circle his name (обведи его имя)

Чимина мучают кошмары. Гук уже забыл, когда в последний раз ночевал дома с того дня, когда он побывал у брата Минхека. А прошла уже неделя. В тот вечер Чон вернулся домой, чтобы рассказать Хосоку о том, что поведал Мин Юнги. Карточный долг и крупная сумма, которую он занял у брата, расставляли все по полочкам. Поэтому-то Гук и хотел обговорить это с хеном. Хотя он уже мог представить, как старший с довольной миной сообщает, что был прав и бывший Чимина свалил в закат, чтобы не выплачивать долги. Но стоило его ноге переступить порог квартиры, как телефон завибрировал в заднем кармане джинс и издал знакомое «кату~». Чимин прислал сообщение, прося Гука приехать к нему, если тот не занят, конечно. Чонгук хорошо знал парня, поэтому мог сказать: все его «это не срочно» и «вообще-то забей, ты, должно быть, занят» говорили о чрезвычайности как ничто другое. Если бы Пак прислал «срочно приезжай» с тремя восклицательными знаками, это было бы каким-то пустяком, вроде паука над кроватью. Поэтому, получив три сообщения подряд, — первое из которых просило прийти, а два остальных забыть о предыдущем, — Чон сорвался с места, даже не разувшись. И, естественно, не зря. Чимин выглядел подавленным и даже разбитым. Взгляд горящих глаз отдавал холодом и пустотой. Что-то было не так, но старший отказывался рассказывать. Вместо этого он просто попросил Чона остаться на ночь. И, как и совсем недавно, Гуку пришлось будить его во время нового кошмара. И следующей ночь, и следующей, и еще неделю. — Хен, — Чонгук тряс чужое будто окаменевшее тело, — Чимин! Чимин-а… Пак наконец открыл глаза, смотря на младшего запуганным взглядом. У Гука аж сердце сжалось. Чимин уже по обыкновению сжал его руку своей и облегченно выдохнул. Чонгук же приподнялся, чтобы принять сидячие положение, и откинулся спиной на стену. Пак тоже привстал, не смея взглянуть ему в глаза. — Не вини себя, — проговорил младший, зная, что у парня именно это на уме. Он уже раз сто успел извиниться за бессонные ночи совсем не в приятном значении этого слова. — Прости, — вновь выдохнул Чимин. — Хватит, мне не сложно. Ты же знаешь, что я здесь, чтобы вытащить тебя из любого кошмара… Он поглаживал чужие костяшки большим пальцем, смотря на легкую недоулыбку Пака, появившуюся после этих слов. Сквозь шторы уже пробирались лучи встающего солнца, освещая мрак комнаты. В этот раз парень смог проспать практически всю ночь. Но Гук не был уверен, хорошо это или плохо. Смотря на Чимина он вообще сомневался, что слово «хорошо» хоть как-то можно было применить к нему. Глаза пустые и уставшие, тело как-то исхудало и появились мешки под глазами от вечных недосыпов. Он выглядел так же вымотано, как и чувствовал себя, дожидаясь прихода Чонгука, чтобы забраться под одеяло и моментально отключиться в чужих объятиях. Пак говорил, что он боится спать один, потому что страшится не проснуться и застрять в ужасах собственной головы. Он не сказал, что именно ему снилось из раза в раз, хоть Гук и спрашивал. Однако, даже не зная что, оно явно пугало парня до такой степени, что на коже проступал пот, а тело сотрясалось практически в судорогах. И это не упоминая банального учащённого дыхания, сведенных бровей и ускоренного сердцебиения, которое младший мог почувствовать каждый раз, пока будил Чимина. — Ты в порядке? — задал Гук свой дежурный вопрос. Чимин всегда отвечал одно и то же, но он не мог не поинтересоваться. — Да, нормально, — ответил Пак, глубоко дыша. Он практически уже отошел ото сна, но все еще не поднимал глаз на Чонгука. — Сегодня мой сосед будет ночевать здесь, так что можешь не приходить. Заодно