День влюбленных

«Да что же это такое, в конце концов!» Женщина ворочается на кровати и никак не может уснуть. Вот угораздило же её проснуться ночью и услышать под окном крики и дикий ор пьяной компании подростков. После нескольких безуспешных попыток уснуть капитан Власова раздраженно скидывает с себя одеяло, подходит к окну, оценивающе взглянув на пьяных беспредельщиков, и боевой походкой собирается пойти и разогнать малолетних нарушителей её спокойствия. На пороге квартиры останавливается и понимает, что неплохо бы одеться менее… эротично. Быстро натянув спортивный костюм, женщина, пылая от ярости, спускается к подъезду, где курила и распивала алкоголь стайка местных мальчишек. Едва Власова выходит на улицу, как ее ноздри забивает противный запах дешевых сигарет. — Курим? — она кивает им. Один, вызывающе оценив Риту, отвечает: — Ну, курим! И че? — Значит так, — Рита устремляет на них свой пронизывающий взор, — кто из вас хочет детей? Подростки впадают в ступор, перебрасываясь беглыми взглядами и пытаясь понять, кто сейчас пьян: они и она. — Ну я, — неуверенно отвечает один. — Пошли, — властно говорит Рита, заставляя его вздрогнуть. — Моих ты уже разбудил. Будешь их успокаивать и спать укладывать, вот заодно и попробуешь себя в роли отца. Её глаза серьезны, сверкают решительным огнем. Компашка, дружно переглянувшись, виновато смотрит на сердитую Власову. — Простите нас, пожалуйста, — произносит "несостоявшийся отец". — Мы уже уходим. — Надеюсь. В дурном настроении Власова возвращается в квартиру. Времени почти час ночи, черт, такой сон нарушили! Она падает обратно на кровать, укрывается одеялом, закрывает глаза, чувствуя, как сон постепенно одолевает её и… — Толькооо… рюмка воооодки на столееее… — заунывный голос за окном выражает всю вселенскую боль алкашей о невозможности опохмела после качественной попойки. — Убью, — рычит Власова, повторяя все махинации со спортивным костюмом и вылетая на улицу. На этот раз врать алкашу про детей не приходится. Тот, едва замечает разъяренную женщину, в рыцарском стиле спешит исполнить корявый поклон и принести ей извинения, а потом увернуться от брошенной в его сторону бутылки, которую Власова находит на той же скамейке, и на этот раз разразиться нецензурной бранью про её воспитание. Рита же подкрепляет его убеждения нелитературными фразочками, после чего возвращается в квартиру и, уже не снимая спортивного костюма, забирается под одеяло. И как только она закрывает глаза, как… — Пацаныыы, я вас так люблю, — пьяный нетвердый голос окончательно доводит Власову до состояния истерии. Она хватает в руки телефон. — Алло, — слышится сонный голос с того конца провода. — Данилов? Спишь? — Сплю. Рит, что случилось? У нас труп? — Скоро будет, если ты мне не поможешь, — мрачно обещает Власова. — Я могу приехать? Прямо сейчас? Степа обескуражен, но не подает вида. — Да, конечно. Рита немедленно выскакивает из квартиры, и бросив полный ненависти взгляд на новую компанию у подъезда, мчит к Данилову. — Ты можешь объяснить, что случилось? — в который раз спрашивает Данилов, после того, как напарница, как разъяренная фурия, влетает в его квартиру в три часа ночи. — Я просто хочу выспаться! — злобно рычит она, пугая даже Степана. — А что, дома спать уже не нравится? — Он пытается шутить, отчего ловит в свою сторону её гневный взгляд и радуется, что до рукоприкладства ещё не дошло. — Не смешно! Мне пьяные компании спать мешают! Степа слегка усмехается. — Ну тогда ложись спать здесь, — он кивает на дверь в собственную спальню. — Извини, дивана нет, продал неделю назад, а новый ещё не привезли. Рита вдруг теряется, непонимающе смотрит на него, и кажется уже готова уйти спать в машину, но Степан не дает ей этого сделать и, приобняв за плечи, ведет в свою спальню. — Я не кусаюсь, Власова. В отличие от тебя. — Камень, определенно, в её огород. Рита молча забирается под одеяло, отворачивается к стенке, чтобы не видеть Данилова и не выдать своего смущения. Едва они закрывают глаза, как под окном разворачивается настоящая катастрофа. Звон разбитого стекла, сигнализация, орущая кошка: кажется, кто-то охотился за бедным животным с бутылкой, но удар пришелся рядом с машиной отчего та заорала получше, чем динамики на рок концертах. Рита резко вскидывает голову, а Степа не может сдержать улыбки, видя её взъерошенный вид. — Да это проклятие, какое-то, — бурчит она. — Власова, ты сама не спишь, и мне решила не давать? — Степан ловко разворачивает к себе женщину, заглядывая в её злые глаза. — Я им сейчас покажу, да я им такое сделаю… — угрожающе начинает она, но замирает от того, что Данилов прикладывает палец к её губам. — Раз уж мы оба не спим, может займемся чем-нибудь? — он хищно смотрит на её тело. «Чем?» — хочет спросить Власова, но вопрос неуместен. Голодный пожирающий взгляд Данилова уже сказал всё за него, и её тело уже охотно отзывается на его желания. Стоит Степану только провести рукой по её лицу, очерчивая скулы, как она позорно сдается и непроизвольно двигается ближе к нему. Он тут же накрывает её губы в несдержанном поцелуе, а она отвечает, запуская руки ему под футболку. На Власовой всё тот же спортивный костюм, который немедленно отправляется на пол к уже сорванной одежде Данилова. Под окном помимо криков кто-то включает музыку, подключается лай собаки, но в квартире всё это заглушается стонами, криками и поскрипыванием кровати. Обоих не волнует, что за стенкой соседи, и они явно уже потревожены проявлениями несдержанной страсти. Но им всё равно, оба касаются друг друга, прижимаются ближе, увеличивая темп до невозможного, терзая губы в страстных поцелуях. С протяжным криком Рита финиширует первая, а спустя пару секунд и Данилов падает с ней рядом на подушку. Словно по волшебству под окном прекращаются песни, разборки, разговоры, и наступает долгожданная тишина. Степан прижимает к себе Риту, которая уютно устраивается у него на груди. — А я говорил тебе, что день влюбленных мы должны провести вместе, — шепчет Степа на ухо Власовой. — Только не говори, что это ты всё подстроил, — она усмехается. — Не я, — и кажется в его голосе досада, он хотел бы реализовать такой план, — но судьба всё равно нас свела, не так ли? А ты заладила «расстаемся», да «расстаемся». Власова снова хмыкает, но крепче обнимает мужское тело. — И запомни, — напоследок шепчет Данилов уже засыпающей Рите, — сколько бы ты не бегала от своих чувств, мы всё равно будем вместе...