ПрофиТролль

Слэш
NC-17
Закончен
2083
Eo-one автор
T_Vell бета
Faeriece гамма
Пэйринг и персонажи:
Размер:
Мини, 13 страниц, 1 часть
Описание:
Таким, как Арсений, надеяться на внимание альф не стоило — зачем, если вокруг десятки и сотни стройных омег его возраста на любой вкус: и воздушные блондины, и жгучие брюнеты, и даже обласканные солнцем шатены?
Посвящение:
Людям, которые меня окружают.
Примечания автора:
Кто не любит приторно сладкий сироп - проходите мимо. Никаких интриг, страданий и вотэтоповоротов. Текст начал рождаться перед "Революцией", но тогда Керия меня победила.
Вернулась только сейчас, когда действительно захотелось передышки - и себе, и героям.

Продолжение про друга https://ficbook.net/readfic/9958987

14.10.2020 № 2 в топе «Слэш»

Обложка https://sun9-58.userapi.com/r35VTEQcia3mjjL8X9cTkCJbJiel7I6jGhd02A/R9GBDKPfW64.jpg
Работа написана по заявке:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
2083 Нравится 59 Отзывы 260 В сборник Скачать
7 октября 2020, 06:48
Настройки текста
— Кравцов, опять пошёл булки трескать? — прозвенел заглушаемый трафиком голосок Павлика за спиной. Одногруппник с лаковым рюкзачком винного цвета на спине, повиливая бёдрами, направился через дорогу — перед ним, пропуская, как раз остановилась чёрная аудюха. Поскольку отвечать было уже некому, омега толкнул идущую сначала туго, а потом плавно и легко, по инерции, тяжёлую дверь кофейни и погрузился в совершенно иную атмосферу: ворвавшийся в ноздри плотный, текучий аромат кофе мигом выбил из головы все печали, а поблёскивающая под рядом винтажных светильников витрина манила к себе разнообразием лакомств. С этого мгновения его в жизни мало что интересовало: практически ежедневно поедая любимые эклеры, креп-торты и чизкейки после универа, Арсений возвращал себе нормальное расположение духа. Как говорится: вижу цель, знаю ориентир, а всё остальное — после. Вот и сейчас он ринулся к вожделенной финишной черте, но наткнулся на непредвиденное препятствие. — Ой, простите! — пролепетал Арсений уже после того, как столкновение произошло. — Ничего страшного. Крупный альфа в образцовом деловом костюме среагировал молниеносно, начав собирать с пола расползшийся на лепестки ввиду хлипкого скоросшивателя Сенин курсач и бросившиеся врассыпную скользкие от пластика обложек тетрадки, которые тот невольно прижимал к себе в качестве импровизированного щита. Только сейчас Арсений почувствовал уверенный пряно-древесный аромат самца, который пробился сквозь пелену кофейного марева и, минуя все рецепторы в носу, проник сразу в мозг — такой типаж альф заставлял большинство омег вспоминать об основном инстинкте. Вот и у Арсения мигом подкосились ноги, и ничего, кроме блеяния, призванного заменить извинения за свою неловкость и благодарность за помощь в сборе разлетевшихся вещей, он выдать не смог. Уже позже, когда крышесносный альфа, вручив стопку учебных материалов и безразлично кивнув ему, вышел из кофейни, а Арсений заказал кусочек наисвежайшего торта «Три шоколада» и латте с коричным сиропом и осел за привычным угловым столиком в самой глубине зала, получилось собрать мысли в кучу. Животворящая ароматная сладость, смешанная с ненавязчивой терпкостью кофе, попала на язык, а потом и в желудок, примиряя Арсения с жестокой действительностью. Таким, как Арсений, надеяться на внимание альф не стоило — зачем, если вокруг десятки и сотни стройных омег его возраста на любой вкус: и воздушные блондины, и жгучие брюнеты, и даже обласканные солнцем шатены? Собственную принадлежность Арсений самостоятельно определить не мог, а другим не позволял — зализывал густые, слегка волнистые серовато-мышиные волосы в хвост и стягивал чёрной резинкой. Впрочем, комплексовал он совсем не по поводу шевелюры, ведь ни один хвалёный шампунь не создаст нужного объёма, способного скрыть круглые, как волейбольные мячики, щёки. Не помогала даже крупная грубая оправа очков, которую он носил «для красоты», то есть для маскировки. Лишний вес был настоящим проклятием, которое Арсений нёс сызмальства, постоянно страдая от издёвок и насмешек. А в довершение ко всему у омеги с началом пубертата проявился запах, главной нотой которого была ваниль — как намёк, что он постоянно поглощает сладости. Недостатки фигуры Арсений привык прятать за безразмерной одеждой, больше напоминавшей мешки для муки и сахара, которая до поры до времени помогала (во времена старшей школы вполне), но от пристального внимания омег в университете не спасла — Павлик и его изящные сотоварищи взяли за обыкновение высмеивать пухлые формы одногруппника и, естественно, никогда не забывали и про его природный аромат. Полноценной травлей назвать такое сложно, но ничего приятного в этом не было — стресс, коря себя за то, что отправился изучать маркетинг в самый омежий вуз города, Арсений заедал в кофейне со странным названием «ПрофиТролль», которая находилась по пути к остановке. До этого омега видел другие заведения сети на улицах, но не решался зайти — не знал, что кроется под готического стиля вывеской с улыбающимся человекоподобным чудиком в поварском колпаке и за