выспишься… Парень нахмурился, услышав подобное. Рука Чимина выскользнула из его собственной и прошлась по влажным у корней волосам, ероша их еще сильнее. — Ты уверен? Можешь прийти ко мне и… — Что бы напугать Хосока-хена с его парнем? — перебил старший. — Не лучшая идея… Чонгук хотел возразить, но Чимин продолжил: — Тем более мой сосед узнал о кошмарах, теперь он волнуется и хочет лично за мной присмотреть, — слабо приподнял уголки губ парень, смотря на Чона. — Ты уверен? Хен, мне совсем не сложно, если… — Чонгук-а, — уже легче начал Чимин и вновь взял его за руку, переплетая пальцы, — он правда переживает, да и вообще, он та еще курица-наседка, поэтому все будет отлично. Чон хмурился, искренне пытаясь поверить в слова своего парня. Тот в свою очередь взглянул на часы, которые раздавались легким тиканьем. — Я могу начать заменять нам будильник. Тебе скоро нужно собираться и бежать, если не хочешь опоздать на занятия… Чонгук носился между общагой, своей квартирой и универом, стараясь успеть везде и всегда, не забыв ничего важного и делая всю домашку наперед, чтобы не нахватать хвостов. Чимин был прав: будет неплохо немного передохнуть от этой беготни хотя бы денек. — Но, если у тебя еще есть время, — в чужих глазах блеснул хитрый огонек, который Чон моментально узнал, расплываясь в легкой улыбке, — мы можем потратить его на что-то более веселое… Старший потянулся к парню, накрывая его губы своими и зарываясь миниатюрными пальчиками в черные волосы. Чонгук быстро притянул его к себе, размещая на собственных коленях и слыша, как оба их дыхания учащаются и становятся прерывистыми. Поцелуи начали наполнять комнату пошлыми звуками и приглушенными стонами. Гук пробрался руками под чужую большую футболку, скользя по худой спине и опускаясь все ниже и ниже. Он переместился на шею Пака, рисуя мокрую дорожку на разгорячённой коже и покусывая проступающую венку. Чимин лишь откинул голову назад; единственное, что сейчас хотел Чон — помочь своему парню расслабиться. Когда Чонгук покинул свою квартиру, приняв душ и переодевшись, в его голове был настоящий бардак. Он правда собирался пропустить весь день универа? Да, это он и делал. Ноги быстро вели его подальше от дома и совсем не в сторону собственного учебного заведения. Он направлялся к полицейскому участку. За последние дни у него совершенно не было времени продолжить свое небольшое расследование, а коричневый ежедневник лишь пылился и напоминал о незавершенном деле, стоило бросить на него взгляд. Конечно, у Чонгука были здоровые приоритеты и вся эта странная история и близко не стояла рядом с Чимином, который так отчаянно в нем нуждался. Этим утром, перед тем как уйти к себе, Гук заметил, как сильно колотились руки Пака, когда тот держал кружку с пакетиком чая. Было ясно, что если тот попробует самостоятельно налить в нее кипяток, без ожогов не обойдется. Поэтому Чон мягко перехватил кружку, возвращая ее уже с согревающим напитком. Чимин, конечно, лишь смущенно улыбнулся, делая вид, будто ничего такого не случилось. Гук не мог так же притворяться, что ничего не происходит, поэтому даже когда в его голове мешались мысли об учебе и Минхеке, не лучшее состояние Чимин все равно находило место в его голове. Даже когда он уже приближался к участку. Чонгук пришел к выводу, что сегодня его счастливый день, потому что детектива Кима получилось выловить как только парень подошёл к нужному зданию. Мужчина стоял у входа и громко с кем-то разговаривал, пока не заметил приближающегося Гука. К удивлению последнего, Ким моментально узнал его и даже больше — пригласил пройти в ближайшее кафе и выпить по чашке кофе. Чон