easy to hate

it's too easy to hate you, and hard to love it's too easy to hate you, when was enough? all that I can do is fall in blame with you it's too easy to hate you, hate you

'твои глаза как хрен-пойми-что в лучах уходящего солнца' мина пишет гадости на дне бумажного стаканчика вторую неделю подряд. пялится на кофемашину с, тупейшей из арсенала своих ухмылок, улыбкой и выливает обжигающе горячий эспрессо на свои джинсы. - да соберись ты уже, - бормочут у неё над ухом, лениво отпихивая в сторону бедром. мина моргает пару раз, стряхивая с себя сонливую рассеянность, и пялится на чужой кривоватый профиль, задрав голову кверху. - не могу, - честно шепчет она в ответ, воровато оглядываясь через плечо, - не могу и точка, у меня важная миссия, важнее всего, под кодовым названием 'она меня бесит'. - да плевать мне, лужу лучше убери, - мина сконфуженно переглядывается со своим отражением в бежевой кляксе на полу. - и мне что, ползать у тебя в ногах? - лера косится на неё из-под челки и фыркая, отходит с двумя латте к стоящей у барной стойки парочке - парень и девушка, как пиявки присосавшиеся к друг другу. через пару секунд возвращается с тряпкой. - одна нога тут - другая там, мне надоело смотреть на этот детский сад, - бариста несильно толкает мину под лопатки, в сторону разместившейся у окна фигуры, и бросает тряпку на то место, где виднеется мокрый кофейный след. мина отчаянно хватается свободной рукой за форменный фартук леры. - но я не могу! - агрессивно упираясь, громким шёпотом возмущается мина. - меня не интересует, - как нашкодившего зверька, мину выпихивают за стойку и, напоследок облизнув недовольным взглядом, отворачиваются. мина торчит посреди зала сменяя на своём лице все оттенки белого, а потом идет, отчаянно растягивая время, отмеряя шаги поминутно и максимально медленно переставляя ноги. - привет, - мина вспоминает бога, дьявола, аллаха, будду, а ещё, на всякий случай, афродиту и бледнеет, сливаясь цветом с плиткой на полу. мгновенно жалеет и о том, что на дне стакана красуется самый неумелый полу-недо-подкат в её жизни, и о том, что устроилась работать в кафе, и о том, что вообще родилась. мина ловит на себе чужой взгляд. дрожащей рукой ставит бумажный стаканчик на стол и разворачивается, чтобы скорее спрятаться в кладовке и зарыдать от переполняющих её чувств, под раздражающий бубнеж леры и металлический звон кассы. тараканы в голове мины в очередной раз единогласно признают незнакомку самым красивым существом во вселенной и подначивают написать всякие смущающие штуки и на салфетках, и на столе. неожиданно мину ловят за запястье, и она не прочь бы вырваться и рвануть на скорости звука обратно за барную стойку, но вместо этого столбом встаёт рядом с незнакомкой, которая за два глотка выпивает кофе и переворачивает стакан дном. - а креативности тебе не занимать, - внезапно восхищенно выдыхает девушка, всё ещё держа запястье мины в своих ледяных пальцах. холод от руки распространяется на горящие от смущения ладони, бариста бледнеет, краснеет, зеленеет, пялится перепугано и почти что сползает на пол. незнакомка роется в своем рюкзаке и достает пустой бумажный стаканчик, - ‘при виде тебя моё сердце бьётся сильнее. к сожалению, от страха’ - незнакомка смеется, обнажая белые зубы, - пару дней я их даже не замечала. - простите… - почти что шепчет мина, скорее всего, вообще впервые в жизни перед кем-либо извиняясь, и старается смотреть куда угодно, только не на незнакомку, цепляясь глазами за все, кроме чужого взгляда. переглядывается с голубями за окном, рассматривает неожиданно интересные крыши домов и вглядывается в разводы на окне, ища в них теорию всемирного заговора. - ну и чего ты такая перепуганная, - от того, как сильно стучит сердце, мина почти что не дышит и старается вообще признаков жизни не подавать. ‘я - труп, я - хладный труп, меня тут нет, я - труп, всего лишь труп’ мина даже не замечает, что всё сказала вслух. - а я маша. мина от бессилия сползает на бежевый диван, напротив не-незнакомки и мечтает, чтобы прямо в эту секунду началась ядерная война.