Как влюбиться в Драко Малфоя

— Ну все, мне пора, — соскочила с небольшого подиума Гермиона, когда примерка платья была окончена. — Но нам же еще надо кое-что купить для ритуала, — всплеснула руками Панси. — Вот и займитесь этим с Джинни, — Гермиона спешно застегивала свою рубашку и джинсовые шорты. — А у меня дела. Поймав на себе осуждающие взгляды, она улыбнулась: — Ну, пожалуйста, помогите мне. А я быстренько проверю одну версию и вернусь. Встретимся в мэноре. Хорошо? — Хорошо, — вздохнула Панси. — Беги. — Спасибо, — прошептала Гермиона и унеслась.

***

— А где Грейнджер? — Малфой в недоумении смотрел на Джинни и Панси, вернувшихся в мэнор без его невесты. — Она еще не вернулась? — забеспокоилась Джинни. — Так она не была с вами? — продолжил допрашивать Малфой. — После примерки она сказала, что ей надо проверить еще какую-то версию, и исчезла. Мы же занимались покупками, — Панси прошла к столику и сгрузила на него несколько пакетов. — А где Гарри? — осмотрелась по сторонам Джинни. — Он еще не вернулся? — Нет, я первый, — Драко сел в облюбованное кресло и жестом пригласил девочек присесть. — Нотт чист. — Голдштейн тоже, — раздалось с порога. Малфой взял перо и записи Гермионы и сделал пометки. Гарри подошел к ним и сел рядом с женой. — Тогда ждем возвращения Блейза и Гермионы, — подвела итог Панси. — Из Аврората или Отдела тайн нет новостей? — Пока нет, — Гарри взглянул на часы. Минут десять они сидели в тишине, думая о своем. Разговор не клеился, напряжение все больше нарастало. — Блейз! — воскликнула Панси, стоявшая у окна. Сидеть уже не было никаких сил. — Ну что там? — встал Малфой навстречу другу, едва тот переступил порог. — Мимо. Смит, конечно, тот еще тип, но вам он не вредил, — Забини плюхнулся на диван и вытянул вперед ноги. — А где Грейнджер? — оглядел он всех собравшихся. — Сказала, что ей надо проверить какую-то версию, и еще не вернулась, — Джинни с беспокойством смотрела на Забини. — Она пошла туда одна? — напрягся Блейз. Вся расслабленность его позы тут же пропала. — Куда ты ее отправил? — Драко словно увеличился в размерах, почти нависнув над Блейзом. — О чем вы шептались? — Я предположил, что Миллисента Буллстроуд могла быть причастна, потому что она сходила по тебе с ума с первого курса. — Буллстроуд? — опешил Малфой. — Она же... она же... — он подыскивал слова помягче, чтобы описать бывшую однокурсницу. — У меня с ней никогда ничего не было! — А у нее с тобой было, — вставила Панси. — Она даже дневник вела, где записывала, сколько раз ты на нее посмотрел, а уж день, когда ты, чтобы обойти ее, прикоснулся к ее плечу, так и вовсе был ее личным праздником. Только я думала, что это давно в прошлом. — А если нет? — Малфой встал и заходил по комнате. — Мы должны ее найти. — Ты думаешь, Грейнджер не справится с Буллстроуд? Она же с палочкой! — фыркнула Панси. Она, конечно, не была в восторге от Гермионы, но глупо было бы не признавать ее силу. — Я иду туда, — Малфой направился к выходу, — я чувствую, что что-то случилось. Гарри усмехнулся, глядя на взволнованного Драко: глаза горят, сам сосредоточен и рвется в бой. Что ж, стоило признать, что Малфой ему нравился больше таким, а не тем утренним болваном, которому хотелось съездить по морде. Хотя... Может, он и не о Гермионе переживал, а просто спасал свою задницу? В любом случае, надо было найти Гермиону. — Я с тобой, — встал Гарри. — И я, — подскочил Блейз. — Все-таки это была моя идея.

