Подготовка к экзаменам

Боже, как же стыдно… Но! Мне казалось, что он специально меня провоцировал. Бред какой-то, он ведь хотел как лучше. — Так, ладно, будем заниматься математикой, — равнодушно сказал преподаватель, вырвав меня из раздумий. На моё удивление, он был каким-то спокойным. — Артём Константинович, — я осмелилась и подняла глаза, встретившись с его. — Мне правда неудобно, я не знаю, что на меня нашло, — а вот извиняться я не умела и не любила, да не то, что не любила, а ненавидела. И не могу предположить, почему я вдруг забила на свои принципы и начала признавать свою вину. Потому что обычно я этого не делаю. — Я понимаю, что Вы хотели как лучше, а я…– я просто смотрела в его глаза, а он просто слушал меня, не пытаясь перебить или возразить. Хотя его лицо не выражало абсолютно ничего. Ему как будто было пофиг на всё те слова, что я с трудом выдавливаю из себя. — Я повела себя очень глупо, — я почувствовала, как в носу неприятно защипало. «Нет, только не это. Маша, не плачь. Ты не должна показываться свою слабость! Тем более перед ним», — пыталась успокоить себя я. Знаете, такое паршивое чувство, когда в глазах уже всё начинает плыть, а в данной ситуации категорически нельзя плакать. Но, как вы уже поняли, свои эмоции я тоже не умела контролировать, поэтому по моей щеке покатилась одинокая слеза. Без понятия, что со мной происходит рядом с этим человеком, но мне это определённо не нравится. А что такого я сделала? Просто вспылила, с кем не бывает и признала свою вину. Но чувствовала я себя ужасно — как будто я убила человека и сижу извеняюсь перед его родителями. Или просто Артём Константинович намеренно хотел вывести меня на эмоции. Тогда, мои поздравления, у него это получилось. Если в прошлый раз, когда я рыдала у него в машине, мне было всё равно на него и его присутствие, то сейчас мне казалось, что стыднее некуда. Я медленно села на диван, смахнула оставшиеся капли с щёк и принялась разглядывать шикарные стены, дабы не встретиться с ним взглядом. Я снова попыталась сдержать себя и не зарыдать во весь голос, хотя очень хотелось. Ну да, просто минутная слабость. — Ну тише, — Артём Константинович присел передо мной на корточки и взял мои ладони в свои. — Прощу я тебя, что реветь то? — он улыбнулся своей прекрасной улыбкой, показывая ямочки. В эту секунду мои слёзы мигом прекратились, глаза округлились, а мозг отказывался что-либо воспринимать. Просто потому, что я была в шоке. Но признаться честно, мне было очень даже приятно.Его тёплые ладони аккуратно сжимали мои, а голубые глаза внимательно изучали меня. От этого взгляда по моей спине пробежала стая мурашек. — Я сделаю чай, а ты пока достань тетрадь, покажешь, что вы уже прошли, — репетитор встал и направился в сторону кухни. «Слава Богу он ушёл!» — в этот раз я была уверенна в том, что цвету моего лица позавидовал бы любой помидор. Шатаясь, от шока я поплелась к рюкзаку. Покопавшись там несколько секунд я поняла, что я неорганизованная дура. Потому что за место тетради по математике я взяла биологию, и ничего, что у них даже обложки разные. — Артём Константинович, — завидев его на пороге в гостиную начала я. — Я понял, — не дал закончить мне он, увидев мою растерянную физиономию возле портфеля. — Либо ты за все уроки ничего не записала, — опять эта ухмылка. — Или… Ты забыла тетрадь дома. Я прав? Чёртов экстрасенс…

