А дальше что?

Энергии у моего симбиота имелось много, её бы хватило на сотни лет, но я не мог ею пользоваться. Я честно пытался, целыми днями, как дурак, старался направить её на восстановление энергетических каналов, но всё впустую. Она меня не слушалась. Я ничуть не огорчился. Не судьба, так не судьба. Самочувствие стремительно улучшалось и к вечеру четвёртого дня, я окончательно пришел в норму. Но всё ещё требовалось время, чтобы запустить Немезис и наконец отправиться на Колторию. Кин смиренно ждал, да и вообще стал как-то более спокойным. Его неожиданных взрывов гнева или недовольства почти не происходило. Я отметил эту странность ещё и потому что спокойнее он становился только когда находился рядом со мной. Мы так и не разговаривали. Я - потому что элементарно не хотел, он - потому что был занят помощью главе племени. Да и рано нам было разговаривать, ибо темы наших бесед в любом случае сведутся к Анку. Я постоянно ловил на себе его взгляд, но не ощущал неприязни из-за повышенного внимания. Нет, мне это даже нравилось. Нравилось, что кто-то беспокоится и думает обо мне. Я связывал свою реакцию с нехваткой этого самого внимания в далеком детстве. Ведь будучи сиротой я не получил должной заботы, никто и никогда не беспокоился как у меня дела или как я себя чувствую. А тут, Кин без особо контакта, каким-то образом умудрился на расстоянии передать…я не знаю как это назвать…теплоту что-ли. Такая теплота, кажется именно ее испытывают люди, когда сидят в кругу семьи и просто радуются, что они вместе. Мы с Кином не были семьёй, от того то и не понимал, почему же всё так. Накинув поверх палантин, я вышел из шатра и прошёл вдоль поселения прямиком к загону с грингу. Они мне нравились тем, что напомнили земных кошек. Только грингу были большими настолько, что их использовали в качестве ездовых. Их шерсть отлично пропускала воздух, а тело имело органы, отвечающие за охлаждения. Они отлично себя чувствовали как под палящим солнцем, так и в знойные морозы. Рыжие кошачьи мордочки повернулись в мою сторону. Я приходил к ним дважды за день, подкармливал. Как ни странно, питались они исключительно водой и разными местными овощами. Как мне объяснили, рацион напрямую влияет на их настроение. Боевые грингу предпочитали мясо, а вот ездовые были заядлыми вегетарианцами. С кошаками я быстро нашёл общий язык. Без опаски чесал им за ушком и гладил по голове. Они были настолько же ласковыми как и обычные кошки, разве что мурчали куда громче. Будто рядом трактор завели. – Ты им нравишься. - заметила молодая девушка, чья чешуйчатая кожа меня даже не удивила. Ронки каждый вечер приходила кормить гринку и мы часто здесь видели друг друга. – Они мне тоже. Она улыбнулась, обнажив идеальные белые зубы с довольно острыми клыками. Миленько. – Их завтра утром повезут на базар, так что попрощайся. - Ронки поспешила добавить завидев мой непонимающий взгляд. - Мы выкупаем молодых грингу каждый сезон и выращиваем. Потом продаем и покупаем новых. Взрослыми они стоят намного больше. Так что подобная торговля выгодна для племени. – Ааа… - понимающе протянул я и с грустью посмотрел в зеленые глаза подошедшей огромной кошки. Она облизнув мою руку своим шершавым языком прося тем самым погладить её, что я и сделал. - А что там ещё на базаре продают? – Да всякое. Продукты, технику, даже рабов. Последнее слегка ошарашило. – Рабов? Ронки вздохнула. – Да, на Леори существует легальное рабство. Но рабом можно стать только по своей воле. – Кто вообще захочет становиться рабом? Это же дико. - такой расклад дел возмущал. Ну реально, кто в здравом уме согласиться стать рабом? – Как бы тебе объяснить…- она вылила ведро воды в бадью. -...