Что такое "Love is..."?

       Сыну лениво потягивается, прикрывая один глаз и осматривая присутствующих в аудитории. Ко второй паре подтягивались остальные одногруппники, совершенно не интересующие парня, если не считать его друга, который как всегда опаздывал, хотя обещал принести кофе. В ожидании младшего, Сыну переписывается с девчонкой, которая вчера начала их диалог с фотографии своей груди. На самом деле, как бы странно это не звучало, но такое довольно часто случается с Ханом, так что он бы спокойно мог стать маммологом.        Рядом на пол с грохотом падает сумка, а за ней на стул падает её хозяин, ставя перед Сыну кофейный стаканчик ноль пять. – О, Сыншик, я думал тебя машина переехала, – усмехается Хан, переводя взгляд на недовольное лицо своего младшего друга. – Знаешь, когда увидел твоё лицо, подумал о том, что лучше бы переехала, – недовольно бурчит парень, отпивая из своего стаканчика кофе, как замечает преподавателя, из-за чего приходится подняться с места, здороваясь.        Сыну не может долго высиживать за прослушиванием всех этих слов, которые в голове не укладывались, а на записи в тетрадь он вообще забил пару недель назад, поэтому сейчас парень ближе двигается к другу и начинает рассказывать про новую пассию, жалуясь на то, что сообщения подобного 18+ характера ему присылают чаще, чем он успевает соскучиться по женскому вниманию. Вообще, у Сыну был передоз женского внимания и в самом деле, он не нуждался в нем и прекрасно существовал сам по себе, без десяти номеров, записанных за день на какой-то кусок бумаги, который потом отправляется в мусорку и без нюд фотографий, которые спокойно займут гигабайт памяти, если их все сохранить. – Так почему ты не заблокируешь её? – собирая канцелярию со стола, спрашивает Сыншик, когда пара заканчивается. – Не знаю, – пожимает плечами Хан. — Мне вроде бы как и нет дела до неё, но просто интересно, на что еще она способна. — Знаешь, если ты захочешь заняться бизнесом, то можем продавать все эти фотографии какими-нибудь извращенцам, – вздыхает Сыншик, натягивая рюкзак на одно плечо и забирая пустой стакан. – Устал, – на выдохе говорит Сыну, направляясь за другом. – Мне кажется, что такое повышенное внимание выбивает из колеи.        Сыну приходит много фотографий, девушки хотят общаться с ним, пишут ему чуть ли не каждый день, но ему абсолютно плевать на каждую из этих недалёких персон, которые уверены, что парня можно заманить подмигивающим смайликом и голой грудью. У Сыну уже обострение его безразличия к женскому телу, и кажется, что скоро он вообще его возненавидит. – Я одиночка, – произносит в слух Сыну, будто ставя точку. И голова его занята совсем другой персоной...        Как обычно бывает, на большой перемене большинство студентов стягивается к главному холлу, отсиживать задницы не на неудобных стульях, а на диванах и креслах, ну а другая часть сидит в столовой.        Субин не любит большое скопление людей, а особенно, если это скопление состоит из его одногруппников, так что занимает диванчик на верхних этажах, где может побыть наедине со своими мыслями. Вообще, друзей ровесников у него почему-то не было. Все знали Субина как тихоню, который подкармливает собаку недалеко от общаги, а еще, как того, кто коллекционирует этикетки от жвачки "Love is...". Конечно, причину его любви к обёрткам так никто и не понял, а парень просто хотел собрать целую картину того, как же видят любовь создатели этого продукта, и быть может, когда он будет уверен, что собрал абсолютно все изображения, то его познания о том, что же такое любовь, станут полноценнее, потому что узнавать на своём опыте он не торопился, да и с кем ему об этом узнавать?       Заметив чёрную копну волос, что разворачивала обёртку от жвачки, Сыну хитро ухмыльнулся и толкнул друга в плечо, кивая в сторону младшекурсника. – Хочу склеить этого паренька. Он выглядит симпатичным, – затормозив в коридоре начинает Хан.        