Перемена слагаемых

— То, что находится в разделе "история небес и ада" не может быть мифом, — это было утверждение больше похожее на вопрос. Очередной вопрос, которых в копилке Викки Уокер было и без того навалом. — Мифология — тоже часть истории, так что, — Мими пожала плечами и рухнула на кровать. Два с половиной часа в библиотеке, несколько десятков прочитанных книг и все, что им удалось найти — лишь один абзац в потрёпанной книжке. Один, в котором шла речь о могущественном ребенке. Он был рождён в союзе ангела и демона и оказался наделён силами отца и матери; внутри него не боролись, а воссоединились силы добра и зла; гибрид был наделён энергией, с помощью которой мог разрушить все. По приказу Шепфы, ребенка принято было оставить вживых, но спрятать подальше от чужих глаз, чтобы ни одна из сторон не смогла переманить его к себе на сторону. — Все взволнованы, это глупо отрицать, — Викки закусила нижнюю губу и присела рядом с подругой. — Фенцио сам не свой, Геральт ведёт себя странно. Уокер без конца прокручивала в голове все происходящее и обессиленно вздыхала. Ее мучала неизвестность и опасность, которая очевидно нависла над ней и ее друзьями. К слову, один из них уже пострадал. Убийство Сэмми до сих пор осталось не раскрытым, да и вопрос: занимался ли этим вопросом вообще хоть кто-то? После смерти Лоры о ней говорили только первый день после кончины, а затем всем стало все равно, будто бы это было в порядке вещей: пойти на занятия, пообедать, посмотреть на труп и забыть обо всем; а затем снова проживать все, как чертов день сурка. О Сэмми вспоминали только трое: Мими, Ади и сама Викки. Если подруги находили в себе силы идти дальше, то Ади постоянно нужно было подталкивать и напоминать о том, что жизнь продолжается. О том, что произошло между ним и Уокер, Ади предпочитал не вспоминать, для своего же блага. Стоило ему задуматься и предаться воспоминаниям о сексе с непризнанной в витражной комнате, как совесть тут же прогрызала душу изнутри. Ади — настоящий демон, но поступок его был отвратителен не из-за темной и злой сущности, а из-за глупости. О которой он жалел каждый день и первое время старался даже избегать Викки. Но вскоре все же сдался и пришел к осознанию того, что без поддержки обеих подруг ему будет только хуже. И если Ади находил в себе силы справляться с горем, то Уокер угасала на глазах. Непризнанная перестала нормально спать — каждый раз, когда она ложилась в кровать и закрывала глаза, мозг начинал работать с ещё большим усердием. Уокер пыталась анализировать каждый факт и всю информацию, которой она располагала, но все тщетно. Масло в огонь подлила Мисселина со своими занятиями по выявлению сил. У Викки ничего не получалось, от чего руки опускались, а вера в себя растворялась с каждой секундой. — Нужно сосредоточиться на том, что у тебя внутри, — безустанно повторял Билли — ещё один непризнанный, которому, в отличии от Уокер, удалось постичь дзен и проявить свою силу. — Твои советы мне не помогают, — огрызнулась Викки и в который раз закрыла глаза, чтобы прислушаться к себе. — Ты грозилась не сдаваться, — Билли хмыкнул и осадил непризнанную. На лице Уокер показалась улыбка, больше похожая на оскал. Сжав кулаки, она глубоко задышала и прикрыла глаза. Как и в предыдущие разы — это не возымело никакого эффекта. Даже ни малейшего дуновения ветерка, ни капли воды — ничего. Уокер фыркнула под нос и ушла. Молча покинула площадку и поспешила скрыться в зелени сада, чтобы побыть наедине с собой. Но Билли всё ещё кричал ей что-то вслед. Ничего не получалось. Уокер искренне верила в свои силы и в то, что постоянное "Я сильная, я справлюсь" будет правдой. Но все оказалось не так просто. Скрывшись в чаще, неподалеку от статуи равновесия, Викки села на траву. Это было одно из тех мест, где можно было побыть в тишине и наедине с собой; где была возможность прислушаться к себе и потренироваться одной, но постоянная мысль о Люцифере мешала сконцентрироваться. Именно здесь, Викки застукала его с Ости. Неприятное чувство ревности снова запалило ее изнутри. Непризнанная сжала челюсти сильнее и ощутила, как внутри нарастает злость. Тяжёлое чувство, которое сдавливает изнутри грудную клетку и обжигает. Сейчас Викки хотелось сбежать туда, где было бы холодно. Стоило об этом подумать, как в голове тут же мелькнула мысль: — Горы. То самое место, куда ее привел Люцифер. Огромные скалы со снежными шапками, откуда