***

Пафосный дом Буллстроудов найти было нетрудно, они поколениями жили в горах Шотландии, координаты для аппарации были указаны в обычном магическом справочнике. А вот попасть в дом оказалось сложнее. Аппарировав, все трое направились к воротам, но они были закрыты и никто не спешил их открывать. — Я могу вскрыть их как аврор, — завелся Гарри. — Не горячись, — успокоился его Малфой, — давай я попробую. Он подошел к воротам и, глядя на кованое изображение медведя, заговорил: — Добрый день, я Драко Малфой и хотел бы навестить мисс Миллисенту Буллстроуд. К их удивлению, ворота приоткрылись и Драко вошел внутрь, но тут же захлопнулись, не пустив Гарри и Блейза. — Иди, — подбодрил его Поттер, — если что, мы сможем войти, пусть и не столь вежливо. Малфой кивнул и направился к парадной двери. На пороге его встретил домовик, низко кланяясь, и, не говоря ни слова, знаками дал понять, что следует идти за ним. Драко прикоснулся к палочке, готовый выхватить ее в любой момент. Как Грейнджер сюда впустили при такой-то недружелюбной охране? Идя по полутемному коридору, он невольно считал комнаты и повороты, запоминая дорогу. Его привели на второй этаж в конец коридора и оставили перед дверью. Он постучал и, не дожидаясь ответа, нажал на ручку. Дверь тихо скрипнула и отворилась. То, что он увидел, войдя в комнату, поразило его и вызвало приступ тошноты. Комната оказалась большой, но заставленной мебелью и всяким барахлом. Поражала стена напротив входа: она вся была обклеена его колдографиями. В центре стены висел огромный плакат, на котором Драко Малфой в полный рост стоял абсолютно обнаженным и вытирался после душа. Вероятно, его сняли после тренировки по квиддичу, он узнал раздевалку. — Мерлин! — вырвалось у него. На остальных колдофото он был везде один, разного возраста, начиная с первого курса и заканчивая... Он сглотнул. На стене висело очень свежее колдофото, на котором он был в сером костюме и кремовой рубашке — он купил их не более двух недель назад! — Драко, ты здесь, я знала, что рано или поздно ты придешь ко мне, — в дальнем углу комнаты зашевелилось нечто крупное, оказавшееся хозяйкой комнаты. Миллисента Буллстроуд начала вставать из кресла, и этот процесс никак не прекращался. Она и раньше была рослой, но Малфой не видел ее со школы, и за эти несколько лет она выросла еще больше, обогнав Драко на голову. Мощные руки и ноги, широкие, как у мужчины, плечи — она выглядела уменьшенной копией мадам Максим. Драко попятился и сглотнул. Нет уж, роль Хагрида его не прельщала. Маленькие глазки хищно смотрели на него. Буллстроуд напоминала гигантского черного паука, поймавшего в свои сети долгожданную добычу. Вот только Малфой становиться добычей не собирался. — Где Гермиона? Что ты с ней сделала? — Грейнджер? Ты больше никогда не увидишь ее! — она наступала на него темной тучей. Драко выхватил палочку и наставил на приближающееся чудовище. — Где она? Я найду ее, даже если придется разобрать весь этот дом по кирпичику. В голове творилось нечто невообразимое. Образ плененной Гермионы вызывал жгучее желание найти и спасти ее, но он тут же вытеснялся школьным воспоминанием: Грейнджер что-то говорит ему, что-то до боли обидное, а потом отворачивается и идет к Уизли, берет того под руку и улыбается ему. Малфой усилием воли прогнал видение из головы, сосредоточившись на главном — надо найти Гермиону и заставить Буллстроуд снять с них заклятие. Дверь отворилась, и на пороге показались два домовых эльфа. Но каких! Они напомнили Крэбба и Гойла, именно так они смотрелись бы на фоне обычного эльфа. И о почтении в глазах не шло и речи. Эти два эльфа-переростка были Драко по грудь, а по ширине накачанных