густо тонированными стёклами больших окон, но на втором курсе не глядя заскочил в дверь, чтобы сбежать от колких слов и злых взглядов своих сокурсников. В тот день над ним пошутил Вадим, альфа из параллельной группы (всего на потоке их было тринадцать — чёртова дюжина): сделал комплимент, услужливо открыл дверь, заставив вдруг надеяться на первое в жизни внимание со стороны сильного пола. А потом Арсений услышал, как тот в коридоре во всю глотку ржёт над незадачливым толстым омегой вместе с Павликом, Дюшей и Тошей. Хорошо, что это произошло уже на последней паре — Арсений с горящими от обиды ушами еле высидел макроэкономику до конца, не запомнив ни единого слова из сказанного преподавателем, а потом, сопровождаемый дружным, исполненным превосходства щебетом омег, пулей вылетел из университета. Павлик с Вадимом (как выяснилось, они встречались) преследовали его до самой двери кофейни, в которую Арсений юркнул и мгновенно пропал, погрузившись в атмосферу, полную сладких соблазнов и столь гармонировавшую ароматами с его природой. С тех пор «ПрофиТролль» стала Сениным убежищем от неурядиц. Интерьер соответствовал оформлению фасада и напоминал не то декорации из «Гарри Поттера», не то описания локаций из «Тани Гроттер» — Арсений всеобщему помешательству не поддался и прочёл от силы пару книг, а фильмы посмотрел за компанию со своим другом детства, бетой по имени Михаил. Пик популярности волшебников уже, пожалуй, прошёл, уступив место новым веяниям, потому с полгода назад тролль с вывески исчез, а у некоторых кофеен появились деревянные завалинки в инстаграмном стиле, но ту, что посещал Арсений, реконструкция пока не коснулась — вероятно, из-за того, что на улице Рассветной тротуар был слишком узким. Так или иначе, на вкус и качество десертов современная мода не влияла, а в омежьем мозгу, как у собаки Павлова, чётко образовалась причинная связь между любимой кофейней и ощущением безопасности. Там иногда даже можно было полистать ленту инсты, ни от кого не таясь, облизывая ложку с подсохшим ганашем, повздыхать над стильными шмотками, которые ему никогда не подойдут, и над точёными фигурками моделей, недостижимыми идеалами, — атмосфера дарила ему спокойствие. Даже флегматичный бета Максим, почти каждый день работавший официантом и кассиром в одном лице, казалось, не осуждал Арсения, всегда услужливо предлагая новинки и, судя по комплекции, говорил об этом исключительно после личной дегустации. К сожалению, поедание тортиков стройности не способствовало, но именно в сей счастливый момент Арсения это волновало мало. Минут через сорок углеводотерапии в сочетании со слабым зарядом кофеина он пешком отправлялся домой, где погружался в аскетичную обстановку двушки, которую снимал вместе с Михаилом, проявлявшим во время семестров своё присутствие в квартире немногим более тумбочки — её Арсений не замечал, пока не запинался по пути в кухню. Земляки знали друг друга по соседним горшкам в ясельной группе, потом сидели за одной партой, вот и получать высшее образование в крупный город поехали вместе: пухлый и наивный Арсений и основательный, часто занудный, соображавший, как все беты, пусть и не очень быстро, но очень хорошо, Михаил. Вопреки общественному мнению о бетах, друг не был сухим и чёрствым — Арсений знал Михаила с другой стороны: как натуру, обожающую чтение и погружающуюся в миры, созданные писателями, до такой степени, что забывала о первичных потребностях организма. Поэтому сердобольному по природе Арсению приходилось поить и кормить увлечённого книгочея, благо в читательский запой тот уходил довольно редко — на выходных и в каникулы, вместо поездки домой, — остальное время со всем тщанием вгрызаясь в абсолютно непонятные для большинства омег премудрости своей инженерной специальности. Арсений тоже нечасто ездил на родину — и ради заботы о Михаиле, и для того, чтобы от побывки в отчем доме не поправиться ещё сильнее. Папочка, безусловно, готовил очень хорошо, но не в этом заключалась проблема: растроганный долгой разлукой, он позволял выйти из-за стола только при условии чистых тарелок. Минимум трёх. И отказы не принимались. Зато в свободное от учёбы и подработки время Арсений просвещался — хочешь не хочешь, а прочтёшь книгу, если тебе каждый день с восторгом и горящими глазами о ней рассказывает друг. Тогда и тему поддержать сможешь, и отвлечёшься от пустоты в той части своей жизни, которая у всех соответствующих современным стандартам красоты худосочных омег именуется «альфа». Арсений с округлым задом и пышными бёдрами в эти стандарты никак не вписывался — тонким да звонким в любом случае не назвать, не то что товарищей по универу. А если сравнивать с фотографиями в трепетно хранимых на видном месте в шкафу глянцевых журналах, то он был и вовсе безнадёжен. Причём нельзя было сказать, что ранее Арсений относился к своей фигуре легкомысленно и не пытался ничего изменить — до случая с Вадимом исправно сидел на диетах, отмерял порции в граммах, заморачиваясь сочетаемостью продуктов и прочего, не ел после шести, только… по-прежнему оставался в теле, пока омежки с потока тоннами