же простила меня спустя годы. После заката стало холодать и парни решили вернуться домой. Всю дорогу они обсуждали планы на завтрашний день. Чимину хотелось увидеть как можно больше интересных мест и прекрасных видов, а Юнги же хотел вернуться в Сеул и забыть о своих переживаниях, появившихся перед приездом.       Весь второй день они побывали практически во всех магазинах города. Чимину хотелось купить что-то особенное в память о поездке. Под конец дня, отчаявшись он с Юнги вернулся домой. Оба устали настолько, что даже не стали ужинать и как только оказались в комнате без сил рухнули на кровать.       — Я так надеялся привезти из поездки что-то особенное и красивое. — разочарованно вздохнул Чимин. — В итоге так ничего и не нашёл.       — В этом нет необходимости. — ответил Юнги. — Ты привезёшь с собой приятные впечатления и воспоминания.       — Ну может я успею купить что-то перед отъездом. — Чимин прикрыл глаза и прижался к Юнги. — Но это будет завтра, а сейчас сил совсем не осталось.

***

      Утром следующего дня Юнги проснулся и понял, что Чимина нет рядом, а на столе лежала записка: — » Доброе утро, соня. Я ушёл за сувенирами и подарками для ребят. Позвоню тебе, как поеду домой».       У Юнги вновь возникло неприятное предчувствие, но звонить Чимину он не стал, зная что тот не воспримет его переживания всерьёз. Легкомыслие — не самая лучшая черта Чимина. Он часто ведёт себя как ребёнок. Юнги готов сделать всё ради этого «ребёнка», готов защищать его и заботиться, только вот сам Чимин этому не всегда рад. Убедив себя, что с Чимином всё будет хорошо, он стал собирать их вещи. После, позавтракав он позвонил Чонгуку, предупредить о скором возвращении. На часах было уже восемь вечера, но Чимин так и не позвонил. Юнги решил позвонить сам и узнать, когда он вернётся. После нескольких гудков в трубке послышался знакомый голос.       — Привет Юнги. — радостно произнёс Чимин. — Я скоро вернусь. Я тут просто зашел за новыми вещами. Чимин повесил трубку и Юнги ненадолго успокоился, однако, чем дольше он сидел в ожидании, тем сильнее становилось чувство чего-то нехорошего. Примерно через час он получил входящий от Чимина.       — Я скоро приду. Я почти около дома. — стало сказал он. — Стой! После в трубке послышалась тишина и непонятный гул.       — Чимин, алло, ответь мне! — Юнги не понимал что происходит и это непонимание с каждой секундой пугало сильнее. — Чимин, что случилось, ответь!       В ответ тишина. Юнги повесил трубку и отбросив телефон в сторону, уставился в стену. Шок и пронзительная боль иглами впились со всех сторон. Осознание того, что любимого, возможно уже нет в живых, жгли изнутри. Поглощённый болью, Юнги не сразу услышал звонок мобильного. Трясущимися руками он поднял трубку и услышал сухой и незнакомый голос.       — Здравствуйте, ваш номер отобразился как последний набранный. — оповестил мужчина на том конце провода. — Вы знаете Пак Чимина?       — Да, знаю! — шокировано ответил Юнги. — Что с ним? Где он? Он жив?       — На данный момент он находится в больнице и кому-то необходимо оплатить его лечение.       — Я скоро буду там. — ответил Юнги. — Спасибо.       Юнги вызвал такси, и дождавшись приезда авто уехал в больницу. То, что Чимин жив успокоило Юнги. Он надеялся приехать и увидеть его целым и невредимым. Однако, по приезду в больницу, он узнал, что Чимин в реанимации и до сих пор не пришёл в себя. Юнги решил остаться в его палате, до тех пор пока он не придёт в себя.       — Прошу тебя, открой глаза. — шептал Юнги сквозь слёзы, стоя на коленях около кровати Чимина. — Очнись.

***

      — Мне так плохо здесь взаперти. — прошептал Чимин. — Юнги открой дверь, прошу тебя.       Юнги снова идёт к двери, но как только касается дверной ручки, та исчезает. В тишине слышится пронзительный крик, переходящий в рыдания. Юнги колотит руками закрытую дверь, зовёт Чимина, но в ответ лишь пугающая тишина.        Не в силах терпеть боль Юнги бьётся в истерике и заливается слезами. Пытается выломать проклятую белую дверь, разбивая ладони в кровь и слышит звон упавшего белого браслета, который раскалывается на части, ударяясь об пол.

***

       Юнги проснулся от собственных криков и фантомной боли в запястьях. Оглядев сонными глазами палату, он увидел Чимина, всё так же неподвижно лежащего на больничной койке в паутине из капельниц и датчиков. От этого слёзы вновь наворачивались на глаза. Юнги винил себя и весь проклятый мир в случившемся, ведь ему так не хотелось терять обретённое счастье и любовь.        Юнги тихо подошёл к кровати Чимина и взял его за руку. Бледное и безжизненное было запястье было исколото иглами катетеров. Казалось, что он где-то между тем и этим миром и вот-вот перешагнёт порог. Юнги совершенно не хотел принимать такой трагичный, но возможный исход. Он бы не пережил, случись подобное. Юнги долго ждал того дня, когда Чимин полюбит его вновь и всегда будет рядом. Теперь же он пообещал себе ждать того дня когда это случится снова.       Так Юнги провёл всю ночь, сидя у постели любимого, держа его за руку, слушая монотонное пиликанье аппарата и рассматривая диаграммы.        — Я никогда тебя не оставлю, слышишь. — сдерживая слёзы, шептал Юнги. — Я готов ждать сколько угодно, только прошу, тебя вернись.       Юнги уснул когда за окном уже светило солнце. Уснул прямо так, сидя на больничной койке и не отпуская чужую ладонь. Казалось, что если он сдвинется с места хотя бы немного, то Чимин перестанет дышать и его сердце остановится.        Так он провёл несколько дней. Каждый раз он валился с ног от недосыпа и иногда падал в обмороки. Когда врачи уговаривали его вернуться домой, тот категорически оказывался, говоря, что пока Чимин не придёт в сознание, он никуда не уйдёт. Однако после очередного обморока он сам решил вернуться домой, где мать не сразу узнала в бледном худом парне с огромными синяками под глазами своего сына.        — Боже, что с тобой случилось? — спросила она, заводя обессиленного сына в дом.        — Чимин в больнице. — всё, что он успел сказать прежде чем без сил рухнуть на кровать и моментально уснуть.