решил, что у детектива, должно быть, было очень хорошее настроения, раз он ведется себя словно они давние хорошие знакомые. Но тот быстро развеял его предположение, произнося твердое «спрашивай», стоило им усесться за столик. На этом у Чонгука широко распахнулись глаза, ведь весь вид Сокджина так и говорил: «я все о тебе знаю». Они сидели в самой обыкновенной кофейне с бумажными стаканчиками на столе перед ними. На фоне играла ненавязчивая музыка, а в помещении было не многолюдно. Хоть многие и рвались к своей утренней дозе кофеина, но рабочий день уже успел начаться. — Давай, ребенок, я уже в курсе, что ты пришел спросить о том исчезновении, — вновь проговорил мужчина, спокойно отпивая кофе и смотря на него довольным взглядом, понимая, что не ошибся. — Но как Вы… — А что еще тебе здесь делать? Я видел вас с Чимином-щи и это единственная причина, по которой парень вроде тебя мог бы прийти, разве нет? Послушав это, Чон негромко хмыкнул, понимая всю очевидность ситуации. Оставалось лишь надеяться, что раз Ким его еще не прогнал, то все идет хорошо. — Да, — Гук запнулся, смотря на расслабленного детектива напротив, — Вы правы, я хотел поговорить о пропаже Ин Минхека… Сокджин кивнул, подтверждая свое предположение, а потом заговорил: — Прошло два года, если я не ошибаюсь, но я хорошо помню то дело. Одно из самых простых за всю мою карьеру, знаешь. Друг сообщил о пропаже, мы поговорили со всеми, проверили обстоятельства и пришли к выводу, что Минхек-щи сам сбежал. — Да, его старший брат говорил, что у него был большой карточный долг, но я надеялся, что Вы сможете рассказать чуть больше. Например, вы не рассматривали другую причину исчезновения? Детектив снисходительно улыбнулся, отпивая из стакана. Гук тоже поспешил сделать глоток, совсем позабыв о напитке. — Я знаю, о чем ты говоришь. Многие предполагают самое худшее в подобных ситуациях, но поверь мне, «пропавшие» не так просто зовутся именно «пропавшими». На самом деле, не так много из них оказываются мертвыми, люди достаточно часто сами бросают все. Он прочищает горло, а Чонгук немного хмурится, невольно вспоминая все те статьи из интернета об исчезнувших людях. Их количество и тогда удивило его, а сейчас и детектив поднял эту тему. — Ты уже в курсе, что у парня были долги; не самые благонадежные люди ждали своих денег, а ждать они не любят… — А разве они не могли?.. — Мы думали об этом, но та группировка делает все совершенно по-другому. Они редко убивают должников, сам знаешь: мертвые не платят, да и делают это на показ в назидание другим. Так же его не похищали, раз требований выкупа не было, — прояснил детектив. — К тому же, этот Минхек был довольно проблемным парнем. Его брат сказал, что парень с детства сбегал, лучший друг упоминал проблемы с контролем гнева и что именно это могло впутать его во что-то серьезное. Позже…— мужчина запнулся, смотря на Чонгука нахмурившись. Он будто взвешивал все за и против, чтобы продолжать. Чону оставалось только непонимающе вскинуть брови и молчаливо просить говорить дальше. На самом деле младший и представить не мог, почему представитель закона так спокойно разглашает информацию. Либо он был очень уверен в деле, либо просто не особо далек умом. Гук пока не разобрался. — В общем, — продолжил Сокджин, после полуминуты молчания, — выяснилось, что он проявлял насилие к своему… — пауза, — парню… Сказать, что Чонгук был удивлен — ничего не сказать. Его глаза стали как две тарелки, а рот приоткрылся, готовясь задать тысячу и один вопрос. — Вы про Чимина? Он боялся, правда боялся ответа, но по лицу Кима и так все было ясно. Все фото Пака и Минхека ураганом пронеслись