плеч превосходили его. — Взять его, — приказала Буллстроуд, и из рук Малфоя тут же была вырвана палочка. Крепкие крючковатые пальцы схватили его, и вырваться из этих тисков было невозможно. — Ты не в себе, — спокойно заговорил Драко после неудачной попытки освободиться. — Зато теперь ты — мой, — губы Миллисенты растянулись в довольной улыбке, — навсегда. — Еще чего, — не сдержался Малфой. Гнев и раздражение не позволяли мыслить ясно, потому он постарался успокоиться и взять себя в руки. Драко осматривал комнату и на окне заметил две куклы — одну женскую, крупную, в пышном белом платье и фате, вторую мужскую, с белыми волосами. Эта сумасшедшая практиковала магию вуду? Глупость какая. Только вот он с утра тоже боролся с одной глупостью и до сих пор не нашел способ снять заклятие. Буллстроуд проследила за его взглядом и еще шире улыбнулась. — Теперь ты понимаешь, что ты не мог сюда не прийти? Я ждала тебя, давно ждала, — она подошла к нему с ножницами и, просто вскинув руку, срезала несколько прядей с макушки. — Это на всякий случай, вдруг пригодится, — усмехнулась она, пряча добычу в шкатулку. — Отпусти нас, и я забуду о том, что здесь произошло. — Глупый, твою грязнокровку я выпущу потом, когда все будет кончено, а вот тебя — никогда, — она вернулась к Малфою и потрепала его по щеке. Он смотрел на нее снизу вверх, и все происходящее казалось диким абсурдом. — Ну что же вы стоите, проводите гостя к столу, — проворковала она своим гориллоподобным эльфам. Те потащили Малфоя в указанном направлении и усадили его так, что он скривился от боли. — Ну-ну, не сломайте ему ничего, он нужен мне целым и невредимым, — Буллстроуд погладила Малфоя по голове. — А если ты будешь хорошим мальчиком, то и дальше тебя никто не тронет. — Ты же понимаешь, что это безумие? — попытался образумить свою поклонницу Драко. — Я выберусь отсюда, и ты пожалеешь, что затеяла все это. — Конфундус, — метнула в него заклятие Миллисента. — Я скоро вернусь, не упустите его, — сказала она своим верзилам и вышла в дверь, за которой, по всей видимости, скрывалась ванная комната. Малфой попытался встать, но держали его крепко, а его палочка отлетела к входной двери так, что было не достать. Пару минут спустя из ванной комнаты вышла Гермиона, только выглядела она крайне странно: на ней был огромный балахон, служивший Буллстроуд весьма тесным платьем. На Гермионе же эта тряпка висела парашютом, подхваченным поясом. — Никогда не была сильна в трансфигурации, — проворчала лже-Грейнджер. Драко посмотрел на нее и отвернулся. Конфундус, в отличие от трансфигурации, любвеобильной хозяйке удавался гораздо лучше. Она подошла к нему и села на стул рядом. — Сейчас ты дашь мне Непреложный обет, пупсик, в том, что завтра я стану твоей женой, затем ты поцелуешь меня, и мы будем жить долго и счастливо. Эльфы станут свидетелями обета. Серые, слегка расфокусированные глаза моргнули и закрылись. Зажмурившись, Драко помотал головой, затем открыл глаза и посмотрел на странно одетую Грейнджер. Чего она хотела от него? В голове гудело. — Дай мне руку и повторяй за мной, — настырная ведьма попыталась схватить его руку за предплечье, но передумала, встала и уселась Малфою на колени. — Сначала поцелуй, не могу больше ждать, — она обхватила руками его голову и впилась губами в рот. Вот здесь Буллстроуд просчиталась. В Малфое взорвалась такая вспышка ненависти и отвращения, что он в одно мгновение смог скинуть с себя нахальную невесту и вырваться из лап эльфов, ослабивших хватку, когда хозяйка уселась на колени пленника. Он в два прыжка долетел до двери и схватил свою палочку. — Не смей ко мне прикасаться, тварь, — взревел он. Дверь с силой распахнулась, и