всё будет, но не сразу

После такой тяжёлой поездки я очень устала, не физически, а скорее морально. Такие места точно не для меня и не для моей ещё в каких-то местах детской психики. — Скорее всего такого рода заведения открываются ночью, поэтому сейчас у нас есть пару свободных часов. Ты не обедала, а скоро пора ужинать. Предлагаю поехать в ресторан. — Хорошо, я не против. 18:00. «Los Montes de Galicia» Прошли за свободный столик рядом с окошком. Ресторан был специальный для вегетарианцев, поэтому в меню не было мяса, в основном только рыба или вообще полностью вегетарианские блюда. Заказала себе суп Качукко с рыбой и моллюсками, а также спагетти с креветками и фисташками. — Ты такая голодная, давно не видел, чтоб ты хоть что-то ела. — Есть такая пословица: «когда я ем, я — глух и нем», поэтому закрой рот, — он вздохнул от недовольства и продолжил кушать свой сибас. Посидели где-то час в ресторане, я отправила пару сообщений Блейку о том, что всё хорошо и мы выдвинулись в этот таинственный бордель. — Когда зайдём туда, то надень опять кардиган, договор? — Договор, но это только потому, что мне самой страшно, а не ты меня попросил. — Не обделайся только от страха. Вокруг было много пьяных людишек на входе стояла охрана, непонятно зачем, ведь они всех пропускали. Немного пройдя глубже по коридору стояла девушка, типо администратора или что-то в этом роде. — Доброй ночи, ребятки! У нас дресс-код, на вас не должно быть кого-то из элементов одежды. Либо джинсы или юбка, либо футболка или толстовка. — Это обязательно? — Естественно, первое и единственное правило этого заведения. Я одобрительно кивнула, хотя идея меня вообще не впечатлила, решила снять толстовку, а Пайпер избавился от футболки. На мне белое бра в сеточку и с элементами кружева (1). — Мне начинает тут нравится, вот только люди смущают,— он обхватил меня за талию и мы двинулись в сторону бара. Какой-то парень сказал, что наш Николас выйдет чуточку позже и нам придётся его подождать. Вокруг было море голых тел, никто не смущается, все ходят, как у себя дома. Куча стонов и раздвинутых ног, которые просто разъедают мои глаза и уши. Прижалась к Пайперу, обхватила его спину руками и положила свою голову ему на грудь закрыв глаза. Нет свободного места, чтоб присесть, кругом происходят оргии. — Прости меня пожалуйста, что тебе приходится наблюдать за всем эти ужасом,  — шепнул он мне на ухо. — Не извиняйся, это я тебя в это втянула. В этом помещении страшно открывать глаза, как Арон всё это терпит и до сих пор не психанул. Также я успела разглядеть какие-то БДСМ-орудия, палка к которой цепляли девушек за запястья и делали с ними, что угодно. К нам подошёл тот же парень и сказал, что Николас наверху с какой-то подругой и мы можем подняться к нему. — Там ещё хуже, да? я слышу стоны. — Я не могу оставить тебя здесь и пойти сам, с тобой что-то случиться и я себе этого не прощу. — Я блевану там, прямо на этого идиота Николаса. — Давай я возьму тебя на руки, чтоб никто не тронул,— одобрительно кивнула и он поднял меня за ягодицы, крепко обвила его шею и мы стартанули наверх, обходя всех этих ужасных людей. Чувствую, как кто-то трётся об мои ноги, об спину Арона от осознания того, где мы сейчас находимся становится пиздец, как плохо. Сколько ещё раз за сегодня мне станет плохо, интересно. Парень отпустил меня, чтоб я смогла узнать Николаса, ведь он утверждает, что никогда не видел его. Заметила парня, которому делает минет какая-то дамочка, о да это был бармен. — Не смотри, закрой глаза, — так и сделала, последовала просто за своим путеводителем на сегодняшний день. Вроде, что естественно, то не безобразно, но нет. Неправда. Абсолютная ахинея. Когда ты на виду у всех трахаешь какую-то даму, то это ни в каком глазу не естественно. Чувствую себя будто нахожусь на съемках фильма для взрослых. Арон разговаривал со всеми, а я просто молчала изредка высовываясь из-за его спины. — Бармен Николас, верно? — А, это ты из «Joy Eslava», помню тебя, ты просил сделать одной девушке приятно, — он прогнал свою подругу, которая без остановки была занята очень «важным делом», — Присаживайтесь, музыка играет и вас плохо слышно, — мой Арон сел, а я пристроилась к нему на руки, уткнувшись в