Часть 28
4 марта 2014 г., 12:19
***
Рука Тома покоилась на плече Билла. Периодически длинные пальцы нежно гладили оголенную кожу, и она тут же покрывалась мурашками. Парни лежали на большой кровати и смотрели какой-то старый фильм.
- Том… - нерешительно начал Билл.
- Ммм? – отозвался Том.
- Ты любишь меня?
В ответ Билл услышал лишь пугающую тишину. Он почувствовал, как напрягся Том.
- Что вдруг за вопросы? – холодно спросил вампир.
- Я просто хочу знать, - ровно и без какого-либо испуга ответил Билл и, приподнявшись на локтях, заглянул в потемневшие глаза. Они всегда темнели, когда их обладатель злился.
- Целый год ты не спрашивал, а теперь вдруг захотел узнать? – оскалился Том и поднялся с кровати.
- А что в этом плохого?
- А что в этом хорошего?
- Мне станет легче.
- Впервые слышу, что тебе трудно, - хмыкнул Том и вышел из комнаты, направившись на кухню. Он знал, что Билл последует за ним, ибо тот, как он успел узнать за прожитое вместе время, жутко приставучий.
- Да, мне трудно! Неужели тебе так тяжело признаться в своих чувствах? Ты же как никто другой знаешь, что для меня это очень важно. Каждый божий день я жду, но ты молчишь.
- О, ну прости, что я тебя разочаровываю, - безразлично бросил Том и, достав из лежавшей на столе пачки сигарету (порой, когда он нервничал или злился, то позволял себе выкурить несколько штук), закурил. Это разозлило Билла не на шутку.
- Ты… Да ты бесчувственный чурбан! – крикнул он и, развернувшись, выскочил за дверь. Но не далеко, ибо его нагнали в коридоре и, схватив за горло, не слабо приложили к стене.
- Не смей так говорить обо мне после всего, что было! – Том зло сверлил взглядом побелевшего Билла. – Я изменился ради тебя, но ты ничего не видишь.
- Пусти, мне больно… - прошептал Билл, и только сейчас Том заметил, как сильно сдавил худую шею.
- Прости, - поспешил ослабить хватку Том, а затем, приблизившись максимально, поцеловал Билла. Пылко. Настойчиво. Страстно. И Билл не смог остаться равнодушным, ибо поцелуи Тома всегда срывали напрочь крышу. От былой ярости и злости не осталось и следа. Парни сминали губы друг друга, а руки их зажили отдельной жизнью.
