circle his name (обведи его имя)

Чонгук сидел в гостиной, листая каналы и пытаясь вспомнить, когда он в последний раз пользовался телевизором. Конечно, иногда они с Хосоком и Тэ смотрели фильмы, но только потому что экран больше, чем у ноутбука. Можно лишь гадать, насколько скучно ему было, раз он решил обратиться к давно забытому ящику в поисках хоть чего-то более-менее интересного. Сейчас даже документалка про египетских фараонов казалась не такой уж скучной. Хотя он был готов продать почку за ленту твиттера полную новостей. Что ж… сколько не обновляй, у людей есть личная жизнь и каждую секунду они не постят. — Эй, мелкий, — раздался голос Хосока, заставляя Гука резко обернуться. — Что за хрень ты смотришь? Хен стоял в дверях со сведенными бровями, выражающими весь уровень его замешательства, и кружкой чего-то горячего и дымящегося. — Просто листал каналы, — пожал плечами Чон. Сейчас он видел своего старшего — и обычно доставучего — брата сияющим лучом надежды. Может хоть он разбавит этот серый вечер? — Что пьешь? Хен прошел в комнату, падая на диван рядом с Гуком. Последний развалился так, что там еле-еле хватало места на несчастного Хосока. — Какао, — произнес парень, смотря на щенячье глаза своего брата, — с зефирками. Могу и тебе сделать, — он только оторвал пятую точку от дивана, как его резким движением вернули на место. Гук не мог позволить единственной компании так просто испариться из-за дурацких зефирок. — Оу, видимо ты и впрямь в отчаянии! Почему не с Чимином? Ты же весь месяц этого конфетно-букетного периода только с ним и торчал. Тэхен даже начал ныть, что завидует твоему парню. Ты выставляешь меня с дурной стороны, — проговорил Хосок, наигранно обижаясь. — У Чимина проект и тест, и еще что-то, и еще что-то, — грустно проговорил Чон. — Думал, проведу этот вечер с вами двумя, но Тэ нет, а ты заперся в комнате. Когда Тэхена не было здесь в последний раз? Я даже позвонил ему, чтобы убедиться, что он еще жив или, как минимум, не заблудился по дороге. — Пф, — фыркнул старший, — ты же знаешь, что последнее просто невозможно. Помнишь, как он перепутал и пришёл сюда вместо общежития? Чонгук усмехнулся, вспоминая, как Тэ спокойно прошел в квартиру как к себе домой, наткнувшись на Гука с Хосоком, и спросил, что они тут делают. Парень был по-настоящему вымотан сессией, и ноги на автопилоте привели его сюда. В любом случае, Чон-старший слишком любил его, поэтому после того случая забирал откуда угодно, стоило Тэхену позвонить и сказать, что устал или вымотался. Вообще — насколько Чонгук понял — его старший брат искренне хотел видеть Кима двадцать четыре на семь и стоило таким редким дням как сегодня разделить их, парень не находил себе места, беспокоясь о Тэхене. — Сегодня ему нужно съездить к семье, — проговорил Хосок. — А ты же знаешь его семью, — парень приклеился взглядом к таявшим в какао зефиркам. И да, Чонгук знал его семью. Не лично, — он никогда не встречался с ними или что-то в этом роде — но по рассказам Тэ и Хосока, они были достаточно противоречивы. Отец не особо жаловал сына, потому что не понимал его. А мать, наоборот, пестрила гиперопекой, но в этом винить ее было нельзя. Из трех детей Тэхен был самым… необычным. Не адаптированным. По той же причине Хосок не любил оставлять его на долгое время, зная, что этот парень может нажить бед на собственную задницу, пытаясь подружиться с головорезом. Хотя, как постоянно повторял Чонгук, как-то же он жил до встречи с ним, значит может позаботиться о себе. На это старший всегда отвечал: «Он просто везунчик. Но кто знает, когда его белая полоса необъяснимой фортуны, вытаскивающей его пятую точку из разных передряг, закончится». И не сказать, что он был не прав. — В любом случае, — резко заговорил Хосок, — вы же с Чимином встречаетесь уже около месяца, а я, — парень указал пальцем на собственную грудь с самым оскорбленным на планете видом, — до сих пор в глаза его не видел. Только представь, постоянно слышать «Чимин