Джинн

Утром Дерек как всегда вышел на пробежку ещё до рассвета. Он ежедневно обходил всю территорию, которая издавна принадлежала его семье. Находиться в Бикон-Хиллс было немного странно, больно, но все же правильно. На этих землях была похоронена вся его семья – его предки, родители, братья и сестры, дяди и тети, погибшие от рук охотников. Спаслись только он, Лора и Питер, последний до сих пор находился в больнице в состоянии полуовоща. Ему повезло меньше всех. Лора после смерти их матери приняла ее силу и стала альфой. Хоть её и готовили к этому с юных лет, но из-за произошедшей трагедии ей не хватало опыта, чтобы справляться со своей силой. Сначала они с Дереком пробовали решить проблему самостоятельно, но у них ничего не выходило. Каждое полнолуние Лора пыталась убежать, чтобы найти себе новых бет для их маленькой стаи. И в последний раз ей это удалось: она укусила подростка, на которого случайно наткнулась ночью в лесу. Им оказался пятнадцатилетний Скотт МакКолл. Сначала тот был испуган произошедшим, потом пришел в ярость, но со временем смирился и принял плюсы жизни оборотня. Он научился контролировать себя в отличие от Лоры. Ей становилось все сложнее и сложнее сдерживать свою суть. Теперь, спустя четыре года, все изменилось. Лора выросла. Тренировки со старой альфой Сатоми помогли ей, но она так и не вернулась в Бикон-Хиллс. Лора создала свою стаю, а позже и семью, Дерек же вернулся в свой родной город. Он заботился о Питере, лежавшем в коме, помогал Скотту, который сам стал истинным альфой и завел собственных бет. Но Дерек так и не стал частью ни одной из стай. Неспешно бегая по дорожкам заповедника и размышляя, он добрался до своего старого дома. А точнее, того, что от него осталось. Дерек не стал восстанавливать его, предпочитая жить в новом лофте неподалеку от больницы. Осматривая руины, он внезапно услышал жуткий звон, резанувший по его слуху. Обходя кругом дом, он принялся искать, откуда тот мог бы исходить. На заднем дворе нашелся большой приметный валун с рисунком трискелиона – как вспомнил Дерек, таким способом в его семье отмечали тайники. Приложив когти в правильных точках на потайном замке, он прокрутил его верхнюю часть по часовой стрелке, и в камне перед ним открылась ниша. К его удивлению, хранилище оказалось весьма маленьким, но в нем стояла какая-то ваза. Хотя нет, постойте-ка. Это не ваза. Лампа. Серьезно. Лампа, как в древних сказках о джиннах. Если она была так надежно спрятана, то явно имела ценность для семейства Хейлов, поэтому Дерек решил забрать её домой, а там уже разобраться. Идя к дому, он слушал исходящий от лампы негромкий гул. Кое-как пробравшись внутрь, Дерек поставил лампу на покрытый пылью кухонный стол и начал разглядывать находку. На ней было что-то написано мелким шрифтом, но сама надпись была нечитаемой. Он огляделся вокруг в поисках того, чем бы можно было протереть лампу, покрывшуюся слоем за то время, что она лежала в тайнике. Не найдя ничего лучше, чем край своей майки, Дерек аккуратно взял её в руки и начал вытирать тусклый бочок. Вдруг из ее носика повалил густой серый дым, а шум, наоборот, прекратился. Дым постепенно приобрёл очертания человека, и он от неожиданности поставил лампу обратно на стол. А напротив него уже стоял парень, на вид лет девятнадцати-двадцати. — Ты... Ты кто?! — спросил Дерек. — И откуда взялся в моем доме? Ты в курсе, что это, вообще-то, частная собственность?! — Я — твой личный джинн, — ответил парень с ехидной улыбкой. — Мой кто?! Парень, ты из дома Эха сбежал, что ли? — недоверчиво переспросил Дерек, хотя сам уже подозревал, что парень не врет. — Да нет же, Хмуробровик, я джинн. И пока ты не загадаешь три желания, я никуда не денусь от тебя. Но я бы предпочел, чтобы ты помедлил. Подумал. Я очень давно не жил среди людей, а они такие интересные, сам понимаешь... Ой. Что-то я не о том. Так как вас величать, мой господин? Надеюсь, ты не будешь слишком формальным! — парень тараторил без умолку. А Дерек стоял как вкопанный и не представлял, как