на пороге показалась настоящая Грейнджер, за ней стояли Поттер и Забини. — А ну убери свои грязные руки от моего будущего мужа, — прошипела Гермиона и слегка опешила, увидев на полу лежащую саму себя, связанную с головы до ног. Эльфы-верзилы исчезли. — Инкарцеро — отличное заклинание, не находишь? — усмехнулся Малфой, поигрывая палочкой. — Вы арестованы, мисс Буллстроуд, — проговорил аврор Поттер, — по обвинению в попытке... — он замолчал, не зная, в чем именно ее следует обвинить. — Похищения людей и принуждения к браку, — подсказал Малфой. — Именно, — подтвердил Поттер, поднял лже-Грейнджер на ноги и вывел из комнаты. — Как ты? — Драко подлетел к Гермионе и притянул к себе, зарывшись лицом в растрепанные волосы и закрыв глаза. — Нормально, — она прижалась к нему, уткнувшись лицом в грудь. — Я так за тебя испугался, — признался он. — Что не смогу сдержать слова? — куда-то в рубашку спросила она. — Что? Ты о чем? — не понял сначала ее Драко. — А... ты так обо мне думаешь, — он отпустил ее и сделал шаг назад. — Но заклятье... — начала оправдываться Гермиона, но, видя его обиду, не сдержалась: — Прости. Она прошла к стеллажу и поискала свою палочку, помня, куда Буллстроуд ее кинула при их встрече. — А, вот она, — Гермиона нашла пропажу и сунула в карман. — Думаю, сюда скоро прибудут авроры, подождем их? — Да, здесь остались улики, — Драко разглядывал свой портрет в полный рост. — Вот только кулоны — не ее рук дело. — Ты уверен? Я почти не разговаривала с ней, эти эльфы-переростки сразу отобрали палочку и сунули меня в подвал. — Тебя как всегда спас Поттер, — грустно констатировал свое поражение Малфой. — Да, они с Блейзом влетели туда очень эффектно. А потом мы побежали к тебе на помощь. Как ты вырвался? И чего вообще она от тебя хотела? — Она приняла оборотное зелье, обернувшись тобой, огрела меня Конфундусом и хотела заставить дать Непреложный обет, что завтра я на ней женюсь. — Она рассчитывала на то, что магии плевать на оборотку и раз обещание ты дашь ей, то жениться будешь вынужден на ней. А Конфундус должен был тебя дезориентировать, чтобы не понимал, зачем вообще давать обет. Хитро. — Именно поэтому я и считаю, что кулоны прислала не она. — Ты прав. Если бы она знала, что из-за заклятия ты физически не выносишь меня, то не стала бы пить оборотку. Ей, скорее, помогла бы Амортенция, — усмехнулась Гермиона. — Вот уж не знаю, мне и Конфундуса хватило, — Драко передернул плечами от воспоминания. — Когда она меня поцеловала, моя неприязнь к тебе стала в разы больше и я смог вырваться. — Она тебя что? — вспыхнула Гермиона. — Поцеловала. Села на колени и присосалась как пиявка, — ему неожиданно понравилось, что Гермиона явно ревнует. — Понятно. В данный момент я даже рада, что на тебе было заклятье, — она остановилась перед его обнаженным портретом. — Так бы и спалила всю эту стену к драккловой бабушке! — Это улики, доказывающие ее невменяемость, так что полегче, не маши палочкой, — Драко загородил собой портрет, хотя ему и самому хотелось его уничтожить. Сейчас сюда прибудут авроры, а он тут, едва-едва прикрытый полотенцем. Ужас. — А знаешь, заклятье кулонов все же не такое уж сильное, — усмехнулась Гермиона, — ты смог меня обнять. — Я просто в этот момент ни о чем не думал, действовал инстинктивно, — смутился он. — Делай это почаще, — искренне улыбнулась ему Гермиона. — Что именно? Не думать или обнимать тебя? — тоже улыбнулся Драко. — И то, и другое, тебе идет. Появились Поттер и авроры, сразу выгнавшие их из комнаты. — Слейте воспоминания и можем уйти, — Гарри протянул им по фиалу. — Мы и так потеряли невозможно много времени. Малфой кивнул и отошел в сторону, чтобы ему не мешали.