то, Чимин сё…», и даже не представлять, о ком же поют такие серенады. Мы должны сходить на двойное свидание — я и Тэ, ты и Чимин. — Наверное, — неуверенно протянул Чонгук. Чимин не особо любил столпотворения, хотя можно быть уверенным: он просто растопит их сердца. Или Хосок как-то неприлично пошутит и на этом их отношения закончатся. — Если ты пообещаешь следить за языком, — добавил младший. — Что? Ты во мне сомневаешься? Я же душка! — Хосок отпил какао, показушно оттопырив мизинец, будто он истинная леди на чайной церемонии. — Ты мог хотя бы его фотку показать, — пробубнил он. И, что ж, это была вполне хороша идея. Сейчас-то у него найдется парочка селфи с Паком. Особенно учитывая, как его парень любил фотографироваться. И, если раньше Гук не жаловал подобного, то ему он отказать просто не мог. Чон с наигранным вздохом достал телефон под довольные визги брата, открывая галерею. В глаза сразу бросилась парочка общих фото, но парень остановился на том, где Чимин был один и улыбался на камеру со стаканчиком кофе в руке. Его очки мирно покоились на столе, а рубашка открывала вид на ключицы. Солнце за окном уже садилось, играя золотыми лучами на коже. — Ва-а-ау, — протянул старший, даже толком не увидев изображение и выхватив чужой телефон. — А он и правда такой красивый, как ты говорил. Я-то думал, розовые очки и бла-бла-бла, — Хосок принялся листать галерею, практически лежа на Гуке. Несколько фотографий сменили друг друга, пока старший не нахмурился, увеличивая лицо Чимина на одной из их общих фото. — Подожди… подожди-подожди, Пак Чимин! Черт, а я не мог понять, почему звучит так знакомо. Это же тот чувак!.. — Хосок поднес телефон ближе и распахнул глаза, будто так они работали лучше. — Тот Пак Чимин; его парень пропал! Гук нахмурился, не понимая смысла этих слов. Хосок оторвался от экрана и встретился с недоумевающим лицом брата. — Ты о чем? — Ну, — протянул старший. — А он тебе не сказал? Чонгуку оставалось лишь отрицательно покачать головой, наблюдая как хен принимает нормальную позу и протягивает телефон обратно. В чужой голове явно происходили какие-то непонятные механизмы, заставляя поджать губы в тонкую линию. Чон не часто видел хена таким серьезным и задумчивым. — Наверное, не мне тебе об этом говорить, но скрыть такое от брата было бы неправильно, — ровным тоном проговорил Хосок, делая паузу на глубокий вздох. — Когда я учился на втором курсе, а ты в выпускном классе, пропал парень. Ин Минхек. Его имя тогда было у всех на слуху, как и имя Пак Чимина. Но было это пару лет назад, вот я и не сопоставил два плюс два, пока фото не увидел. — Пропал? — недоумевающе спросил Гук. — Ага, не приходил на занятия, а потом его друг пошел в полицию. Допрашивали всех подряд, кто хоть как-то знал того чувака. Да и Чимин ходил сам не свой. Понятно почему, — он остановился, прочищая горло. — Более того, во время расследования некоторые вещи всплывают, хочешь не хочешь. Поэтому все узнали, что и Ин Минхек, и Пак Чимин — геи, а мы не в Америке, сам понимаешь… — И что в итоге? — сорвалось с языка. В голове парня прошлась буря вопросов: Что в итоге? Где парень? Почему он пропал? И… все ли хорошо было с Чимином? В конце концов, хен был прав, они не в Америке. Здесь, даже если ты не скрываешь свою ориентацию, все равно не кричишь об этом на каждом шагу. Мало ли на кого наткнешься. Это даже небезопасно. — В итоге? — повторил Хосок, задумавшись. — Понятия не имею. До меня, как и до всех, просто доходили слухи. Да и верить им было бы глупо. Минхека так и не нашли, но полиция вроде бы выяснила, что он сам уехал или что-то в этом роде. Было все в начале года, время шло, страсти улеглись и все забыли, — пожал плечами Хосок. — Забыли? — брови Чонгука подпрыгнули. — Человек пропал и все просто закрыли на это глаза? — Я понимаю о чем ты, Чонгук-и, но жизнь продолжалась и нас это не касалось. Все просто вернулось в привычное русло с небольшой поправкой: кто-то пропал. Кто-то пропал. Это