Искупление грехов под опекой Богини (Переписывается)

***

      Казалось, будто бы мужчина уже целую вечность находился в темноте без возможности двигаться. Возможно он даже не дышал. Можно было подумать, что та странная девушка соврала или вообще была видением Андре, и на самом деле он все же умер. У мужчина было куча времени, чтобы снова и снова обдумывать всю его жизнь. Бывший убийца сожалел. Сожалел, что так и не смог найти биологических родителей. В самом детском доме для этого не было времени, после выпуска тоже, а во взрослой жизни ему уже было совершенно не до этого. Сожалел, что не завёл семью. У него были девушки, одни отношения даже продержались год, но ту самую он так и не смог встретить, всё доказывая себе, что она сама его найдёт, совершенно не прикладываю усилия. Сожалел и о том, что не нашёл нормальную работу, не связанную с криминалом. Андре всегда хотел быть простым человеком, что отлучился бы в школе, потом в институте, например, на какого-нибудь врача, полицейского, пожарного, устроился бы на работу, нашёл бы женщину, которая любила бы его, а он её, женился бы на ней, родил бы с ней детишек. Но во всём этом есть такое надоедливое «бы». Отчасти Маррей винил в этом «бы» своих родных родителей, да и в целом своё происхождение. Родился бы он в обычной семье, то может быть у него бы всё это и было. Во время слов Айко, внутри Андре — взрослого мужчины, что уже не надеялся на чудо в своей жизни — зародилась надежда. Надежда на новую, наполненную счастливыми вещами жизнь. А то условие о «Спаси столько жизни, сколько убил» добавляло некоторые шарм и азарт. Переродившись бы, он как раз таки бы и стал полицейским, врачом, пожарником, спасателем, которые каждый день спасают чью-то жизнь. Возможно, в детстве Маррей и мечтал именно о такой профессии.       Всё время нахождения в темноте, мужчина размышлял о этих мечтах, представляя свою возможную новую. В один из таких моментов он что-то почувствовал. Почувствовал, что может открыть глаза. Может дышать, и даже как-то двигаться. Сначала было ощущение, что что-то мешает ему открыть глаза, а вздохнуть никак не получалось. Андре уже подумал, что он снова умрёт, но тут он открыл глаза и вздохнул, тут подумав, что лучше бы он этого не делал. Всё тело пронзила сильная боль, а глаза заслезились от яркого света то-ли солнца, то-ли лампы. Из-за этого глаза заслезились, а сам мужчина закричал, но как только боль прошла он тут же замолчал. Было что-то не то. Андре не услышал своего крика. Из его горла будто бы вырвался плач младенца. Так как боль стихла, он смог услышать не только «себя», но и то, что происходило вокруг. Он плохо видел, ведь все глаза были в слезах, но слышать он мог. Слышал же Маррей голоса людей. Чётко что-то разобрать было невозможно, они говорили на иностранном языке, а так, как мужчина никогда не изучал языки, так и примерно понять, что это за язык, он не мог. Голоса были как мужские, так и женские. Очень спокойные голоса, которых явно не раздражало то, что секунду назад они слышали душераздирающий детский плач.       Теперь Андре смог и почувствовать. Ему было тепло, хоть он и был явно без одежды. Скорее всего, его кто-то держал, ведь землю под ногами он не ощущал, а на теле ощущались чьи-то руки. Да и теперь можно было различить, что перед его глазами была лампа. Лампа, такой же яркий белый потолок, а вскоре он увидел и человека, что держал его. Тот выглядел явно больше его. Мужчина, с медицинской маске, забавной шапочке на голове, очках. Хоть его рот и был перекрыт маской, но было понятно, что он что-то говорил. Вскоре он передал Маррея в руки какой-то женщины. Пол людей можно было различать лишь по голосам, по каким-то чертам лица, ведь на всех были те-же маски, шапочки.       Андре удивлённо осматривал всё. Хоть в целом он не был глуп, но всю эту ситуацию он всё никак не мог понять, или же его мозг сам отказывался помогать «хозяину» понять это. Он не мог всё ещё понять этого, когда его новорождённой тельце перенесли на пеленальный стол, начиная проверять его здоровье и состояние.       «Неужели я всё же… Переродился» — подумал мужчина, одними глазами осматривая кабинет, ведь двинуть головой, а тем более поднять её он совсем не мог.       «Ну наконец-то до тебя дошло»  — послышался Андре знакомый женский голос. Он начал осматриваться, но кроме осматривающей его акушерки и других врачей никого не было видно рядом. Да и, скорее всего, работница род.дома как-нибудь бы отреагировала, если бы рядом в этот кабинет зашёл бы кто-то посторонний. Маррей хотел было что-то сказать, но из рта послышалось только детское лепетание, в котором нельзя было ничего разобрать.       «Я могу общаться с тобой телепатически, олух. И не пытайся, меня рядом нет»  — Айко говорила с явной насмешкой. Хотя, Андре отметил, что и сам бы смеялся над кем-нибудь, кто бы находился в таком же недоумение, как он.       «Ты… У меня в голове?»       «Молодец, умник. Хорошо, что вы, люди, не такие глупые»       «Давай ближе к делу» — Маррея уже начинала раздражать эта особа и ситуация в целом.       «А давай ты перестанешь беситься» — недовольно ответила Богиня, — «В общем, как ты уже догадался, ты переродился. Это заняло некоторое время, но теперь у тебя есть своё тело. Будь благодарен»       «Ну, спасибо» — с лёгким недоверием проговорил мужчина, ведь, за промежуток времени между перерождением и их первой встречей, он успел потерять какую-либо надежду на новую жизнь, — «Так, подожди, а что ты делаешь у меня… В голове? Или это временный эффект?» — он старался получше подбирать слова, ведь почти не понимал, как всё происходящее вообще происходит.       «Ааа, это» — Андре будто бы наяву видел всю неловкость девушки, с которой она начинала говорить, — «В общем, на какой-то неопределённый срок я побуду с тобой в одном теле. Но не волнуйся, основной контроль над ним будет у тебя» — это было очень странным и больно подозрительный заявлением, но, несмотря на это, мужчина не хотел возражать, ведь он был благодарен Богине за шанс на новую жизнь.       «Ладно, я не возражаю, но можешь объяснить мне… Это как-то поподробней»       «Конечно, босс. Во-первых, контроль над тобой… Точнее телом, по своей воле, я брать не могу. Во-вторых, мысли твои я тоже могу читать только с твоего позволения. Тоесть, если ты хочешь, чтобы я их услышала, я их услышу. Это основное, что тебе нужно знать» — Маррей подозревал, что Айко поведала не о всех возможностях их «сожительства», но что-то спрашивать не стал. Ведь, если она ему не мешает, то он требовать что-то не будет.       «Есть ещё что-то, что ты можешь мне рассказать? Например, кем я родился?»       «Кем? Ну, ребёнком… А, поняла-поняла. Точно не знаю, что у тебя за родители, но если смотреть по тому, на каком языке говорят все вокруг тебя, то мы в Японии»       «Подожди, ты понимаешь их?»       «Да, могу и тебе помочь» — проговорила девушка с хитрицой. Андре понял, что та явно на что-то надеялась взамен.       «Можешь, пожалуйста, помочь мне?» — мужчина специально выделил слово «пожалуйста», надеясь, что этого для Богини хватит.       «Ладно, сейчас кое-что сделаю»  — Айко замолчала и ничего не говорила пару минут. Мужчина уже подумал, что она больше ничего не скажет, но вскоре он услышал, что та самая медсестра заговорила на понятном для Маррея языке. Она что-то бубнила сама себе, но даже этому мужчина был рад, ведь теперь он её понимал.       «Готово» — подтвердила радости Андре сама Айко.       «Спасибо. Так на много лучше»       «Всегда пожалуйста» — сказала Богиня, что явно было довольна благодарностью. Тем временем, новорождённое тело Маррея уже полностью осмотрели и поднесли к, как он понял, его матери. Это была с виду очень молоденькая девушка, даже чем-то смахивающая на подростка. Мягкие черты лица, карие глаза, светло-русые волосы, собранные в хвост. А дальше проходила слегка смущающая Андре процедура — кормление — во время которой он думал, что лучше у него не было его старых воспоминаний. Ещё больше это смущала от того, что, по сути, это была его новая мать, про которую он не должен думать, как о сексуальной и красивой женщине. Да и в целом, о ней как о женщине он думать не должен.       —Моя девочка, какая же ты милая — послышался ласковый голос новой, да и, впрочем, первой и единственной матери. Возможно, Андре от такого был бы даже рад и смущен, но кое-что заставило сомневаться.       «Я не ослышался? Девочка?» — подумал он, стараясь переварить данную информацию. Конечно, мог быть шанс, что Андре стал бы девочкой, но всерьез об этом он не думал.       «Айко, ты же слышала?»       «Да, твоя мама очень милая»       «Нет, я не про это. Я про девочку»       «А, это. Ну, я предполагала, что такой шанс быть может. И нет, в этом не я виновата»       «Это будет… Затруднительно» — это и вправду могло стать проблемой, ведь, сам по себе Андре знал, что он парень, но теперь он был в женском, хоть ещё и маленьком, теле и жить ему придётся как девушке. Конечно, в будущем он бы мог стать трансгендором и сменить пол, но об этом ещё было рано размышлять.       Смотря на лицо своей матери, мужчина, а точнее, уже девочка, размышлял о том, какая у него семья или, по крайней мере, люди, которых ему придётся так называть. Да и в целом, как он будет жить новой жизнью, в плохо известной для него стране.

***