открывался потрясающий вид. Место, где по истине царило спокойствие. Место, где можно было побыть совсем одной и обдумать все. — Водоворот, — произнесла шепотом Викки и зажмурилась. Она знала, как это работает, но никогда не пробовала вызвать его на практике. Уокер пыталась открыть портал, но это не получалось. Ни с первого раза, ни с пятого. Когда она совсем отчаялась после десятой неудачной попытки, легла на спину и хныкнула, над головой появились очертания знакомого явления. Облака будто сворачивались и превращались в одну большую воронку. Это и был водоворот. — Я же иду не к людям, — успокаивала себя Викки. Она догадывалась, что если самовольно покинет территорию школы, да ещё и сбежит на землю, то будут проблемы. Но с другой стороны, она хотела отправиться на вершину горы, где нет даже ни единого намека на людей и их существование там. Викки зажмурилась и представила тот самое место, где впервые поцеловалась с Люцифером, и прыгнула в воронку. Дыхание перехватило, как в самый первый раз, но сейчас Викки уже не боялась. Это, скорее, было предвкушение. Ещё несколько секунд и Викки приземлилась в сугроб. Озноб тут же пробрал Уокер, но она вспомнила слова Люцифера: — Чувствуй тепло внутри. Станет тепло и снаружи, непризнанная. Перестань вести себя, как человек. Тряхнув головой и избавившись от навязчивого образа, Викки выбралась из сугроба и отряхнулась. Она представила, как тепло разливается по ее телу и это сработало. Как и тогда. Оглядевшись по сторонам, непризнанная присела на край небольшого утеса и свесила ноги вниз. Она выбрала удачное время, чтобы полюбоваться заходом солнца. — Как я не додумалась до этого раньше? — она спросила саму себя и улыбнулась. Здесь она чувствовала себя гораздо лучше и вполне спокойнее. Навязчивые мысли не заполняли ее сознание. Почти. Кроме одной. — Потому что ты даже не пыталась, непризнанная. Уокер резко обернулась и увидела перед собой демона. Люций стоял позади, в нескольких шагах и открыто улыбался краешком губ. Глаза его горели ярко-красным. То есть. Более ярко, чем раньше. — Ты следил за мной? — бросила Викки и нахмурилась. "Лучшая тактика — это нападение", — посчитала Викки и мысленно с собой согласилась. Поэтому не дала в очередной раз Люциферу запудрить ей мозги. Она так думала. Она так надеялась. — Случайно увидел, — он непринужденно пожал плечами. — Думал, снова сбежишь расследовать свои земные дела. Он неторопливо подошёл ближе. Поправил пиджак, чуть дёрнул брюки вверх и присел рядом с Викки. — Даже если бы и пошла — тебя это не касается, — сухо парировала Уокер и поднялась с места. Она не успела уйти. Рука Люцифера мягко, но резко обхватила ее запястье. Злость и попытка в хладнокровность потерпела крах, как только он прикоснулся. Викки нервно сглотнула и взглянула на него сверху вниз. Люций привычно для себя улыбнулся краешком губ и потянул Уокер на себя. — Ты всегда делаешь то, что хочешь, — мелодично протянул он. — Так почему сейчас ты поступаешь наоборот, Уокер? Попалась. В тысячный раз Викки попалась в этот чертов капкан. Люцифер мог манипулировать ей, дергать за ниточки, будто она марионетка, как только становился таким. Мягким, но в тоже время сильным, угрожающе привлекательным и внимательным. Викки понимала, что это маска, но только спустя время, когда стекла розовых очков разбивались в очередной раз. Жизнь ее ничему не учила, и Викки с радостью летела на новые грабли, которые скоро рассекут ей нос. — Что тебе нужно? — голос ее дрожал, но она все же пыталась собрать остатки здравого смысла, разбудить прежнюю злость и направить ее в сторону Люция. — Ты, — он мягко произнес и обхватил пальцами ее подбородок. Выхода не оставалось. Точнее, Уокер не рассматривала варианты: сбежать, дать пощечину, найти в себе силы и продинамить его, оставив ни с чем. В ее голове был один сценарий, одно желание, одна мысль и идея-фикс. — Ты снова дрожишь, — он одобрительно кивнул, глядя на то, как по телу Уокер бегут мурашки. — Но не от холода. Все, что могла Викки — провести языком по пересохшим губам и отрицательно качнуть головой. В ее фантазиях Люцифер уже давно целовал ее, а она отвечала взаимностью, но в реальности, он изучающе смотрел в ее глаза и водил большим пальцем по мягкой губе. Она не успела произнести вслух свое желание, как он тут же поцеловал ее. Жадно, настойчиво, пока его руки опустились на ее талию и прижали тело непризнанной ещё ближе к себе. — Люцифер...