Кафе "И Лин"

Мо Сюаньюй приехал, как и обещал, через час. Он, поприветствовав друга, занялся делом — в первую очередь решил проверить неисправные светильники, а затем плиту. Проверка заняла немного времени, но, как оказалось, проблема была существенная. Мо Сюаньюй посоветовал в ближайшее время не пользоваться плитой, не включать газ и, на всякий случай, закрыть кафе, чтобы избежать непредвиденных ситуаций. Со светильниками все было гораздо проще, но их требовалось заменить из-за неполадок. Для починки плиты, младший посоветовал вызвать специалиста, так как он не был уверен, что справится и сделает всё без ошибок. Со светильниками он мог помочь, но решил сделать завтра, из-за неимения нужных инструментов и самой замены. Он, еще раз выразив опасение насчет плиты и попросив вызвать мастера как можно раньше, ушел. Мда. Сегодня был прямо день невезения какой-то. Проснулся с похмельем, работникам нездоровится, а теперь еще и в кафе проблемы. Вэй Ин, тяжело вздохнув, взял в руки телефон. Подходящего мастера-специалиста он знал, но вызвал он, в первую очередь, именно Мо Сюань Юя, потому что хотел дать пареньку работу. У того была не очень обеспеченная семья, а потому он хватался за любую подвернувшуюся работу или же подработку, конечно же, Усянь об этом знал. Если Мо Сюань Юй мог — делал, то Вэй Ин ему платил, как за материалы, так и за работу. Да и характер у Сюань Юя был хороший, а раз так, то почему бы не помочь? Иногда мужчина платил младшему сверх меры, а когда тот отказывался — не слушал и выталкивал за дверь с деньгами. Это была еще одна черта характера Вэй Ина. Он стремился помочь всегда и всем, даже когда его об этом не просили. За это многие его, как любили, так и недолюбливали. Например, в школе он не давал задирать кого бы то ни было и хулиганы его за это ненавидели. Если же над ним самим издевались или бранили он в разборки не лез, только отвечал едкими замечаниями. Но так было лишь пока кто-нибудь не затрагивал близких ему людей. Тогда говорившие получали сполна, иногда даже до больницы доходило. Родители за это не ругали и не наказывали, наоборот радовались, что сын готов постоять за друзей и близких. Друзья поддерживали и уважали, хотя и не признавались. Также, эта его черта являлась одной из главных ответов на вопрос "почему у него так много друзей". Закончив разговор по телефону, Усянь сел на стул за стойкой и подперев рукой щеку, размышлял, что же ему теперь делать. Оказалось, что этот самый мастер уехал загород и приедет только через несколько дней. Вэй Ин мог, конечно, позвонить кому-нибудь другому, но знакомым он доверял больше и уж лучше он подождет несколько дней, чем позвонит какому-то незнакомому человеку. А еще он понял, что не знал, на какой срок может затянуться починка, после приезда знакомого. Возможно, придется заменить плиту, на что может уйти уйма времени, если брать в расчет поиск подходящей плиты, ее перевозку и замену старой на новую, поэтому он последовал совету Сюань Юя и решил закрыл кафе. Мужчина встал и пошел в кладовку. Там он нашел завалявшуюся табличку «Закрыто на ремонт», протер от пыли и повесил на дверь. Затем, он по очереди обзвонил всех работников и сообщил о временном закрытии. Также он спросил, нужен ли кому-то аванс за полмесяца работы или нет. Все-таки у него работали студенты и без денег у них могли начаться проблемы с проживанием и питанием. Некоторые и правда нуждались в деньгах, поэтому он перевел деньги на их личные счета. (Все же перевод на карту — удобная вещь.) Еще Вэй Ин попросил прощение за неудобства и сказал, что когда начнется работа, он все возместит. Коллектив у них в кафе был дружный и поэтому все выразили понимание, сказав, что