в голове парня, но теперь он уже не мог смотреть на них под тем же углом. На самого Ин Минхека не мог. — Это было не так часто, — вместо прямого ответа проговорил мужчина, стараясь сохранять холоднокровие. — Минхек и впрямь не мог контролировать вспышки ярости, а перед исчезновением они участились. Чимин-щи говорил, что он мог швыряться книгами, бить посуду, а иногда и… — он осекся, видя лицо Гука. — Люди в подобном состоянии способны поддаваться импульсам. С его счета были сняты все деньги, это зафиксировали камеры банка, так же деньги брата; его машину нашли за городом… — Чимин… он… — Чон никак не мог отойти от услышанного. — Да. Был свидетель агрессии по отношению к нему, его лучший друг, — Сокджин задумался, хмуря брови, — Ким Тэхен, вроде. Не так давно видел этого паренька, он… интересный. У Чонгука будто земля под ногами начал крутиться в разы быстрее. Ким Тэхен? Он не ослышался? Тот Ким Тэхен, который парень Хосока? Который слышал имя Чимина раз двести и ни слова о нем не сказал? — Воу, ребенок, — проговорил детектив Ким, — тебя, кажется, конкретно это удивило, но… — Детектив Ким, а Вы не думали, что жертва насилия могла… — Чонгук и сам не понял, как это сорвалось с его языка. Но мысль была логичной, она сама всплыла в его голове, которая от услышанного не могла начать нормально работать. Сокджин хмыкнул, покачав головой. — Такое и впрямь случается не редко, но мы проверили, и у Чимина было алиби на каждый предполагаемый день. Более того, я уже сказал, что дело рассматривалось под другим углом. Я понимаю, что ты удивлен и никак не ожидал, что с твоим другом… или парнем было подобное, но поверь мне и моему десятилетнему опыту, ответ на поверхности. По крайней мере в этом случае. Гук кивнул, это все, на что хватало его перегруженной системы на данный момент. Чонгук оказался в своей комнате с такой молниеносной скоростью, что даже не поздоровался с Хосоком. Вообще-то, он даже не заметил, был ли хен дома, спеша к себе. Последнее, что он сейчас хотел — видеться с кем-то из постояльцев этой квартиры. После услышанного от детектива, Гук мог думать лишь о том, чтобы поскорее оказаться дома и самому проверить услышанное. Тэхен и Чимин знакомы. Даже больше, они — лучшие друзья. Как это, черт возьми, могло быть правдой? Чонгук говорил о Чимине своему брату и Тэ сотни раз, но последний ни разу не говорил, что знает его или хотя бы что они пересекались. Нет, он слушал, периодически вставляя свои пять копеек, и улыбался этой квадратной улыбкой. Если бы Тэхен знал Пака, — и тем более фигурировал в том деле Минхека — парень сто процентов бы обмолвился об этом. Ким трещал без умолку о том, как на него свалилась ветка с кого-то дерева на протяжении недели, а про то, как он заблудился и попал в бар для байкеров так вообще месяца три. Кто-то вроде него непременно рассказал бы и о лучшем друге, и о походе в полицейский участок. Но проведя всего минут двадцать во всемирной паутине стало ясно: Ким Сокджин ничего не напутал и не обманул. Ким Тэхен и Пак Чимин закончили одну школу и общались с пеленок. Были их совместные фотки из старших классов и даже из выпускного альбома. Выпуск 2016 и два лучших друга стоящих бок о бок на совместной фотографии всего класса. Тут всплыло и еще кое-что интересное. Чимин и Тэ были ровесниками. Одногодками. Они вместе поступили в Пусанский университет. Гук недоумевающе смотрел на экран ноутбука и глупо хлопал глазами. Теперь прямо перед ними красовалась фотография 2017 года, где два лучших друга стояли у входа в главный корпус универа. Этого не могло быть. Тэхен был на последнем — четвертом — курсе, а Пак учился только на третьем. Чон