уплетали запрещённые сладости и оставались при этом худыми. Отказавшись от ограничений ввиду стресса, Арсений много не набрал — если точнее, семьсот сорок восемь граммов за неделю нарушения режима питания. И ни граммом больше в последующие полтора года, что косвенно намекало на бессмысленность зашивания рта на замок и лишения себя последней радости в жизни, которая радостями, как ни крути, не изобиловала. Толстый так толстый. Арсений смирился и поставил на себе крест — оставалось только окончить универ и найти постоянную работу, где в личном общении не будет необходимости. Свой голос он считал вполне приятным, будет обзванивать да переписываться. Опыт уже был — подрабатывал на телефонных продажах. Первое время было страшно и непривычно, а потом втянулся и за счёт доброжелательности и ещё не угасшего энтузиазма мог заинтересовать собеседников в продвигаемом продукте. Зря, что ли, на маркетолога учился?.. — Мишаня? — спросил Арсений, зайдя в квартиру, и, услышав вместо ответа равномерное стрекотание клавиатуры, сразу успокоился: сосед находился дома. — Макароны сварить? Вновь молчание — но Арсений знал, что тот съест всё, что будет в тарелке, поставленной рядом с ноутбуком. Михаил вообще не придавал особого значения таким вещам, как еда, одежда — сказывались спокойный нрав и известная непритязательность бет. Это Арсению, несмотря на кокон из комплексов, всегда хотелось помечтать о большем. Прошлындрав в кухню, Арсений начал готовить обедоужин по-студенчески на двоих, мечтательно представляя, что когда-нибудь начнёт заниматься домашними делами ради своего альфы, который… у него никогда не появится. — Как дела, Сень? — не отрываясь от экрана, спросил Михаил и потянулся за вилкой. — Как обычно, Мих, — ответил Арсений и мимоходом стянул с полки друга книгу об эльфах-волшебниках. Надоевшие за день очки он бросил на тумбочку, а волосы отпустил на свободу — без стягивающей резинки они заструились волнами. Переодевшись в шорты и майку, Арсений по-турецки уселся на узкой кровати в своей комнате и погрузился в чтение вызубренной практически наизусть книжки, где прекрасный хрупкий омега-эльф, выросший в замке орков, встречает своего принца-альфу и выходит за него замуж. Следующий день, последний учебный на этой неделе, прошёл без происшествий, но перед выходными вновь захотелось хоть чуточку, но праздника — и ноги сами привели Арсения в любимую кофейню. На этот раз он решил порадовать и Михаила — купить пирожное навынос, но о своих планах тут же позабыл, сразу распознав в симфонии сладко-кофейных запахов знакомый аромат альфы. За несколько лет жизни в другом городе Арсений приучил себя быть невидимкой, потому, не поднимая глаз, проскользнул к стойке и, не задумываясь, сделал заказ, чтобы уже через пару минут оказаться на привычном месте. Отсюда он мог наблюдать за тем, как статный альфа беседует с администратором, имени которого Арсений не знал, но видел частенько. То, что тот не являлся рядовым посетителем или даже недовольным клиентом, стало понятно практически сразу, держался совершенно иначе. «Как хозяин», — подумал вдруг Арсений и сам удивился своей мысли, решив, что даже из укрытия пялиться на альфу неприлично, и занялся наконец клубничным чизкейком и кофе. С целью отвлечься вновь открыл инстаграм и, сняв бликующие и потому мешающие очки, начал задумчиво листать бесконечные посты с сетевым глянцем — сам никогда ничего не публиковал и на одногруппников не подписывался, чтобы не провоцировать лишний раз на колкости. — Добрый день! — Арсений подпрыгнул от неожиданности и трясущимися пальцами заблокировал экран смартфона: альфа оказался совсем рядом с его столиком. — Здр-р-равствуйте… — не заикаясь говорить не получалось, хорошо ещё Арсений умудрился выпить половину кофе — неловким жестом чуть не опрокинул чашку, а вот очки, скользнув по полированной столешнице, слетели на пол. — Простите, не хотел вас напугать. — Альфа и в этот раз оказался быстрее, поднял очки и аккуратно положил их подальше от края стола. — Сергей Правдин, основатель и идейный вдохновитель этого и других заведений. — Оч-ч-чень приятно, — пробормотал Арсений, решив, что и ему тоже положено представиться и, запинаясь и краснея от кончика носа до корней волос, произнёс: — Кравцов… Арсений. — Мне тоже очень приятно, — владелец фабрик и пароходов, то есть сети кофеен, великодушно улыбнулся, обнажая белые зубы с выделяющимися клыками, и продолжил: — Арсений, насколько мне известно, вы являетесь постоянным клиентом, поэтому я хотел бы вручить вам дисконтную карту. Если вас не затруднит, заполните, пожалуйста, анкету на кассе, как соберётесь уходить. На столешницу легла пластиковая карточка, офомленная в стиле «ПрофиТролль», а Арсению только и оставалось, что выдавить из себя скомканное: «Спасибо». Альфа вновь дружелюбно кивнул и покинул кофейню, оставляя за собой шлейф властного запаха и приковав взгляды парочки омег, хихикавших за столиком у окна; Арсений слышал их звенящие голоса как из-под воды, завис и уставился на лежавший возле его руки кусочек пластика, словно тот ещё хранил след своего хозяина. Сбросить наваждение