Жертва слияния

Ляпис старалась не паниковать. Стивен, как назло, не просыпался, а огненное чудовище уже обжигало своим тяжёлым и горячим дыханием спину Лазурит. Это было похоже на прикосновение льда к спине - так же обжигающе больно, по коже пробегает табун мурашек, каждая клеточка тела воет от напряжения. Ляпис не была сейчас в состоянии сражаться. То количество воды, которое было всегда про запас в телах и камнях Ляпис было недостаточно, чтобы бороться в полную силу. Та вода, которая сейчас выступала в роли щита от огненного месива - половина от того, что у неё осталось. Большего она найти не сможет на Луне - ещё одна причина её нелюбви к таким планетам, а как называется это со стороны людей - спутникам. Наконец, мальчишка приоткрыл слипшиеся, немного мутные от сна глаза. Это был взгляд, наполненный ужасом, взгляд, который появляется только при созерцании кошмаров. Он хотел было что то вымолвить, губы отворились сами собой, а сомкнуться не смогли. Глаза зацепились крюками за сияющую огненную фигуру. Это был он, то существо из его сна. Так же кричал, выл и вопил, словно каждое движение приносило ему нестерпимую и адскую боль. Словно стая церберов сейчас разрывала его тело, вонзая закалённые дьявольскими печами острые зубы в это тело. Словно тысячи раскалённых осколков впивались ему в кожу. Глаза не выражали ничего, что выдавало бы в нём разумное существо, это были обычные сияющие точки. Прямо как у того робота предсказателя, который стоял у клуба с игровыми автоматами, светил своим смешными глазницами, вертел телом и парадировал великих заклинателей и предсказателей. Будто лава скатывалась тягучим мёдом по телу монстра, вязкий янтарь напоминала его плоть, эти огромные пальцы, треплющийся на голове и некоторых участках тела огонь, запах гнилого мяса. Стиво надеялся, что это был лишь его сон, спрятанный во сне – Ляпис, откуда он... – Я почём знаю?! – грубо перебила его бестия, руками удерживая водный барьер. От напряжения мышцы потряхивало, у Ляпис будто бы начался тремор*, мышцы и тело бил озноб, – Он просто, чёрт возьми, вылез из стены, как ни в чём не бывало! Я не могу биться в полную силу, иначе мне не хватит воды для перелётов! Нет, всё же это был не сон. Всё прикосновения, весь этот слепящий огненный свет и клокот, отдающий в мозг заклинившей плёнкой - это было реально. И от осознания своей беспомощности ноги предательски дрожали. Лазурит и сама была в панике, её прошибал холодный пот от вида кричащего существа, который разинул свою вонючую пасть и нависал над ними, закрывая своим крупным телом. И каких Ляпис стоило сил удерживать эту чёртову водяную плёнку, которая была тоньше бумаги – Ляпис, успокойся. Мы пока что в безопасности, может он не опасен? Лазурит, чуть ли не шипя на Стивена подхватила его на руки и побежала по лестнице вниз, к выходу из лунной базы. Зазвучали звонкие шаги по винтовой лестнице. Ляпис перепрыгивала с одной ступени на другую, удерживая Стивена на руках и не выпуская его из цепкой хватки, словно мать удерживала своё дитя. В этот момент за их спинами раздался оглушительный рёв. Огненное чудовище смогло пройти через тонкий водяной барьер Ляпис, порвав его на кусочки. Медленно направился к убегающим. Сначала появилась его лапа, зацепившаяся за стену со стороны прохода, а потом и вовсе вылезла голова, которая искала своими "камерами" вместо глаз ускользнувших жертв. А Лазурит лишь быстрее припустила вниз. Ляпис ожидала увидеть здесь льва, то странное земное существо, которое оберегало Стивена от всех его неприятностей. Розовая грива, розовый мех, словно он был сделан из сладкой ваты. Как персонаж из новелл и игр, когда к главному герою угрожает страшная опасность, лев появляется из ниоткуда, своим рыком разрушая все преграды. Но к её большому удивлению - льва здесь не было. Ведь сюда по телепорту не добраться, слишком далеко. Да