Белладонна

      Время шло быстро, даже очень. В день рождения Дадли мы, как и хотели, вкусно поужинали произведениями кулинарного искусства авторства тети Петунии, подарили подарки, а на выходных сходили в кино. Было весело. Тетя с дядей подарили кузену велосипед, а наша тетушка Мардж прислала Дадли игровую приставку. От меня он получил немного кривоватый портрет собственного производства, где он был нарисован в стилистике из его любимого мультика. По крайней мере, я старалась его нарисовать.       К слову, рисование. Им я немного увлекалась еще до свой смерти (странно звучит, да?), но профи меня назвать можно было с большой натяжкой. Так, нарисую какую-то модельку платья или срисую несложную картинку. Но в этой жизни (?) я решила развить этот навык, все равно не знаю, чем себя еще занять. Когда я пошла в школу, то попросила тетю отдать меня в кружок по рисованию. Тетя отдала, только не в кружок, а в целую художественную школу. Тогда я очень удивилась и спросила, зачем же так масштабно?       — Мне просто захотелось тебя порадовать, все-таки ты редко что-то сама просишь. — Женщина пожала плечами. — Да и если средства позволяют, почему бы и нет?       У Дадли тоже помимо комиксов и видеоигр есть хобби: он любит баскетбол и, если все сложится хорошо, в средней школе хочет пробоваться в школьную команду. Время до моего дня рождения, тридцать первого июля, шло плодотворно. Я рисовала, читала и помогала по дому.       Честно, в первые дни после получения письма я думала, что профессор из Хогвартса может появиться в любую минуту, и была на взводе. Потом это прошло, и я стала надеяться, что профессор не явится в самый последний день. Наивная.       Кстати, мне интересно, кого же они отправят? Судя по тому, что в письме вообще сказали о том, что за мной должен прийти профессор и не нужно отправлять ответ совой от семьи простецов (!), то они понятие логики и такта имеют. Это хорошо. Выбор не такой уж и большой. Думаю, самой очевидной кандидатурой является МакГонагалл: зам. директора все-таки. Другие учителя, скорее всего, летом берут отпуск и проводят время с семьями, исключение, наверное, деканы. У них немного больше полномочий и обязанностей. Эх. Сложно.       Мои мечты о нормальном празднике во время небольшой поездки к тетушке Мардж и ее мужу, Эду, были безжалостно растоптаны дражайшей грозой всех лодырей, деканом Гриффиндора и заместителем директора Школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс» — Минервой, МакКошкой, МакГонагалл.       Женщина появилась во время завтрака, аккурат к его завершению. Время было где-то в районе половины девятого утра, дядя как раз собирался на работу, как в дверь постучали.       — Я пойду посмотрю. Наверное, почтальон, — тетя встала из-за стола и прошла в прихожую. Послышались звуки открытия двери, и из коридора донесся чужой строгий голос.       — Здравствуйте. Меня зовут Минерва МакГонагалл. Я заместитель директора в школе Чародейства и Волшебства «Хогвартс». Могу я пройти?       — Да, конечно. Проходите в гостиную, там и поговорим. Я сейчас принесу чай со сладостями и позову всю семью, — Петуния вернулась в кухню и поспешно начала готовить чай. Я встала из-за стола и начала накладывать на поднос чашки и блюдца, не забыв заварник и молочник. Тетя разлила кипяток в нужные емкости и достала печенье с конфетами.       — Петуния, мы с Дадли сейчас пойдем в гостиную. Некрасиво оставлять гостью одну надолго. Вы, как закончите, присоединяйтесь, — дядя Вернон с кузеном поднялись и прошли в гостиную. Послышались приглушенные голоса, потекла непринужденная беседа.       Тетя подхватила поднос, и мы покинули кухню. Необычная гостья сидела в кресле, за ее спиной находился камин, на котором хаотично стояли рамки с фотографиями и небольшие безделушки-сувениры из семейных вылазок. Там же место нашлось и для красивой незамысловатой вазочки с полевыми цветами — Дадли сегодня подарил. Я села на диван к дяде, кузен расположился в кресле напротив гостьи, а тетя, разложив вкусности и разлив чай, села рядом со мной и мужем.       — Я так понимаю, Белладонна Поттер? — женщина смерила меня строгим оценивающим взглядом. Молча кивнула. — Что ж. Меня зовут Минерва МакГонагалл, я заместитель директора в школе Чародейства и Волшебства «Хогвартс», декан одного из факультетов и профессор. Вам что-то говорит название школы?       — Говорит, мэм, — я посмотрела на Петунию, тетя поддерживающе сжала мою руку и тепло улыбнулась. — Тетя рассказывала мне, что я, как и мои родители, обладаю необычным даром. Также она говорила, что мама и папа учились именно в Вашей школе.       — Вам известно, как погибли Ваши родители, мисс Поттер? — женщина сжала в своих тонких пальцах чашку. Видно, она напряжена.       — Тетя с дядей говорили, что они погибли в ходе каких-то политических разборок в Вашем мире, мэм. Подробностей ни они, ни я не знаем, — мне было неприятно говорить о родителях, особенно с посторонним человеком.       После моих слов профессор заметно расслабилась, как и атмосфера в гостиной. Слово решил взять дядя, переглянувшись с женой.       — Профессор, я так понимаю, Вы должны сопроводить Беллу за покупками? Сколько это может стоить? Насколько я знаю, у вас, волшебников, своя валюта. Какой у нее курс к фунту? — у-у-у… Дядя разошелся. Я скрыла смешок за кашлем, тетя, понимающе улыбаясь, погладила по спине.       — Да, мы с мисс Поттер должны сегодня отправиться на Косую Аллею, в магический квартал. Там находятся все нужные магазины и банк, — женщина перевела дыхание. — Перед разъяснением курса, пожалуй, стоит объяснить общую структуру валюты. Самая большая денежная единица — золотой галлеон. Далее следуют серебряные сикли, в одном галлеоне их семнадцать. После сиклей идут медные кнаты, в каждом сикле двадцать девять кнатов. Один галлеон сейчас равен пяти фунтам, если я правильно помню расценки. А насчет полной стоимости, то все обойдется примерно в пятьдесят галлеонов или двести пятьдесят фунтов. Но Вас это не должно волновать, — профессор отпила из чашки и обвела нас всех нечитаемым взглядом; я напряглась.       Язык, на котором говорила МакГонагалл, поняли, наверное, только она и дядя, хотя общую суть я уловила. Расставим все по полочкам. Раз, родители оставили завещание, что было ожидаемо, хотя я не помню, было такое в каноне или нет. Два, у меня есть магический опекун, коим по завещанию является Альбус Дамблдор. Опять-таки, неудивительно, да и логично: родители-то состояли в Ордене Феникса и доверяли его предводителю, вот только почему этот самый предводитель оставил ребенка на крыльце дома тетушки-маглы?.. Спасибо хоть наложил чары какие-то и постучал в дверь, исчезнув прямо перед тем, как она (дверь эта) открылась, неизвестно. Дилемма. Три, родители оставили мне довольно приличную сумму денег на счету в гоблинском банке, вот только доступ к деньгам для меня почти полностью закрыт до совершеннолетия или до момента, когда я стану полностью дееспособной. Почти закрыт ввиду того, что директор Хогвартса обязан завещанием и законом выделять со счета средства на подготовку к школе, то есть закупку всего необходимого. Также я смогу к нему обратиться за средствами в течение года. В общем-то, неплохо. Я, честно говоря, рассчитывала на более неблагоприятные условия.       — Вот так обстоят дела, — профессор перевела дыхание. — Раз вопрос с финансами улажен, то предлагаю обсудить поход на Косую Аллею. Если мы отправимся до десяти, то сможем успеть до всеобщей толкучки.       — Профессор, с собой нужно что-то брать? Документы, деньги? И уместно ли мне отправиться с Беллой? — тетя чуть крепче прижала меня к себе.       — Вы спокойно можете отправиться вместе со мной и мисс Поттер, миссис Дурсль. Если захотите сделать на Косой Аллее какие-то покупки помимо школьных, которые оплачиваются со счета, то возьмите с собой денег, документы не нужны. Вам много времени потребуется на сборы? — заместитель директора перевела взгляд на камин. Там, на полочке, стояли небольшие часики, что показывали девять часов десять минут.       Через сорок минут мы — я, тетя и профессор — взялись за отрезок грубого каната, крюк схватил под ребрами, и мы исчезли с заднего двора, чтобы появиться в неприметном кирпичном тупичке. Стоило нам выйти, как начали вырисовываться знакомые очертания магазинчиков на Чаринг-Кросс-роуд. Вон виднеется мой любимый букинический с улыбчивым, немного странноватым мистером Иваном Долоховым, русским эмигрантом, за прилавком, а вот там, через три здания на другой стороне улицы, расположен сетевой книжный, куда можно заглянуть, если захотелось купить книжки, связанные с рисованием.       Мы прошли немного по улице и остановились у довольно обшарпанного заведения со старомодной вывеской, в котором я узнала Дырявый котел. Несколько раз, когда мы попадали в эту часть улицы, я обращала на него внимание, но не приближалась, так как не было в этом нужды.       Внутри бар (или паб?) выглядел не так плачевно, как в фильме. Да, штукатурка на стенах была немного облуплена, но на полу не валялась, а панели из темного дерева смотрелись непривычно; да, мебель была довольно старой на вид, но, вроде, добротной, а стрельчатые окна пропускали достаточно света, чтобы все хорошо видеть без зажженных свечей, что в изобилии присутствовали в зале. Возле стены, напротив крепкой барной стойки, находился большой камин. Мило и уютно.       Людей было немного, и никто на нас внимания не обращал, что радовало. Профессор поздоровалась с барменом, представила его нам и сказала на будущее, что если будут проблемы со входом на Аллею или будут вопросы, то можно обратиться к нему. Том, бармен, оказался высоким, лысоватым и пофигистичным; на имя он отреагировал лишь приподнятой бровью.       Выйдя из помещения через неприметную дверь в другом конце зала, мы оказались в кирпичном закутке, похожем на тот, в котором мы появились. Профессор указала на какой-то кирпичик примерно в центре стены, постучала по нему три раза и провела по диагонали вниз. Кирпичи начали трястись и потихоньку становиться невидимыми.       Ну здравствуй, Косая Аллея.