здесь рабство скорее как вид работы. Рабы получают права жить в доме хозяина и жить за его счёт, но в обмен обязаны беспрекословно ему подчиняться и работать на него. Всё не так ужасно, как тебе могло показаться. Для некоторых, добровольное рабство - это единственный путь для выживания. – Звучит так себе… Ронки налила ещё воды и уже хотела пойти обратно, но напоследок добавила: – Если будет желание, можешь завтра пойти на базар с остальными. Там ты убедишься, что рабство на Леоре отличается от всего, что ты когда-либо видел. – Меня одного туда не отпустят. Не то чтобы я боялся, просто это было правдой. – Твоя пара отправится вместе с караваном, думаю он будет совсем не против, если поедешь и ты. Я ничего не ответил. Пара? Она имела ввиду Кина? *** Возможность увидеть планету и её быт оказалась слишком заманчивой. Взяли меня с собой, конечно, не очень охотно, но протестовать не стали. Выдали самого маленького ездового гринку и попросили не отсвечивать, да и вообще под ногами не мешаться. Из всей команды корабля поехали я, Кин и Сура. Так себе компания. От того болтать пришлось с жителями племени. Поначалу беседовали они неохотно, но потом...потом даже не заметили как наступил вечер. Мы остановились на ночлег, и я наконец понял, что из себя представляют походы. Вроде бы просто ехал верхом, накрытый с ног до головы лёгкими тканями, чтобы не сгореть, а ощущение такое словно пешком бежал всё это время. Очень устал, так что отрубился перед ужином как только голова опустилась на жёсткую подушку. Хотя, перед тем как закрыть глаза я почему-то вспомнил фразу одного из сопровождающих. «Мы ориентируемся по звездам, когда техника начинает сбоить. А такое бывает часто. Абсолютно всем нам, начиная с раннего возраста, говорят одно и тоже. Что уходя в дальние путешествия, всегда есть вероятность заблудиться. Но не стоит пугаться, ведь Венок Богини Матери, сияющий в небе, всегда укажет верный путь.» Он не обманул. Восемь звёзд, в виде кольца, сияли в тёмном небе именно в той стороне откуда мы шли. Общий базар племён, обитающих в пустынной части планеты, был огромен. Маленькие торговые палатки, зазывалы демонстрирующие товар и куча народу. У меня глаза разбегались от обилия ярких красок и блеска. Я шёл рядом с Кином, как бы мне не хотелось, но с ним всё-таки безопаснее. Особенно учитывая, что я клон, коих продавали и здесь. Вон, стоят как на витрине в конце площади, светят своими телесами одетые в короткие шортики и топики. Многие, завидев на нас одинаковые серебряные ленты, начинали тихо перешептываться. Я пытался всячески не обращать на это внимание, но терпение моё не железное. Не люблю, когда меня обсуждают у меня же за спиной. Накрыл шарфом шею и поймал многозначительный взгляд колторианца. – Что? - язвительно спросил я. По глазам вижу, что его задел факт того, что я скрыл Анку. – Ничего. - также язвительно ответил он и отвернулся. - Если что-то понравится, то скажи, я оплачу. «– Не нужны мне твои подачки.» - подумал, а потом вспомнил, что у меня за душой ни гроша. А раз так, он сам это сказал, за язык никто не тянул. Чем я, собственно, с превеликим удовольствием, воспользовался. Набрал побольше всякой одежды, её мне катастрофически не хватало. В моём распоряжении были лишь чёртовы комбинезоны технического персонала, и те шмотки, в которых я попал в «обезьянник». Кошмар стилиста, ей богу. Это я ещё молчу про обувь и личные вещи. Второго у меня нет от слова «совсем». Никаких книг, сувенирчиков или предметов хобби. Ни-че-го. Барсик помог понабрать разного хлама. Он уверенно руководил при выборе, и только когда Сура громко матюкнулся нагруженный покупками, дроид хихикнув, сжалился над ним. Как потом выяснилось, мы провозились настолько долго, что торговцы племени успели не только распродать гринку, но и купить новых. Более на базаре ничего не держало, и мы пошли