***

В мэнор возвращались с тяжелым сердцем. Обсудив все произошедшее, они пришли в ужас. — Буллстроуд — сумасшедшая, ей самое место в Мунго, — возмущалась Джинни. — Она пока в Аврорате, но имеет все шансы составить компанию Локхарту, — произнес Гарри. Они еще раз обговорили все, но новых подозреваемых не было. Все, что они могли делать — это ждать результатов экспертизы и надеяться, что успеют за пару часов все исправить. — Думаю, всем лучше пойти домой, отдохнуть, — устало произнесла Гермиона; она видела, что друзья вымотаны, — завтра тяжелый день. — Да, конечно, тебе тоже надо отдохнуть, — подошла к ней Джинни. — Я прибуду часам к восьми, сразу, как будут получены результаты по кулонам, — Гарри встал и пожал мужчинам руки, прощаясь. — Я помогу тебе одеться завтра и сделать прическу и макияж, — пообещала Панси Гермионе и, подцепив Блейза под локоть, направилась к выходу. — До завтра. Когда все ушли, Драко повернулся к Гермионе, оставшейся в гостиной. — А ты? Останешься или пойдешь домой? — он с тревогой смотрел на нее; ему совсем не хотелось отпускать ее. — Можем поужинать и поговорить. — Останусь, — она несмело посмотрела на него. Идти домой она не торопилась: пусть так, через подавляемую неприязнь, но они могли хотя бы обсудить все, что происходит, а там она останется одна на один со своими страхами. — Буду рад, — Малфой тепло улыбнулся и, едва поклонившись и взмахнув рукой в сторону малой гостиной, произнес: — Прошу. Гермиона прошла мимо него в указанном направлении, случайно задев локтем, и отскочила. — Мерлин! — она потерла место соприкосновения. — Все становится только хуже, заклятье усиливается. Он тоже тер место, где она его коснулась. Домовик быстро накрыл стол на двоих. Гермиона отказалась от спиртного, и после горячего подали чай. Ели молча, думая о своем. Время утекало, до церемонии оставалось чуть более пятнадцати часов, а они были вынуждены просто ждать. Противоядия к неизвестному заклятию не сваришь, проверить всех, кто когда-либо пересекался с ними — не проверишь. — Как ты? — заговорил Драко, выведя ее из задумчивости. Гермиона удивленно посмотрела на него. Он ведь чувствовал сейчас то же самое, что и она, но вел себя безупречно. — Нормально, — усмехнулась она. — Только совсем не так я представляла нашу свадьбу. — Я тоже, — он подал ей чашку чая, избегая прикосновений. — Знаешь, я все думаю над твоими словами, что ты сказала в доме Буллстроуд. — Какими? — она посмотрела на него. — Насчет Амортенции. — Что ты имеешь в виду? — Ты сказала, что Буллстроуд было бы лучше использовать Амортенцию, только она не могла этого сделать, а мы можем. — Ты имеешь в виду, что Непреложный обет был бы недействительным, верно? — Да, магия не примет обет, данный под Империо, одурманивающим заклятием или зельем, — подтвердил Драко. — Буллстроуд знала об этом, потому и нашла иной способ, — задумчиво произнесла Гермиона. — Только ей не повезло — нас заколдовали, — она нервно теребила салфетку в руке. — Да. Но брачный ритуал — не Непреложный обет, здесь Амортенция не будет иметь значения. — Ты хочешь сказать, что если люди вступают в брак под Империо или зельем, то это законно? — Не совсем. Если один из супругов сможет доказать, что он был не в своем уме, то брак будет аннулирован, и второй супруг не сможет претендовать ни на что. Но мы же не собираемся этого делать? — он искал ее взгляд, чтобы понять, как она восприняла идею. — Но Амортенция, даже если подействует, то временно. Зачем нам это? Так и до Империо договориться недалеко, — фыркнула Гермиона. — Империо — это уже слишком, — хмыкнул Драко, — хотя утром Поттер мне обещал его применить, если я откажусь от