и в принципе плита для телепортации на Луну уже как несколько тысяч лет сломана. Так как же этот Кварц добрался до лунной базы, если это непослушное существо отсутствует?! – Стой, Ляпис! Синевласую откинули в сторону, словно непослушного щенка. Её тело кубарем покатилось по железном полу, до этого пролётев немалое расстояние по оставшимся ступенькам. Тело отдало сильной болью, в глазах потемнело словно перед концом света, а тело не хотело слушаться свою хозяйку. Стивен предотвратил будущий удар чудища, накрыл их своим розовым куполом, пока огненные руки по нему беспощадно били и старались расколоть. Кудряшка нервно смотрел по сторонам, в поисках чего-то, что могло им помочь выбраться - но безуспешно. Здесь нет ничего, кроме пустоты. Здесь они совсем одни и никто не придёт к ним на помощь. – Ляпис, что нам делать? – Я не знаю! Я никогда таких не встречала Всё, что смогла сделать Лазурит в этой ситуации - просто обнять парнишку, носом уткнувшись в его кудрявые волосы. Синее тело подрагивало, от девушки веяло холодом и страхом, а Стивен ничего больше не мог сделать, кроме как успокаивающе обнять Ляпис, самому зажмурив глаза и считать до десяти, недеясь на прекращение кошмарного сна. Удар. Ещё удар. Громкий, оглушающий вопль. Снова удар, рычание, клокот. Пасть огненного человека раскрылась, показывая его расплавленную плоть и то, что осталось от внутренних стенок рта. Он кричит, извивается, его удары не могут разрушить этот розовый шар. Ляпис провела пальцами правой руки по волосам, зажимая уши. Хоть бы этого не слышать, хоть бы оглохнуть хотя бы на минуту, лишь бы не слышать.... – Спокойна, будь спокойна Удары не прекращались, и несмотря на изолированность шара от внешнего мира, всё было разборчиво. Каждый звук, каждый скрежет, царапанье и хриплое дыхание. Они разрывали мозг, старались довести до инфаркта. Но вот казус. Почему он до сих пор его не разбил? Почему пол не начал плавиться от повышенной температуры под ногами неизвестной массы? Ляпис не хотела этого проверять, ноги не слушались, она не могла сейчас просто подняться. Да что уж тут говорить, даже голова не поворачивалась! Мозг сам дорисовывал причудливые силуэты, показывал сцены, которые ещё не произошли, заставлял дрожать от одной мысли о том, что шар в любом момент может расколоться. И тут она увидела какое то странное, совсем размытое инородное пятно в начищенной до блеска пластине металла. Расплывчатое, неразборчивое, словно она смотрела через немытое стекло. Как ни странно, это было совсем не сверкающее пятно от огня, было совсем иное - с белым пятном вместо головы и тёмным заместо тела. – Так вот что с тобой... – оторвалась от её "спасительного круга", коснувшись розовых стенок защитного пузыря кончиками пальцев. Монстр всё ещё вопил, стучал, словно бешеный пёс по препятствию между ним и самоцветами, а Ляпис только начала понимать. Теперь всё встало на свои места, – Убери его – Но ведь... Тогда он на нас нападёт! Сама видишь, что это не простое существо! Оно опасно! – Это не монстр, – Лазурит невольно передёрнуло, когда она вновь посмотрела на это злое, бешеное месиво из плоти и огня. Глаза - тень Луцеферова крыла, – Это Адам, Стивен Глаза полезли нам лоб. Стивен недоверчиво взглянул Лазурит в глаза, но после недолгой паузы всё же с негодованием выдохнул, нервно сжимая пухлые ладони в кулаки – Я бы ни за что не опустил бы щит, если бы не доверял тебе. Но я тебе доверяю, Ляпис Хлопок и монстра немного отбросила волна лопнувшего шара. Теперь самоцветы перед ним беззащитны. И как же долго он этого ждал Монстр замахнулся на водяную бестию, чтобы прихлопнуть, как муху. Но вместо ожидаемого страха в глазах цвета морской глубины огненный увидел лишь вязкий, тягучий гнев, смешанный с бесстрастием. Лапа застыла в воздухе, пасть отворилась, огненная слюна стекла по губе, упав на пол и зашипела, словно