получилось не сразу — кофе безнадёжно остыл и превратился в сладковатую жижу, окружённую засохшей пенкой на белом глянцевом нутре чашки, а недоеденный десерт никак не хотел доедаться. Зачем Сергею Правдину предоставлять какому-то там омеге скидку, а тем более подходить к нему лично? Мог бы передать через администратора или даже кассира. До чего сервис дошёл… И всё-таки альфа был настолько привлекателен, что Арсений, задумчиво плетясь по тротуарам до дома (почти четыре километра), позволил себе помечтать, что тот обратил внимание именно на него и использовал это как повод для знакомства. Представлять, что глаза орехового цвета загорелись хищным огнём при виде омеги, было примерно так же приятно, как и читать сказочку про принца эльфов. И в той же мере это не имело никакого отношения к реальности, но всё-таки Арсений невольно погладил выпуклые серебристые цифры над надписью «5%» и упрятал драгоценность в самый потаённый кармашек своего рюкзачка. О том, что хотел купить угощение соседу по квартире, Арсений вспомнил уже в сотне метров от подъезда. Вздохнул, возвращаясь из розовых грёз на серые улицы родного города, и открыл металлическую дверь, противно булькнувшую домофоном. Уже перед сном Арсений вновь перенёсся в эфемерный мир несбыточного будущего и решил подрочить, жалея лишь, что в силу своей стеснительности не смог разглядеть Сергея получше. Но тут его спасла всемирная паутина — кроме подкинутых в ответ на запрос нескольких студийных фото, Гугл также сообщил, что владельцу сети кофеен «ПрофиТролль» двадцать девять лет, а своё дело он основал сразу после окончания университета. Сенино любопытство пошло дальше — почти до часу ночи просматривал все странички соцсетей альфы, но ничего, кроме совместных фоток трёхлетней давности с крайне ухоженным и худощавым омегой, не нашёл. Впрочем, что толку выяснять факты из личной жизни принца? Ведь представлять альфу рядом с собой ни один его бойфренд не помешает, а у Арсения наконец появится куда более приземлённый объект (в сравнении со сказочными эльфами) для удовлетворения физиологических потребностей. Если альфы у него не было и не будет, это не означает, что ему совершенно ничего не нужно или что-то чуждо… Осенняя погода портилась с каждым днём всё сильнее — серело небо, лужи не успевали высыхать, наполняемые новыми и новыми порциями дождей, — заставив выходные просидеть дома, но утро понедельника показалось Арсению обманчиво солнечным, и он, понадеявшись на заплутавшие в череде календаря традиционные тёплые деньки, не стал брать с собой зонтик. Естественно, оказавшись на улице после пар, крайне об этом пожалел — мелкая морось настойчиво намекала, что будет царствовать на небосводе несколько часов и сухим Арсений до дома не дойдёт. В этот раз он уже торопился в «ПрофиТролль» не за сладостями — хотел избавиться от пробравшегося под промокшую хлопковую ткань куртки ветерка с помощью горячего питья и дать себе передышку перед поездкой на автобусе: сама небесная канцелярия велела изменить своему правилу и воспользоваться общественным транспортом. Планам Арсения не суждено было сбыться — опять лоб в лоб столкнулся с Сергеем, но, к счастью, на этот раз ничего не уронил. — День добрый! — тот наградил его широкой улыбкой. — Мне кажется, Арсений, или вы совсем промокли? Вас подвезти? Опешивший Арсений сумел только кивнуть в ответ и был довольно бесцеремонно выведен из кофейни и усажен в большую чёрную машину, марку и модель которой не опознал, так как совершенно в этом не разбирался… Возможно, сработали пресловутые омежьи инстинкты — подчиняться альфе, не задумываясь о собственной безопасности, но о ней Арсений вспомнил лишь тогда, когда Сергей спросил адрес, тут же введя его в навигатор смартфона, — все десять минут дороги омега просидел, вжавшись в кресло и боязливо озираясь. Уже у своего дома выдохнул и наконец расслабился — Сергей действительно хотел только подвезти, без каких-либо крамольных мыслей. — Спасибо, — от чистого сердца сказал Арсений, поскольку дождь успел усилиться и эта услуга оказалась очень кстати, и попытался открыть дверь — она была заблокирована. — А, сейчас, — альфа нажал кнопку на панели, и, когда центральный замок авто щёлкнул, Арсений вновь потянулся к ручке. — Я тут подумал, может, сходим куда? В кино как раз идёт… что-то там должно же идти, разберёмся, — Сергей ухмыльнулся, видимо, уверенный в положительном ответе. — Можно как-то обойтись без этих шуточек? — Арсений и сам не ожидал от себя такой резкости. — В кино вам явно есть с кем сходить. Он выскочил из машины, тут же попав в лужу на асфальте и зачерпнув кедами холодной воды, и с гордо поднятой головой, немедленно намокшей от ливня, прошествовал к подъездной двери. Возле лифта у Арсения затряслись коленки, а палец никак не хотел попадать по кнопке — настолько возмущён и обескуражен он был. Повторно себя разыграть он не позволит! Не позволит насмехаться за спиной — слабый росток надежды не должен быть растоптан цинизмом альф, желающих таким образом развлечься! От обиды из глаз брызнули слёзы, смешавшись с дождевыми каплями, стекавшими по щекам. Никогда