всегда считал, что его парень лишь на год старшее, а тот никогда его не поправлял. Но нет. Он поступил в универ почти четыре года назад, так как он мог быть лишь на середине третьего курса? Где-то на фоне громко хлопнула дверь, вырывая парня из своих мыслей. В голове все было запутано и он никак не мог расставить все по полочкам и понять, что к чему. Чон заторможенно встал со стула, не до конца опуская крышку ноута, и вышел из комнаты. — Хей, Чонгук-и, — пролепетал Хосок, но увидев лицо младшего, нахмурился. — Ты в порядке? Парень так и застыл в проходе, пока оцепенение медленно покидало Гука. В его голове кружились мысли, словно рой мух, и ему было необходимо, чтобы кто-то расставил все по своим местам. И этим всегда занимался его хен. Может, Чон что-то упускает, и Тэ на самом деле рассказывал нечто подобное Хосоку? — Мне срочно нужно с тобой поговорить, — лишь выдавил Гук, заворачивая на кухню. — Ты меня пугаешь, — проговорил Хосок, заходя следом даже не разувшись. Наверное, лицо младшего настолько сильно говорило о неразберихе в собственной черепушке. Хен нахмурился, опускаясь на стул и ожидая, когда же Гук скажет то, что хотел. Его лицо было непроницаемым, а губы превратились в одну сплошную линию от напряжения. — Тэхен никогда не упоминал ничего о Чимине? — О твоем парне Чимине? — переспросил старший, не переставая напряженно следить за братом. — Ну, Тэ сказал, что он кажется хорошим парнем, а еще очень красивый и милый, и… — Нет, — перебил Чонгук. — Он не говорил, что они знакомы или что-то в этом роде? Если раньше лицо Чона-старшего было просто взволнованным и от части суровым, то теперь было видно, что он окончательно запутался. Губы разомкнулись, а взгляд бегал по чужому лицу. Парень явно растерялся и отчаянно пытался найти хоть какую-то подсказку о том, что Гук вообще имел ввиду. Кажется, Хо не планировал отвечать. — Я виделся с детективом, который вел дело Минхека… Хосок цокнул языком, откидываясь на спинку стула. Он явно не одобрял услышанное, но Чонгук был просто обязан продолжить. В конце концов, это от части касалось и хена тоже. — И он сказал, что Ин Минхек проявлял насилие по отношению к… — он запнулся, не смотря на брата, но мог буквально услышать как тот встрепенулся на собственном месте, — к Чимину… — Черт, — лишь сорвалось с чужого языка. — Не то слово, — Гук сглотнул. Он совсем забыл об этой паршивой детали, пока разбирался со всей этой историей о дружбе двух, казалось бы, незнакомых людей. — Но было кое-что еще. Он сказал, что свидетелем их ссор часто выступал лучший друг Чимина — Ким Тэхен… Чонгук мог поклясться, что лицо Хосока было копией его собственного, когда он только услышал об этом. Старший был наглядным примером фразы «челюсть на пол упала», не говоря уже о глазах, которые выпучились, словно пытались присоединиться к челюсти на полу. — Тэхен? Ким Тэхен?! — хоть парень и подвис, но быстро собрал себя по кусочком и недоверчиво фыркнул. — Если мы говорим об одном парне, то он бы точно прожужжал мне об этом все уши. Он не затыкался о каком-то чуваке, который спас его конспекты от полета в фонтан, чуть ли не именуя того святым. О лучшем друге я бы уж точно знал! Реакция была именно такой, как младший и предполагал. Поэтому он поднялся со своего места и через полминуты вернулся с ноутбуком и тем самым фото из выпускного альбома, а потом и поступления. — Я тоже сначала не поверил… — Может… может, они поссорились и больше не общаются? — предположил Хо. — Прошло два года с инцидента с Минхеком, может после этого они перестали дружить? Это было логично и многое бы объяснило. Многое, конечно, но не все. — А где Тэ сейчас? — Сказал, что нужно позаботиться о друге, тот вроде заболел… — Что за друг? — Чон склонил голову, смотря на своего хена. — М-мин. Минчи? — задумался Хосок и свел брови так, будто мысленно листал папки в поисках нужной информации. — Минчи? — Гук сощурился, смотря на брата так, словно он был детсадовцем пытающимся сложить два и два. — Мин? Чи? Может у него еще фамилия Пак? Старший лишь хлопал глазами, не понимая происходящего. Да и с чего Чонгук решил, что Хосок сможет помочь, если даже это для него было слишком запутанно. Они с Тэ явно были достойны друг друга. — Чи. Мин, — закатил глаза парень. — Хен, как ты мог на это повестись, ты вообще слышал когда-нибудь о человеке с именем Минчи? Понимание быстро накрыло Хосока. Раздалось протяжное «а-а-а…», а после и: — Ясно почему он так странно говорил: «Минчи Пак», я подумал, может, иностранец… Гук отказывался это комментировать. — В любом случае, — продолжил мысль Чон, — Чимин сказал, что сегодня с ним будет его сосед по комнате. — У него все еще кошмары, — кивнул Хосок, и парень не мог понять, было ли это вопросом или утверждением. — Думаешь, они еще и живут вместе? — Не знаю, — он вздохнул, не понимая всей сложившейся ситуации. После короткого и недолгого молчания, пока оба обдумывали полученную информацию, Чон-старший заговорил: — Чонгук-а, ты же знаешь Тэ, у этого должна быть причина. Он бы не стал врать или что-то придумывать, да и Чимин не похож на такого человека, — парень почесал затылок, запрокидывая голову назад. Он тоже был поражен. — Нужно просто поговорить с ними обоими. Мы оба знаем Тэхена достаточно хорошо, чтобы понимать, что не нужно спешить с выводами, когда дело касается его… Гук кивнул. Хосок был прав: он знал Тэхен и знал Чимина. Или хотелось верить, что знал Пака. Но все же, спешить с выводами и впрямь было нельзя. Особенно учитывая, что и выводов-то он никаких сделать не мог. Раздался звук оповещения, нарушая тишину кухни. Оба потянулись за телефонами, но сообщение пришло Хосоку. — Это Тэ, — усмехнулся он, — говорит, что его друг игнорирует его, читая какой-то учебник, поэтому ему скучно. Чонгук тоже усмехнулся. Атмосфера немного расслабилась, когда хен еще и показал прикрепленную фотку, где Ким надул губы и состроил какую-то непонятную рожицу. Чон сделал вид, будто все было в порядке и тоже самое сказал сделать Хосоку. И один и второй перекинулись парой сообщений со своими парнями и легли спать. Конечно, Гук не мог нормально заснуть и что-то подсказывало, что хен у себя тоже не смыкал глаз. Благо, самому Чонгуку было чем заняться. И именно это и стало причиной его бессонницы. Парень вспоминал все, что упоминал Сокджин и смотрел на заметки в ежедневнике. Комнату давно уже накрыл мрак ночи, но маленькая лампа на прикроватной тумбочке прекрасно освещала листы блокнота. Ин Минхек был обведен в кружок, шла линия к его брату Мин Юнги, к Намджукну — его другу, и конечно там было имя Чимина. Последнее ему совсем не нравилось, но он нехотя обвел его в такой же кружек и добавил корявое, написанное на весу, Ким Тэхен. Это напрягало. Вся ситуация в целом была крайне мутной, а новые пометки с карточным долгом и насилием делали картину еще хуже. Парень прикрыл глаза, чувствуя, как от напряжения подступила головная боль, а в глазах начало рябить. Он слишком много думал. Немного разозлившись на Минхека, Чимина и даже на коричневый ежедневник, Чон отбросил последний в сторону и выключил свет. Теперь ему осталось лишь ждать. День в универе тянулся до невозможного долго. Нога Гука тряслась под столом, а рука то и дело вымещала нервозность, щелкая ручкой. Он был на взводе, но почему сказать не