Юнмины 2.0

      Чимин расставляет ноги шире и прижимается к холодной стене сильнее, придавленный к ней грудью Юнги, косясь в сторону - и замечает только промелькнувший где-то сбоку андеркат блестящих черных волос, и слышит только горячий выдох, скользнувший сквозь улыбку и быстрый смазанный поцелуй.       И всё тут же начинается сначала. О дааа…       Чимину так сильно нравится… Даже слишком. Ему хочется кричать так громко, насколько только хватит воздуха в легких, сорвать связки и даже лишиться голоса, хочется стонать, как в самом наигранном порно, скулить, как верная собачка, постоянно подаваться бёдрами назад, лишь бы ощущать внутри себя эти глубокие толчки чл*на Мин Юнги, и хриплое, напряженное на вдохах, дыхание за своим затылком. Крепкие бледные руки с четко выступающими венами, которые напрягаются от каждого движения, и сильные, ловкие, длинные пальцы, которые то поглаживают, то сжимают до немеющей боли, то звонко шлёпают. Дрожь пробегает по всему телу, - и Юнги чувствует приближение той самой своей последней точки невозврата, и внизу живота уже вдруг… почти… но Юнги замедляется, начиная двигать бёдрами медленнее, и наблюдает за тем, как округлая задница Пак Чимина принимает в себя всю немалую длину… Хочется продолжать наблюдать за этим, смотреть, как чл*н проникает внутрь раз за разом, но Юнги должен сперва довести до оргазма Чимина.       Юнги отодвигается на шаг назад и аккуратно вынимает, с резким пошлым звуком посреди приглушенной тишины, а потом перетаскивает Чимина на диван, заставляя лечь на спину. Сам же поднимает его ноги, лишний раз восхищаясь этой великолепной растяжкой. Чимин слегка сдавливает шею Юнги своими щиколотками; Юнги тут же входит снова. Теперь перед глазами вид ещё лучше, чем был до этого: раскрасневшееся лицо Чимина, капельки пота на его лбу и висках, рассеянный блуждающий взгляд, яркие краснеющие губы… Такие искусанные, такие сочные, такие блестяще-мокрые... Юнги чувствует цепкие пальцы Чимина на своих локтях; приходится не позволять себе сбиваться с ритма больше. Вдруг Чимин высоко поднимает брови и закатывает глаза, и издает самый восхитительный стон, что только когда-либо бывал.       - Ещё, ещё, здесь, - шепчет, задыхаясь, почти всхлипывая, голос Чимина, изогнувшего гибкую спину.       Его бёдра подёргиваются от каждого толчка, задевающего простату. Юнги чувствует, что Чимин на грани... И помогает ему эту грань пересечь.       Юнги опускают одну ногу Чимина со своего плеча, а вторую продолжает удерживать. Пальцами быстро пробирается под остатки расстегнутой одежды, что едва держится на стройном теле Чимина, и обхватывает влажной ладонью то, что находит безошибочно точно и привычно. Чимин выгибается и с силой подается бёдрами вперед - ведь Юнги в это время прекратил двигаться…       - Не останавливайся, прошу, только не останавливайся, - шепчет судорожно и крупно дрожит всем телом Пак Чимин, чувствуя, как пара звонко-горячих, едко-соленых капель стекает с виска, исчезая в волосах.       - Тише, тише, - выдыхает Юнги, подавшись вперед до самого конца и надавливая с силой внутрь, лишая Чимина возможности отодвинуться.       Чимин напрягается и шумно дышит, а через секунду издает настолько жалобный, хнычащий, умоляющий звук, что Юнги и самому становится трудно сдерживаться, проводя Чимину своей сжатой ладонью по всей длине его чл*на снизу вверх.       Спина того, кто остается лежать, придавленный весом Мин Юнги, приподнимается вверх, а пальцы хватаются за какой-то край какого-то предмета… а, все равно, - какая разница?.. Бёдра Чимина разъезжаются еще чуть шире: одна нога опирается на пол, отставленная в сторону, а другая скользит, согнувшись в колене, по щетинистому виску того самого андерката, взмокшему до искристо-яркого блеска. Юнги вовремя замечает, что с губ Чимина сейчас сорвётся выкрик, допустить который сейчас ни в коем случае нельзя; и Юнги реагирует вовремя, зажимая одной ладонью этот приоткрывшийся рот, греющий на своем сухом огне громкий возглас совершенно невыносимого чувства, а вторую подставляя ниже… Юнги знает тело Чимина достаточно хорошо.       - Можешь. - Говорит Юнги тихо севшим низким тоном, и тут же чувствует, как болезненно сильно Чимин сжимает его член внутри себя напрягающимися мышцами и как громко и долго он кончает, вздрагивая всем телом, оглашая все пространство вокруг сжатым в чужой ладони воем.       И Юнги кончает тоже.       Оба тяжело дышат после и пытаются прийти в себя. Чимин так и лежит с еще прикрытыми глазами, уперевшись затылком в поверхность дивана, облизывая губы и пытаясь свести подрагивающие бедра вместе. Сам Юнги… тяжело дышит, сверху вниз оглядывая своего Чимина - теперь уже точно своего - и, самодовольно улыбаясь, оставляет несколько аккуратных поцелуев пересохшими губами - от щиколотки и до колена - на коже этой идеально прекрасной фигуристой ноги, что все еще остается лежать на плече Мин Юнги, не в силах опуститься на пол, - потому что мышцы Чимина дрожат еще слишком сильно.