Арсений не чувствовал себя настолько униженным — к издевательствам от сверстников он привык, но подобное от альфы почти на десять лет старше, да ещё и владельца собственного бизнеса… А главное, омега потерял последнюю отдушину — ведь дальше посещать любимую кофейню он теперь не сможет. Чтобы успокоиться, Арсений решил подняться на пятый этаж по лестнице, проходя мимо мусоропровода, снял с плеча рюкзак, нащупал там пластиковый прямоугольник и отправил его в бездонный зев, пахну́вший на него зловонием. Так будет правильно — может, похудеет наконец без сладостей после занятий. И накопит наконец на… На что Арсений хотел бы накопить денег, он с ходу придумать не смог, но вернулся домой в довольно воодушевлённом состоянии, пусть и с покрасневшими глазами и опухшим носом. — Как дела, Сень? — Михаил даже выглянул в коридор, заслышав, как с грохотом захлопнулась металлическая дверь. — Отлично! — отрезал Арсений, скинул куртку и отправился в душ. Естественно, самоудовлетворять себя с мыслями о Сергее уже не хотелось, просто согревался, подрагивая от выходившего изнутри холода, опустился в угол душевой кабины и, закрыв лицо ладонями, безобразно разревелся, благо его всхлипы заглушал шум воды. С тех пор Арсений действительно обходил «ПрофиТролль» стороной, хотя искренне скучал по атмосфере — даже больше, чем по лакомствам. В других местах было слишком людно, шумно, слишком светло, слишком навязчивыми были официанты или, наоборот, не обращали на посетителей никакого внимания… Поиски нового убежища не увенчались успехом, и Арсений оставил свои попытки, перейдя на шоколадки из супермаркета и кофе собственного приготовления. Хотя острой необходимости не было — Павлик со своей компашкой уже не мог пробить броню, а без ожидаемой реакции провокации не имели успеха. Правда, и без того неустойчивое душевное равновесие Арсения таки пошатнулось, когда он, вернувшись домой, обнаружил в прихожей неизвестную пару ботинок. — Это Костя, мы вместе проект делаем, — представил гостя Михаил и плотно закрыл дверь в свою комнату. Константин тоже был бетой — и очень симпатичным бетой, — а пляшущие огоньки в глазах Михаила, словно он проглотил очередной захватывающий книжный шедевр, просто кричали, что интересен ему не столько совместный проект, сколько, собственно, партнёр по его выполнению. Всю ночь Арсений, неслышно вздыхая в подушку, думал о своей несчастной доле и вечном одиночестве. Следующий день в университете не порадовал ни практическими занятиями, ни новыми знаниями, зато Павлик был в ударе — в преддверии течки, что выражалось в усилившемся цветочном аромате, метал колкости как из пулемёта, причём доставалось не только Арсению, но и другим, менее приметным однокурсникам. Поговаривали, что между Вадимом и Павликом пробежала чёрная кошка разлуки — и течку омега проведёт без альфы. Лезть на рожон Арсению не хотелось, потому, чтобы не толпиться в гардеробе, улизнул пораньше с пар и вышел под холодный мелкий дождь, перемежаемый зарядами мокрого снега — к счастью, омега был во всеоружии: в шапке, в тёплой куртке и с зонтом. Было промозгло и темно, словно зимним вечером, когда перед наступлением ночи небо приобретает коричневый оттенок, а в городе включается иллюминация, рассвечивающая мрак огнями в желтоватых гало. Но днём фонари были безжизненны — не время. Увы, Арсению не повезло: видимо, Павлик рассорился-таки с Вадимом и в эту непогоду шёл в окружении дружков в сторону остановки. — Кравцов, ты за булками так спешишь, что ли? — Арсения настиг ехидный голосок Дюши. — Скорее принимай дозу углеводов, а то зад похудеет! — подпел ему Тоша, и Арсению пришлось притормозить напротив обновлённого фасада «ПрофиТролль», чтобы пропустить одногруппников: не хотел, чтобы всю дорогу ему в спину сыпались насмешки. — Здравствуй, Арсений. — Приветствие заставило вздрогнуть и повернуться на звук — Сергей Правдин стоял у раскрытой двери своего чёрного монстра, ставшего в таких погодных условиях грязно-серым. — Здравствуй… — голос задрожал, но Арсений усилием воли заставил себя не заикаться, хоть и проглотил вежливое «те». Сил ему придали оторопевшие лица обидчиков, ведь альфа — взрослый, красивый и явно не бедный — поздоровался именно с ним, толстым и никчёмным омегой. Даже если это и было для Сергея игрой, Арсений, жаждая отмщения, решил подыграть и, широко улыбнувшись, сделал шаг навстречу. — Может, по кофе? — Сергей улыбнулся в ответ и взглядом показал на кофейню. — А давай, — кивнул Арсений и, боковым зрением ловя изумление Павлика и сотоварищей, пошёл вместе с альфой к двери. Сергей, как и положено, открыл створку и пропустил его первым, а потом позволил определиться со столиком — даже если омег из его группы и след простыл, это не означало, что столь приятный спектакль должен завершиться сию секунду. — Латте и «Три шоколада»? — спросил Сергей и, получив утвердительный кивок, отправился к стойке. От перепада температур стёкла очков запотели, и Арсений снял их, прижатые шапкой волосы тоже пришлось взбодрить — распустить хвост, позволяя каскаду рассыпаться по плечам. Было уже всё равно, наблюдают за ним или