Зеркала Судьбы

— Устроил, однако, он нам весёлую жизнь… — пробормотал Кёраку, отмахиваясь от очередного панического вяка Совета. — И чего теперь нам ожидать? — Официального послания, полагаю, — Укитаке был настроен более оптимистично. — А за время ожидания большинство всё же поддастся заманчивому позыву понять и принять позиции Совета, — бросил недовольный взгляд на друга Шунсуй. — Вот поэтому я присмотрю, чтобы эта идея как минимум в твоей голове не задержалась, — благодушная улыбка стала несколько… зловещей. — Двуполярная сила тебе явно на пользу, — пошутил Кёраку. — Ну да ладно, шутки в сторону. Мы не можем просто сидеть и ждать, когда же там всё уладится и наш блудный капитан девятого пришлёт весточку с нового места и должности. Это как минимум опасно. Мы не можем быть уверены, что у него всё гладко прошло, что он вообще сумел взять под контроль квинси. И что не встал на их сторону. Как-то не хочется однажды обнаружить у себя под носом смешанную армию, требующую безоговорочной капитуляции Готея… — В твоих словах есть резон, — задумчиво коснулся подбородка Укитаке, проводил взглядом бабочку с отчётом и тихо произнёс, — Да только мы сейчас неспособны готовиться к столкновению. Ты сам знаешь, половина капитанов с лейтенантами в лазарете. И то, благодаря отрядам из Уэко Мундо они там, а не на перерождении. Я уже молчу про то, что численность рядовых и офицеров сократилась вдвое. В этот раз враг был чудовищно силён… — И что ты предлагаешь, Джу? Совет требует то ли новую войну развязать, то ли к Королю Душ со слёзной просьбой пробиться. Для первого нет сил, для второго нет возможности, и для обоих — желания и необходимости, — Кёраку за двое суток после битвы устал больше, чем за месяц. — Восстанавливаться, — просто ответил. — Спешкой мы сделаем хуже в любом случае. Совету ты всегда можешь напомнить, что Готей к его словам прислушивается, но не более. К тому же всё ещё не вернулись лейтенанты третьего и шестого, а также капитан седьмого. Мы не можем рисковать зыбким миром, пока хотя бы не узнаем, что происходит во Дворце Короля Душ. — И в Ичиго ты, видимо, веришь больше, чем в реализуемость угроз Совета, — Шунсуй откинулся на спинку стула. — Хорошо. Но с тебя кувшинчик саке и моральная поддержка после встречи с Советом. — Ты неисправим, — с улыбкой покачал головой Укитаке.

***

Если когда-то Ичиго считал, что в Уэко Мундо было сложно освоиться и всё поменять, то теперь понимал, что тогда сильно ошибался. Сложно было сейчас. Очень. Местами — невыносимо сложно. Если в Уэко Мундо он через связь ощущал яркие эмоции чуть больше десятка аранкаров, то здесь на периферии сознания сияли сотни, а то и несколько тысяч отголосков. И ладно бы только это — в конце концов, можно было приноровиться и игнорировать. Нет, это было меньшей частью проблем… Сначала Ичиго таки урвал часа четыре сна, ощущая себя после него всё ещё совершенно не выспавшимся, но хотя бы уже не полудохлым — резерв восстановился едва ли на десятую часть, но всё же больше не был пуст. А после этого началась круговерть. Требовалось понять, не остался ли кто из квинси в Готее, что делать с погибшими, восстанавливать ли в ближайшем будущем Зильберн или проще будет его снести к демонам… Через сутки на стол Ичиго