Медведь

Еще одно главное событие осени, помимо начала учебного года (говорят, в столице был большой праздник), был день империи, который праздновался пятнадцатого числа шестого майна. Нам даже обещались выходной сделать и в город на гуляния выпустить. Но это, правда, только нас с первым курсом. Более старшие там какое-то представление, аля показ собственного мастерства, должны были устраивать. Почему именно осенью? А потому, что именно тогда закончился объединительный поход, который устроил Дэриэл какой-то там, на тот момент король. И пятнадцатого числа переименовал королевство в империю, а себя провозгласил императором. Прямо как Петр Первый. Так что с тех пор у нас Империя. В Академии по этому случаю надраивались полы, окна и даже стены с потолками (к этому несомненно важному делу припрягли нас). Менялись светильники во всех коридорах и комнатах (делали эти самые светильники преимущественно огневики-первогодки, которым требовалось отточить свой контроль, а развешивали опять мы). Тренировали свое выступление второкурсники и третьекурсники. С чего такой переполох? Так ревизор же едет! Нас собирался навестить Император! Представляете, сам Император! Ладно-ладно, минутка верноподданнического рвения прошла. Вернемся к делам более приземленным. Именно поэтому вдруг потребовалось заменить все светильники, которые до этого неплохо светили. И еще могли просветить столько же. Правда, в каких-то редко используемых закутках встречались уже негоревшие, но это же не значит, что надо выкидывать все! В общем, наша жаба, тщательно выпестованная всеми приютскими, была против. А потому было решено, что мы, скооперировавшись с первым курсом, который за светляки и отвечал, рабочие артефакты выкидывать не будем. Мы лучше их в город продадим. Вообще, практика такая у первокурсников (да и не только у них) была постоянной и проверенной, но естественно в норме студенты Академии не могли обеспечить такой объем. А тут не просто количество! Тут главное: на халяву! — Вы что! — возмутился я, только услышав разговоры о продаже оптом. — Все цены собьем же! Не то чтобы я что-то понимал в экономике… Но даже моих куцых знаний хватило, чтобы сообразить такую простую истину, как обвал цен из-за переизбытка товара. Тут требовалось действовать не только с умом, но и с хитростью. С хитростью потому, что мы, еще не числившиеся ни на каком факультете, конечно, были учениками Академии, а значит теоретически магами, но вот у торговцев, которые уже на студентах с их амулетами собаку съели, могли возникнуть не нужные вопросы. А зачем нам к этой авантюре лишнее внимание привлекать? С умом, потому что продавать эти все амулеты надо не в нашем городке. Следовало выбрать достаточно богатый город (чтоб им вообще было чем платить), а лучше вообще несколько и далеких от любых огненных Академий, и вот там наш улов продавать. — Не, эт слишком сложно, — заявил какой-то парень из второкурсников, с какого-то перепугу затесавшийся к нам, выслушав мои рассуждения. — Но мысли, конечно, дельные. У нас на третьем курсе парень из Несландов учится. Он к нам даже в прошлом году приходил, просил продавать все светильники именно ему. Так что, думаю, у вас тоже примет. Вариант был действительно проще моего в исполнении, но… — А ничего, что товар-то подержанный? — уточнил я, чтобы заглушить мучившую меня совесть. То есть толкать подержанный товар какому-то левому торговцу — это можно, а продавать подержанное по знакомству — нельзя. Л — значит логика! — Ты думаешь, у наших первачков лучше? — ответил вопросом на вопрос парень, и меня таки настигло понимание, что я беспросветный идиот (торговцы местных лавочек наверняка перваков с их кривыми изделиями заворачивают!). Которого в делегацию к этому Несланду (крупный торговый род) включать точно не надо. Вот совсем-совсем! — Медведь, не упрямься, ты умный. Вдруг что дельное подскажешь. А то кто этих торговцев знает? — уговаривал меня народ и таки уговорил, потому что в наличии у меня денег, как говорится, «на булавки» я был очень заинтересован. Можно сказать кровно. А все почему? А потому что государство хоть и выделяло инвентарь на время учебы, потом тебе его в аренду