Между висками

***

— Не знаю, Сара. Может, это ты объяснишь мне, в чём дело? — Я не понимаю. — Вот и я не понимаю, почему Джереми, как две капли воды, похож на Никсона. В комнате установилась гнетущая тишина. Взгляды Дерека и Майкла, полные непонимания и боли, были прикованы к Саре, которая прикусила губу и посмотрела на сына. Майкл дёрнул плечом, сбрасывая руку жены, и усмехнулся. Но усмешка эта была полна горечи, разочарования и едва сдерживаемой ярости. Неизвестно, во что бы всё это переросло, если бы в комнате не было детей. — Хотя, можешь ничего не говорить. Майкл развернулся и быстрым шагом направился к выходу. — Майкл… Сара подбежала к сыну, подхватывая его на руки. — Нам пора домой, милый. — Но, мам, мы играли. Мальчик сразу поник, оборачиваясь к Ами и Дереку. Сара надела на него куртку, схватила свою и выскочила из квартиры следом за Майклом, неся сына на руках. — Дерек? Дерек, наконец вышедший из ступора, поднял глаза — в дверях стояла Лора, в глазах которой застыли слезы. Он потёр переносицу, поднимаясь с пола. — Так и будешь молчать? Дерек прошел мимо неё, направляясь к двери, но Лора дёрнула его за плечо. — Ты пойдёшь за ней? — Нет. Мне нужно побыть одному… Извини. — Извини? Серьёзно? Это всё, что ты можешь мне сказать? Извини? Дерек захлопнул дверь, опираясь на неё. — Если тебя волнует мальчик, то нет, Лора. Я ничего не знал. — Они вместе десять лет… Я просто не могу поверить, что ты мог спать с девушкой своего друга. Только если… Дерек нервно зарылся рукой в короткие волосы, наконец выходя из своих мыслей, вопросительно посмотрел на Лору, с ресниц которой упала слезинка. Дерек давно не видел её слёз. Слишком давно. — Поэтому ты никогда не говорил, что любишь меня? Из-за неё? — Не говорил, потому что ты меньше всех заслуживаешь, чтобы тебе лгали. — Папочка, ты уходишь? Дерек присел на корточки, раскрывая объятия для девочки, что сразу же в них бросилась. Она всегда обнимала его за шею и утыкалась в неё носом. Сердце Дерека сжалось. Он отказывался признавать, что Ами ему не родная, что у него есть сын. Его сын. — Да, маленькая. Я скоро вернусь… Дерек сам не знал, когда настанет это «скоро». Он поцеловал Ами в макушку, тоже самое проделал с Лорой, стирая большими пальцами слёзы с её глаз. — Мы обязательно поговорим с тобой. Только не сейчас, ладно? Лора коротко кивнула, отстраняясь, хотя на самом деле хотелось прижаться сильнее и не отпускать его. Лора понимала — как только Дерек сделает шаг за дверь, как раньше, уже не будет.

***

Майкл выскочил из подъезда, как ошпаренный, сразу же ловя такси. Куда ехать? Он не имел не малейшего понятия. Лишь бы подальше от всего этого дурдома. Он небрежного бросил таксисту: — Центральный парк. Таксист сразу уловил настроение пассажира, поэтому не стал доставать его ненужными вопросами и прочей пустой болтовнёй. Как и говорить очевидную вещь — на улице ливень. Но, раз ему так хочется промокнуть до нитки, то это его дело. Майкл расплатился с таксистом, оставив чаевые в три раза больше, чем стоила поездка. Самое последнее, о чём он сейчас мог думать — деньги. Дождь всё не унимался, но Майклу было всё равно. Никакой ливень был не страшен — он тонул в омуте своей памяти.