все, что изменилось для Хосока и остальных студентов, которые ничего не потеряли. Их жизнь продолжила идти своим чередом, пока чья-то буквально рассыпалась на кусочки. Интересно, думал ли так же об этом Чимин: «кто-то пропал»? Думали ли так же родители того парня? Хорошо, если полиция не ошиблась и Минхек правда просто собрался и уколесил. Но, а что, если нет? Черт, парень мог быть мертв, а окружающие его люди просто закрыли на это глаза и продолжили веселиться, как это было раньше. Но Чонгук понимал: такова жизнь. Если людей это не касается, то их это не касается. Проще выкинуть из головы и закрыть дело, сказав, что он сам так решил, и жить припеваючи. И никто даже слова не скажет. Боже, разве так можно? Природное чувство справедливости кипело, словно вода в кастрюле, и поднималось все выше и выше, оставляя ужасные ожоги. Разве Гук мог поступить так же. Разве мог просто выкинуть это из головы, игнорируя явную несправедливость? — Чонгук-а, — вырвал его из мыслей Хосок, — я в курсе, что ты шокирован, но тебе стоит поговорить с Чимином об этом. Не наседай на него, — старший как-то грустно вздохнул, — можно понять, почему он ничего не сказал. Это должно быть сложно, поэтому просто поддержи его. — Конечно, — проговорил парень. Точно. Чимин. Это был его парень, о котором он заботился, переживал и возможно… любил. Его парень пропал без вести. Если подобная вещь выжигает Чона, то что говорить о Чимине? Чонгук сидел с телефоном в руках, смотря на открытый чат с Паком. В его голове крутилось все, что сказал Хосок. Пак Чимин, чей парень пропал без вести! Ин Минхек. Его имя тогда было у всех на слуху... ...что он сам уехал или что-то в этом роде. ...время прошло, страсти улеглись и все забыли... ...просто поддержи его Да, он должен что-то сказать. Несмотря на то, что сам Пак умолчал об этом, Гук просто обязан дать знать, что он в курсе и что ему… ему жаль. Он понимает, почему парень молчал и предпочел ничего не рассказывать. Он вновь взглянул на чат, в этот раз набирая новое сообщение. Чонгук Хен, не хочешь завтра встретиться? 23:56 Как насчет посидеть вечером где-нибудь 23:56 Чимин Мммм 23:57 Окей, моего соседа завтра не будет, можем остаться у меня 23:57 Чонгук Отлично, могу зайти за тобой после пар 23:57 Чимин К 23:58 Чон облегченно выдохнул, смотря на буквы и слова и думая о том, как бы завтра подступиться к разговору. Не может же он сразу с ходу заговорить о подобном. Тем более, Чимин, видимо, не особо хотел, чтобы он был в курсе произошедшего. Гук поднялся с кровати, бросая взгляд на окно. За стеклом уже давно было темно, только свет фонарей разбавлял желтизной мрак ночи. Удивительно, что Чимин до сих пор не спал. Хотя, зная его, он мог до утра сидеть за конспектами и своими массивными книгами. Если бы огромная полка, полная разных учебников и висящая прямо над столом Пака, обвалилась, книги не оставили бы от него и мокрого места. Он усмехнулся собственным мыслям и снова взглянул на мобильник, снимая блокировку. Чонгук Не сиди за конспектами до середины ночи. И не теряй бдительности, твоя полка только и поджидает идеального момента, чтобы напасть на тебя) 00:21 Гук нажимает «отправить» и садится за собственный стол, открывая крышку ноутбука. На часах почти пол первого ночи, за стенкой раздавались звуки Хосока, который общается с кем-то по телефону. Его собственная комната освещена лишь приглушенным светом и то, лишь потому что сам хозяин не спит. Обычно Чон уже был в кровати, рассчитывая выспаться перед парами, раз выдался более-менее разгруженный день, но рассказ хена не давал спокойно закрыть глаза. Эта история все кружила вокруг него, пробуждая любопытство, подпитанное внутренним журналистом Чонгука. Нет, он не планировал влезать в это. По крайней мере, пока не поговорит с Чимином. Но было здесь что-то странное. Или не было. В любом случае, пропавший без вести парень, на которого все, откровенно говоря, положили хер, казался чем-то странным. Каков шанс, что обычный студент