капля воды в кипящем масле – Мерзость, – с явным раздражением плюнула девушка, скривив лицо и грозно смотря на застывшее чудовище. Где же это бескрайнее бешенство и гнев, где эта сила, с которой сейчас он нарывался на драку с водяной королевой. Сейчас монстр стоял на месте, не сводя посветлевшего взора с синеволосой, – Какого чёрта ты замахиваешься на своих друзей? Какого чёрта, Адам!? Стивен в полуобморочном состоянии наблюдал за тем, как ранее грозный монстр сейчас сконфуженно опустил свою голову, вжав её в плечи и отступил на шаг. Его глаза перестали напоминать Стивену свет вечерних фонарей, сейчас они выражали стыд. Они стали... Более живыми? – Прос-ти-те... – чавкущий звук расплавленной кожи, лапы сложились вместе на груди, слегка шурша друг об друга из-за грубой корки на теле Лазурит фыркнула, отряхнув руки от смолистой жижи, капнувшей ей на кожу из пасти существа. Её внимательный взор осмотрел монстра, заметил подрагивающие плечи и слезившиеся глаза – Ты испугался? – вмиг мягкий, нежный голос сменил когда то злостные нотки. Лазурит коснулась ладонью лица чудовища, проводя по грубой чешуе пальцами. Губы были сжаты в тонкую полоску, она не знала, что должна сейчас чувствовать, – Твоё отражение уже преследовало меня сегодня. Ты был напуганным. За тобой кто то гнался? – Л-люююд-дииии, – открыл пасть и прохрипел жалобно, словно котёнок, потерявший маму – Бедняга... Стивен медленно подкрался к парочке, со спины Ляпис заглядывая на Адама. Он выглядел расстроенным, когда глаза огненной массы зацепились за кварца – Ты просил меня тебя не оставлять. Ты знал, что случится что то плохое, как будто всё предвидел. Прости меня, бестолкового – Ляяяяпиииис... – протянуло чудовище, будто не услышав слова Юнивёрса он наклонился ниже, чтобы увидеть напоследок те глаза, про которые он с такой любовью писал в своих стихотворениях. Эти мягкие, почти невесомые касания он не мог почувствовать, даже кожа зачесалась от досады и обиды, но то, с какой теплотой она на него смотрела, с какой теплотой отзывалась на его слова, какая улыбка сейчас была отдана ему и только ему - всё это расстопило сердце существа. Из горла раздался растроганный клокот Как будто перед ней сейчас не стояло чудовище. Ляпис казалось, либо это какое то странное действие света, но за место монстра на секунду она увидела именно него, этого смешного альбиноса. Он начал растворяться, словно проекция жемчужины, напоследок оставив лишь ощущение бывшего присутствия. Его ладонь коснулась плеча Лазурит, а после растворилась, превращаясь в невидимые глазу частицы. Она с особой тоской отпустила последнее касание, которое скрылась вместе с отражением альбиноса. Теперь не было в том отражении ничего особенного, лишь синее пятно и розовое из-за футболки Стивена. Снова всё потускнело, теперь не было в этом месте ничего особенного для Ляпис. Когда-то природнившийся за короткое время дом, сейчас это простое сооружение не значило для неё ничего, что могло бы удерживать её здесь и дальше. – Может мне и вправду вернуться... – Если ты этого хочешь - мы обязательно вернёмся. Просто дай мне знать В этот момент, словно ни в чём не бывало вернулся лев. Яркий свет от портала больно бил по глазам, привыкшим к полутьме. С громким зевком он устроился на напольной пластинке, вылизывая и очищая свою шерсть от прилипших к ней веток и листвы. Видимо времени он зря не терял, гулял по полям, пока его хозяин чуть ли не умирал в космосе – Лев! Да как ты мог убежать в такой ответственный момент!? Плохой кот, плохой! Ляпис засмеялась в кулак, прикрыв глаза в невольном спокойствии. Словно чеширский кот промурлыкала что то невнятное, растянув улыбку до ушей. Может это будет хорошим решением? Может это спасёт и её от этих мыслей, вязких и непослушных, словно янтарь, от которых голова шла кругом и мысли о других вещах долго не задерживались