все это переварить. — Так как тебя величать? — снова спросил джинн. — Я Дерек Хейл. Но ты можешь называть меня просто Дерек. — О, хорошо, Дерек. Меня зовут Мечислав, но можно язык стереть, выговаривая его каждый раз, так что зови меня Стайлзом, кроме тех случаев, когда захочешь что-то пожелать. *** — Какие желания? — продолжал тормозить Дерек. — Как какие? Ты что, о джиннах никогда не слышал? Раз уж ты нашел мою лампу, то у тебя есть три желания. Чтобы я их выполнил, надо сказать «Мечислав, я желаю...», а дальше я все выполню, — не успел он толком объяснить, как Дерек без промедления сказал: — Мечислав, я желаю, чтобы моя семья была жива! — полукриком-полурыком озвучил он желание. — О всевышний, я этого не могу. Дай расскажу правила, ты не дослушал! — вздохнул джинн. — Меня больше ничего интересует,— уже без эмоций перебил его Дерек. — Слушай, есть несколько правил. Первое — нельзя оживлять мертвых. Второе — нельзя менять историю и события, которые уже произошли. Третье — нельзя желать смерти. Четвертое — нельзя желать любви. А также желать бессмертия и дополнительных желаний. Остальные пути открыты, — перечислил Стайлз. — Стой, а можно исцелить людей?! — вспомнил Дерек про Питера. — Можно. — Тогда, Мечислав, я желаю, чтобы мой дядя Питер вылечился, — пожелал оборотень. — Сделано, повелитель Дерек, — отозвался джинн и щелкнул пальцами. И через три минуты, показавшихся Хейлу бесконечностью, ему позвонили из больницы с новостью, что его дядя очнулся и чудесным образом начал исцеляться. Дерек был вне себя от счастья, хоть и не хотел этого показывать, но это ли не повод радоваться, которого он так долго ждал? Он представлял себе, как расскажет великолепную новость Лоре, как она обрадуется, надеясь, что они оба наконец присоединятся к её стае. Но нет. Он, конечно, хотел быть с семьей, помогать Лоре с детьми и стаей, но все же не мог покинуть Бикон-Хиллс. Дерек чувствовал, что в этом городе для него еще не все закончено. Он вынырнул из своих мыслей, когда парень защелкал пальцами у него перед лицом. Дерек перепуганно посмотрел на его руки. — Не бойся, оно действует только тогда, когда ты что-то желаешь. А так я не могу пользоваться магией, — успокоил джинн. — Ну, что тебе сказали по этой коробке? — Что ты всё сделал, как я пожелал, — ответил Дерек, а потом понял, что даже не сказал «спасибо» Стайлзу. — И, кстати, спасибо. Как я могу отблагодарить тебя? — Ну, это моя обязанность — выполнять твои желания. Но это здорово, что хоть кто-то додумался поблагодарить. А на самом деле помощь не помешала бы. Помоги мне узнать этот мир, пока я тут. — Договорились. *** Время шло. Дерек помогал Стайлзу адаптироваться в изменившемся мире. Поначалу для него все вокруг казалось странным, но он быстро привыкал. Когда Стайлз первый раз переоделся, то не знал, что чувствовать. Спортивные штаны, отданные ему Дереком, оказались немного великоваты, но были восхитительными, как и чёрная майка. А когда он прошелся по магазинам, то ощутил себя султаном из старой эпохи. Как-то он прислуживал такому, и тот никак не мог придумать адекватные желания: то хотел кого-то убить, то хотел всех женщин на свете, хоть и имел гарем из более чем семидесяти женщин. Как же он злил Стайлза! Да и другие были не лучше. Все они тратили свои желания на мелочи. Один пожелал, чтобы у него было два члена — и, спрашивается, на какой ему черт сдался второй? Так как он не уточнил подробности, Стайлз сыграл с ним злую шутку, и второй агрегат оказался на лбу. Он же не говорил, куда его впихнуть, а Стайлз часто так развлекался. Что поделать, издержки профессии! Но желание Дерека было искренним, не корыстным, если бы Стайлз мог, он бы выполнил и то, о чем его в первую очередь попросили, но он знал, что это невозможно. Как только он изучил новый мир, то тут же взялся за переделку своей лампы в дом. Весь прикол состоял в том, что, когда джинн попадал в свою лампу, он не превращался в дым — для этого ему пришлось бы использовать трансформацию. На самом деле он попадал в