свадьбы. Гермиона не сдержала улыбку. Гарри такой Гарри: всегда готов лезть на амбразуру, даже если его не просили. — Амортенция — не выход, не будем же мы пить ее годами, это совсем не то, что нам нужно. — Мы и не сможем пить ее так долго, там побочных действий столько, что еще не известно, что страшнее — они или ненависть от заклятия. — К тому же, — рассуждала Гермиона, — когда заклятье вступит в силу, она может просто не подействовать на нас или же повлияет совсем слабо. Слишком опасно и непредсказуемо. — Но я не говорю о том, чтобы пить ее потом, — продолжал упираться Драко, — но вполне логично принять перед свадьбой. — Но я же обещала, что и так выйду за тебя, — его настойчивость выглядела как недоверие. — Ты не понимаешь, — вздохнул Малфой. — Завтра более двухсот гостей будут наблюдать за нами, репортеры снимут каждый шаг, каждый жест. Ты готова к этому? — он говорил серьезно, его слишком беспокоило то, как все пройдет. — Я буду очень стараться, обещаю, — она поставила чашку на стол. — А если мы не сумеем? Ты сама видишь, что заклятие действует все сильнее, завтра мы просто не сможем прикоснуться друг к другу. Дай мне руку, — он выставил свою ладонь вверх, — пожалуйста. Гермиона протянула руку к нему и почувствовала, что та дрожит. Она невольно задержала дыхание и опустила свою ладонь на его. По нервам пронесся импульс, и она инстинктивно отдернула ее, словно прикоснулась к чему-то горячему или очень холодному. — Видишь, а завтра будет еще хуже, — он опустил руку. — Давай попробуем еще раз, — потребовала она. Драко протянул кисть, и Гермиона, сосредоточившись и ожидая, что вот сейчас она вновь ощутит непреодолимое желание отдернуть руку, усилием воли смогла положить свою ладонь на его и удержать ее. На лбу выступили капельки пота, руки дрожали. — А ведь нам еще надо будет надеть кольца и поцеловаться на камеру. Ты бы видела, что у тебя сейчас написано на лице, вряд ли кто-то примет это за счастье, — вздохнул он и прервал пытку, убрав ладонь. — Мерлин, — она уперлась локтями в стол и опустила голову на руки. — Как же все сложно. — Потому я предлагаю попробовать Амортенцию. Вдруг она и правда нам поможет и завтра мы сможем хотя бы ненадолго обмануть заклятие? — Возможно, ты прав. Давай попробуем. Но мы должны испытать ее сейчас, чтобы знать, чего ожидать. Я никогда не читала о том, как подобные зелья влияют на проклятия, вызванные темной магией. — Еще один эксперимент? — усмехнулся он и прошел к шкафчику в углу, где стояли зелья. Он принес довольно объемный фиал и два небольших бокала для десертного вина. — Нам надо выяснить, какую примерно дозу мы можем принять, чтобы переносить прикосновения, но не терять разум. — Хорошо. Малфой налил им немного, буквально по паре чайных ложек. Они взяли бокалы и вдохнули аромат зелья. Щеки Гермионы немного покраснели, она украдкой посмотрела на Драко. — Отличное зелье, — улыбнулся тот, — оно все еще знает, что я люблю тебя. Она ошарашенно смотрела на него, не в силах поверить, что он с такой легкостью произнес признание в любви. — Мое тоже, — она поймала его взгляд, и в нем было... Сложно сказать, что, но ни презрения, ни ненависти там не было. — За нас, — прошептал он и легонько тронул ее бокал своим. Выпив зелье, они замерли, прислушиваясь к ощущениям. Затем Драко уже привычно протянул ей руку, а она вложила в его ладонь свою. — Уже легче, — проговорила она несколько мгновений спустя. Драко налил еще столько же зелья, и они выпили. — М-м-м, не вижу особой разницы, — вынесла свой вердикт Гермиона после проверки. — Я тоже, — Драко налил в два раза больше зелья. Гермиона откинулась на спинку стула и замерла, давая зелью время