apple of discord

В итоге, в голове демона был только горький смех и некоторые сбивчивые фразы. «Намджун, просто сходи и попроси у него нож» — не прекращала повторять девушка, хоть и понимала, что гордость не позволит демону этого сделать. — Я буду мучиться, но сделаю, — шепчет он, вновь и вновь поджигая кусочек металла в ладони. «Я потратила на то, чтобы научится этому полсотни лет, объездила весь континент — и только после этого, я смогла выковать свое первое годное для битвы оружие. Ты считаешь, что это просто?» — конечно же, он так не считал никогда. Рюджин обладала невероятным талантом к ковке, не смотря на то, что была дочкой садовника. Им с отцом иногда не хватало денег на орудие, потому приходилось постоянно что-то да переплавлять, так она и научилась основам. Позже, после становления демоницей, она плюнула на все и отправилась в путешествие за знаниями. Так, что сейчас, очень мало людей, что могут сравниться с ее мастерством, об этом ходят легенды. Например, о том, как она выковала свои бесценные гоу — Шен Цзе (1) и Цей Ло (2), это был металл, что она отобрала у самого Его Превосходства Земляного Хранителя, огонь, что был обманом добыт у Его Превосходства Огненного Хранителя, и вода из самого южного моря, что она выманила у Его Превосходства Водяного Хранителя. Вообще-то, в этой легенде никак не участвовал Ветреный Хранитель, что было слишком странно, учитывая то, что остальные, трое, присутствовали. Поговаривали, что у демоницы толи роман с ним, толи вражда. Но ответ был прост — Рюджин он не нравился. Вот просто не нравился и все. Она всегда отнекивалась от этого дракона, стараясь не вспоминать. Но Намджун явно знал правду и яро ненавидел это чудище. Все считают его даочжаном, чистым и ни на что не обращающем вниманием, но этот дракон был слишком гнилым внутри, чтобы жить ещё на свете. Большая часть его учеников, уже побывала в его постели — особенно, ему были по душе подростки, совсем юные мальчишки, которые величали своего шицзуня выше всяких вкладык, чем он постоянно пользовался. Несчастные дети считали, что все это — нормально и так шицзунь просто показывает основы двойного совершенствования. И лишь, когда становились взрослыми людьми, понимали все то, что происходило, но от позора уже не отмыться. Да и Ветреного Хранителя не оклеветаешь — если жить, конечно, хочешь без ещё большего позора. Рюджин ясно запомнила, как этот мерзавец тянул к ней свои белоснежные ручонки, мол, каждый здесь это проходит. Тогда она так ему всадила в даньтян, что ещё три месяца еле-еле ходил, что уж говорить о распускании рук. «Джун-Джун, лучше бы не об этом дуаньмингуе (3) думал, а за ножом нормальным сходил бы, а то сидишь тут. Никогда там рыбу не почистишь» — демоница не прекращала ворчать и наконец, обессиленный демон встал, направляясь к домику. Чувствовалось, как Рюджин нервничала, девушку, чуть ли не, трясло. Каждый раз одно и то же — она боится вспоминать об этом. Каждый раз, когда она слышит, что какой-то мерзавец обесчестил несчастную малышку или малыша, она просто не может стоять в стороне и тут же идёт мстить ему. С ней, помимо того случая с драконом, из которого она, кстати, вышла победительницей, к ней никогда таким образом не прикасались чужие руки. Отец слишком берег свою маленькую девочку, любил и лелеял, ведь именно это он и обещал, умершей так давно, жене. Но у нее когда-то была подруга — чудная девушка, с самого появления маленькой Рюджин в столице, эта девочка не оставляла ее. Однажды, Рюджин узнала, как отец издевается над ее подругой. Точнее, не узнала, а увидела. Тогда, она хотела просто переночевать у подруги, мол, отец очень занят новым букетом — такое часто случалось, но, когда вернулся пьяный отец той девочки, сердце маленькой Рюджин чуть не остановилось. Тогда, она была слишком юна, оружие, конечно же, при себе не было, потому единственное, что она тогда могла сделать, закричать. Могла, но сделала — наоборот, чистая, прелестная Рюджин взялась за старую сковороду и всадила ею по голове мужчины. Он не умер, но девочка, вместе с Рюджин успели сбежать оттуда домой. Господин Шин был не менее напуган, чем его дочь, но тогда, эти два человека со всем мужеством оберегали несчастную, обесчестенную девушку — со сковородой и садовыми ножницами, они смогли напугать мужчину до такой степени, что он сам сбежал. Рюджин лишь фыркнула и постаралась скрыть смущение — для ее эта ситуация, все ещё одна из самых ужасающих во всей ее жизни. Демон легко постучал в дверь, но никто ему так и не открыл. Он уже думал открыть самостоятельно, как дверца отворилась и маленький демоненок, весь в пыли, вылез из домика и грозным взглядом осматривал Намджуна, который так до сих пор и не надел рубахи. — Ещё нельзя, шибо! Уходи! — воскликнул мальчик, когда на его плечо опустилась ладонь, — что? — Мне нужен нож. Можно? — ребенок лишь кивнул, как бы, стараясь не показывать былую гордость, в которой не было нужды. — Нож? Сейчас принесу, — послышалось позади дома, и оттуда вышел юноша с металлическим, ржавым, но крепким, тазом, в котором было ещё влажное белье