дисциплинированно легли отчёты по состоянию армии, запасов, городов — в общем, всего основного. К полудню парень был готов хвататься за голову от вала дел и того, что раньше ни с чем таким сталкиваться не приходилось. С аранкарами всё было гораздо, гораздо проще! Спасали только Тенса и сохранившиеся за все эти годы земли клана с резиденцией, в которой совершенно никто не мешал чертыхаться или биться головой об стол. Можно было бы, конечно, привлечь Хашвальта с его тысячелетним опытом управления Теневой Империей. Однако здесь было несколько «но». Во-первых, Юграма всё же не за красивые глаза Кровавым Наместником прозвали, а репрессивные меры сейчас были неактуальны. Пока так точно. А во-вторых, тот даже после слов Тенсы всё равно не избавился от ненависти, хоть и смог совладать с эмоциями. Ичиго совершенно не горел желанием приближать к себе такую «бомбу замедленного действия» и потом постоянно ожидать, когда же рванёт. А в том, что Хашвальт рано или поздно не сдержится, парень не сомневался. Оставалось только разбираться самому. А ещё в ближайшее время предстояло сделать перед квинси общее объявление, в котором передать волю Яхве о наследнике и подтвердить это своей силой и явлением Тенсы-Старика. И как провести это самое объявление, парень был без понятия. Ну не может же он выйти, материализовать Тенсу в облике Яхве и ляпнуть что-то типа: «Это частица Яхве, он со мной, а сам Яхве во время битвы меня наследником объявил, так что ура новому Императору». Хичиго во внутреннем мире рассмеялся, оценив, а остальные духи только тяжело вздохнули. Да, это был ещё не самый худший вариант из тех, что проносились в голове у Ичиго касательно предстоящей речи. К выступлениям его никто не готовил. Так что парень прекрасно понимал, что придётся — в очередной раз — наступить на горло своему нежеланию и всё же привлечь к делу Хашвальта. Хотя бы чтобы не ударить в грязь лицом перед целым народом, которым предстояло ближайшее время руководить. Одно хорошо — найти нужного квинси было несложно, как и позвать его. Да, по связи, но нужно было избежать излишней шумихи до официального представления всем. А уж чужое недовольство парень как-нибудь переживёт. Не в первый раз, в конце концов. — Значит, всё же звали, — отметил Юграм, выходя из тени в углу, и парень чувствовал, что внутренне тот прилагает определённые усилия, чтобы придерживаться вежливости. — Да. Как бы ни хотелось утверждать обратное, про традиции и церемониал квинси мне известно недостаточно, — спокойно, насколько это было возможно, сказал. — А лучше всех квинси знаешь именно ты. Не зря же замещал Яхве почти тысячу лет. — Не произносите Его имя так просто, — нахмурился Хашвальт. — Почему же? Как наследник и новый Император имею полное право, — подавил усталый вздох Ичиго и добавил, — Не забывайся. — Я… понял, — маска невозмутимости практически не дрогнула под вспышкой эмоций, и Юграм продолжил, — Что конкретно интересует в традициях? — По-хорошему, всё. Но в первую очередь то, как правильнее провести объявление перед народом, — у Ичиго и на все дела-то сил не хватало, а уж на то, чтобы реагировать на внутренние заскоки штернриттера, — и подавно. — Можно сделать так… — квинси неподдельно задумался, выдвигая первый вариант.