нет, его подхватило и понесло странное ощущение свободы — кокетливо растянул губы в улыбке, адресованной вернувшемуся с подносом Сергею, чувствуя, как горит обветренная кожа щёк. Альфа бросил на него ещё один оценивающий взгляд и опустился на сиденье напротив, пододвинув Арсению заказ. — Спасибо, я заплачу, — улыбнулся тот с благодарностью, и его пальцы коснулись толстостенной чашки. — Разве я не могу тебя угостить? — Сергей не знал, то ли ему смеяться, то ли чувствовать себя оскорблённым. — Не стоит, — Арсений передёрнул плечами и посмотрел на него с сомнением. — Ты же просто хотел, чтобы эти придурки отстали? — Может, я хотел заманить тебя сюда, заметив на улице. Тебя уже почти месяц в кофейне не было. — Я что, имею такое важное влияние на выручку? — усмехнулся Арсений, сомкнув пальцы в замок, словно хотел защититься. — Да я на грани разорения, — съязвил Сергей, опять теряя нить разговора. — Я так и не понял, почему ты обиделся тогда? — Ну, а чем ты был лучше моих одногруппников, предложив сходить в кино? — щёки Арсения зарделись, говорил он тихо, но неуверенность в голосе исчезла. — Так ты подумал, что я хотел посмеяться над тобой? — Омега, смущённо закусив губу, кивнул. — Мне кажется, я уже вышел из возраста подобных шуток. — Возможно, не шутки ради, а для самоутверждения, — вполне серьёзно ответил Арсений, разрушая длинной ложечкой причудливый рисунок на пенке кофе. — Не стоит всех равнять по твоим приятелям, — улыбнулся Сергей, разглядывая своего визави. Скрывавшиеся ранее за очками зелёные глаза с золотистыми песчинками отражали тусклый свет, льющийся из окна, а полные, невольно облизанные губы, манили — неясно было: Арсений не решается притронуться к десерту или хочет ещё что-то сказать. — Так, может, всё-таки сходим куда? — Мы уже в кофейне, — смущённо отвёл взгляд Арсений. Честно говоря, Сергей сначала почувствовал тёплый и уютный омежий аромат, а потом заметил самого омегу, который налетел на него со всего маху: обвешанный чёрно-серыми тряпками, в огромных несуразных очках — всё время что-то лепетал и извинялся. Инцидент забылся до самого вечера, всплыл в памяти уже перед сном, когда до предела занятой альфа оказался в своей холостяцкой постели. С детства любил ваниль во всех её кулинарных проявлениях, даже занялся именно таким бизнесом, чтобы не расставаться с ароматом и на работе, а тут обнаружился благоухающий ею омега, пусть и совершенно невзрачный. Или, может, Сергей просто не успел его толком разглядеть? Собственное дело отнимало много времени и сил, но приносило и отдачу, позволяя выбросить из головы навязчивую идею о поиске спутника жизни. Дело в том, что в университете Сергей оказался недостаточно состоятельным для омег-сокурсников, вот и решил во что бы то ни стало добиться чего-то сам. Однако, преуспев на этой ниве, осознал, что сейчас слабый пол интересуют только его бизнес и положение в обществе — личные качества Сергея отошли на второй план. Возможно, неправильным был круг общения или он сам вконец зациклился на своих кофейнях, но решил отложить этот вопрос до лучших времён, раз он никак не решался. Верно же говорят: не знаешь, что делать — не делай ничего. Проводить реконструкцию фасада на Рассветной планировал давно, но не доходили руки — одно из первых заведений сети имело стабильный поток клиентов. Сергей приехал ещё раз, чтобы обсудить с администратором все детали, и вновь наткнулся на загадочного омегу — ванильной волной, перебивающей насыщенные ароматы кофе и десертов, обдало с головы до ног. Администратор Артём, заметив заинтересованный взгляд начальства, пояснил, что это постоянный клиент, бывающий в кофейне пару раз в неделю, а идея с дисконтной картой, чтобы познакомиться поближе, показалась Сергею удачной. Правда, омегу это вкрай испугало, потому он решил не наседать и воспользоваться положением: если тот заполнит анкету, останется телефон, по которому можно будет связаться. Однако понедельник приготовил Сергею новый сюрприз — промокшего и замёрзшего Арсения (а представился омега именно так). Инстинкты альфы сработали безупречно: времени тратить не стал, нужно было как можно скорее доставить несчастного домой, где тот переоденется в сухое и согреется. К себе на этом этапе знакомства везти, конечно, было нельзя, Сергей за считаные минуты доехал до названного дома, так и не успев толком обдумать своё предложение о свидании, за что и поплатился — почему Арсений ответил отказом, совершенно непонятно. А времени разбираться катастрофически не было — позвонил поставщик со срочным вопросом. Слушая его очередное суперпредложение, Сергей провожал взглядом уходящего Арсения, фигура которого с расправленными плечами смотрелась по-другому. А бесформенные серые штаны, ещё влажные от дождя, казалось, приоткрывали завесу тайны — под ними таились соблазнительные изгибы. Уже в кофейне на Рассветной Сергей нашёл в системе телефон Арсения и попробовал позвонить — его ждало крушение всех надежд в виде металлического голоса, сообщившего, что номер не обслуживается. Значит, омега написал в анкете несуществующий набор цифр? В большом городе имя и фамилия для