мог. Не мог до того момента, пока не дошел в излюбленную библиотеку, чтобы сдать книгу, которую он брал на занятия, и не заметил знакомую блондинистую макушку. Чимин осторожно приоткрыл дверь, не замечая, что Гук стоял в нескольких метрах позади него. Пак прошмыгнул внутрь, дверь за ним закрылась, а парень, наконец, понял, почему так нервничал еще с момента как разлепил глаза под звон будильника. Он не хотел сталкиваться с Чимином. Совсем. Если спросить: почему, почему он не хочет встретиться со своим парнем, Гук не ответит. Вообще-то, волнение о старшем немного жгло где-то в районе солнечного сплетения. Хотелось спросить, как прошла ночь и не снились ли ему кошмары, а если снились, смог ли Тэ успокоить его так же, как всю эту неделю успокаивал он. Но вот видеть его совсем не хотелось. Парень на пятках развернулся, поспешно отводя взгляд от двери в библиотеку, и практически побежал прочь. Книга, которая была в правой руке, ощущалась какой-то непосильно тяжелой, будто упрекая Чона в его трусости. Чимин пришел в здание его факультета, хотел сделать приятный сюрприз, а младший готов был отдать все, чтобы сейчас тот его не увидел, быстро уносясь прочь. Гук не заметил, как оказался дома, а входная дверь с гулом захлопнулась, позволяя ему облокотиться на гладкую поверхность. Парень впервые в жизни был по-настоящему рад, что до квартиры можно было добраться пешком, а заодно и проветрить голову. Конечно, он совершенно ничего не проветрил, быстро перебирая ногами и чувствуя шумящий пульс в собственных ушах. Зато теперь ему не казалось, что Чимин преследовал его. Или это был не Чимин, а его собственные мысли. В любом случае, все это осталось там — за дверью. — Хосок, если это ты, — раздался громкий низкий голос на всю квартиру, — то, надеюсь, ты купил медовые хлопья, потому что я видел, что ты сожрал всю мою заначку! И с каких пор ты вообще по кастрюлям шаришь? — Это не Хосок, — отозвался парень, скидывая обувь и проходя вперед. В ответ послышалось лишь сконфуженное «оу». Тэ сидел на диване и, видимо, залипал в телефон, пока Чонгук не нарушил его спокойствие. Он задался вопросом, дал ли хен ему ключ, или Тэ уже давно научился пробираться через окна четвертого этажа. И он не удивится, если все-таки последнее (у Хосока была какая-то непонятная привычка оставлять практически все окна открытыми, когда он уходил). — Чонгук-а, — улыбнулся Ким, — а где твой брат? Он ушел в магазин и забыл телефон. Я, конечно, отправлял ему телепатические сообщения о моих хлопьях, но он сегодня какой-то странный, поэтому не удивлюсь, если он их не получил, — пожал парень плечами. Гуку оставалось лишь хлопать глазами. Он-то думал, что привык к Тэхену и его замашкам, но тот никогда не прекращал удивлять. Вообще-то, эта непосредственность старшего могла сыграть на руку Чонгуку. Говорить с Чимином он пока боялся, парень может начать увиливать и врать, он всегда был хорош в том, чтобы менять маски и скрывать истину, а вот Ким был совершенно другим. Будто открытая книга. — Слушай, Тэ, — начал младший, после минуты ступора садясь на свое излюбленное кресло, — мне нужно у тебя кое-что спросить, но ты должен пообещать, что ответишь честно. Парень напротив кивнул, склонив голову и молча предлагая продолжить. — Ты ведь знаешь Чимина? — старший отвел взгляд. — Я тут узнал, что вы с ним лучшие друзья… — Будет глупо отнекиваться. — Тогда почему… — он не продолжил, не зная как правильно сформулировать. — Ну, это началось давно, а потом прекращать было уже поздно, — на этих словах Гук нахмурился, смотря на совершенно расслабленного Тэхена. — Ты можешь не знать, но бывший Чимина был козлом… — Да, Минхек, — перебил