от ошибок не был застрахован никто. Закончив обзванивать всех, он не знал чем заняться. Домой хотелось, но уже не так сильно — одному там было слишком одиноко. Дождь уже почти закончился, успокоился и ветер. Вэй Ин решил немного прогуляться. Быстро надев верхнюю одежду, мужчина вышел и закрыл кафе. Он ходил по знакомым улочкам, рассматривал знакомые магазины и здания, вдыхая свежий после дождя воздух. Усянь плутал по разным улочкам и развилкам, иногда ходя кругами, а иногда проходя через подворотни к новым поворотам. Так он гулял где-то час. Примерно в середине прогулки дождь совсем стих, а воздух стал как-то свежее и прохладнее. Или это он просто промок до нитки и только сейчас, вдруг, почувствовал холод — не разобрать. На одной из развилок он остановился. Мужчина не очень хорошо помнил, что находилось с правой стороны. Если память подсказывала верно, в чем он сомневался, то там был заброшенный завод или склад, где они когда-то играли в детстве с друзьями. Позже, после того как родители узнали, куда они ходили играть, их отчитали и запретили туда возвращаться. Любой другой бы сейчас, наверное, махнул рукой, развернулся и зашагал бы к оставленной машине, поехал домой, принял теплую ванну и забыл о неизвестной тропе. И уж точно не стал бы лезть в место, в которое не заглядывал лет десять, а то и больше. Но… Усянь не мог понять, что чувствовал, смотря на путь к заброшенному складу. Он чувствовал какую-то необъяснимую тягу, из-за которой хотелось быстро побежать по правому пути, а шестое чувство так и кричало, что он просто обязан исполнить это желание, иначе упустит что-то важное. Он решил прислушаться к «зову сердца», поэтому свернул на правую сторону и пошёл широкими шагами. Не прошло и пяти минут, как он дошел до заброшенного склада. Он был двухэтажным и старым. Вокруг него росла высокая трава, которая закрывала обзор. Рядом находились старые электропроводные столбы, некоторые из которых слегка согнулись — видимо, из-за старости. Стёкла отсутствовали почти на всех окнах, а если и были — только разбитые или треснувшие; деревянные рамы были сгнившими и, казалось, держались не очень надежно. Стены были исписаны граффити, а штукатурка на них давно слезла. Кое-где проглядывались дыры и валялись разные железки. Теперь Вэй Ин понимал, почему их родители запретили им приходить сюда. Здесь запросто можно было напороться на какую-нибудь железку или упасть и уронить что-нибудь себе на голову. Он вздохнул и слегка улыбнулся воспоминаниям о родителях. Затем обошел здание вокруг, но заходить не спешил. Простояв без дела некоторое время мужчина уже собрался уходить, как вдруг услышал странный звук. Прислушавшись, он понял, что он исходит из склада. Когда Вэй Ин подошел поближе ко входу на склад, то понял, что непонятные звуки очень сильно похожи на всхлипы. Аккуратно войдя в здание, он начал искать источник звуков. Нашелся он быстро. Им был мальчик, по виду лет четырнадцати, с длинными, слегка растрепанными, волосами и в поношенной, но чистой одежде, а рядом с ним находился потрепанный, но тоже чистый белый рюкзак. Лицом паренек уткнулся себе в колени, поэтому внешности мальчика он не видел. Всё его тело била дрожь, он то и дело всхлипывал и прижимал колени поближе к груди руками. Усянь хотел подойти поближе и спросить, нужна ли мальчику помощь. Может, даже успокоить его, но сегодня все идет не так, как мужчине хотелось бы. Он задел ногой какую-то железную трубу, отчего та покатилась в сторону, издавая звенящий звук, и ударилась о стену. Мальчик вздрогнул и резко поднял голову. Теперь мужчина мог рассмотреть его лицо. Черты лица его были аккуратными и четко выраженными, что не давало назвать