Онейроид

Миша, кутаясь в плащ, вышел на улицу. Сразу заметив Джареда на одной из скамеек, он пошел к нему, махая рукой. Падалеки улыбнулся, даже ямочки на щеках появились. Радуется, как ребенок. И злится точно так же. Миша вспомнил их первую встречу, то, как Джаред кричал, едва ли не рвал на себе волосы, требуя, чтобы Дженсена вернули в Сумеречную зону. Миша тогда едва успел вытолкать Падалеки, чтобы не испортил весь курс лечения. - Привет, - Миша сел рядом с ним. - Ага, привет. Тебе один кофе, - Джаред кивнул на стаканчик рядом с ним. – Что там было? Как он? - Спит, - Миша сделал глоток. – Это Бивер всё… да нет, это я. Разрешил ему гулять, думал, что далеко не уйдет. Он догулялся до того, что потерялся, все эти транквилизаторы, нейролептики – они же влияют на мышление. Он пока на первом этапе, поэтому будет путаться. Мозги затуманены. Так вот, он потерялся, начал паниковать – не получил свою дозу лекарств сначала на завтрак, потом и на обед. Добрел как-то до своей работы, и представляешь? – Мишин голос стал возмущенным. – Бивер решил, что ничего страшного не будет, если разрешить ему поработать – он сам попросил и сказал «пожалуйста» очень жалобно, - передразнил его Коллинз, но тут же устало вздохнул. – Но это, может, и к лучшему. Дженсен с удовольствием работал, я думаю, что, возможно, стоит в свободной палате устроить для него комнату, или в подсобке… пусть работает, раз его это успокаивает. Пока он находился в привычном окружении, то сидел тихо. Едва его Бивер повел на улицу – все, началось. Бред преследования. Помнишь, я тебе говорил, что во время первого такого приступа он по зигзагу убегал? Вот, то же самое… как будто у него сумеречное помутнение сознания. Наверно, оно и было. Может, от этих тентов, среди которых он до этого жил, такое началось... Короче, когда Джим притащил его ко мне, я уже едва ли не всю полицию на ноги поднял. Потому что, - голос Миши опять стал злым, - он даже не позвонил мне. Пришлось вколоть ударную дозу лекарств, чтобы его успокоить. В онейроидное состояние впал. Потом спустя час заснул. Сегодня утром проснулся – ничего не помнит. Это тоже нормально, - успокоил Миша, заметив вопросительное выражение лица Джареда. – После этого часто… частичная потеря памяти. Опять бродит, как ни в чем не бывало, на гитаре играет. Так что все в порядке, я зря тебя вчера испугал, - Миша невесело улыбнулся. - Испугал – это слабо сказано, - фыркнул Джаред, - я думал, что там всё… что Дженсен окончательно с катушек съехал. Что будет, когда он закончит этот этап? - Восстановится, скорее всего, - Миша пожал плечами. - Ремиссия наступит. Я присмотрю за ним, чтобы рецидив не пропустить. - И что тогда с ним будет? - Ничего. Пойдет на работу. Он же не кареглазый. На проблемы с психикой среди светлоглазых не обращают внимания. А зря, наверно, потому что люди сходят с ума все чаще. Им плохо, они страдают, только никто не обращает на это внимания. Дженсену повезло, что Мэтт вовремя заволновался и решил спросить у меня совета. И хорошо, что мы вовремя встретились с ним. - Послушай, - Джаред покрутил в руках картонный стаканчик, - почему ты помогаешь? Спасибо тебе, конечно, и все такое, но… - Я просто люблю людей, - спокойно ответил Миша. Джаред немного помолчал, но все же не выдержал: - Так что конкретно будет с ним на втором этапе? Он, кажется, привязался к тебе. А ты? Зачем он тебе? - Я не знаю, - Миша вздохнул. – Если он захочет – я заберу его к себе. Когда он не был вечно счастливым зомби, он мне нравился… очень… Даже такой – поломанный, испуганный. Я помогал ему не только потому, что это мой долг… Я очень хотел помочь. Убрать темноту, которая мучила его, заново научить петь. Он страдал из-за того, что не мог даже закричать, но никогда об этом не говорил. Сильный. Он сильный. И если он захочет – пусть живет со мной. - А если он изменится? После всей этой терапии? Если он станет кем-то другим? Вы же его так накачиваете, что он может идиотом стать. - Не знаю, - Миша поскреб стаканчик ногтем. – Не знаю… Я надеюсь, что он выдержит. А если нет… увидим. - А он… сейчас вот… он действительно счастлив? Он мой друг, - с горячностью заговорил Джаред, - мы с детства знакомы. Он мне домашку помогал делать, когда я в школе учился, издевался постоянно. Мы знаешь, сколько вместе прошли? И если ты кинешь его… я возьму его к себе. Только придумаю, что делать, чтобы он Жен не пугался, и возьму. Миша засмеялся. Тихо, невесомо. - Я, наверно, не смогу отдать его тебе. Я как будто приручил его. Чувствую ответственность. И как только он выйдет на второй этап – так сразу и заберу к себе. Научу не бояться. Как-нибудь справлюсь. - Не думаю, что он будет в восторге от Онейроида, - фыркнул Джаред. Он взглянул на часы и спохватился: - Ой, блин. Я опаздываю на работу. Все, побежал. Ты звони, ага? Я забегу к вам на неделе. - Ага, пока, - Миша проводил его взглядом. Наверно, Дженсу действительно не понравится Онейроид. Он же ему и раньше не нравился… Но зато ему нравился Миша. И, наверно, он согласится быть рядом с ним. А со всем остальным они попробуют справиться.

КОНЕЦ