Шесть лет назад

Уже несколько дней Майкл не выходил из дома. Телефон валялся на тумбочке, оставленный там, когда он так и не смог дозвониться Саре. Они расстались уже две недели назад, но именно последние дни давались ему сложнее всего. Осознание того, что он всё разрушил по своей глупости, пришло не сразу. Первое время Майкл верил, что Сара забудет, простит. Но сейчас он понимал — их больше нет. Всего того, что они так упорно пытались построить год в Балтиморе и ещё три в Нью-Йорке, больше нет. Эти четыре года дались им не то чтобы легко. Нет, совсем не легко. Они были одни. Двое подростков, предоставленных сами себе. Родители простили Майкла за то, что он сорвался и уехал, разрушив их надежды, всё, что они в него вложили, только через полгода. Но гордость и желание быть независимым, жить своей жизнью оказалось сильнее, чем недостаток средств на существование. Майкл не сразу смог себе признаться в том, что так легко принял решение уехать не из-за своей девушки, а использовал её, как повод выйти из-под опеки родителей, что слишком сильно давили на него, ни во что не ставя мнение сына. В отношениях с Сарой всё тоже было непросто. Да, он был подростком, полным романтизма, считал, что, если они просто будут рядом, всё будет прекрасно. И они были рядом. Физически. Но не душой. Иногда Майклу казалось, что Сара держится с ним холодно, но он списывал всё на проблемы и на характер девушки. Майкл был уверен — Сара любит его, он любит Сару. И это главное. А остальное приложится. Годы шли, их отношения становились крепче, несмотря на то, что они никогда не были друг с другом до конца откровенны, привязанность брала верх. Дело шло к свадьбе. Майкл даже сделал Саре предложение. И что она ответила? Что ей нужно подумать. О чём тут думать, Майкл не понимал. Они встречаются уже пять лет, четыре из которых живут вместе. По сути, они уже женатая пара, не хватает только идиотского штампа в паспорте. И Сара думала. Слишком долго, чёрт бы её подрал. Она просто уходила от этого разговора, меняла тему, у неё вдруг появлялись срочные дела, место для разговора было неподходящим, и так далее и тому подобное. А потом случилось то, после чего она ушла. Случилась чёртова Кэтти, которая подкатывала к нему с самого первого курса. Он напился, сорвался, повёл себя как последний кретин. Как раз когда они трахались в туалете на вечеринке общего друга, туда пришла Сара. И, конечно же, по всем законам жанра, она их видела. Майкл никогда не сможет забыть её взгляда в тот момент. Она смотрела прямо. Ничуть не стесняясь. А потом она просто ушла. И он не видел её уже две недели. Она не брала трубку, не отвечала на смс, никто не говорил ему, где она. В университете она тоже не появлялась. Майкл полулёжа развалился на диване. Он смотрел в телевизор, даже не давая себе отчёта о том, что на экране уже больше часа крутят рекламу интернет-магазина, где продают посуду и другие принадлежности для кухни. В руках он вертел закрытую коробочку с кольцом, когда в дверь позвонили. Майкл не ждал никого, поэтому, когда звонок раздался в первый раз, он даже не собирался пойти посмотреть, потому что не был уверен, что ему не показалось. Но звонок повторился. Он отбросил коробочку на диван и пошёл открывать. — Сара? — Привет. Я войду? — Конечно. Это ведь и твоя квартира. Майкл пропустил девушку, закрывая за ней дверь. Она выглядела безучастно, так, словно она не прожила здесь три года, а впервые пришла в гости. Она осмотрелась, взляд её остановился на коробочке, лежащей на диване. Сара подошла и взяла её. Затем раскрыла и достала кольцо, несколько мгновений смотря в стену отсутствующим взглядом, она надела его на палец. — Детка, я… — Я согласна. — Что? Сара развернулась к Майклу, к которому стояла всё это время спиной, медленно покрутив рукой, демонстрируя кольцо. — Ты звал меня замуж. Я согласна. Ему бы радоваться— она согласилась, но… — Ты простила меня? — За что? Майкл подошёл ближе, беря холодные руки девушки в свои, посмотрел на кольцо. — Детка, я идиот, я знаю. Это ничего не значило… Она не смогла сказать, что она его простила. Сара не понимала, была ли она вообще на него обижена. Как она могла судить его? Она ведь первой изменила. Ещё тогда — четыре года назад. — Давай просто оставим это в прошлом. — Сара? — Да? — Почему ты вдруг передумала? Сара скомкала в руке билет из Сентфора, отправляя его в мусорное ведро. — Я просто поняла, что мы идеально подходим друг другу. Тогда Майкл не предал её словам никакого значения, но теперь, сопоставив даты с возрастом Джереми, он понял, что они значили. Она тоже изменила ему тогда. Но ведь чтобы отомстить, не обязательно было ехать в Сентфор, да? Она ведь могла переспать с кем угодно. Почему именно Никсон? В голове не прекращали роиться мысли, словно стая злобных, жалящих пчёл. Воспоминания терзали душу. Домыслы, предположения и теории взрывали мозг. Майкл понимал, что один он с этим не справится. Мелькнувшая внезапно мысль показалось самой разумной. Он поймал такси.