Чонгук, кивая. — Он пропал, я в курсе. И о том, что он был агрессивным. — Да, — тихо подтвердил тот, закусывая нижнюю губу. Ему явно не нравилось вспоминать об этом. — После всего произошедшего у Чимина начались не лучшие времена, он даже взял перерыв после второго курса. Гук мысленно кивнул. Хоть что-то начало проясняться. Пак взял перерыв после инцидента со своим бывшим, за это его никто винить бы не стал. Тэхен продолжал, нервно заламывая пальцы: — Мы с ним созванивались и встречались весь пропущенный год. Не уверен, чем все это время он занимался, но ЧимЧим говорил, что ему нужна передышка, — уголки губ Чона дрогнули в легкой улыбке на милом прозвище. — Я же начал встречаться с Хосоком, зависать у него, и познакомился с тобой. Ким замолчал, смотря на него из-под ресниц. Парень состроил такое выражение лица, что Гук не мог его разобрать. Губы надулись, а брови сошлись. Он злился? Был расстроен? — Ну я и подумал, что такой человек как ты отлично бы ему подошёл. Умный, добрый и заботливый. Идеальный вариант, вот я и рассказал о младшем брате своего парня Чимину. Показал твои фотки, знал, что ты в его вкусе. ЧимЧим никогда не мог противостоять горячим парням с прессом, мышцами и так далее… — он закатил глаза, продолжая: — Потом, когда он решил вернуться, я настоял на том, чтобы вас познакомить, но этот упертый баран продолжал отказываться, говоря, что это странно. Тогда-то я его и отправил в библиотеку, в которой ты зависаешь, попросив Хосока сделать тебе лишний вечерок на свежем воздухе. Лицо Гука прекрасно отражало то, что творилось в его голове. Он был растерян и сконфужен. Все, что он знал об их отношениях и о них, оказалось выдумкой. Они не встретились случайно, Пак уже знал его, когда подсел. Старший знал его брата, знал Тэхена, и непонятно сколько слушал рассказы последнего о Чонгуке. Это было странно, но не так странно, как то, что парень успел надумать себе за ночь. История казалась запутанной и очень в стиле Тэ. — Тогда почему ты делал вид, что не знаешь его? — спросил Чон. — Чимин-и сказал, что так будет лучше. Он не уточнил, почему именно, но если он говорит что-то сделать, то лучше прислушаться. Он всегда знает, как правильнее, поверь мне. Каждый раз, когда я пренебрегал его словами, это выходило мне же боком, — он запнулся, пожимая плечами. — Тем более, Чимин мой лучший друг, мне не сложно было сделать это для него. Можно понять, что вся эта истории могла отпугнуть тебя, а вы выглядели таким счастливыми вместе. Мин-и этого заслуживает. Тэ оставался собой. Как Хосок и говорил, он никогда не сделает ничего во вред другим, всегда думает обо всех вокруг. Гук мягко улыбнулся. Тэхен был прав, Чимин заслуживает быть счастливым. Чон был так одержим этими загадками в деле Минхека, что забыл через что прошел его парень. Более того, этот Ин был мудаком и можно только догадываться, чего натерпелся Пак в тех отношениях. Нет ничего зазорного в том, что сейчас он старался сглаживать углы и был вдвойне настороженней, скрывая что-то и порой закрываясь. Наверное, Чонгуку стоит уделить больше времени Чимину, а не какому-то козлу, о котором даже родной брат не вспоминает. Может, Мин Юнги, детектив Ким и сам Пак были правы, и Минхек просто сделал ноги. В конце концов, парень не отличался собой порядочностью и чувством морали. А вот Чимин отличался. Чон еще раз мягко улыбнулся Киму, заверяя его, что все в порядке, и прося не говорить ничего Паку. Он сам с ним об этом поговорит. Гук встал с кресла, направляясь к себе и выуживая телефон. Теперь его побег из библиотеки стал ощущаться еще хуже, и он собирался это исправить, набирая номер Чимина.