поисков давали мало — а шанс, что омега попадётся на глаза вечно находящемуся в разъездах Сергею, был невелик, поэтому вновь воспользовался своими полномочиями — дал задание сотрудникам кофейни сообщить ему сразу же, как только очень нужный посетитель там появится. Увы, Арсений не появлялся — конечно, Сергей знал, где тот живёт, но караулить у подъезда казалось уже совсем неприемлемым, даже в какой-то мере сходным с первобытными нравами: когда-то альфы действительно преследовали понравившихся омег, добиваясь своего. Но общество давно уже считалось цивилизованным, провозглашалось даже равенство полов, так что такое навязчивое поведение было недопустимым. Впрочем, Сергей печалился не слишком долго — вновь ушёл с головой в работу, лишь изредка вспоминая о ванильном аромате омеги. Вдруг в голове Арсения такие жирные тараканы обитают, что ему и не снилось, тогда, может, и к лучшему, что ничего не вышло?.. Мокроснежный день предоставил возможность убедиться в неверности собственных догадок — визгливые голоса словно вернули Сергея в родной университет на десять лет назад. Тогда понравившийся омега с усмешкой объяснил ему, какими должны быть настоящие альфы. А Арсения сейчас пытались убедить, что всем омегам следует быть как под копирку: худосочными, высокими и удивительно нетерпимыми. Хотя не праведный гнев и солидарность с ущемлённым достоинством двигали Сергеем — представился отличный шанс поговорить с Арсением и попробовать расставить все точки над «i». Альфа он или нет, в конце концов? Столько возможностей упустил, чтобы профукать и эту. Нет уж. Причина реакции Арсения оказалась банальной, а сам омега, на мгновение лишившийся зажатости, выглядел совершенно иначе — обрамлённое густыми русыми волосами лицо имело миловидные черты, мелодичный голос звучал умиротворяюще. В этот момент Сергей окончательно понял, что больше его не отпустит. Каждая последующая минута, проведённая вместе, только подтверждала правильность этого решения: Арсений стеснялся и комплексовал по поводу своей внешности, но при этом умудрялся выглядеть неглупым и рассуждающим здраво. С ним было интересно — и Сергей наконец переключился с работы на ухаживание за омегой. Досуг был стандартным: кино, рестораны, театры и галереи, хотя Арсений всему этому предпочитал прогулки по городу и живое общение за чашечкой кофе. Как бы Сергею ни хотелось, форсировать события он не мог — слишком боялся спугнуть понравившегося омегу своим напором: очевидно было и по чистейшему аромату, и по поведению, что у Арсения никакого опыта в любовных делах нет. Этот факт только подогревал инстинкты альфы, а мешковатая одежда и вовсе разжигала воображение до той степени, когда привычные объятия при прощании всегда на грани фола — мешал крепко стоявший член. Но и не обниматься было невозможно: как не ткнуться носом за ушко, где потрясающий и манящий аромат сильнее всего? Первый поцелуй случился в парке — под кружащиеся в свете фонарей снежные хлопья. Арсений целоваться не умел, но сам подался вперёд и коснулся губ Сергея своими. Потом смутился и хотел было отстраниться, но тот не дал — отпустил через минуту, весь остаток вечера наслаждаясь сладким послевкусием. Надвигающаяся зима вносила свои коррективы и остужала порывы — хотелось зарыться в нежное место между шеей и плечом, лизнуть и прикусить возле ключиц, ненароком выглядывавших из широкого ворота толстовки, но Сергей боялся, что Арсению будет холодно, слишком чувствительной казалась белоснежная кожа, то и дело покрывавшаяся мурашками. Арсений стеснялся всё меньше и всё больше раскрывался, заставляя забывать о водовороте дел в кофейне — даже в рабочее время думалось об омеге. Сергей покривил бы душой, если б сказал, что его мысли были чисты и невинны, напротив, они имели совершенно конкретный вектор, проснулось чувство собственничества: альфы, встретив свою пару, желают сделать её полностью своей. Отношения плавно продвигались к самому важному — Арсений в свои двадцать два хоть и был девственником, но наивным не казался, понимал, что означало приглашение Сергея к себе домой пятничным вечером вместо обычной доставки до подъезда. Щёки тронул лёгкий румянец (или это из-за мороза?), пушистые ресницы скрыли глаза, но омега ответил негромким согласием. Лишь когда Сергей прижал его прямо в прихожей, жадно целуя, освободился, чтобы набрать в лёгкие воздуха и прошептать: — У меня никого ещё не было. — Я знаю, — ответил Сергей и в тысячный раз напомнил себе, что лучше не торопиться. Сейчас в приоритете были ощущения Арсения — и Сергей хотел, чтобы ему было комфортно. Поцелуи в гостиной стали глубже и тягучее, а прохладные с улицы руки устремились под слои одежды — туда, где кожа сохраняла накопленное тепло. Забывшись, Арсений отвечал на ласки, исследуя тело Сергея цепкими пальцами. Тот, не в силах уже ждать, подхватил его на руки и отнёс в спальню, где бережно уложил на кровать, одновременно раздевая. Сергей не ошибся — одежда скрывала формы, совершенные в своей аппетитной привлекательности. Округлые белые ягодицы так и молили о громком шлепке, но альфа, утробно рыкнув, лишь сжал их до розовых