Юнмины 2.0

      Чувствуешь ли ты своё сердце? - Ты чувствуешь, покуда можешь видеть им мою душу, покуда я люблю тебя, а ты любишь мою любовь.       Когда холод перестал жечь, а стал приносить красоту? Ты не знаешь, ты не знаешь; ты не помнишь - точно как звездная пыль давно разорвавшихся в космосе планет, что наполняет теперь твои кости, не помнит этого самого великого взрыва.       Но я умею напоминать твоим атомам о тех временах каждую ночь.       Ты слышишь другие миры в глухоте моего сердцебиения? - Ты слышишь, пока лежишь у меня на груди. Ты слышишь ритм языческих барабанов у высокого костра в древнем лесу, ты слышишь музыку, что вводила в транс индейцев чероки, слышишь, как тонкие пальцы, давно обратившиеся в прах, перебирают струны сямисэна и цитры, - а это ведь просто мое сердце бьется под твоей усталой щекой.       Ты забываешь свое имя, когда чувствуешь запах моих волос. Ты слепнешь и перестаешь замечать весь мир - из-за одного лишь выразительного взмаха моих ресниц. Ты теряешь дар речи, - я без труда забираю его у тебя своим поцелуем…       Я научу тебя чувствовать каждую каплю в каждом из морей, я заставлю тебя вспомнить, как умеет любить твое сердце.

***

      Чем ты ближе ко мне, тем ярче мерцаешь. А когда вжимаешься своими плечами в мои - до упора, до горячих ноющих ожогов, до безумия, - я вижу, как танцует темно-синяя четырехрукая Кали в твоих звездно-черных глазах. Вряд ли ты знаешь, что умеешь так, - ты не помнишь, совсем ничего не помнишь о себе самом; но я покажу тебе, каким ты можешь быть, если ты забыл себя настоящего. Я знаю тебя лучше, чем сам могу понять это знание.       В твоих венах гудит ветер, вырываясь наружу шумными выдохами с твоих пересохших губ. Я позволяю тебе оставлять глубокими поцелуями расцветающие лиловые следы на моей коже, эту кристально-чистую, опиумную боль, - и ты начинаешь вспоминать, каким ты всегда любил быть.       Нет больше и тени былого Мин Юнги, нет больше ни единого воспоминания об отрицании «чувствовать что-либо в принципе» и заявлении «любовь - это чушь и выдумка»: я выиграл эту игру в прятки, я нашел тебя - там, где ты не смог найти сам себя.       Пойдем, я покажу тебе. Возьми меня за руку - увидь это небо, которое создало тебя, и привело ко мне когда-то. Поцелуй меня еще раз - и луна упадет на землю всей тяжестью своего света; ты целуешь - и тут же ощущаешь всю эту тяжесть, и она становится слышна в твоем сорванном дыхании. Скажи, как сильно ты меня хочешь - настолько, что любви не хватит, - и разбросай свои чувства бурей по земле.       - Положи руку мне на шею.       Ты делаешь это - и медленно подступающая нехватка воздуха в моих легких дороже любого ожерелья. В этих длинных пальцах, стягивающих мое горло, закипает одичавшая жажда - и ты окончательно вспоминаешь, каким можешь быть.       Я окунаюсь в темную реку, ее немая вода смыкается над моей головой, - и я вспоминаю, как сильно скучал по тебе такому.       Ты вымазан распотрошенными воспоминаниями прежних наших ночей, что бывали так же горячи, и ты так счастлив. А через несколько секунд резко падаешь сверху, словно скошенная трава.       Ты превосходен, ты прекрасен, твоя кожа - слоновая кость, а спина сверкает крупными каплями, словно на нее кто-то просыпал свои соленые слезы.       Но я знаю, что это вовсе не слезы, это - каждая капля каждого моря, обещанные мной тебе, это - тяжелые осколки разбитой луны, вырвавшейся из объятий черной ночи и сорвавшейся вниз.       Я научу тебя чувствовать каждую каплю в каждом из морей, я заставлю тебя вспомнить, насколько сильно умеет любить твое сердце.       - Я… я так сильно… люблю тебя… - Бессильно и неразборчиво проговаривает Юнги, положив щеку мне на грудь.       Я тут же обнимаю его за плечи:       - Знаю, я знаю…       ...настолько, что любви не хватит.