***

— …и я принял его волю. Не стану обещать завоеваний и господства, обещаю мир и стабильность. Но знайте, любое посягательство со стороны будет встречать быстрый и жёсткий ответ, — пусть не слишком долгая, но однозначно непростая речь наконец подошла к концу. Стоя на балконе наспех отремонтированного Зильберна и глядя вниз, на собравшихся внизу квинси, парень очень сильно хотел быть совершенно не здесь. При помощи Хашвальта Ичиго придумывал, правил и репетировал речь неделю. Чуть больше времени заняло приведение в порядок места, откуда можно было сделать объявление. И, конечно же, это всё не снимало с парня других дел. Стоит ли говорить, что за это время он успел неоднократно проклясть экономику, логистику и ещё ряд других областей? Чуть легче было лишь потому, что, попросив помощи с пробелами в знаниях по традициям, Ичиго всё же привлёк Юграма к делам. Но исключительно там, где сам не мог разобраться. Тенса из внутреннего мира настороженно приглядывал за действиями окружающих квинси — и в особенности конкретно этого — почти всё время. Штернриттеры стояли на ярусе как бы между обычными квинси и Ичиго. И Хашвальт тоже был среди них — что-то подсказывало, что выделять его никоим образом сейчас нельзя. Возможно, это был здравый смысл… Исида тоже стоял там, заняв место обладателя шрифта «С». О, сколько было головной боли с этим вопросом… Яхве назначил Урюу наследником для того, чтобы спровоцировать всех, кто не был абсолютно предан. Осознанно устроил брожения, даровав шрифт «А» никому не известному «выскочке» из Генсея. Отличный ход, да только Ичиго он вышел боком — он отмечал краем сознания, какие настроения начали подниматься в некоторых квинси. Что примечательно, все они были из старых кланов. Осторожно заменять один шрифт другим, чтобы не навредить и не устроить Исиде весёлую жизнь с освоением чего-то диаметрально противоположного предыдущему, да ещё и в условиях непроходящей усталости, было непросто. Благо, что титул позволял такое вмешательство, а Тенса страховал. В речи это тоже пришлось отразить, но осторожно, чтобы не назначить «впавшим в немилость» ненароком. А то кто его знает, что шибанёт в голову местным радикалам… Окинув ещё раз взглядом собравшихся и оценив, что общий фон эмоций всё же больше положительный, Ичиго развернулся и покинул балкон. Манжеты и воротник формы слишком плотно облегали кожу, хотелось расстегнуть пуговицы и закутаться в накинутый на плечи тёмный плащ. Думать о том, что такой был у Яхве, парень себе запрещал. Воздействие же Хёринмару, благодаря которому удалось удерживать спокойствие во время речи, сейчас сошло на нет. Впрочем, в некоторых вопросах Ичиго чувствовал невольное уважение к предыдущему Императору. С нуля сколотить Империю, возглавить целый народ, отладив все системы… Да даже создать целое карманное измерение, будучи на грани потери сознания от полученных ран!.. Пусть парень не одобрял ряд методов, но общий итог действительно впечатлял. Как и масштабы того, во что надо вникнуть. В отличие от Уэко Мундо, здесь уже была выстроена система, оставалось перехватить управление ею, но проще от этого не было. Как и от того, что доверять здесь Ичиго мог лишь другим Куросаки, пожалуй, Цан Ду и всё же Исиде. Постоянная бдительность выматывала не хуже изучения договоров о поставках и оценке, что, куда и как требуется уже сейчас. Отдельных комментариев заслуживала и настройка Врат. Проводить для каждых её требовалось лично, поскольку только Ичиго сейчас знал координаты этого измерения, и это было тем ещё «развлечением». После четвёртых парня попросту мутило от рябящих при настройке энергетических линий, теперь надёжно спрятанных в металле. Нужно было ещё выбрать для каждых из четырёх Врат своего ответственного, который бы отвечал за их сохранность и мог открывать или перекрывать доступ при необходимости. Впрочем, этот вопрос Ичиго позволил себе отложить на потом. Сильно на потом. В конце концов, этот момент возвращал его к вопросу о доверии, которым пока что и не пахло. Так ещё и напрягала неизвестность в отношении синигами. В их способности устроить полный бред и проблемы на ровном месте парень не сомневался. И… да, он немного скучал по отряду. Уж с ним было всяко проще, чем с управлением целым народом! И ладно бы только уже упомянутые проблемы… Перед Ичиго стояла незаурядная задачка: не ломая сходу об колено все традиции и порядки, изменить основной курс, можно сказать, идеологию, по которой жили и развивались квинси. И с этим был полный мрак. Хотя бы потому, что изменить укоренившееся в сознании за короткий срок близко к невозможному, военная структура не может долго поддерживать себя без внешнего или внутреннего врага, а устраивать войну между измерениями бессмысленно, да и Ичиго бы не позволил подобному случиться. Требовалось полностью переформатировать уклад. Но вот как?.. Ведь даже мысль, что в войне с синигами нет смысла и квинси больше им не враги, дошла далеко не до всех. Уже в занятой под кабинет комнате Ичиго позволил себе выдохнуть и погрузиться в мысли, бесцельно глядя в окно. Откровенно говоря, за прошедшие две недели он нет-нет да возвращался к одной мысли. Что, если бы он сделал другой выбор? Что, если бы не дал укорениться в себе новому титулу, позволив ему раствориться в пространстве до рождения следующего подходящего носителя? Что, если бы всё же оставил квинси самостоятельно разбираться с последствиями, выпустил нити, удерживающие от исчезновения оставленные на осколке измерения города… На проходящей чуть в стороне улице мальчик лет девяти что-то восторженно рассказывал идущим с ним рядом родителям. Ичиго отвёл взгляд с тихим вздохом. Действительно, какой смысл в этих вопросах? Поступи он иначе, никогда бы себя не простил за сделанный выбор.