в головушке. "– Я приму к сведению, что твоя аристократическая натура всё же не может ужиться с нами в одном помещении! Будь добра, не разрушай дом Стивена по частям и живи с Перидот. Вы друг другу как раз таки подходите, два сапога пара!" Жемчуг... "– Чтоооо?! Мы не можем повеселиться? Зачем вам эти растения, если есть я! Что они такого могут, чего не могу я? Эх, ладно ладно, тогда я вам хоть чем то помо... ООО, как много хлама, можно забрать его себе?!" Аметист... "– Мы - защитники Земли, и никто не может оспаривать этого факта! Мы воины, пережившие войну за независимость Кристальных самоцветов. И если хоть кто то приблизится к Земле - я лично катапультирую его обратно в космос!" Гранат... "– Пошли смотреть тот сериал, который я откопала в куче мусора у Аметист? Кажется, он про каких то парней, которые очень любят друг друга. А, ещё один из них вампир! Вот! " Перидот... "– Смотри, оказывается люди придумали столько всякой еды! В этом журнале собрано всё самое вкусное, например... Ммм... Макаруны! Это такой французский десерт из яичных белков, сахара и молотого миндаля. Как думаешь, они вкусные? Мы собирались приготовить их со Стивеном, когда будет время. Хочешь попробовать?" Адам... *я иду, ребята* - сказала самой себе Лазурит, уверенно приближаясь к льву. Но резкое воспоминание. Стивен трясся во сне, не мог проснуться, пока Адам до них добирался. По его лицу катился пот, камень ярко-ярко светился под его футболкой. Лазурит окунулась вновь в этот страх так неожиданно, словно в прорубь провалилась. Её движение к льву и Стивену прекратились. Она застыла – Ляпис? Что то не так? – Что тебе снилось? Стивен замер, словно пойманный за преступлением мальчишка. Уверенность как ветром сдуло, сейчас по спине невольно пополз холодный пот, ледяными когтями впиваясь в нежную кожу – Что тебе снилось? – жёстко повторила Лазурит. От её разгневанного голоса лев начал рычать, оскаливая белоснежные, словно мрамор клыки, – Что ты от меня скрываешь? – Ну... Понимаешь... Я не уверен, что это было реальным, или что то типа того... – Говори – Я... Мне... Мне снились Алмазы, Ляпис... Голубоглазую как кипятком окатило. Лицо скривилось от внутренней боли, губы приподнялись в оскале, а глаза сверкнули, словно две льдинки под фонарём – Вот как... Значит ты специально скрыл от меня эту весть... чтобы я не передумала возвращаться? – Это совсем не то, я просто уже позабыл про этот сон, не мог рассказать тебе во время нашего спасения! Угрожающие, слегка нервные и шатающиеся от боли шаги привели Ляпис к самой двери из Лунной базы, которая была закрыта. Лазурит приблизилась к сканеру, открывая бронированные щиты и выпуская накопленный кислород из помещения. Резкий рывок и Стивена чуть ли не засосало в открытый космос. Лев поймал мальчишку на лету за шкирку, вцепившись в футболку зубами – Постой! Ты не должна бояться! Мы сможем защитить тебя! Вместо ответа Ляпис обернулась. Волосы бешено трепыхались из-за сильного воздушного потока, лицо то и дело облепляли короткие синие волосы, а по нему можно было понять - она уже ему не верила. Может быть пару секунд назад она и собиралась вернуться, ради Адама, ради Перидот и их спокойной жизни в амбаре, но сейчас... – Там мне нет места, – Стивен готов был поклясться, Ляпис испытывала такую боль, что сердце разрывалось на мелкие кусочки, превращаясь в частицы. Глаза были наполнены слезами, губы дрожали от страха, – Это больше не мой дом и не моя планета. Как и здесь, места теперь для меня не найдётся. Прости что не оправдала твоих ожиданий, Стивен Ляпис раскрыла свои крылья за спиной, того остатка воды, что у неё остался после нападения едва хватило, чтобы собрать их для решающего полёта. Она вылетела из помещения, даже не закрыв за собой двери. А Стивен остался наедине со своими мыслями, коря себя за то, что не смог рассказать Ляпис всю правду.