***

В Нью-Йорке у Дерека не было друзей. Да и если бы и были, вряд ли бы он смог им рассказать о своих терзаниях, сидя в баре за кружкой пива. Поэтому он отправился туда, где проводил много времени раньше — в автомастерскую, где когда-то подрабатывал временами. Благо, ключи у него остались. Дерек любил одиночество. Многие годы оно было его стихией. Одиночество для него одновременно было и спасением и проклятием. Он решил отвлечься от съедающих изнутри мыслей и разобраться с машиной, раз уж наведался в мастерскую — старушка давно требовала капитального ремонта. На самом деле, она больше походила на трагедию на колёсах, но несмотря на то, что денег у Дерека было вполне достаточно, особенно учитывая тот факт, что он теперь капитан полиции, он слишком прикипел к этой машине, раз к людям жизнь учила не привязываться… Хотя здесь был явный промах. Маленький, светловолосый, с до сжимающегося сердца милой улыбкой, пахнущий счастьем и спокойствием промах. Его малышка Ами. Дерек чувствовал за неё такую ответственность, какую не чувствовал ещё никогда. И до этого дня мысли о ней никогда не вызывали у него ничего, кроме радости. Сейчас же радость уступала место тревоге. — Продажные в твоём участке копы. Готовы сдать собственного капитана за сотню. Дерек сразу узнал своего гостя. Этот голос он знал с детства и ни с чем бы его не спутал. — Пришёл набить мне морду? Дерек развернулся, разводя руки в стороны, жестом говоря мол «давай, я не против, сопротивляться не буду». Напускное спокойствие сразу сошло с лица Майкла, через секунду оказавшегося возле Дерека с занесённым кулаком. Дерек был готов принять удар. На месте Майкла он бы на себе, наверное, живого места не оставил. Но кулак, в сантиметре от его лица, резко сменил траекторию, с силой врезаясь в окно на двери машины. Хруст стекла нарушил витающую в воздухе напряжённую тишину. Дерек прикрыл глаза, сжимая челюсть. Лучше бы он ударил его. Во-первых, машину было жалко, а своё лицо нет. Во-вторых, Дерек надеялся, что после этого им обоим станет легче. Ему даже захотелось первым ударить Майкла, чтобы тот ударил в ответ. — Ты всё расскажешь мне, Никсон. Дерек сел на пол, опираясь спиной на машину — все стёкла полетели в салон. Он кивнул Майклу, чтобы тот сел рядом. Он так и сделал. Они, кажется, целую вечность сидели, не двигаясь и в полной тише. — Опять не додумался пива захватить? Майкл усмехнулся вопросу Дерека. Как будто он мог думать о пиве. Но не согласиться он не мог — лишним оно бы не было. — Тут есть круглосуточный мини-маркет недалеко. У меня как раз сигарет нет. Дерек встал, доставая из машины куртку и стряхивания с неё осколки на сидение, словно так и надо, достал ключи из зажигания, взял бумажник. Дорога туда и обратно заняла не больше двадцати минут. Это были минуты абсолютного молчания, если не считать пару фраз по поводу того, какое взять пиво и сколько. Вернувшись в мастерскую, и откупорив по бутылке, они снова уселись у машины. — Ты любил её? Дерек покрутил в руке бытылку с пивом, после чего посмотрел Майклу, ожидающему ответа, в глаза. — Любил? Нет. Люблю. Майкл приподнял бутылку, как бы, чокаясь. — За любовь… Он опустошил её в пару глотков, потянувшись за второй, протянул вторую и