Своя комната

Идея Эдогавы блистательна, как и всегда. - Почему бы тебе не завести подругу по переписке? - ни с того ни с сего спрашивает он у Кёки посреди очередного рабочего совещания. Куникида, прерванный на полуслове, обиженно постукивает тетрадкой по столу, но совещание откровенно пустяковое, и слушать его уже никто не хочет. - Подругу... по переписке? - задумчиво произносит Кёка. - Но зачем? - О, тебе обязательно понравится. - мечтательно говорит Наоми. - Будете делиться секретами и обсуждать все на свете. Детективы кивают, соглашаясь. Все они любят Кёку и, не задумываясь, отдали бы за нее свою жизнь, но вместе с тем они понимают, что девочке недостает общения со сверстницами. Кёка смущённо улыбается. Видно, что ей и самой хочется попробовать. - Ну а вдруг она не найдется? - по-детски спрашивает она, и все наперебой бросаются уверять ее, что найдется обязательно, и больше того - что желающих стать ее подругой по переписке будет настолько много, что она замучается переписываться со всеми. Подруга и правда находится. Ее зовут Вирджиния, и она из Англии. Тайком от Кёки детективы тщательно проверяют ее: им совсем не хочется, чтобы их подопечная откровенничала с кем-то из Портовой Мафии или с кем-то, кто может причинить Кёке боль или использовать полученную информацию ей во вред. На всякий случай они даже взламывают базу данных школы, где она учится, и Куникида придирчиво просматривает ее личное дело. Но Вирджиния действительно существует, и ничего подозрительного в ней нет. Девочки целыми днями переписываются по электронной почте, а иногда даже шлют друг другу бумажные письма. *** На этой неделе это уже третье письмо от Вирджинии. Как всегда, оно обстоятельное, полное расспросов и последних новостей. Когда Ацуши спрашивает, о чем пишет Кёке подруга, он совсем не ждет чего-то особенного. Однако Кёка явно радуется вопросу и, широко улыбнувшись, с гордостью сообщает: - О, в последнее время у нее только и разговоров, что о своей комнате. - Что-что, у нее теперь есть своя комната? рассеянно говорит Ацуши. - Да нет же, у нее и была своя комната с самого начала, это не новость. Просто у нее есть такая идея. Она уверена, что каждой девочке, или девушке, или женщине... - проговаривая эти слова, Кёка будто примеряет их на себя, и Ацуши невольно любуется ей, как младшей сестрой. - которая пишет или хочет писать, нужна своя комната. - Очень интересно, - признает Ацуши. Он оглядывает их комнатку, переводит взгляд с мягких игрушек Кёки на его собственные книги, с одного футона на другой. Его лицо вытягивается. Чуткая Кёка мгновенно улавливает перемену в его настроении и охает, сообразив, о чем он мог подумать. - Ой, - она закрывает рукавами покрасневшие лицо. - Я ни на что не намекала. Я просто рассказывала о Вирджинии и о ее комнате, а не имела в виду, что у меня своей комнаты нет. Она понимает, что невольно сделала ещё хуже, и хныкает. Ацуши приобнимает девочку: - Знаешь, я тоже намекать не буду, а скажу прямо. Пока у нас и правда нет столько денег, чтобы и у тебя, и у меня было по комнате, но такой день обязательно настанет. О, а знаешь, что? - продолжает он, вдохновлённый внезапной идеей. - Как насчёт того, чтобы потренироваться немного уже сейчас? Чтобы ты знала, каково это - иметь комнату, которая принадлежит тебе одной. У меня есть план: на эту неделю я переселюсь к Дазаю, а квартира будет твоей. - Ты будешь ко мне приходить? - с сомнением спрашивает Кёка, а глаза ее уже загораются. - В гости? Если пригласишь, - церемонно кланяется Ацуши, и Кёка хихикает. Она рассыпается в благодарностях и бежит радовать подругу хорошими новостями. Ацуши остаётся наедине со своими мыслями. Как и всегда при общении с Кёкой, он сначала обещает, а потом думает, как выполнить обещанное. Не выполнять нельзя. Он раскладывает сказанное на составляющие, убеждая себя, что ничего страшного не произошло. Кёка светится от счастья, и одно это однозначно стоило того, чтобы неделю провести в квартире его наставника, которым он искренне восхищается и гордится. К тому же, что плохого в том, что один из самых важных для Ацуши людей проведет с ним побольше времени, узнает его ближе и поймет, какой Ацуши на самом деле? "На самом деле," - повторяет про себя Ацуши и приходит в ужас. Перед его взором мгновенно проносятся десятки сценариев, в каждом из которых Дазай узнает, насколько он на самом деле жалок, и выгоняет его из своей квартиры, разрывая с ним всякое общение. Еще мгновение, и на его лицо падает отраженный в витражах свет, а обидчики из приюта в который раз потешаются над ним. "Нет," - тут же строго говорит он себе, - "это все неправда". Он напоминает себе, как Дазай хвалил его в последний рабочий день, напоминает, что он был достоин этой похвалы, и на душе становится теплее. Голоса в его голове затихают. Уже почти спокойно он собирается, прикидывая, что ему может понадобиться. Это похоже на первую в его жизни вечеринку с ночёвкой. Кёка помогает ему собраться, крепко обнимает, и уже через полчаса он беспокойно топчется перед дверью квартиры Дазая, охваченный радостным ожиданием и предвкушением чего-то не поддающегося описанию, но непременно светлого. От волнения он в десятый раз перепроверяет свои вещи, не решаясь постучаться. Зубная щетка, сменная одежда, пижама, подаренная Кёкой забавная чашка. Чего-то определенно не хватает. О Боже, в суматохе он совсем забыл, что нужно что-то еще. Забыл о согласии самого Дазая!