***

Дверь родного дома приветливо заскрипела, когда младший Юнивёрс всё же соизволил вернуться с незапланированной ночной прогулки. Стивен показалось это странным, но сейчас в гостиной горел свет, а самоцветы во всю обсуждали какую то странную тему. Жемчуг то и дело металась от угла к углу, убирая осколки с пола и возвращая упавшие книги и фотографии на полки, бурча что то невнятно под нос, когда же остальные кристальные самоцветы лишь наблюдали за попытками Пёрл вернуть всё на прежние места. Скрипа никто не услышал. Даже не обратили внимания на резко повеявший холодный ветер с улицы. Только когда Стивен прочистил горло неловким кашлем и что то буркнул, кристальные самоцветы переполошились, устремив нервозные взгляды на вернувшегося парнишку – Стивен? Почему ты... – Я был на улице... Всё это время Аметист что то одобрительно хмыкнула, будто бы поддерживая Стивена в его резком решении оторваться ночью где то в городе, но под пристальным взором Гранат та лишь замолкла, не решаясь сказать чего то против – Я бы наказала тебя за твою самонадеянность, но... Сейчас произошло что то посерьёзнее, чем резкий выброс каких то мальчишеских гормонов – Вы про Адама? Как он, уже вернулся? – Он вернулся примерно час назад и, как видишь, постарался на славу Стивен ещё раз обвёл глазами царивший беспорядок в доме. Разбитая посуда, сожженные стулья, заледеневший потолок, разорванная одежда и разбросанные вещи. Неужели этот спокойный паренёк мог навести такой бардак? Неужели произошло что то и вправду страшное? – Это... Он сделал? – Чувак, клянусь, даже я не участвовала во всей этой движухе. Будь моя воля - так же разнесла тут всё к чертям собачьим – Аметист! – Да всё, всё. Молчу... Жемчуг, всё это время прибирающая дом, не проронила ни слова. Она выглядела какой то сломанной... Её движения были резкими. Ранее плавные, сейчас дёрганные и нервозные – Глаза были такими... Такими одинокими и озлобленными. И такими знакомыми – Жемчуг, прекрати разводить нюни. И оставь, наконец, уборку. Он сам должен убрать весь этот бардак. Сам накуролесил, пусть сам и убирает – Я не могу жить в таком бардаке, у меня уже дёргается глаз! – рявкнула Жемчужина на воительницу, подбирая упавшие куски льда с потолка и выбрасывая их за дверь, – Может вам и нормально будет видеть такое до утра, но у меня точно поедет крыша! – Ребята... Что всё таки произошло? Аметист заметила, что Гранат и Пёрл не собирались отвечать мальчугану на вопрос,поэтому взяла роль рассказчик на себя, надеясь, что после подхватят и другие – Адам пришёл весь злой, был очень разгневан и напуган. Пока никого из нас не было на месте, он разбил и разбросал очень много вещей – Когда мы вернулись в дом - всё было перевёрнуто вверх дном. Он всё ещё был зол, кричал про какую то женщину из туалета и про его появившуюся ненависть к вечеринкам, но я отправила его в комнату, чтобы он ушёл спать – подхватила Гранат – Он был против такого отношения к себе, поэтому страшно разозлился и начал сопротивляться. Он хотел выговориться, говорил про каких то людей из клуба и рассказывал про женщину, которая вела себя слишком распущено – В конечном итоге я всё же загнала его к нему в комнату. Он ушёл, хлопнув дверью – закончила за Аметист Гранат, ударив перчатками друг об друга – Да так, что стены затряслись! Во как! – Но ничего страшного уже нет, он давно спит, так что утром должен быть в норме Так вот почему! Вот почему он вёл себя так озлобленно по отношению к нему и Ляпис, когда его странная оболочка появилась на Лунной базе. Он просто спал! Он во сне перенёс свою энергию интуитивно ближе к Ляпис, но был настолько зол, что не мог управлять своей силой и пообщаться с ней нормально, из-за чего всё вышло из под контроля – Ты чего так побледнел? Тебе плохо, Стивен? –Нет... Совсем нет. Я... Я пойду спать, простите ребят Стивен побежал к себе наверх, залез под одеяло с головой и уснул крепким, но беспокойным сном