выдавать совершенно не собиралось. Хочешь, ходи на умертвий с голой жопой и огненными шарами наперевес, а хочешь — организовывай себе амуницию. На свои кровно заработанные. И откуда ты их будешь брать, никого не интересовало. В общем, начинать закупаться стоило уже сейчас, хоть такими мелочами, как собственные ручки и тетрадки (помнится мне, что в начале года ректор обрадовал нас, что эта щедрость (ручки и тетрадки за счет Академии) только на первое полугодие, а потом сами-сами). Да и список всего нужного от одежды и белья (все это было казенным) до амуниции стоило начать составлять уже сейчас. Впрочем, пока ничего про необходимую мне амуницию я и не знал. Ведь ни магии, ни взаимодействии с напарником нас пока не учили. Хотя аптечку вписывать в список будущих трат можно было уже сейчас. Переговоры с Несландом и сторговывание цены прошли вполне успешно. Благо, что никто из взрослых не запалил нашу не шибко законную деятельность. Впрочем, им тоже было не до нас. Они готовились к приезду большого начальника. Сумма, полученная после всех дележек, все равно приятно грела мне сердце. Так что приезд начальства пошел нам только на пользу, хоть и упахивались мы со всем этим украшательством и уборкой страшно. Но деньги… Денюжки приятно грели не только карман, но и душу. В общем, как вы уже поняли, в Академии стоял сущий дурдом при посильной поддержке студентов и даже преподавателей (у некоторых приезд Императора, видимо, вызвал размягчение мозгов, потому что называть адекватными их действия я бы не стал). Прям родным домом повеяло… Начальство требует невозможного, а подчиненные под шумок обогащают свой карман. Не, ну надо же компенсацию за вымотанные нервы получить! Они ведь не восстанавливаются! Невосполнимый ущерб здоровью! Да, кстати, под эгидой всеобщей суматохи мы обтяпали еще одно дельце: легализовали нашего хорька. — Не, ну почему сразу я? — возмущался Нэрим, но к кабинету куратора послушно шел. И даже животинку тащил. — А что, я, по-твоему, должен? — раздраженно шипел я на него. — Так я не некромант, чтоб умертвий поднимать! — Сам ты умертвие! — притворно обиделся Нэрим. — А что говорить-то? У уличной шпаны вообще были проблемы с выражением собственных мыслей связно и цензурно. Без всяких «того-этого». И хоть нам преподавали риторику, пытаясь что-то сделать с этим недостатком, но пока помогало не очень. А вот у меня, хоть по началу я и предпочитал помалкивать, впитывая местную манеру речи, с этим было полегче. А потому весь наш курс перед тем, как пойти и что-то спросить у «начальства» (будь то преподаватели или наш куратор), шли ко мне. Некоторым особо одаренным даже приходилось писать «речи». Это, правда, тоже не особенно помогало, потому что читал народ пока тоже не очень бегло. — Ох, горе луковое! — вздохнул я, но объяснять принялся. — Говори, что в городе увидел, как его задрали собаки, пожалел. Спонтанный выброс магии и у тебя на руках твой питомец. Ну, не оставлять же его было в городе, только что поднятого! Вот и приволок с собой, а я тебя к куратору погнал, потому что животных в казарме держать запрещено. — Так они же наверняка решат его упокоить! — возмутился некромант и покрепче прижал к себе хорька. — Не позволю! — Если решат, так и отвечай, что хочешь оставить себе. В качестве аргумента можешь приводить тот факт, что еды, кроме как магической подпитки, ему не требуется. А значит, животина твоя и срать не будет, — мы тем временем дошли до нужного кабинета. — Все понятно? — уточнил я, перед тем как постучать. — Понятно, — хмуро буркнул Нэрим и отправился выбивать себе разрешение на «питомца». Нэрим потому и был мною выбран из наших троих некромантов, что в сравнении с остальными имел более подвешенный язык. И разговаривал тоже вполне связно, не срываясь на всякие «бах» вместо «рвануло». В общем, не идеал, но отправить объясняться с куратором можно. Думаю, понятно, что приезд Императора мы ждали с нетерпением. И совсем не для того, чтобы на него посмотреть и полюбоваться (нам это счастье вообще не светило), а для того, чтобы преподаватели уже выдохнули спокойно и не срывали на нас свой накопившийся нервак. Ну и из-за предстоящих выходных, конечно.