Сыну никому не говорил, даже своему другу о том, что неровно дышит к своему же полу, а точнее, именно к этому его представителю, с которым они однажды столкнулись в коридоре и перед лицом Сыну тогда посыпались конфети из мелких картиночек из под "Love is...", а на вопрос: "Что это такое?", Сыну получил тихое и немного сердитое: "Расскажу, когда представится возможность". Какие личные цели могли быть связаны с кучей картинок из под жвачки – Сыну понимал плохо, но с того момента ему захотелось узнать, особенно когда из под черной чёлки на него посмотрели карие глаза, в которых можно было утонуть, если приблизиться ближе; они оттенком словно карамель, а сам взгляд такой же тягучий и пронзительный, так что старший тихо надеялся на еще одну встречу, чтобы Субину наконец представилась возможность рассказать, что же такое "Love is..." – Парня? – Сыншик с недоверием поворачивается к другу. – У тебя в телефоне минимум двадцать красивых девчонок, которые мечтают о свидании с тобой, ты нормальный? — Они мне надоели. Можешь забрать всех, если я смогу замутить с этим мальчишкой, – Сыну отдаёт честь своему другу и направляется к парню, что вкладывал в тетрадь очередную картинку. — Привет, – все обаяние Сыну сейчас в деле, потому что он здоровается своим медовым голосом, усаживаясь рядом с младшекурсником. – Красиво выглядишь, тебе идёт белый цвет, — незатейливо начинает свой флирт старший, разглядывая обычную белую рубашку Субина, а в ответ ему только тишина и шуршание фантика. – Ты так и не ответил мне в прошлый раз, зачем тебе столько, – Хан кивает на картинки в чужой тетради и переводит взгляд на красивый аккуратный профиль, прячущийся под тёмной чёлкой. – Мы знакомы? – спокойно спрашивает Субин, закрывая тетрадь. – Нет, поэтому я и подошёл, – улыбнулся слегка Хан. – Я Хан Сыну с четвёртого курса. – Чон Субин, со второго, – парень выглядывает из под тёмных прядок, улавливая взгляд старшего. В глаза первым делом бросаются красивые черты лица, почему-то напоминающие Субину волка, хотя, парень рядом и есть волк, причем на охоте, раз сейчас докапывается до Субина.        Не знать Сыну — то же самое, что не знать президента своей страны. Об этом парне слишком много говорят и часто его обсуждают, так что его имя слышишь даже тогда, когда не хочется. – Так что насчет твоей коллекции? – Хан глаза опускает на тетрадь в красивой обложке, проявляя интерес к этим фантикам лишь потому что уверен в том, что раз этим заинтересован Субин, то будет проще найти с ним общий язык, узнав об этом хобби побольше. – Просто коллекционирую, какая тебе разница? – приподнимая бровь спрашивает младший, убирая чёлку в сторону. – Хочу узнать о тебе больше. Это запрещено? Может, я схожу по тебе с ума, а ты не знаешь об этом? – наигранно начинает Сыну, добавляя драматичности своему голосу. Вообще, этого младшекурсника склеить так же, как и остальных девчонок казалось невозможным, так что Сыну стоило менять тактику, но у него не было альтернативы.       Сыну бы на журнальную обложку, настоящая модель. И Субин откровенно не понимает, почему у такого парня нет девушки, потому что всем известно о том, что за ним бегают толпы поклонниц, а он всё еще в холостяках. Конечно, кто-то говорит, что он просто спит с ними и бросает, от того Субину думается, что Сыну последний человек, которому стоит что-то о себе рассказывать, а что такое любовь он вообще не знает. Могут ли любить кого-то такие личности, как он? – Клейся к кому-то другому, – фыркает младший. – Ты хуже жвачки липнешь, — Субин запихивает свою тетрадку в рюкзак и вздергивает аккуратный нос. — Жвачки же так просто не отдерёшь, верно? Так что я так просто от тебя не отклеюсь, – улыбается Сыну двусмысленно, ему одному известно, что он вообще хочет выразить такой улыбкой, а Чону становится не по себе рядом с этим старшекурсником. – Тебе я точно не буду объяснять про "Love is...",, – безразлично кидает младший, закатывая глаза и вставая с дивана, желая скорее оторваться от этого парня, намерения которого известны одному дьяволу. А может, он и есть сам дьявол. – Я думал, ты умеешь подкатывать, – издевается Сыншик, который наблюдал за всем со стороны. – Вне зависимости от пола своей жертвы. Но этот парень, видимо, относится к тем, кто тебя не переваривает. – Мы еще посмотрим, – кидает Сыну, хотя внутри что-то сжимается. Он спокойно переносил отказы, но такую реакцию от человека, который тебе не безразличен видеть не хотелось, а думать о том, что он может тебя ненавидеть из-за глупых слухов, не хотелось вовсе.