***

Эти коридоры ничуть не изменились за прошедшие века благодаря мастерству строителей и наложенной защите. Да и война не коснулась городов и их предместий, так что здесь разрушений быть и не могло. Идти по знакомому, но подзабытому за давностью лет пути было несколько странно. В конце концов, сколько прошло времени с тех пор, как ворота этого клана были демонстративно чуть ли не захлопнуты перед его носом? Слишком давно. Он уж думал, что и сам клан безвозвратно сгинул частично в Уэко Мундо, частично — на заданиях, а остатки растворились в крови других семей. Но Куросаки в очередной раз продемонстрировали, что общие стандарты к ним неприменимы. Одно только успешное пропитывание силы пустотой чего стоит… Не сказать, что Хашвальт испытывал к этому клану в целом и к отдельным его представителям в частности какие-то негативные эмоции. Хотя нет, испытывал: раздражение и возмущение. Но считал, что разобрался со слишком своевольными квинси уже давно, и отпустил эмоции. Увидеть в списке особых военных потенциалов, казалось, сгинувшую фамилию было… неприятно. А Его Величество только усмехался, следя за реакцией Юграма и прекрасно зная причины. Да только всё дальнейшее пошло не по плану, начиная с задания Опи по началу покорения Уэко Мундо. Война, которая должна была стать быстрой и победоносной, вылилась в огромные потери и сокрушительное поражение. И то, что один из «победителей» пошёл против своих, уведя квинси из измерения, было подозрительно вдвойне. Юграм в любом случае решил отомстить за смерть Его Величества, как только почувствовал обрыв связи и осознал, что это значит. И всё вышло бы успешно… не окажись у мальчишки столь весомой частицы Его Величества. Рыжий полукровка Куросаки, будто в насмешку на вторую половину являющийся синигами и несущий — немыслимо для квинси! — внутреннюю пустоту. Не знай Хашвальт, что осколки души Яхве подчинить и подделать невозможно, постарался бы закончить начатое. А так пришлось смирить неожиданно яркие эмоции. Да только принимать в качестве нового Императора этого Куросаки он не спешил. Держал дистанцию, внимательно следил за решениями и тщательно приглядывался. Должно же было быть хоть что-то, что зацепило Его Величество настолько, чтобы признать врага наследником? Порой в голове проскальзывала мысль, что даже приведённый незадолго до войны Исида был бы лучше… Его хотя бы Его Величество выбрал, назначил и отметил шрифтом сам. С ним было понятно, чего ожидать. Куросаки же был и оставался неизвестной величиной. Впрочем, идти на контакт или конфликт тот тоже не спешил, держась несколько на расстоянии и не став выделять никого, даже своих родственников. И это было… интересно. Настолько, что помогал разобраться в нюансах для подготовки речи Юграм с несколько большим увлечением и искренностью, чем изначально собирался. И если до этого можно было перед самим собой ссылаться на то, что понятия не имеет, каков новый — называть так даже в голове выходило с трудом — Император, то теперь он мог наблюдать вблизи. Откровенно говоря, Хашвальт никак не ожидал, что совершенно не знающий их уклад, историю и в целом жизнь полукровка станет столь упорно во всё вникать. И уж тем более не предполагал, что тот на полном серьёзе будет стараться на благо квинси. На благо вчерашних врагов. Это было непонятно. Внутренняя подозрительность требовала разобраться. Но шли дни, а ничего, что позволило бы относиться с неприязнью к постепенно вникающему в задачи Императора Куросаки, не выявлялось. В какой-то момент Хашвальт поймал себя на