впитаться в кровь и подогреть чувства. Драко не торопил ее, сам прислушиваясь к тому, что с ним происходило. Через пару минут она встрепенулась и заговорила: — Думаю, этого достаточно. Гермиона встала и Драко последовал за ней. — Что ж, давай проверим. Завтра ты подойдешь ко мне и я подам тебе руку, — он протянул ей кисть, и она приняла ее, мило улыбнувшись. — Начало хорошее, — похвалил он. — Затем мы принесем клятвы и обменяемся кольцами. Гермиона стянула с пальца обручальное кольцо, подаренное в честь помолвки, и положила на стол. Драко тоже снял перстень и опустил рядом. — Я возьму твою руку в свою, — он сделал то, что говорил, — посмотрю в твои глаза, — взгляд, полный нежности, поразил Гермиону: с самого утра она не видела от него ничего подобного, — и надену кольцо, — ловкие тонкие пальцы вернули на место обручальное колечко. — И я, — перстень мелькнул в ее руке и оказался на пальце. — У нас получается, — выдохнула она, рассматривая их переплетенные пальцы. Ее глаза засияли: у них появилась надежда, что они смогут обмануть заклятье хотя бы на время. — Да, — прошептал Драко, — получается. Он смотрел на Гермиону, и сердце стучало быстро-быстро. Где-то внутри зелье боролось с заклятьем, принося облегчение. Сейчас он видел перед собой красивую молодую женщину, которую любил, а не образ из прошлого, застилавший разум с самого утра. — А потом, — он отпустил ее руки и притянул к себе за талию, — я тебя поцелую. — Да, — прошептала она и смущенно опустила глаза. — Вот так, — он наклонился и прикоснулся к ее губам нежно-нежно, боясь, что зелье не справится. Гермиона так же, как и он, замерла: вдруг заклятье вновь пронзит сознание молнией. Но мгновение спустя она закрыла глаза и ответила на поцелуй. Трепетное касание губ, словно он целовал ее в первый раз, отозвалось в груди. — С этим мы тоже справимся, я думаю, — она отстранилась. — Вполне удачный эксперимент, только надо будет увеличить дозу на треть примерно, ведь действие заклятья усилится. — Я думаю, ты права, — он не выпускал ее из кольца рук. — У нас все получится. Она пошевелилась, давая понять, что эксперимент окончен и он может ее отпустить, но Драко не только не сделал этого, а наоборот: прижал к себе и легонько скользнул рукой по спине, затем наклонился и прошелся нежными поцелуями от виска до подбородка. — Драко, не стоит, — она вновь отстранилась, но не вырвалась, — это все Амортенция, это не по-настоящему. — Какая разница... — он крепче обнял ее и втянул носом ее аромат. — За сегодняшний день я несколько раз испытал к тебе всю гамму чувств от любви до ненависти и обратно. Так почему бы нам не воспользоваться передышкой, пока Амортенция ввела в заблуждение заклятие? — он вновь скользнул губами по щеке и спустился ниже, вызывая мурашки и покалывания на коже. — Ты же тоже этого хочешь, — его губы нашли ее. По телу разлилось тепло, концентрируясь внизу живота. Как же ей не хватало этого чувства полета от его поцелуев. Гермиона привычно таяла в руках Драко. Что же он творил? — Ты сама говоришь, что действие заклятия усиливается, завтра его Амортенцией обмануть будет сложнее, — он вновь поцеловал ее. — Может, это наш последний раз. Его губы были убедительнее слов, и она отбросила все сомнения — будь что будет. Это ее будущий муж, где-то там, в глубине души — любимый мужчина, и он хочет ее, а она — его. Здесь и сейчас. — М-м-м, — простонала она, обвив шею руками, — Драко... Он легко подхватил ее на руки и отнес на диванчик в углу. Надо ловить момент, чтобы побыть вместе, возможно, действительно в последний раз. Завтра заклятие вступит в полную силу и было слишком похоже, что никакая Амортенция им уже не поможет.