плёче, даже не поднимая взгляда на этого обдолбаного бармена. — Кто тебя заставил соврать, рассказывай, кого покрываешь. — Ты меня заставил, перестань врать. — Блять, кто, ещё раз повторюсь. — Идём со мной, посмотрим сохранённые камеры наблюдения, раз такой агрессивный. Опять встаём, опять куда-то идём. Вся на нервах и не чувствую ног, если бы не мой молодой человек, то я бы точно где-то уже свалилась и меня бы затоптали, а то хуже изнасиловали. Мы зашли в тихую комнату, где собственно и был ноутбук Николаса. — Твоя барышня так и будет шугаться от всего, что движется? — Какая разница, ей неприятна обстановка. Показывай, не переводи тему. — Ой, никогда порно не смотрела, что ли,  — он рассмеялся и толкнул меня по плечу, после чего Арон схватил его и прижал к стене. — Сейчас же показывай видео, а то останешься без своего главного достоинства. Пока тот искал папку на ноутбуке, то я увидела на маленьком диванчике довольно-таки знакомую куртку и рюкзак, не могу вспомнить у кого я могла увидеть это сочетание. Меня отвлекли от раздумий, и показали ещё раз видео. — Смотрите, тут отчётливо видно, что это ты Пайпер. Видимо ты знал, что именно в том месте есть камера, поэтому и не поворачивался лицом. Вот красная машина с твоими же номерами, абсолютно такая же. Последние — это запись нашего разговора, голос такой, как у тебя. Плохо слышно, потому что играет музыка. Ты описал мне, как она будет выглядеть точь в точь: от причёски с макияжем до носков под обувью. Все доказательства на лицо, Лерочка, а теперь попрошу покинуть эту комнату и больше меня не искать. Я схватила свой свитер и кардиган, выбежала к машине. Услышала только удар, видимо Пайпер ему всё-таки врезал. Надела свитер и ждала его вся в слезах, я могу всё кинуть и убежать домой сама, но я не в состоянии, поэтому придётся, чтоб он меня подвёз. Арон сел в машину и уставился на меня, он заглядывал мне прямо в душу от чего становилось немного не по себе. Глубокий вдох — выдох и я начинаю: — Спасибо, что был рядом сегодня, мне приятна твоя поддержка. Спасибо, что не дал меня в обиду. Благодаря тебе я сегодня цела и невредима. Спасибо за моменты, которые нас связывают и плохие, и хорошие, — Арон усердно пытается меня перебить, — Нет, сейчас слово за мной. Я тебя люблю, ты первый человек, которому я открыла своё сердце и не жалею об этом до сих пор,  — слёзы снова льются по моим щекам, а он снова их вытирает, — Не знаю за что ты так со мной, что я тебе сделала, что ты попросил меня накачать наркотиками. В общем, это не имеет никакого смысла, мне неинтересны твои оправдания, знаю, что будешь продолжать всё отрицать. Не знаю, что ещё можно сказать. Так, как я полюбила тебя, то уже не полюблю никого на этой грёбаной планете и от этого мне ещё сложнее. На этом всё, наша история заканчивается в этом ужасном районе. У меня будет к тебе одна просьба напоследок, отвези меня по этому адресу,— я указала на экран телефона. — Мне до глубины души обидно, что ты поверила каким-то обдолбаным наркоманам, а не родному человеку, но это твой выбор. Не сегодня, может завтра ты одумаешься, но будет поздно. Мне сложно описать свои чувства, проще обойти пешком всю Испанию, чем описать всё, что я чувствую к тебе. Сложно описать, что сейчас стоит огромным комом в горле. Если в этом мире есть хоть какая-то справедливость, то я попрошу Бога, чтоб твоё сердце осталось верным мне. Может через год или два, мы встретимся ещё раз и вспомним всё это с улыбкой на лице, но это уже совсем другая история. Спасибо тебе, любимая. Не плачь, я весь такой подлый, просто не достоин этого,— он чмокнул меня в губы и мы поехали в полной тишине обратно в центр Мадрида, я к Блейку, а он к себе домой. Вся слезах, смотрю на него, а на нём нет лица, просто ни одной эмоции. Мы похоронили нас, поэтом так грустно. Всё пройдёт, мы остынем и будем счастливы, но уже не друг с другом. — Я бредил тобой каждое утро, каждый мой сон посвящён тебе, если бы то только смогла мне поверить, — мы наклонились друг к другу, нашли лбы соприкоснулись и мы просто наслаждались тишиной, последними секундами вместе. — Пока, — я оставляю кардиган, своё сердце, свою душу и выхожу с машины. Меня ждёт Блейк и лучшая жизнь, но без этого парня из красной Ferrari.