***

Не буду врать, занятие шло долго и мучительно, но я выдержала. Я даже начала что-то понимать. Может потому, что Артём Константинович по несколько раз мне объяснял одно и тоже. Кажется, я тоже знатно его утомила своими «Объясните пожалуйста ещё раз» или «Не понимаю». Но ничего, он же учитель, поэтому должен объяснять тему, пока я её не пойму. — Ну-ну, и ты думаешь, я отпущу тебя одну? — неожиданно сказал репетитор, наблюдая за тем, как я натягиваю куртку. — Думаю, да, — решительно ответила я, уже собираясь открыть дверь. Хочу заметить, что за этот час мы достаточно сблизились. Ну, в том плане, что я перестала его стесняться, а такое было раньше. Да и преподаватель слал более открытый со мной. Естественно, он не переходил рамки преподавательской этики и не давал надежды на что-то большее, чем учёба. Да и я не претендовала. Я просто была рада тому, что нахождение с ним в одной квартире мне не доставляет никакого дискомфорта, как было раньше. И у меня не было желание провалиться сквозь землю от его взглядов. Или я просто прошла четыре стадии горя и наконец-то наступила пятая — принятие? Но главное не влюбиться, а такое вообще возможно? Думаю, да. — Ошибаешься, — ответил учитель, на мой взгляд, который означал, что я пошла домой и ничего больше не хочу слышать. В следующую секунду он быстро надел на себя куртку и взял ключи от машины. Мне такой расклад событий совершенно не нравился. Не хватало того, чтобы мой учитель довозил меня до дома. А если нас увидят вместе? Всё одноклассники знали, что я та самая «серая мышка», поэтому думаю, на них эта картина произвела бы большое впечатление. Ну вот представьте, ваша одноклассница, у которой нет одного друга вдруг приезжает на BMW учителя. На самом деле, в тот раз я также не обратила внимание на его машину, но суть та же. — Ну Артём Константинович, — возмущаться не было сил, но ехать с ним мне тоже не хотела. — Мне идти 10 минут. — Ну хорошо, пойдём пешком, — возражать я не стала, потому что поняла, что спорить бесполезно. Поэтому я лишь грустно вздохнула и последовала за преподавателем по коридору. Выйдя из дома я собралась пойти, как обычно по кварталам, так как получается быстрее. Но как только я направилась в нужную мне сторону Артём Константинович взял меня за локоть и повернул в другую. — Разве не знаешь, что небезопасно ходить по безлюдным улицам вечером? А то мало ли, что может случиться… — я поняла, что намекает он на случай с Андреем. Всё так же держа меня за локоть репетитор повернул в сторону небольшого парка, по которому и можно было дойти до моего дома. Ну как, можно? Нормальные люди там и ходили обычно. — А, Вы откуда знаете, где я живу? — с неким презрением спросила я. — Давай на «ты»? А то чувствую себя пятидесяти летним дедом, — он убрал руку с моего локтя, когда мы вышли на хорошо освещённую дорогу парка, по которой прогуливалось достаточно много людей. — Хорошо, откуда ты знаешь, где я живу? — сделав ударение на «ты» повторила я. — Ты наверное уже знаешь, что мои родители в очень хороших отношениях с твоими, поэтому я с ними пару раз заходил к вам, — без особого интереса ответил он, мол, могла бы догадаться. Но я я такого уж точно помнить не могла. — Тогда можно ещё один вопрос? — с ноткой надежды спросила я. — Можно. — Зачем Вы согласились заниматься со мной дополнительно, ой, то есть ты? — Ещё из разговора родителей в тот раз я узнала, что Артём Константинович не занимается репетиторством, хотя занимался раньше, поэтому меня очень интересовало это. — Ну, начнём с того, что твои родители очень хорошо попросили об этом, при чём несколько раз, и через моих. А как я мог им отказать? — он посмотрел на меня, остановившись. — Понятно. — я продолжила путь. — Раз уж мы начали откровенничать, то у меня тоже есть к тебе вопрос. — Ну и какой? — я начала волноваться, не знаю, почему. Но всем своим видом пыталась показать, что мне всё равно. — Зачем ты сказала, что влюблена в меня? — с интонацией спросил он. — Но ты ошибалась, если думала, что из-за этого я перестану с тобой заниматься. — опять эта улыбка. — Ну вот, Вы уже и сами всё знаете. — я пожала плечами. — Ты всё знаешь, — исправилась я. Было непривычно, во первых, обращаться к нему на «ты», а во вторых, идти по парку и разговаривать. Я не чувствовала рядом с собой учителя, а себя его ученицей. — Но разве это того стоило? С первого дня я понял, что ты не очень то симпатизируешь мне, поэтому было интересно наблюдать за твоими реакциями. И ещё ты мило психуешь, — я видела, как репетитор постарался сдержать смех. — А ты догадливый, — я хмыкнула. Я и не заметила, как мы оказались уф подъезда моего дома. Артём — теперь буду называть его так, пожелал спокойной ночи и ушёл домой, окинув меня долгим взглядом, в котором плясали озорные огоньки. Даже не знаю, что он мог означать. Мне были непонятны перемены, произошедшие с ним. Сегодня он был каким-то простым. Или же, у меня были догадки, что всё остальное делалось для того, чтобы вызвать реакцию у меня. Зайдя в квартиру я быстро пробежала в свою комнату и плюхнулась на кровать, проваливаясь в сон.