просто возьмет и испарится? Резко раздалось уведомление о сообщении из Какао. Чимин Я ей нравлюсь, но что-то мне подсказывает, что если ты продолжишь приходить, полка начнет ревновать и прихлопнет тебя) 00:29 И да, Чонгук-а, я уже иду спать и тебе стоило бы 00:29 Гук снова усмехнулся, вспоминая заваленный учебниками кусок дерева и прикидывая, убьет ли она его. Вероятно. «уже иду» — отправил Чон, в этот раз убирая гаджет подальше и заходя в интернет. Естественно, он принялся искать. Искать любое упоминание о произошедшем два года назад, но статей оказалось поразительно мало. Зато на удивление много пропаж людей по всему Пусану; парень аж по-новому взглянул на родной город. В любом случае, прочие исчезнувшие его мало волновали, ему просто было интересно, в чем тогда было дело, раз полицая списала этот случай со счетов. Хосок тоже мало что мог рассказать. Ин Минхека, как и Чимина, он не знал и никогда с ним не общался. Они были одногодками, но вращались в совершенно разных кругах и не имели совершенно никакой точки соприкосновения. Через полчаса поисков исключительно информации о случившемся — Чон не хотел влезать дальше пока не поговорит с Паком, но уже знал, что обязательно влезет — он узнал совсем не многое. «Ин Минхек, студент Пусанского Национального Университета, считается пропавшим с 24 марта 2018 года…» «Единичный подобный случай исчезновения студента. Полиция не связала его с какими-либо другими исчезновениями…» «… Ин Минхек сам покинул город по определенным причинам. Полиция отказывается разглашать, на каком основании пришли к данному выводу, по просьбе родственников пропавшего.» Интересно, а Чимину сказали эту самую причину? Чонгук остановил себя на вбивании в поисковое поле имя Минхека. Как он себе и пообещал, сначала разговор с Паком, потом все остальное. Заходя в комнату Чимина, Гук чувствовал себя на удивление некомфортно. Будто раньше он никогда здесь не был. Парень приходил сюда достаточно часто, чтобы отпечатать в памяти расположение вещей и мебели. Две кровати, над одной пара плакатов с группами и аниме, над второй несколько фотографий и каких-то пометок для запоминания. С одной стороны беспорядок с кучей одежды на постели и даже тумбочке, с другой стороны заправленное покрывало, светильник и аккуратно висящая на вешалке шкафа рубашка. Один стол практически пустует, а на полках фигурки и манги. Другой же завален учебными пособиями и конспектами с кучей стикеров, куда не глянь. Не сложно догадаться, что здесь принадлежало Чимину. В конце концов, у кого еще полка могла провисать от учебников по психоанализу, словарю психиатрических терминов и видам психологической защиты. На стенах были гирлянды, обрамляющие обои мягким желтым светом. Все здесь было знакомо Чонгуку. Все, кроме Чимина, который до сих пор оставался загадкой, и одна грань которого случайно открылась. — Чего застыл в проходе? — ехидно спросил Пак, падая на кровать. — Помнится мне, в прошлый раз ты заявил, что уже чувствуешь себя как дома, а сейчас смотришь такими глазами, словно в первый раз. — Просто… — протянул Чон, не зная, что ответить. Чаще они проводили время не за разговорами, в конце концов, поболтать можно, где угодно, а в месте, где имеется постель, есть более интересный способ времяпрепровождения. — Где твой сосед? — Уверен, испытывает чужую кровать на прочность, — ухмыльнулся парень. Да, Чонгук знал, тот парень постоянно с кем-то спал, поэтому-то они и проводили большее количество времени именно у Чимина. Хотя стоит сказать Хосоку подвинуться. Возможно, скоро Гук просто отправит одно из излюбленных сообщений хена ему же. Что-то на подобье: «будь душкой, потеряйся часа на два-три. Взрослые будут заняты». Это была точная цитата Чона-старшего, если вам интересно. Но сейчас нужно было думать не о войне за территорию с братом. Тем более, Чонгук уверен, стоит так написать, как хен прилетит вместе с Тэ поглазеть на избранника своего младшего. Его даже не смутит возможность увидеть что-то