его женственным. Само лицо было невыразительным, можно даже сказать холодным, но из-за слез на щеках оно казалось более живым. Из глаз, заплаканных и от того красных, из-за испуга и неожиданности перестали течь слезы. Только дорожки остались на щеках. Сами глаза были золотистого светлого оттенка. На нижней губе были явные кровоточащие ранки. Видимо, мальчик пытался сдерживать всхлипы, закусывая до крови нижнюю губу, но получилось у него так себе. Мальчик тоже его рассматривал, но не как Вэй Ин — с интересом, а с какой-то опаской и настороженностью. Это немного задело мужчину, ведь ему не казалось, что он выглядит как-то подозрительно или опасно. Видимо, на его лице отразилась какая-то страшная гримаса, потому что мальчик вздрогнул и резко повернул голову в сторону. Как только шею не сломал, промелькнуло у Усяня в голове. Он решил первым нарушить молчание, так как оно его немного напрягало, что, стоит заметить, бывало крайне редко. Мужчина приблизился на пару шагов, но был еще на достаточно большом расстоянии, чтобы не лезть в личное пространство мальчика.  — Эй, ну чего ты плачешь? Ты же знаешь, что парни не плачут, верно? — спросил Усянь и резко захотел ударить себя по лицу. Ну не это он должен говорить мальчику, который находится на грани истерики. Он должен спросить, что случилось и предложить помощь, но никак не шутки шутить. Эх, иногда его неосознанные действия доставляют много проблем. Мальчик повернулся и снова посмотрел на Вэй Ина. Он не сказал мужчине ни слова, всё его тело била дрожь, а бледные губы были сжаты в тонкую линию. Мужчина смог поближе рассмотреть красные, из-за слёз, но по-прежнему завораживающие глаза паренька. Он попытался всем своим видом показать, что зла младшему не желал, а лишь хотел ему помочь. Видимо, поняв, что Усянь угрозу из себя не представляет, младший перестал трястись как в лихорадке, но слегка вздрагивал, вероятно, от холода. Одет мальчик был определенно не по погоде. — Может, расскажешь мне, что с тобой случилось? — продолжил Вэй Ин и присел на корточки перед пареньком. Ему так и хотелось снять и накинуть свое пальто на плечи этого дрожащего, как кролик, мальчишку, но он побоялся лишь сильнее напугать его своими действиями. Мальчик активно помотал головой из стороны в сторону и начал рассматривать свои колени. Волосы закрывали его лицо с двух сторон, как черная занавеска. Руки же, что были на коленях, слегка сжались, что выдавало его напряжение и нежелание говорить. — Но если ты не скажешь, что с тобой случилось, то я не смогу тебе помочь. Тебе ведь нужна помощь, так? — пытаясь сделать выражение лица и голос как можно мягче, спросил Усянь. Молчание затягивалось. Ванцзи не знал, что делать. Мужчина перед ним не казался кем-то плохим или подозрительным: он говорил мягко, не давил, ему хотелось довериться. Мальчику казалось, что тот ни за что ему не навредит. Он чувствовал, что незнакомцу можно рассказать все тайны и потайные мысли, а тот их выслушает, даст совет и сохранит в секрете, если младший попросит. Может быть, это была лишь иллюзия и верить этим мыслям было нельзя, нужно было их подавить, выкинуть из головы и не обращать на них внимание, но мальчик решил, впервые в жизни, довериться мыслям, довериться мужчине, которого он увидел впервые в жизни. — Я… — начал мальчик, но его голос оборвался. В уголках глаз начали появляться слезы, а тело снова начало сильнее подрагивать. — «Ты»? — подталкивал мальчика продолжить Усянь, пытаясь выразить поддержку и успокоить паренька лишь своим присутствием и готовностью выслушать. Видимо, получилось. — Я… шёл домой… из подворотни вышли пьяные люди и… один прижал меня к стене, а потом… — он всхлипнул и