своеобразную карманную вселенную, но использовать подобную магию мог только для себя. Например, наколдовать себе кровать. Или одежду. Но вынести оттуда почти ничего нельзя. Ведь даже маленькая частица волшебства могла пошатнуть баланс реальности. Ему нравился двадцать первый век. Все казалось таким интересным и странным. Он пристрастился к музыке и чтению книг. Начал осваивать интернет. В один прекрасный день, когда он снова что-то менял в своей лампе, Дерек вытянул его оттуда без предупреждения, что бывало крайне редко. Когда Стайлз явился, то увидел, что находится в одной из комнат лофта на втором этаже — и она обустроена для него. Везде лежали книги, которые он планировал прочитать. Новенький компьютер, возле него планшет и телефон. — Решил, что тебе так будет легче освоиться и ты сможешь меньше сидеть в своей лампе. Если, конечно, пожелаешь, — объяснил Дерек. Он знал этого парня всего пару дней (а точнее, десять), но чувствовал к нему какую-то непонятную тягу. Ему и его волку хотелось схватить Стайлза в охапку и спрятать, защитить. Дерек был в растерянности от этих чувств, после того, как Пейдж ушла из его жизни, он больше не чувствовал подобного. — Да-а-а? Чувак, это прекрасно! То есть, прости, Дерек. Я, наверное, нахватался слов из сериалов. - Всё хорошо, Стайлз. – успокоил его Дерек. И, подумав, спросил. - Ты будешь обедать? Я собираюсь заказать еды. И если ты хочешь, то я.. - Да, я буду, спасибо Дерек кивнул и вышел из комнаты. Почему-то при всем этом, он чувствовал себя не в своей тарелке. *** Спустившись вниз, он хотел заказать пиццу, но подумал и решил сделать все сам. Когда-то он любил готовить – Дерек всегда помогал маме с этим. У них была просто огромная стая, и каждые выходные они все собирались у них дома, как и в тот злополучный день. Но Дерека тогда не было рядом, он общался с Лорой. Он хотел поговорить и разобраться в его чувствах к Кейт. Какой же он был глупый. Хейл бы предпочёл умереть с семьёй, которая перестала существовать по его вине. Только Лора спаслась, и ради этого стоило продолжать жить. И так, провалившись в раздумья о прошлом, он успел приготовил тесто. Доставая из холодильника все, что пригодилось бы для начинки, точнее, все, что можно было для этого использовать, он и не заметил, как спустился Стайз . -Что ты делаешь? - недоумевающе спросил он. - В пиццерии заболел курьер, и я решил сам её приготовить. - соврал Дерек, понадеявшись, что сам джинн не догадается о его маленькой лжи. Хоть и джинн был новичком в этом мире, он прекрасно все понял и, подумав, решил не расспрашивать хозяина. Тот ведь и так был самым лучшим по сравнению с другими господами. Все гнали его назад в лампу, вызывая только по надобности, заставляли звать их господин или хозяин, или как-то ещё в таком духе. А этот оборотень был другим. Он пожелал лишь одно, и его желание никак не было связано с его личным интересом. Ещё никто и никогда не просил у него здоровья не для себя, а для близкого. Стайлз надеялся, что ему просто не попадались хорошие люди. До этого раза. Для него встреча с Дереком стала чем-то очень-очень хорошим в жизни, хоть и был хмурый и пытался показаться злым. Пройдя на кухню он спросил: - Может, тебе помочь? Я люблю готовить, правда, не такие блюда, но я жил столетиями в лампе и коротал время за готовкой. - - Помоги нарезать все для начинки, а я пока займусь соусом, - скомандовал Дерек, ухватившись за предложение. - Да, конечно, - радостно согласился Стайлз. - Дерек, а ты бы не мог, ну, включить какую-нибудь музыку, если ты не против? - Без проблем! – кивнул тот. Дерек вышел из кухни и направился к себе в комнату, чтобы отыскать мр3-плеер, доставшийся ему от Лоры. Спустившись вниз, он включил музыку и вернулся к готовке. А Стайлз тем временем включился в работу, умело шинкуя грибы тонкими пластинами и мурлыча под нос мотив песни. Потом на плеере включилась любимая песня Лоры: Rag'n'Bone Man "Human". Дерек вспомнил, как Лора пела её сутками и твердила ему, что хоть они и оборотни, но все равно люди.