для его глаз не предназначенное. Еще и прокомментирует под хохот Тэхена. — Хен, — начал Гук и услышал многозначное «оу-у-у» своего парня. — Что? — среагировал Гук. — Обычно в такие моменты ты зовешь меня «Чимин-а». Если ты начал с «хен», ничего хорошего дальше не последует. Чон хмыкнул. Пак был прав. — Чимин-а, — вновь начал он, но его снова перебили. — Это уже не поможет, у тебя на лице все написано, — старший склонил голову, щурясь и будто сканируя его. Чонгук наконец сдвинулся с места, садясь рядом с парнем. — Ты прав, я хотел поговорить с тобой о кое-чем, — теперь Пак по-настоящему насторожился. Его плечи напряглись, а брови сошлись на переносице, он моментально скрестил руки на груди и прикусил щеку с обратной стороны. Чон знал, что это значит: он уже был готов защищаться, будто на него с вилами нападают. — Я узнал о Минхеке… Повисла гробовая тишина, губы Чимина дрогнули и непроизвольно разомкнулись. — От-откуда? — Хосок-хен узнал тебя, когда я показал наше фото. Сказал, что твой парень пропал без вести два года назад, — тихо проговорил Гук, внимательно следя за чужими эмоциями. — И я понимаю, почему ты ничего не сказал. Наверное, и не должен был, но нам стоит об этом поговорить, как думаешь? Руки Пака упали на колени словно тряпичные и не имеющие ни капли силы. Ладони начали дрожать, а взгляд метаться из стороны в сторону. — А что… что я должен сказать? — сорвалось как-то обреченно. — Что тогда произошло?.. Старший наконец поднял взгляд к лицу напротив, закусывая щеку. Чонгук смотрел в потерянные глаза и понимал, что Чимину было сложно говорить на эту тему. Хосок сказал: все забыли и жили дальше, но вряд ли у него это получилось так же легко, как у остальных. — Если не хочешь, то не нужно, — шепотом добавил Гук, видя на сколько уязвимым резко стал парень. Чимин взглянул ему прямо в глаза, поджимая губы. В голове Пака явно происходили мыслительные процессы, решая, как стоит поступить. Руки продолжили трястись и Чон просто накрыл чужие ладони своими, надеясь хоть немного успокоить. Он не обязан был говорить об этом, не сейчас. Послышался глубокий вдох через нос и громкий выдох, а потом он наконец заговорил: — Думаю, все же стоит. Как ты и сказал, Минхек пропал. Я не видел его в универе, он не появлялся, на звонки не отвечал, естественно, что пришлось пойти в полицию. Детектив Ким, — Чонгук моментально нахмурился, вспоминая высокого мужчину с дружелюбной улыбкой и девушкой в парке, — да, детектив Ким Сокджин вел дело, — Чон понимающе кивнул. Чимин ответил таким же кивком, продолжая: — он провел расследование. Всех допрашивали, буквально каждого, кто мало-мальски общался с Хеком, но в итоге дело вроде как закрыли. Расследование пришло к выводу, что он сам свалил от сюда подальше. Он выглядел непривычно хрупким. Не смотрел в глаза и казался будто сломленным. В его словах сквозили различные эмоции, которые у младшего не получалось распознать. В данной ситуации он мог лишь принять их за тоску. Чимин снова вздохнул, смотря сквозь Чонгука. — И ты в это поверил? Думаешь, он мог просто испариться? — возможно, голос Чонгука звучал немного резко, но, черт возьми, парень пропал и все так и оставили? — Гук-а, ты не был там, — тихо проговорил старший, грустно усмехаясь. — Он мог, правда мог. Если позволишь, я не буду вдаваться в подробности, но детектив Ким действительно хороший человек и хороший полицейский. Все указывало на побег, поэтому… — он поджал губы, вновь фокусируя взгляд на Чоне, — поэтому я тоже так думаю. Чонгук кивнул, смотря на подавленно состояние Чимина. Старший был прав: его там не было, он не знал Минхека. Но все же… люди редко исчезают без причины. Хотя, если Пак ее не называет, аккуратно обходя стороной, может это как-то касается его самого… или чего-то более серьезного. — А что было с тобой? — Со мной? — парень вновь грустно усмехнулся. — Минхек сбежал, расследование прекратилось, а вот жизнь продолжалась… не скажу, что было просто, нет… все было дерьмово, Чонгук-а, но