Лучшая история любви

      – Флоран, вы так ловко уклоняетесь от участия в эксперименте! – воскликнул Жан-Луи, сообразив в который-то из дней, что у собственного помощника он забор материала пока не произвел.       – Ну что вы, мсье Гренель. Я все время здесь! Вы же видите, что я вам даже помогаю, – вежливо улыбнулся Саваж. Он и в самом деле мыл использованные емкости.       – Так, мсье, – парфюмер добавил строгости в голос, – прошу вас за ширму.       Флоран медленно протер пробирку, низко опустив голову. Пряди белокурых волос, выбившиеся из хвоста, занавесили лицо. Гренель нетерпеливо притопнул ногой. Флоран бросил полотенце, задрал подбородок и прошел к кушетке.       – Простите, я кажется потерял запись с вашими пожеланиями, – растерял всю решимость Гренель, – что вы хотели бы услышать?       – А вы как думаете? Приказной тон тут не уместен, – тихо ответил омега, – хотя у Зизи разные встречались. Некоторым нравятся команды и поводок.       – Наверное, вы хотите настоящей страсти, чтобы клочья одежды летели, чтобы поцелуи были такие кусачие, чтобы обо всем забыть, – воодушевился парфюмер.       – Идите к черту с вашими страстями! После них неделю все болит, – вскинулся Флоран. Он вылетел из каюты стремительнее ветра. Только дверь хлопнула.       – Ну вот, – удрученно вздохнул Гренель, – что я не так сказал?       На следующее утро Жан-Луи был оторван от чрезвычайно удачного опыта бесцеремонным стуком. Дверь распахнулась, вошедший капитан Морган, мрачный, словно туча, не стал дожидаться ответного «да». Парфюмер напрягся от нехорошего предчувствия и сообразил, что с палубы доносятся слишком громкие и нервные команды. И вообще, шумно.       – Нас преследует пиратское судно, мсье. Мы надеемся оторваться, но возможно все. Вы бы собрали всех своих омег сюда. Каюты ваши по центру, самое безопасное место, – отрывисто выдал капитан и удалился. Мсье Гренель совершенно искренне возмутился. Какие-то пираты смеют нарушать его просчитанный рабочий график! – Флоран, вы слышали? – воскликнул парфюмер. Его помощник был рядом, потому что двух рук в намечающемся опыте было маловато. – Конечно, Жан-Луи, я не глухой, – хмыкнул омега, – пойду, пожалуй, собирать всех. Хотя и не очень понимаю зачем. – Чтобы бояться вместе? – предположил Гренель. – Проклятие, у меня эссенция выдыхается напрасно! Он в сердцах готов был грохнуть об пол склянку с бесполезной жидкостью. Но принялся укладывать в ящики с ячейками все, стоящее на столе. Как-то пол стал казаться ненадежным, корабль раскачивался сильнее, посторонние шумы усилились. Но страха не было по-прежнему. Флоран метнулся к каюте близнецов. Они были на месте, как и всегда. Дверь, правда, открыли далеко не сразу. И бывший проститут понимающе ухмыльнулся, увидев их недовольные лица с лихорадочным румянцем. В нос шибанул такой густой аромат секса, что в штанах наметилась определенная реакция. – Велено собраться в кабинете мсье Гренеля. Быстро, приказы капитана не обсуждаются, – проговорил он скороговоркой и двинулся дальше, не слушая возражений. Спаркс и де Камбер уже и сами собирались выходить, встревоженные шумом. Шевалье, правда, был излишне агрессивен, как показалось Флорану. Поссорился с соседом? Гарри он застать не рассчитывал. Этот юный омега вел себя как альфа лет пятнадцати. Болтался на палубе, высматривая одному ему интересные вещи, расспрашивал о чем-то моряков. Те охотно отвечали, смеялись с ним. Вот и сейчас его громкие выкрики перекрывали даже команды старпома. Здоровенный бета тащил его за руку к каютам, а тот вопил, что желает посмотреть на пиратов, когда еще такой случай выпадет. – Слышь, парень, запри этого ерша колючего куда-нибудь, – рявкнул моряк, толкая Гарри в объятия Флорана, – снесут шальной пулей, или мы зашибем невзначай и не заметим.       – Да что вам, жалко? Я спрячусь в самый тихий уголок, – проныл знатный приключенец.       – Пойдем, малыш, – насмешливо проговорил Флоран.       – Я не малыш, – огрызнулся Гарри.       – А ведешь себя, как дети Этьена. Кстати, дети!       – Куда ты меня тащишь, шлюха чертова? – Гарри был недоволен.       – Куда приказали, тупой девственник, – нахмурился Флоран. Он втолкнул парня в каюту парфюмера и отправился искать детей. Стало тревожно, особенно, когда и в самом деле обнаружилась пропажа Мишеля, старшенького сына Этьена.       – Флоран, что делать? Матрос только заглянул, забыл, как звать, крикнул, чтобы собрались в центре и пираты близко. А Мишель уже шмыг и выскочил. Куда я с Эмми на руках? Запереть одного – реветь со страху будет, – с этими словами мсье Гранд пытался всучить сына Саважу и броситься на поиски сбежавшего ребенка.       – Нет, идем вместе, – Флоран шарахнулся от чести подержать малыша на руках.       И растерянный Этьен подчинился. В кабинет к парфюмеру они ввалились, оглушенные и уже испуганные криками и суетой на палубе. Паруса хлопали как-то особенно тревожно.       – Все здесь, – Жан-Луи оглядел ряды «своих» омег.       – Мишель сбежал, – тихо сказал Этьен.       – Садитесь, мсье Гранд, и успокойте лучше младшего, он сейчас разревется. Найдется ваш юный воитель, – размеренно проговорил мистер Спаркс.       – А я вообще не понимаю, чего мы тут сидим и ждем! – выкрикнул Гарри.       – Клипер – самый быстрый корабль. Мы уйдем от пиратов, – с уверенностью, которой он не испытывал, сказал Гренель.       – А если нет? – пискнул Анри-Франсуа.       – Тогда нас ждет участь худшая, чем смерть, – торжественно провозгласил Гарри. Де Камбер прикрыл лицо рукой и хрюкнул. Спаркс закатил глаза, а близнецы в ужасе приоткрыли рты.       – Не говорите глупостей, Гарри, – вздохнул Гренель, – смерть необратима. Все остальное можно пережить.       – Не бойся, мальчик, я тебя спасу, – шепнул Гарри на ухо Флоран.        – Это как?       – Спрячу тебя в сундук, – Флоран постучал по предмету мебели, на котором они сидели, – и отработаю за себя и за тебя. Нам, шлюхам, не привыкать.       Надо сказать, что Гарри хватило совести покраснеть.       В это время распахнулась дверь, и старпом с Мишелем под мышкой шагнул внутрь.       – Пусти меня, я альфа! Я буду папу защищать, – верещал Мишель.       – Вот. Держите защитничка, – добродушно улыбнулся Илайя, вручая Этьену беглеца. Мишель с деревянной сабелькой, которую ему выстрогал кто-то из матросов, встал перед отцом и маленьким братишкой, своим видом выражая решимость защитить их от всех пиратов и морских демонов вместе взятых.       – Спасибо вам, Илайя! – с душой сказал Этьен, взъерошив волосы своему суровому "защитнику".       Жан Луи показалось, или между бетой и омегой действительно проскакивали искры интереса?       - Вы знаете, как обращаться с детьми, наверняка у вас есть сыновья, - продолжил Этьен.       – Уже нет, – отрывисто сказал Илайя. – Моя семья погибла во время землетрясения десять лет назад.       – Простите… – Этьен прижал руку к губам.       Илайя кивнул головой и повернулся к дверям.       – Господин старший помощник, - шагнул к нему шевалье де Камбер, – позвольте мне помочь вам на палубе! – он распахнул полы куртки, и Гренель успел увидеть рукоятку пистолета за поясом.       Илайя остановился:       – Будет полезнее, если вы останетесь здесь, мсье. Для стрельбы на корабле нужны особые навыки.       Шевалье саркастично вздернул бровь, и тут же мимо уха старшего помощника что-то просвистело и с сочным звуком вонзилось в переборку каюты. Он обернулся. В небольшой картине с изображением девушки, несущей корзинку с яблоками, прибавилась лишняя деталь – теперь из яблок торчал метательный нож.       Илайа хмыкнул:       – Сколько?       – По два, - закатал манжету шевалье, – и по два на ногах.       – Пойдем, - кивнул Илайа.       Изящно, одним движением выдернув опасное оружие из переборки, шевалье легким шагом направился к двери, совершенно не обращая внимания на качку. У порога он обернулся, кокетливо подмигнул застывшим в изумлении омегам и закрыл дверь.       Тишину нарушил восхищенный свист Гарри. ***       Ожидание неизвестности казалось бесконечным. Жан-Луи изо всех сил давил тоскливые предчувствия и страшные картины того, что может случиться, если пиратам повезет больше, чем им. Залитая кровью палуба, изуродованные тела, а потом… Парфюмер зажмурился. Но на обратной стороне век понеслось такое тошнотворное действо, что он предпочел распахнуть глаза. Флоран бесшумно материализовался рядом, успокаивающе положил ладонь на шею сзади, помассировал ямку у основания черепа.       – Спокойно, все будет хорошо. Чувствуете, как мы набираем ход? Корабль почти не дрожит, поймали нужный ветер, – тихо говорил он. А Жан-Луи не мог даже сообразить, что сказать в ответ и как реагировать на столь странную близость. Но на душе стало и вправду легче. Вспомнилось даже, что он вроде как несет ответственность за всех этих омег, что доверились ему. Они отправились в опасный путь ради эгоистического желания некоего парфюмера стать самым желанным.       Он сморгнул неуместную влагу, окинул взглядом подопечных. Этьен был занят детьми, воркуя им какие-то сказки. Гарри и мистер Спаркс смотрели в никуда, застыв и натянув на лица маски безразличия. Зато близнецы в эмоциях отрывались за всех сразу. Анри-Франсуа усадил брата верхом себе на колени, втиснул его в себя и что-то шептал в ухо с таким свирепым выражением на лице, что становилось страшно. Видимо, они решили, что в последний час можно наплевать на условности.       Дверь каюты распахнулась. Де Камбер постоял в проеме, красуясь всем вооружением.       – А что же вы не заперлись? Меня ждали? – насмешливо сказал он, – все, отбой тревоги, оторвались и несемся даже нужным курсом на всех парусах.       – Эх, жалко! – досадливо пробормотал Гарри, – хоть бы одним глазком…       – Юноша, вам хочется острых ощущений? – холодно прищурился на него шевалье, – пойдемте со мной. Или вы боитесь?       Мгновенно вспыхнувший парнишка подскочил и ринулся на выход.       – Куда вы? – удивился Жан-Луи.       Де Камбер опять, как и совсем недавно, обернулся в дверях и лукаво подмигнул:       – Выпорю.