***

Кудряшка проснулся довольно рано. На улице только начинало светать, за окном переговаривались на разных голосах птицы и шуршали своими перьями в полёте. Голова болела. Всю ночь ему снилось, как будто он вновь и вновь сталкивался с монстром, а когда он уже почти его убивал - резко просыпался, будто ни в чём не бывало. Но в итоге так он проспал до самого утра и сейчас настало время проведать спавшее существо в его комнате. В доме царил идеальный порядок. Всё было убрано по своим местам, каждая книга была сложна на своё место, а осколки от посуды были убраны и выброшены. – Ты хорошо постаралась, Жемчуг! – крикнул Стивен сверху, ожидая увидеть знакомую причёску Вместо ответа он получил громкое жужжание портала, на плите которого как раз таки появилась Пёрл, нервно выглядывающая из-за угла и осматривая квартиру – Доброе утро! Ты хорошо убралась в доме за ночь! – повторил он самоцвету ниже, на что получил непонимающий жест руками – Стивен? Гранат сказала мне улететь на небесную арену и проверить её целостность от и до. Я думаю так она хотела меня утихомирить и заставить прекратить уборку, – с каким то недовольство выплюнула Жемчужина, – Меня не было дома с того момента, как ты ушёл спать. Я думала, что встречу здесь беспорядок, который был ещё вчера ночью. Это ты здесь всё прибрал? – Доброе утро, ребята Болтающих самоцветов перебил Адам, вышедший из ванны с тарелкой печенья. Вкусный, почти чарующий запах от выпечки вызвал у Стивена бурчание в желудке, на что он получил наигранное качание головой и яркую улыбку. И разговор как то сам собой отмер, то Жемчуг, то Стивен наблюдали спокойного, как они обычно привыкли его видеть Адама. Как будто не было вчерашних истерик и разрушений, этот мальчишка будто стёр это воспоминание из головы. И если бы Жемчуг не напомнила Стивену про вчерашнее происшествие, он подумал бы, что это всё ему приснилось. Но это был не сон – Я тут печенье приготовил утром по рецепту из журнальчика, который принесла мне Конни. Перидот оценила, сказала, что когда позавтракает, - пойдёт со мной проверять цветы – он будто на показ выставил наполовину полную тарелку с овсяным печеньем, а после почесал затылок, увидев в глазах кристальных самоцветов замешательство, – Чего это вы так на меня смотрите? – Ты же вчера... Весь дом разнёс к чёртовой матери – Я... Разнёс весь дом? Вы что то путаете, я наоборот убрал весь этот беспорядок Жемчужина закусил губу, она не смогла посмотреть ему в глаза, скрывая стыд за негодованием – Может это из-за того, что он выглядел по другому? Его глаза были другими и... Может он просто устал, из-за этого сорвался? Я не знаю, я не могу найти оправданий на ещё одно такое существо. Ты прямо как... Как... Перед глазами Пёрл будто бы стояла Розовый Алмаз, которую в очередной раз наказывали из-за её непослушания. Но сказать она этого физически не могла. – Знаете что, – резко перебил альбинос Жемчуг, не дав ей закончить и опуская взгляд на тарелку печенья. Выпечка уже давно остыла и начала неприятно подсыхать, но тарелка под ней всё ещё была тёплой, грея худые ладони, – Даже если я всё это натворил, то приношу извинения. Но этой ночью мне приснился прекрасный сон, который наполнил меня надеждой и с напутствующими силами я смог привести дом в порядок, – он поставил тарелку на стол, тяжело выдыхая и с омерзением вспоминал вчерашнюю ночь, – Пожалуйста, не напоминайте мне больше про то место. И про этот случай а общем. Я не знаю как это объяснить, но от воспоминаний мне становится не по себе Жемчуг подошла к нему ближе, похлопав по плечу – Как скажешь, но если тебя что то беспокоит - знай, что мы всегда сможем помочь – голос был немного нервным, но она постаралась заглушить эту дрожь, спрятав всё за улыбкой – Адам, я тут недавно на плёнку записал один мультфильм, тебе обязательно должно понравиться ............ ................... ...........................