том, что и сам уже не испытывает ненависти или каких-то иных отрицательных эмоций. На их место пришло вполне ровное отношение. Пожалуй, именно поэтому, зайдя однажды в кабинет, Юграм даже несколько растерялся в первые секунды, когда понял, что Куросаки спит сидя, используя ближайшие бумаги в качестве подушки. Хашвальт сам от себя не ожидал, что вместо того, чтобы разбудить, неслышно положит на свободный край стола принесённые документы и выйдет, тихо прикрыв за собой дверь. В любом случае, упорство и старание заслуживало хотя бы немного уважения. Так что Юграм даже приложил некоторые усилия, чтобы постараться принять уже неизменный факт — этот совсем ещё юный Куросаки всё же новый Император, которого наследником признал сам Его Величество Яхве. Воле прошлого Императора необходимо было подчиниться. И так смириться с положением дел стало несколько проще. Как-то и нахождение рядом с новым Императором, и обращение к нему по титулу постепенно превращалось в привычку. Куросаки на тихое присутствие лишь иногда практически незаметно передёргивал плечами да сохранял некоторую настороженность, но не отсылал, хотя вполне мог, как и приказать держаться на расстоянии. — Юграм, скажи, — Куросаки уже некоторое время сидел в задумчивости и, начав фразу, всё же несколько секунд колебался, прежде чем продолжить, — влияет ли присутствие более сильного квинси на тех, кто слабее, положительно? — Подобный эффект замечен не был, — немного подумав, ответил и проявил интерес под привычной маской внешнего спокойствия, — Почему вас это интересует? — Моя сила спровоцировала развитие способностей моих друзей в измерении живых, и я точно знаю, что это не имеет отношения к синигами или пустым, — кратко пояснил, возвращаясь к работе, словно это не сильно его интересовало. — Но раз и у вас это не встречается, то ладно. Не бери в голову. Юграм замер, ещё раз прокручивая в голове столь небрежно брошенное признание о редкой, практически не встречающейся способности. Раньше квинси, способные усиливать других, появлялись раз в двести лет, но со временем это происходило всё реже. Возможно, потому, что по незнанию истины от них избавлялись, считая неполноценными… Возможно, ещё по какой-то причине. И вот уже более тысячи лет они не рождались. По крайней мере, Хашвальт был в этом уверен до сегодняшнего дня. Но… выходит, что он ошибался. И тогда… тогда всё становилось несколько понятнее. Его Величество Яхве ведь вполне мог распознать эту особенность. Как тогда, более тысячи лет назад Он увидел это в самом Юграме. — Подобное встречается, но крайне редко. Мало кто сейчас знает об этом, — и во времена детства-юности Хашвальта об этом знали далеко не все, а уж сейчас и подавно, так что стоило рассказать. — Раньше считалось, что квинси, способные отдавать частицу своей силы и даже в некоторых случаях души, рождаются раз в двести лет. — О. Это несколько неожиданно, — на этот раз не скрывал интерес. — Но почему немногие знают? — За последнее тысячелетие не было ни одного квинси с подобной способностью, — спокойно ответил. — Как я теперь понимаю, кроме вас. Но, даже охватывая и более ранние времена, я не знаю никого, кроме Его Величества Яхве и себя, кто обладал бы ею. Вероятно, из-за того, что редко когда подобный квинси доживал до сознательного возраста. — Вот как… — неподдельно задумался Куросаки. А Юграм поймал себя на мысли, что теперь понял, что именно такого нашёл в нём Его Величество, чтобы назначить наследником. Осталось только приучить себя действительно воспринимать Куросаки Императором…