замолчал, слезы снова потекли по щекам. — Понятно, — пробормотал мужчина, не заставляя мальчика продолжать. Он дал ему платок и решил задать нейтральный вопрос, чтобы отвлечь мальчика от надвигающейся истерики. — Как тебя зовут? — спросил он с еще большей мягкостью в голосе, когда внутри, на самом деле, бушевали гром и молния. Да как посмели какие-то пьянчуги трогать такого милого, ранимого, похожего на крольчонка мальчика? Какой характер должен быть, чтобы после опьянения лезть к несовершеннолетним и прижимать к стенке? Вэй Ин всегда такое презирал. В особенности людей, которые после понимания ситуации не только не извинялись перед жертвами, а гордились своим поведением и продолжали это занятие. Отвратительно. Как этим можно гордиться? Он еще мог понять, если парень, к примеру, перепутал свою вторую половинку в толпе после выпивки. Главное, чтобы после этот самый человек извинился перед своей «жертвой». Но чтобы приставать к любому симпатичному человеку на пути и прижимать к стенке, пытаясь флиртовать — уж простите, но нет. Усянь просто изобьет любого такого «мажора», если увидит. Может мозги после этого начнут нормально работать. Мужчина так упорно размышлял, что чуть не прослушал ответ мальчика на ранее заданный вопрос.  — Мое имя Лань Чжань, цзы* — Ванцзи, — представился мальчик, немного наклонив голову, как в поклоне, наконец, отвлекаясь от нехороших воспоминаний. Немного помявшись, Лань Чжань решился задать ответный вопрос. — А вас? — спросил он тихо и неуверенно, почти шёпотом, но мужчина услышал его вопрос. Вэй Ин был рад отвлечь, как себя, так и Лань Чжаня от напряженного разговора чем-то нейтральным. Вопросы о ситуации могут немного подождать. Для начала нужно заполучить доверие этого напуганного крольчонка, а потом можно и о случившемся узнать. Усянь незаметно кивнул своим мыслям. Он солнечно улыбнулся Ванцзи и, наконец, представился. — Можешь называть меня Вэй Ин и необязательно на «вы». Не люблю официоз, — при этих словах он слегка скривился, как бы выражая свою неприязнь. Нет, со старшими он конечно на «вы» обращался, но с самыми близкими и родственниками на «ты» общаться не брезговал, а они и против не были. Также всех знакомых он просил с ним разговаривать на «ты» без формальностей, даже маленьких детей. Ну не любил он формальности, ничего не попишешь. Лань Чжань на это заявление слегка, почти незаметно, нахмурил свои красивые брови. О боги. И правда кролик. Так и хочется схватить за щечки и потискать. Или обнять и не отпускать. Вэй Ин не мог объяснить эти странные мысли, но не согласиться не мог. Зрелище было самое что ни на есть милое, но трогать он младшего не стал. Вдруг, те парни ему что-то сделали и он испугается его действиям? От одной этой мысли его лицо потемнело, к счастью, Ванцзи был в своих мыслях и не заметил этого. Мужчина быстро вернул на лицо улыбку, когда младший поднял на него взгляд, все такой же хмурый.  — Это не вежливо, — наконец выдал Ванцзи. Взгляд его выражал явное недовольство. Усяня это позабавило и он решил немного подразнить мальчика.  — Что именно не вежливо А-Чжань? — мурлыкнув спросил Вэй Ин. Ванцзи же вздрогнул и его зрачки расширились от шока. Он впал в небольшой ступор и был бы в нем неизвестно сколько времени, если бы мужчина не продолжил. — То, что я не сказал тебе свое цзы или то что хочу, чтобы ты обращался со мной без официоза? — с дразнящей ухмылкой спросил Усянь. Мужчина и сам не мог понять, почему вдруг захотел подразнить мальчика. Нет, дразнить он людей любил и некоторых даже из себя выводил своими выходками, но это были только самые близкие и родные люди. А сейчас… Вэй Ин не мог понять почему, но он чувствовал странное удовлетворение, смотря на изменения лица младшего, но решил списать все на свое бесстыдство и махнул рукой. А вот реакция младшего была просто восхитительной. Он сначала впал в ступор, потом нахмурился, а глаза стали выглядеть очень зло и недовольно. Усянь бы так и воспринял его реакцию, если бы не заметил красные, от прилива крови, уши. Мальчишка явно был смущен, но пытался скрыть это за показной злостью и недовольством. Мужчина про себя умилился этой реакции. Желание затискать и заобнимать только усилилось и чтобы хоть немного его уменьшить он решил продолжить разговор.  — Ну ладно, ладно. Не надо хмуриться, не то морщины раньше времени появятся. Смотри, я такой молодой и красивый, а все потому что я никогда не хмурюсь и часто улыбаюсь. И тебе советую, А-Чжань, — на прозвище Ванцзи отреагировал бурно. Его мочки ушей только сильнее покраснели, хотя казалось бы куда еще. Даже на щеках проступил легкий румянец, настолько неприметный, что если бы Вэй Ин не вглядывался, то не заметил бы. Лань Чжань от смущения не знал куда деть взгляд и, наконец, решил просто уткнуться лицом себе в колени. Он впервые в жизни был так смущен и недоволен одновременно. Смущен из-за прозвища, а недоволен из-за самовосхваления мужчины. Как может существовать такой странный человек? Сначала был мягок и лишнего слова не говорил, а стоило имя сказать, как начал дразнить и говорить все без разбора. А самое главное никакого раздражения из-за прозвища и поддразниваний он не чувствовал. Совсем. А ведь так его назвал малознакомый человек. За размышлением о своих чувствах он не заметил, как мужчина встал, снял свое пальто и накинул ему на плечи. Он сначала не понял, что произошло. Было холодно, а потом вдруг стало тепло. Смущение и задумчивость как рукой сняло. Внезапно, Ванцзи почувствовал легкий аромат пряного кофе и слегка подняв взгляд, недоуменно посмотрел на свои плечи. Пальто черного цвета, которое было мужчине до бедра, а младшему до коленей, если он встанет конечно же. Именно от него исходил приятный кофейный аромат и тепло. Сейчас половина пальто, что не покрывала мальчика, была на земле и пачкались в пыли и грязи. Лань Чжань посмотрел на Вэй Ина и увидел, что мужчина стоял в обычном красно-черном свитере и утепленных штанах. Одежда лучше чем у него, но даже так будет ужасно холодно без верхней одежды. Мальчик слегка нахмурился. Он хотел было его снять и сказать, что ему не холодно, но мужчина предугадал его действия и надавил руками на плечи не давая снять пальто.  — Не-не. Снимать не надо, — сказал Усянь, пересекая все недовольства легкой солнечной улыбкой, — Мне и без него неплохо, а ты дрожишь, как осиновый лист. Это не есть хорошо, — на этих словах он убрал руки с плеч, уперев их в бока и, слегка наклонившись корпусом вперед, нахмурил брови. Это бы выглядело как упрекающее выражение, но все испортила дразнящая ухмылка в уголках губ. Младший не знал, как на это реагировать. С ним впервые так говорили. Дразняще. Не пытаясь по-настоящему задеть или обидеть. И кто? Мужчина, которого он видит впервые в жизни. Но это отношение, именно от этого человека вызывало неизвестное теплое чувство в груди. Будто они уже давно знакомы и это было чем-то обыденным и нормальным. Лань Чжаню это чувство казалось странным, но прогонять или не обращать на него внимание было выше его сил, поэтому он решил оставить все как есть. А пока он витал где-то в своих мыслях Вэй Ин снова заговорил.  — Ну так что? — приподняв бровь, вопросительно спросил мужчина. На него в ответ посмотрели недоуменным взглядом и он, сжалившись, решил пояснить. — Будешь называть меня по первому имени и на «ты» или нет? А-Чжань, соглашайся, ну, — проканючил Усянь с показной мольбой смотря на младшего. Он надул губки, словно обиженный ребёнок, хотя в глазах горели смешинки. Ванцзи в который раз не мог понять, как реагировать. Мужчина вел себя как ребёнок, дразнил, жаловался и дулся, но при этом выглядел вполне… Как? Странно? Нет, не то. Красиво? Да, но все еще не то. Мило? Да, мило. Но не в смысле женственно. По другому. Обаятельно, красиво и мужественно. Можно сказать идеальный мужчина. Когда мальчишка наконец понял о чем думал, то мочки его ушей снова предательски покраснели, но к счастью их закрывали пряди волос. По крайней мере, младший на это надеялся. Зато он, наконец-то, задумался над вопросом старшего. С одной стороны — это невежливо разговаривать с мужчиной старше его не формально, а с другой — именно другая сторона попросила об этом, поэтому отказываться будет тоже невежливо. Но… Лань Чжань посмотрел на мужчину, у которого в ожидании ответа глаза светились в нетерпении. И мальчик все-таки решился дать ответ.  — Хорошо, Вэй Ин. — сказал Лань Чжань и слегка улыбнулся, только уголками губ, но это была отчетливая улыбка. Затем он стал наблюдать за шокированным мужчиной. Зрачки его расширились, рот слегка приоткрылся и он часто-часто заморгал. Вид у него был при этом очаровательный, с этим мальчик даже в своих мыслях поспорить не мог. Непонятно, отчего Усянь был больше шокирован. От того, что его таки назвали по имени с какими-то дразнящими нотками в голосе или тому, что Лань Чжань улыбнулся, из-за чего его мальчишеское лицо стало просто убийственно красивым. Возможно, если бы это был другой человек, который знал Ванцзи, он бы долго простоял пялясь в никуда, шокировано хлопая глазками, но это же Вэй Ин. Без стыда и совести, веселый заводила. Он быстро пришел в себя и сам улыбнулся мальчику самой яркой и солнечной улыбкой, которую тот когда-либо видел.  — Вот. Другое дело, — сказал с улыбкой Усянь. — А теперь, давай-ка, ответь мне на главный вопрос. Как ты оказался здесь? — выделив последнее слово и обведя взглядом склад, спросил мужчина. Взгляд у мальчика стал не читаемым, можно сказать безэмоциональным. Если бы кто-то, кроме него, сейчас увидел такое выражение лица Лань Чжаня, то подумал бы, что тот был замкнутым и нелюдимым ребенок. Наверняка большинство людей в его окружении думают именно так. Усянь внутренне вздохнул. От одной мысли тошно становилось. Он ненавидел, когда люди судят, обращая внимание лишь на внешность или положение. Это просто возмутительно. Подумаешь, родители плохо зарабатывают или одного из них вообще нет. Какое посторонним людям вообще дело? Зачем говорить и сплетничать о том, чего не знаешь и знать в принципе не должен? Отв-ра-ти-тель-но. Ладно он, балагур и хулиган. Ему что скажут он либо словами заткнет, либо действиями, если нарываются. Он таким вырос. А другие? Ведь есть люди, в особенности дети, которые так поступить не могут в силу характера или семейных обстоятельств, например. Скажем, малыш А-Чжань. Если собрать в кучу всё, что случилось сегодня, то можно сделать определенные выводы. А именно: он необщительный, не любит внимание, стеснительный, эмоциональный и вежливый. А если еще и безэмоциональное лицо и нечитаемый взгляд добавить… Мда. С большой вероятностью у него друзей мало, а может вообще нет. И все из-за внешней оболочки, которая большинству кажется самой важной. Не то, чтобы мальчика Вэй Ину было жаль. Жалостью делу не поможешь. Скорее в мужчине просыпался какой-то такой инстинкт. Сохранить и защитить. Как хрустальную вазу. А лучше — спрятать, чтобы никто не трогал. Усяня самого передернуло от последней мысли. Как педофил ей богу. Но мысли отвращения не вызывали, как-будто так и надо. Вот родился он с ними и все. Как бы то ни было, мальчику он поможет. Потому что сам хочет, а не из-за этих странных мыслей. Пока мужчина боролся с внутренними странностями, Лань Чжань наконец решил ответить на заданный вопрос. — Я… смог убежать от них, — начал он. Мужчина, вынырнувший из своих мыслей, неслышно вздохнул с облегчением, — но… они погнались за мной и… — мальчик запнулся и прикусил нижнюю губу. — Я хотел оторваться от них, поэтому не смотрел куда бегу, а… когда понял, что они отстали, то… — паренек снова замолчал.  — Так значит ты заплутал? — спросил Вэй Ин с легкой успокаивающей улыбкой. Мальчик сразу успокоился и кивнул головой. Младший и вправду не знал, где сейчас находился. Он никогда не бывал в этой части района. Еще и дождь так не вовремя начался, вот он и забежал в это старое здание. От дождя он конечно спасся, но от холодного, пронзающего до костей, ветра — нет. Он не знал когда закончится дождь и как ему добраться домой. Вдруг, он снова встретит тех парней? Из-за беспокойства, страха, усталости и холода он таки расплакался. Ванцзи редко плакал. Он любые эмоции проявлял редко, но как ни посмотри он все еще был четырнадцатилетним незрелым ребенком. После такого потрясения с усталостью в придачу будет наоборот странно если он останется спокоен и собран. — Вот как. — пробормотал скорее для себя, чем для мальчика Вэй Ин. — У тебя есть родственники дома? — спросил он и Ванцзи ответил мужчине согласным мычанием. — Помнишь номер кого-нибудь из них? — на это ему помотали головой из стороны в сторону. — Телефона у тебя тоже нет, да? — спросил с надеждой на обратное Усянь. Лань Чжань задумался, взял рюкзак, что лежал рядом, и начал копаться в нем. Из него он достал старый кнопочный телефон. Заряд был почти на нуле, поэтому позвонить не было возможности, но вот номер посмотреть можно. В контактах, из родственников, был только брат. Мужчина решил не спрашивать насчет номера родителей, достал из кармана свой телефон и быстро набрал номер. В трубке раздавались только длинные гудки, но к телефону никто не подходил. Он решил позвонить еще несколько раз. На третьей попытке, когда он захотел уже бросить это занятие, ему ответили.  — Алло? — раздался на другом конце усталый юношеский голос. Видимо, говоривший был ранее чем-то занят, поэтому ответил на звонок не сразу. — Кто говорит?  — Здравствуйте, — начал Усянь, — Вы брат Лань Ванцзи?  — Да, это я, — слегка напряженно ответил юноша, — Могу я узнать кто вы? Что-то случилось?  — Нет, не совсем, — поспешил успокоить собеседника мужчина. — По крайней мере ничего слишком серьезного. Он заблудился и не знает, как попасть домой, а его телефон почти разрядился. Я случайно его встретил и решил сначала позвонить его родственнику. Мне передать ему трубку? — спросил Вэй Ин. Он понимал, что ситуация слегка абсурдна и совпадений слишком много для случайности, но другого выхода и нужды врать он не видел. Лучше уж так.  — Да-да, конечно, — взволнованно ответил собеседник. Мужчина передал трубку младшему, но так как они стояли друг от друга недалеко, то старший прекрасно мог слышать их разговор. — Ванцзи, — начал говорить старший Лань, после короткого слова «привет» Лань Чжаня, — ты в порядке? Что случилось? — Ммм… Я в порядке, — это всё, что смог выдавить из себя Лань Чжань, — Просто… Когда я шёл из школы домой, то начался сильный ливень, и… И я поспешил переждать под укрытием, — врать он, похоже, не умел — голос был нервный и заикающийся, но похоже старший Лань либо не обратил внимание, либо решил оставить этот разговор на потом. — Главное, что ты в порядке, — было слышно, как на другом конце вздохнули с облегчением. Даже голос говорившего стал более