***

Дни сменялись неделями, а недели месяцами. Дела шли своим чередом, Адам часто пропадал у себя в пещере, ухаживая за прорастающими семенами. Всё более не вспоминали тот случай с походом в ночной клуб, но последствия часто всплывали на поверхность. Ярость стала проявляться чаще, как и его сияние глаз. Адама чаще мучали кошмары, монстр посещал его почти каждую ночь, но те два самоцвета более не появлялись. Гранат чаще начала за ним наблюдать, чтобы понять, что же с ним такое происходит. Но пока она была в комнате, монстр не решался действовать и оставлял парнишку в покое. В один из прекрасных дней, пока на дворе светило яркое солнце, альбинос с Перидот хлопотали над растущими цветами. – Адам! Посмотри, цветы распустились! – Да ладно тебе, не может быть! Словно маленький щенок беловолосый подскочил с насиженного места и подорвался к хлопочущей Перидот. Она бережно обхватила один из синих лепестков, кончиками пальцев проводила по стеблю и здоровым зелёным листьям. Это было похоже на настоящее чудо, цветок, как и будущие его сородичи начали набирать силу и распускаться, показывая миру свою нежную и незыблемую красоту. Синева раскрывалась в лепестках, напоминая морское дно океана, такое же загадочное и красивое. Через пару недель, а может и через несколько дней все эти цветы раскроют свои куполы, закрыв землю под ними прекрасным ковром. Тогда пещера приобретёт новые краски. Адам хотел и сам аккуратно пропустить меж пальцами крупный лепесток цветка, но почему то боялся. Боялся, что причинит ему боль и цветок умрёт. Но Перидот подхватила отдаляющуюся руку подростка и сама направила её к нужной точке, чтобы Адам сам почувствовал, что он смог вырастить. – Теперь твоё убежище выглядит по настоящему сказачно. Ты молодец, что решился вырастить такое у себя в пещере – Это всё благодаря тебе. Я бы не смог ничего вырастить, не будь ты рядом – Великая и всезнающая Перидот всегда рада помогать тебе, недочеловечишка! Адам продолжал разглядывать цветок, пока к нему с голову не забрёл одна идея – Перидот, можем ли мы пересадить этот цветок в какой нибудь горшок? Я хочу перенести его в дом Стивена – Конечно, почему бы и нет? Я думаю, что самоцветы будут счастливы, если будут наблюдать мою...то есть нашу работу! Подай ка мне воооон тот горшок средний. Цветку должно хватить Перидот бережно насыпала разрыхлённой почвы в глиняный сосуд, а после начала мягко вытаскивать распущенный цветок из земли, пересаживая его в новую среду – Вот так! Нас уже пол дня не было в доме, но ты появишься с таким хорошим подарком. Иди, поторопись, а я пока поухаживаю за его сородичами Адам припустил к дому, крепко держа в руках заветный горшок с цветком. В груди нарастало какое то счастливое, незнакомое ранее чувство. Он смог что то вырастить! И сейчас он покажет это самоцветам, результат его трудов! По дороге встречал жителей прибрежья, но надолго не останавливался, лишь с улыбкой показывал им прекрасный цветок и продолжал свой путь домой. И так радостно было на душе, что переступив порог дома он не сразу услышал ругань и вопли. Это было для него словно пощёчина, он стоял растерянный с цветком в руках и наблюдал страшный спор – Она нам врала! Понимаешь, врала! Всё, что я знала, всё было ложью! – Рубин, Сапфир? Почему вы... Не вместе? Те