***

Утро встретило Гермиону солнышком и пением птиц. Прекрасное утро для прекрасной свадьбы, если бы не одно "но". Стоило ей лишь подумать о Малфое, как все тело свело судорогой и лицо перекосило от отвращения. Она вздохнула и встала. Эксперимент с зельем они закончили поздно ночью, потому она осталась в мэноре в гостевой комнате. Родителям она отправила письмо еще днем, что свадьба состоится и она ждет их к полудню в мэноре, за ними прибудет домовик Малфоев. Она грустно оглядела роскошный интерьер — похоже, ей предстоит прожить здесь два года, пока не разведутся. Хотя можно выбрать и другую комнату, если эта окажется не очень удобной. "Отличный настрой перед свадьбой", — печально усмехнулась она. Не об этом она всегда мечтала, совсем не об этом. Но сегодня нет времени грустить, этим она займется потом. Сегодня же ей надо успеть привести себя в порядок перед свадьбой, настроиться и просто пережить этот день. Если же Гарри принесет новости и они найдут по магическому следу виновника, то все еще, может, и наладится. Спустившись вниз, она обомлела — все было усыпано цветами, лентами, украшениями — подготовка к церемонии шла полным ходом. — Гарри, — она заметила знакомую шевелюру среди сновавших туда-сюда декораторов и флористов, орудовавших палочками. — Есть новости? За ней спустился Малфой: серьезный, собранный и чернее тучи. Гарри посмотрел на них и тоже нахмурился. — Да, есть. И это... Он огляделся, ища место где можно было бы поговорить. Малфой понял его и махнул в сторону кабинета. — У Джинни есть одна идея, так, мало ли, вдруг поможет, — Гарри достал из кармана контейнер с кулонами. — Она предлагает соединить их в единое сердце, возможно, если каждый из вас возьмет свою половинку и вы сложите их как пазл, то заклятье спадет. Гермиона и Драко посмотрели друг на друга и фыркнули от смеха. — Звучит очень романтично, — проговорила она. — И очень, просто-таки по-детски, наивно, — продолжил он. — Знаю, — вздохнул Гарри, — но обещал ей передать эту версию вам. Пробовать будете? Они прошли к журнальному столику, сели в кресла и вытряхнули на столешницу кулоны. — Кстати, эксперты сказали, что в течение дня кулоны меняли свою температуру, они лежали под аппаратом, фиксировавшем любые изменения и излучения, так вот иногда они становились прохладными или теплыми, а ночью, часов в двенадцать, стали очень горячими. Гермиона покраснела до ушей, а Драко не смог сдержать довольную ухмылку. Гарри посмотрел сначала на нее, потом на него и не сдержал смешок. — Амортенция, — шепнула она ему. Он кивнул и постарался не думать об этом. Гермиона взяла свою половинку кулона и погладила ее, Драко тоже взял свой. Они посмотрели друг на друга и сложили пазл, стараясь не прикасаться при этом к рукам. Ничего не произошло. — Что и следовало ожидать, — вздохнула Гермиона. — Так что ты узнал? — Магический след ведет к одной лавке старьевщика, на антикварную она не тянет. Но она закрыта. Мы держим ее под наблюдением, не стали врываться, решили подождать открытия в восемь утра, так что как раз уже можно выдвигаться. Выйдя из мэнора, они втроем аппарировали по указанным координатам и оказались у небольшого магазинчика в самом начале Лютного переулка. — Пять минут девятого, они уже открыты, — шепнул Драко. — Пошли. Он решительно зашагал первым, за ним Гарри и Гермиона. Войдя в магазинчик, они увидели за прилавком человека, скрючившегося над каким-то ящиком. Сложно было сказать однозначно, кто это — мужчина или девушка. — Простите, вы не могли бы нам помочь, — обратился к продавцу Поттер. — Слушаю, — из коробки вынырнуло нечто, напоминающее чучело. — Ты? Что ты здесь делаешь? — спросили в один голос Гарри и Гермиона.