отметин на коже, огладил бёдра и направился вверх, касаясь лишь кончиками пальцев небольшого возбуждённого члена, прошёлся по мягкому животику, покрутил возбуждённые соски и сомкнул ладони на шее Арсения, заставив посмотреть на себя — по глазам стало ясно, что омега не боится близости, хочет её не меньше. Ванильный аромат усилился, концентрация феромонов в комнате стала почти осязаемой — они побуждали к активным, почти животным действиям. Но сегодня инстинктам не стоило давать волю. Прочертив обратный путь до паха уже губами, Сергей облизал головку и спешно избавился от мешавшей ему одежды, приступая к подготовке — он обещал себе быть нежнее и без колебаний взял омежий член в рот до основания. Арсений лишь охнул и прогнулся, разводя ноги шире, словно не замечал, что Сергей одновременно ласкает пальцем его анус, то и дело проникая на одну фалангу внутрь. Вход был влажным, но девственно тугим — Сергей счёл, что растягивать его достаточно, когда сдержанно постанывающий Арсений насаживался уже на три пальца. — Давай на четвереньки, так тебе будет легче, — шепнул Сергей и помог перевернуться. Сам же дрожащими от возбуждения руками раскатал заготовленный презерватив. Поначалу альфа и правда был осторожен: входил медленно и плавно, успокаивающе поглаживая замершего Арсения по бёдрам, а потом, заметив, что тот начал подмахивать, покачиваясь и увеличивая амплитуду, сорвался на быстрый темп. На каждой фрикции Арсений негромко поскуливал, выгибаясь навстречу, и вскоре начал ласкать себя. Сергей не собирался вязать его в самый первый раз, но просто не смог остановиться — после того как Арсений кончил с резким вскриком, дошёл до разрядки сам и утянул безвольно обмякшее тело за своим, укладывая набок. От переизбытка ощущений Арсения затрясло, он начал ёрзать на набухающем узле, причиняя обоим острое до болезненности наслаждение. Хныкал, практически плача, хватался за бёдра лежащего сзади любовника. — Сеня, Сеня, Сеня… — Сергей успокаивал его, покрывая шею и лопатки поцелуями. До ужаса хотелось впиться в нежную тонкую кожу клыками, помечая, делая без остатка своим, но он сдержался. У них ещё будет время сделать это осознанно и по обоюдному согласию, хотя именно сейчас Сергей не видел даже малейшей причины отказа. Вместе с гормональной бурей, опустошая, схлынуло и напряжение — сил хватило лишь на то, чтобы снять презерватив и, завязав, бросить его на пол. Засыпая, Сергей крепко обхватил мирно посапывающего омегу и прижал к себе его покрытое тонкой плёнкой пота тело. *** Когда Арсений проснулся поздним неярким зимним утром не в своей кровати, а дома у Сергея, то несколько секунд не мог понять, как он тут оказался. События прошлой ночи всплывали в памяти одно за другим, заставляя щёки стыдливо полыхать. А лёгкий дискомфорт в области ануса совершенно непонятным образом сочетался с ощущением абсолютной удовлетворённости, которое было неполным лишь от одного обстоятельства — на смятой постели он лежал в одиночестве. Перестук посуды из глубины квартиры позволил подавить смутную тревогу, и Арсений, кутаясь в тонкую материю простыни, неловко поднялся. За большим окном было совсем белым-бело: после ночного снегопада двор покрылся пушистым, толстым, словно перина, слоем, по которому ещё не успели ни пройти нога человека, ни проехать колёса автомобилей. Даже приметный джип Сергея в снежной шубе был абсолютно неотличим от других машин. Вздохнув, Арсений оглядел современную обстановку спальни с явным отпечатком работы дизайнера, заметил лежавшую на кресле белую футболку, в которую сразу же облачился, узнав ставший таким родным альфий запах. Из-за разницы в росте с Сергеем футболка доходила ему до середины бедра. Считай, туника, прикрывавшая отсутствие исчезнувших в недрах чужого дома трусов вместе с остальной одеждой. Неожиданно для себя он доверился Сергею и сразу почувствовал себя спокойным — и безмерно в него влюблённым. И сейчас ни о чём не жалел. Ведомый ароматом свежесваренного кофе Арсений прошлёпал босыми ногами до кухни, где и обнаружил сидевшего за столом Сергея, который склонился над блокнотом с воцарившимся хаосом из недописанных слов, зачёркнутых строк и стрелок. — Привет, ты уже проснулся? — он оторвался от своих занятий и протянул к Арсению руки, будто хотел обнять: — Иди ко мне. На деле Сергей, полапав за задницу, усадил его к себе на колени и шумно втянул воздух, касаясь носом шеи. — Что пишешь? — Арсений невольно съёжился, защищаясь от щекочущих прикосновений, но получилось только прижаться сильнее, и посмотрел на блокнот. — Решил ввести в меню новый десерт. — Мысли Сергея, похоже, уже покинули мозг — кровь начала приливать к другому органу, что сидевший на коленях Арсений просто не мог не почувствовать. — Какой? — Профитроли с мороженым, — ответил тот, запуская руку под футболку. — Мороженое посреди зимы? — удивился Арсений. — Почему нет? — Сергей игриво усмехнулся и посмотрел ему в глаза. — Ты какое любишь, ванильное? — Мне больше клубничное нра… — договорить тот не успел, только ойкнул перед решительным и страстным поцелуем.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net