будто не замечали появившегося зайчика. Будто его и не существовало вовсе, словно вместо него пустое место. Сапфир вела себя странно, совсем не так, как Адам помнил. Да и Рубин, вместо пылкой и яростно воительницы сейчас был напуганный зверёк, пытающийся успокоить рыдающую Софи. Почему Гранат распалась? Почему они начали ругаться? – Я понимаю, но мы не могли этого предвидеть, понимаешь? – Ты не могла, но я! Я ей верила, я даже и не думала, что она может нас обманывать! Она рыдала взахлёб, как и почти что всё её окружение. Только альбинос стоял среди них, как незнакомец на семейной встрече. Но как сжалось его сердце от вида Сапфир... В тугой комок из нервов и плоти – Сапфир... Софи... Не плачь, прошу тебя, – чуть ли не жалобно просипел Адам, приближаясь ближе к синему самоцвету. Он протянул ближе к девушке распущенное чудо в надежде, что она как обычно ему улыбнётся, потреплет по волосам и смущённо будет смотреть на злившуюся Рубин, – Посмотри, какой прекрасный цветок. Прямо как ты, глазки и кожа голубая, словно лепестки и... *ХРЯСЬ* *ТРЕСК* Всё спокойствие и тепло оборвалось слишком быстро. Удар в грудь и из-за неудачного падения Адам падает оземь вместе с цветком. Глиняный горшок разбивается об деревянный пол вдребезги, осколками разрывая плоть держащих его рук. Кожа вспорота в нескольких местах, мясо вместе с кровью выглядывает из-за открытой раны. Адам первое время не может сообразить, что произошло, адреналин был выброшен в вены, боль притупилась и не ощущалась. И всё продолжалось, пока альбинос не почуял, что с его рук на пол капает что то липкое и тёплое, словно парное молоко. Опустив взгляд он ошарашено наблюдал вид разорванных в мясо ладоней и струившуюся кровь, текущую по его кистям маленькими ручейками. – Адам, о боже! – Рубин не знает, куда бросаться. К остолбеневшему мальчугану или к своей рыдающей возлюбленной. Но выбор решается сам собой, когда Сапфир всё же обращает внимание на появившийся животный страх в глазах Рубина и растёкшуюся по полу лужу крови. В горле становится сухо – Я... Я больше не могу Софи бросилась к телепорту, а за ней и Стивен с Жемчужиной. Пока Рубин металась из стороны в сторону а поисках бинтов, Адам переводил глаза с кровавой лужи под ним и на цветок, лежащий на земле с остатках земли и осколках. На синие лепестки кровавой росой упало пара капель его крови. – Сейчас я тебя подлатаю, только подожди! Но от паренька и след простыл. Рубин как загнанный кролик бросалась из угла в угол, искав хоть какой то след от пропавшего, но он уже давно ушёл, оставив после себя "подарок" в виде разбитого цветка – Адам!

***

– Рубин! Адам! Родные, где вы? Прошло где то около получаса и Сапфир вернулась домой. Всё, что она сейчас хотела - это извиниться. Извиниться за своё поведение и необдуманный поступок. Но вместо этих двоих она замечает оставленный на земле цветок и приложенную записку. На лепестках всё ещё остались капли крови Адама. И было так символично, что смотря на лепестки через алую кровь они казались фиолетового оттенка, прямо как основной цвет одежды и волос Гранат. Сапфир подняла уже подвядающий от грубого отношения цветок ладонями и тихо расплакалась, роняя слёзы на те же лепестки. Сегодня этот цветок отведал свежей крови будущего монстра и самых горьких слёз