к, заранее заведенным в стойло, верным скакунам. – А где Кин? - поинтересовался, поняв, что его нет. Он же был рядом минуту назад. Не знаю из-за чего, но я забеспокоился. Сура огляделся по сторонам и спросил у одного из сопровождающих, не видел ли тот колторианца, но мужчина-змея отрицательно покачал головой. – Куда он делся? - спросил ещё раз. Внутри что-то копошилось, что-то предательски похожее на страх. Я сам не ожидал от себя такого. Неимоверно медленными, но уверенными шагами, подступала банальная, твою мать, истерика. Наверное, всё из-за того, что я тупо привык, что он всегда крутится где-то рядом. Да, я просто привык. – Наверняка, пошёл купить что-то для корабля. Майя, вроде бы, просила посмотреть чипы для шифратора двигателя. - Сура видимо заметил мою нервозность. Подошёл и похлопал по плечу. - Ты это…дыши… Точно, аж дыхание перехватило…совсем на меня не похоже. Что за чертовщина? Только не говорите, что это всё Анку. Блять. Я реально не хочу быть один, я хочу чтобы он был рядом! Хочу, чтобы стоял возле меня! Пусть не разговаривает, пусть ругается… – Где он? - я заплакал. Заплакал как маленький ребёнок потерявший маму. Разница лишь в том, что я потерял Кина. Похуй на покупки, на наши распри, на то, что он поступил гадко и неправильно. – Ты чего? - Сура застыл как вкопанный, не зная, что ему делать. А я всё стоял и ждал, вытирал рукавами влагу на щеках и не верил, что это происходит. Происходит то, чего так боялся, что так отчаянно не признавал. Показалось, что все звуки вокруг стихли. Вновь остались я и одиночество. Которое, ошибочно полагал, что оставил в прошлом. Накатившую истерика отступила лишь тогда, когда кто-то крепко, по отечески, обнял и прижал к себе. – Тише...всё хорошо, я здесь. - знакомый голос с хрипотцой мгновенно успокоил разбушевавшийся океан эмоций. – Больше так не делай. - вздохнул поглубже запах дерева исходящий от одежды колторианца. Мысли вернулись в прежнее состояние, и я представил, как выгляжу со стороны. Как уткнулся заплаканным лицом в его грудь и позволяю гладить себя по волосам. Боже, да что со мной? – Идиот. - вырвался из его объятий и зашагал к стойлу, находящемуся в начале базара. - Какой же ты идиот… Я не знал точно, к нему обращаюсь или к себе. *** По дороге обратно, Кин ещё несколько раз подъезжал ко мне, интересовался о состоянии и извинялся. Анку действовал на меня намного сильнее, чем на него. Даже мысль о нашем расставании вызывала тупую боль. Так глупо. Мне было стыдно за случившееся на базаре, а он только и делал, что напоминал об этом. Отошёл купить чипы, а дурачок Димка уже ноет. Ну не смешно ли? А не смешно! Грустно…очень… А когда пришло время привала, стал прятаться от него. Максимально избегал и игнорировал. Я не готов быть к кому-то настолько привязанным. Ибо привык быть один, привык, что мне никто не нужен, что и я сам никому не нужен. На пути нам встретился ещё один караван. Судя по реакции племени, они не горели желания путешествовать вместе. Но против совместной ночёвки никто не возражал. Развели общий костёр, приготовили ужин, да поболтали. Всё было нормально, но нутро подсказывало, что что-то не так. Ребятки в черных робах были не просто торговцами. Что подтверждало наличие боевых грингу и оружия. Наши сопровождающие сразу предупредили быть с ними осторожнее. Ведь чёрный цвет, по поверьям жителей Леоры, означал…Бездну. И чёрные одеяния, в свою очередь, носили исключительно жрецы поклонявшиеся Бездне. Они не признавали тех, кто не признавал их веру. Однако, были не агрессивны, если не напасть первым. Один из жрецов неодобрительно хмыкнул, когда я снял шарф, сидя у костра. Он смотрел на мою шею так, будто хотел перерезать её. Всё внутри похолодело от его взгляда. А при появление Кина, он хмыкнул во второй раз.