Дереку. — Джереми… — Думаешь, знай я, что у меня есть сын, остался бы в стороне? — От того, чтобы потрахаться с моей женой, ты в стороне не остался. Как же, чёрт возьми, жестко это звучало. Жестко и паршиво. — Извинений ждёшь? — Не дождусь? Дерек покачал головой, сделав очередной глоток. — Я не знаю, когда вы поженились, Майкл. А тогда даже не знал, вместе ли вы… — Продолжай. — Это был день, когда я похоронил отца. Она пришла, когда все уже разошлись. — Чёрт, я даже не знал тогда, что твой старик умер… Отличный друг. — Хочешь посоревноваться в том, что кто лучше справился с ролью друга? — Когда это было? Какого числа? — Двадцать четвёртого августа. Майкл тихо усмехнулся. — Двадцать пятого она сказала, что согласна стать моей женой… А двадцать третьего мая у нас родился сын… Твой сын. Твою мать. Майкл вдруг рассмеялся. Громко, почти истерически. — Знаешь что я вспомнил? Я же, блять, спрашивал у тебя вечером, каково это воспитывать чужого ребёнка… С ума сойти. Кому расскажешь — не поверят. Не понимаю, как я раньше мог не видеть, что он похож на тебя. Идиот. Я же тебя с пелёнок знаю. — Что ты собираешься делать с этим? Майкл пожал плечами. — Понятия не имею. А ты? — Понятия не имею. — А Лора? Выходит, ты её не любишь? — Я и не говорил, что люблю её. Лора — самый лучший человек, из всех кого я знаю… — Но за это не любят, да? Дерек усмехнулся. — К сожалению. — Когда ты понял, что любишь Сару? Дерек пожал плечами, доставая из ящика ещё пару бутылок. — Я долго отказывался признаваться себе в этом. — А ей? — Я никогда не говорил ей. — А она тебе? — С чего бы ей говорить мне? — Это очевидно, Никсон. Сейчас я понимаю. Жаль, что раньше был слепым. И как долго вы меня за нос водили? Дерек замолчал, задумавшись. — Знаешь, Майкл… Десять лет мы все водим друг друга за нос. — Все? — Ты любишь её? — Что? — Сара. Твоя жена. Ты её любишь? Майкл не отвечал, задумавшись. — Это не тот вопрос, над которым долго думают. Если усомнился хотя бы на секунду — не любишь. Ты влюбился не в неё, а в образ, который ты себе придумал. Ты не знал её такой, какой знал я. — Она не давала полюбить себя… Я не понимал, почему она такая: холодная, отстранённая, спокойная. Знаешь, у меня ведь от неё мурашки были… У неё нет… Ответь на один вопрос. Честно. — Мне надоело врать. Да и разговор у нас, вроде как, по душам. Дерек усмехнулся, кивая на полупустой ящик с пивом. — У вас что-то было, до того как… Дерек не дал Майклу закончить, заранее понимая, что он хочет спросить. — Да. — Когда? — Это важно? — Когда, Дерек? — В тот день, когда вы уехали. — Ты любил её. Она любила тебя, я в этом уверен. Какого чёрта ты пошёл ко мне? Совесть проснулась? Совесть? Кажется, Дерек давно забыл, что значит это слово. — Я ни о чём не жалею. Ненавижу себя — да. Жалею? Нет… Я хотел уехать с ней. И уехал бы, если бы не отец, которого я нашёл без сознания. Когда узнал, что у него рак, я пришёл к тебе. Ей нужен был надёжный человек рядом. И как бы я не любил её, я понимал, что если она останется, будет только хуже. Майкл встал, открыл капот. — Что ты делаешь? — Собираюсь чинить эту колымагу, что же ещё. Дерек усмехнулся, вспоминая, что Майкл так же говорил про его старый пикап. — Расскажешь о Джереми?