что я мог с этим поделать? Младший понимающе кивнул и притянул к себя Чимина, крепко обнимая. Конечно, это не было чем-то простым, не было легким, как он и предполагал. Старший обнял его в ответ, притягивая ближе. — Я рад, что ты знаешь, — проговорил в чужое худи Пак. — Ты же останешься? — Конечно, — ответил парень, пока в его голове был целый рой мыслей. Ему даже стало стыдно. Эта история затягивала Гука все глубже и глубже, Чимин дал мало ответов на чоновы вопросы. Точнее — никаких. Поэтому, пока руки Чонгука обнимали его, голова строила кучу разных теорий. Паку бы это не понравилось. Он сказал бы Чону бросить, не копаться в прошлом, но разве он мог? Чонгук с детства испытывал потребность в завершенности, точности и справедливости. Секреты не оставляли за собой ничего хорошего, тайны ломали людей, поэтому он и решил стать журналистом. Сообщать людям правду, докапываться до самой сути. А в этой ситуации все было слишком мутным. Слишком запутанным. Будто нужно было копнуть глубже, будто полиция упустила детали, будто Чон мог разобраться и сказать семье, друзьям и даже бывшему парню Минхека, куда тот делся. По крайней мере, Чонгук хотел так думать, но где-то глубоко-глубоко внутри черепной коробки, под кучей аргументов жило понимание: он просто потакает собственному любопытству. Чон проснулся от копошения рядом. Его глаза еле-еле открылись, упираясь взглядом в белый потолок, а с правого боку продолжило происходить что-то необычное, вынуждая приподняться и посмотреть в ту сторону. Чимин сжимал простынь короткими пальцами, глаза зажмурены, брови сведены, а рот приоткрыт и выдавал глухие звуки, похожие на стоны, но совсем не от удовольствия. По лбу и груди текли капли пота, а шея напряглась до проступления вен. Чонгук от этого зрелища даже растерял все мысли, не зная, что делать. Мозг работал медленно, но в итоге стало очевидно: у Чимина кошмар и там с ним явно не единороги танцуют. Гук аккуратно дотронулся до чужого плеча, отмечая, как напряжены мышцы, и слегка потряс. Реакции не последовало. — Чимин, — проговорил парень, начиная тормошить сильней. — Чимин! Чимин, черт возьми! Он хорошенько встряхнул его, не сильно хлопая ладонью по лицу, пока тот наконец не разлепил глаза с глубоким шумным вдохом. Рука Чона на чужой груди чувствовала учащённое биение сердца. Даже корни волос казались влажными от проступившего пота. — Хей, хен, ты в порядке? — проговорил Гук, смотря в чужие расфокусированные глаза. — Это был сон, просто сон. — С-сон, — повторил Чимин, вцепившись в руку на своем плече. Хватка была немного болезненная, но Чонгук не смел сказать и слово по этому поводу, смотря на растерянного и явно напуганного парня. — Сон, — вновь повторил старший, прикрывая глаза и ослабив хватку, — просто сон… черт… — Ты как? Младший начал приподниматься, чтобы принять сидячие положение, но глаза Чимина резко распахнулись, хватаясь за него сильнее. — В-все нормально, только останься, ладно? — его голос был почти отчаянным, заставляя Чонгука забеспокоиться и вернуться в лежащее положение, обнимая своего парня. Чимин прижался к чужому телу, дыша на голую кожу. Гук до сих пор чувствовал, что его пульс не пришел в норму. — Расскажешь? Шумные вдохи и выдохи наполнили комнату, пока Чон попытался как можно крепче обнять Чимина, показывая, что он рядом. — Просто… — парень запнулся, — обычная банальщина про преследование… такое всем снится, — он уперся головой в гукову грудь. Младший решил ничего не отвечать, поглаживая его обнаженную спину. Фоном слышалось тиканье стрелок часов, успокаивающе действующее на обоих, и уже скоро Чон услышал размеренное дыхание вновь проваливающегося в сон Пака. Сам он спать уже не стал, увидев на циферблате пол шестого утра и понимая, что скоро вновь придётся просыпаться. Ему нужно было успеть вернуться домой, принять душ, собраться и пойти на пары, пока Чимин мог позволить себе поспать подольше. Через полчаса Гук аккуратно выпутался из чужой хватки, собираясь