расслабленным, — Скажи, что ты видишь вокруг себя? Я приеду и… Договорить старшему Ланю было не суждено, так как Вэй Усянь взял телефон из рук Ванцзи и перебил говорившего. — Не думаю, что стоит это делать. — начал говорить Вэй Ин. — Место где мы сейчас находимся не легко найти. Я могу его подвезти, только скажите мне адрес. К тому же, ваш младший брат одет не по погоде и уже замерз. Если он будет ждать дольше, то может заболеть. Не думаю, что вам это нужно, правда? — спросил мужчина. Он не хотел как-то давить на собеседника, но по другому, не объясняя ситуации, было никак. Уж лучше он слегка надавит и отвезет мальчика, а об остальном можно подумать после. Юноша долго молчал, видимо обдумывал слова Вэй Ина. Через несколько минут он таки назвал адрес и спросил, сколько времени займет поездка. Усянь знал, примерно, где находится продиктованный адрес поэтому назвал примерное время и сказал, что если будет задержка он позвонит юноше еще раз и сообщит, а затем повесил трубку. Мужчина вздохнул про себя и посмотрел на Лань Чжаня. Тот смотрел на него весь разговор и похоже хотел что-то сказать.  — Что такое? — спросил Вэй Ин, приподняв бровь, — У меня что-то на лице? — с фальшивым любопытством поинтересовался он и, подняв правую руку, коснулся щеки. Ванцзи отрицательно помотал головой, но продолжал смотреть на Усяня все так же пристально. Их гляделки могли бы продолжаться долго, если бы мальчик наконец не заговорил.  — Почему вы сказали, что подвезете меня? — спросил он.  — Мы ведь говорили об этом, А-Чжань, — с напускным раздражением сказал Вэй Ин, — На «ты». И отвечу на твой вопрос. Я так решил, потому что ты без моего пальто дрожишь как листик на ветру. Даже если ты в нем сейчас сидишь, возможность простыть и заболеть не уменьшается. Лучше я отвезу тебя на машине. Так мы все время сэкономим. К тому же, что ты ему скажешь, если он придет сюда? — закончил объяснение мужчина, обведя взглядом окружение. Лань Чжань ничего не ответил, даже на прозвище внимание не обратил. Он не знал, что бы сказал брату. Врать он не умел, а утаивать то, что случилось считал неправильным. Он задал этот вопрос чисто из любопытства. Сейчас Ванцзи был благодарен Усяню за его заботу и вдумчивость. Этот мужчина проявил столько участия и озабоченности к нему, ребенку, которого встретил случайно, сколько он не получал последние два года. Думая о том, что старший помог бы так любому другому человеку было отчего-то неприятно, ведь так хотелось думать, что он особенный, но мальчик отогнал эту мысль подальше. Вэй Ин был добр и искренне желал ему помочь, а унего такие эгоистичные мысли. Возможно, младший бы затопил свой разум мыслями о «неправильном» эгоизме, если бы Усянь не заговорил.  — Ну чего ты так задумался? — спросил он с ухмылкой, — Не стоит так заморачиваться. Лучше пригласи меня к себе не чай в благодарность. Позовешь, а А-Чжань? — продолжил он прищурив глаза и слегка насмешливо улыбаясь. Мальчик застыл на некоторое время, но быстро пришел в себя. Он довольно быстро привык к поддразниваниям старшего. Лань Чжань размышлял над словами Усяня. А почему бы и нет? Брат не будет сильно против, а отблагодарить Вэй Ина чашкой чая было не трудно. Это самое меньшее, что он мог сделать. Ванцзи кивнул мужчине, а тот улыбнулся так широко и тепло, что у младшего перехватило дыхание. Вэй Ин протянул ему руку, чтобы помочь подняться, а Лань Чжань протянул свою и посмотрел на Усяня с благодарностью и легким смущением. Они выпрямились и вышли на улицу. Младший весь путь до машины следовал за старшим, закутаный в его пальто, и слушал его ничего не значащую болтовню, чувствуя, что с этого момента в его жизни произойдут большие перемены.