и оставляя записку с просьбой позвонить ему, когда Чимин проснется или освободится. У старшего за этот месяц никогда не было кошмаров, хотя Чону и самому что-то жуткое снилось исключительно редко, но тоже не обходило стороной. Такое со всеми случается, но дерьмовый сон может не хило подпортить настроение на весь день, поэтому стоило удостовериться, что с Чимином все хорошо. В квартире как обычно царил хаос предоставляемый и спонсируемый Хосоком и Тэхеном. Гук не помнил ни одного утра, когда бы первый что-то не потерял, а второй бы не стал причиной пропажи. Вот и сейчас Тэхен сидел на диване с чашкой кофе с милым утенком, а Хосок орал, что потерял свою утреннею дозу энергии, мельтеша по кухне. Чонгук мог бы просветить его, но не станет. Стоило дать Тэ шанс скрыть следы преступления. Но Тэхен не был бы Тэхеном, если бы сам не пошел в логово зверя. — Что ты снова потерял? — проорал парень, направляясь на кухню под вопли Чона-старшего. — Кофе, где мой чертов кофе?! — Хосок, тебе стоит начать запоминать, куда ты кладешь вещи и не орать на всю квартиру! Потом Чонгук услышал волну тишины, прокатившуюся по квартире, мысленно благодаря, что успел скрыться в ванной до большого взрыва. 3 2 1 — Ким! Тэ! Хен! — раздалось на весь дом. — Мало того, что ты… Чон не дослушал, включая воду в душе и улыбаясь. В первые разы, когда такое произошло, он переживал, что от Тэ не останется и тапочек, которые тот отобрал у Хо, — первая потеря хена, — но потом заметил, как легко Чон Хосок остывал, если дело касалось его парня. Тэхен только бросал свой не-понимаю-что-сделал-не-так взгляд из-под ресниц, и парень замолкал, дыша через раздутые ноздри и поджимая губы, вызывая смех и квадратную улыбку. Гук даже немного завидовал, ему бы эти тапки запихнули прямо в… Не суть. Когда Чонгук вышел из душа в домашних штанах и с полотенцем на плечах, звуков ТэСоков уже не было слышно. До выхода оставалось еще прилично, и он направился на кухню, где на стуле сидел хен, попивая кофе из той самой кружки с уточкой. — Ты его убил? — хмыкнул Гук, делая себе тот же напиток. — Ха, это не так-то просто, Гук-а. Тем более, если не выйдет, Тэхен сам меня прихлопнет, — усмехнулся Хосок. — Нет, у меня сегодня пары позже начинаются, поэтому Тэ ушел первым. — Ого, я-то думал вы везде вместе ходите! — съязвил младший. — Кто бы говорил, сам-то вчера к Чимину убежал так быстро, что аж пятки сверкали, — Хосок проследил, как Гук упал на соседний стул, и спросил: — Поговорил с ним? — Да, — выдохнул Чон. — Но ничего все равно не понятно. Я прогуглил; везде пишут, что полиция пришла к выводу, что Минхек сам свалил. Чимин сказал, что верит в это. Но вот причину он так и не назвал, да и вообще, особо ничего не прояснил… — Чонгук, — перебил его хен, смотря непривычно серьезно, — я вижу, к чему ты клонишь, но это жизнь, а не твой любимый триллер, понял? Не лезь в это! Не гугли, не спрашивай больше Чимина. Если парень не сказал, то скорее всего не хотел расспросов и повышенного внимания к этому всему. — Но, хен, каков шанс, что среднестатистический студент просто возьмет и решит сбежать, а? При этом никому ничего не сказав. На это должны быть причины, но какие? Я же журна- — Нет, — вновь перебил Чон-старший, и именно в этот момент Чонгук кожей почувствовал, что Хосок был старше и… внушительнее, хоть Гук и был крупнее. — Чимин твой парень, ты же помнишь об этом? Минхек — его бывший, у них есть своя история и не тебе в нее лезть. Если даже он думает, что парень просто сбежал, то так оно и есть. А если ты сейчас в это влезешь, то только подпишешь смертный приговор вашим отношениям. Я бы на его месте счел это за предательство, Чонгук. Младший молча хлопал глазами. Он услышал именно то, что слышать не хотел. Правду. Хосок был прав, но Гук просто не мог ничего с этим поделать. Он уже решил покопаться в этом, а значит никакие слова на него не могли подействовать и даже хену переубедить упертого Чонгука было не под силу. И они оба это знали.