И долго ты там будешь стоять?

***

— И долго ты там будешь стоять? — раздалось позади Цепеша. — Будто впервые клыки увидел, ей богу. — Ну-у, Крул..., — немного жалобно протянул Юичиро. — Ты ведь знаешь... Что да... Ха-ха. Ауч.       От зеркала его быстро прогнали, а затем и вовсе ударили по макушке. — Отойди, мне тоже нужно приукрасить себя. Не просто так же я беру тебя с собой на этот, чёрт бы его побрал, банкет. Так что, раз уж ты уже готов, можешь проваливать к остальным...

***

— Они ещё живы, — слизал кровь с губ вампир. — Но надолго ли? Как считаешь?       Сейчас Юичиро осматривал этот зеркально мраморный, с золотыми вставками, просторный зал. Казалось, он может вместить, по меньшей мере, около пары сотен человек.       Но, к сожалению, этот невероятно красивый зал сейчас мог стать могилой для всех детей, что находятся сейчас здесь. Присмерти...       Он понял, что они совершили ошибку. Слишком наивно было полагать, что так легко обдурить многолетнего вампира, особенно Прародителя и особенно Ферида... — Должен сказать, вы действовали слаженно. Даже уменьшенный караул не заметил вас. Хвалю. — Батори всё никак не замолкал, ему до жути весело наблюдать за отчаянием на лицах детей.       Некоторые потеряли сознание, от резкой потери крови. Некоторые лежат, стараясь не шевелиться, от боли, которую причинил им вампир.       Микаэла был в числе тех, кто просто потерял сознание, в отличии от знатно потрёпанного Юичиро. Сейчас Хакуя чуть ли не на силе воли стоял, немного пошатываясь. Он не мог сделать абсолютно ничего. Он слаб...       Даже пистолет в руках был бесполезен... А начиналось всё так хорошо... Планы. Планы на будущее, на свободу... Всё это глупые фантазии... Юи это понимал, но надеялся... Надеялся на Чудо... Которое не могло случиться.       Ещё там, в приюте, твердили: «Жизнь далеко не справедлива». — до боли заезженная цитата, но Хакуя не по наслышке познал всю несправедливость жизни.       Родители... Всего одно слово, которое должно означать тепло, заботу, и вообще отдавать приятными воспоминаниями. Но для Юичиро это слово ассоциировалось с болью, предательством, разлукой. — Упс..., — проронил вампир, пока грудная клетка Хакуи была пробита насквозь. Ещё немного, и сердце ребенка можно было бы ловить за несколько десятков метров от тела. — Кажется, первая смерть за тобой, только не обижайся. — Кха..., — успел лишь отхаркнуть, поступившую к горлу, кровь Юичиро.       Микаэла, едва пришедший в сознание, увидел как Юу, его дорогой брат, сломанной куклой падает на руку Батори. Из всех эмоций, которые вообще были у еле удерживающего сознание Микаэлы, он смог пустить лишь одинокую слезу, которая пересекла почти всё лицо мальчика, впитавшись в одежду «скота».       Силы Хакуи постепенно иссякли, его глаза помутнились, а зрение и вовсе потемнело. Казалось, что он отправится на небеса, ведь смерть уже достигла его... Но...       Как иронично бы ни было, случилось Чудо. По другому и не назовешь эту ситуацию. Казалось бы, смерть услужливо подставила свою косу к столь беззащитной и такой манящей шее, а уже жизнь готова и вовсе покинуть бренное тело...       Но явилась она. Королева. Сильнейший вампир Японии. Третья Основательница. Можно ещё много титулов ей приписать, но ясно лишь одно. Ферид не ожидал такого поворота. Об этом говорило его скривившееся лицо. — Какого черта здесь происходит? — Тоном, не терпящим возражений, спросила Цепеш. — Я лишь устраняю побег, моя Королева. — Обернулся и поклонился Батори, но звук падающего тела был слышен, почти, на весь зал. — Ох, вот как... И именно за этим ты и оставил минимум одного Серафима присмерти? — Ни глаз Ферида, ни любой другой не смогли уловить резкого движения вампирши, уже готовой снести голову, столь отвратительному, вампиру перед ней.       К сожалению, и уж точно не к счастью, Батори обошёлся лишь оторванной рукой, которую быстро прирастил обратно. — Прочь, — Ферид попытался, как можно быстрее, ретироваться, но, кажется, слишком медленно, а ведь Королева не терпела медлительности, — немедленно!       Милое лицо «девочки» покрылось гримасой гнева, а Прародитель улетел далеко за десятки метров где и скрылся в глубинах зала.       Вскоре Крул Цепеш, она же Королева, начала осматривать повреждения ненаглядных Серафимов, и увиденное её мало чем порадовало. — Тц. Чертов Ферид, — с отвращением буркнула она. — Знала же, что нельзя ему доверять. Оу, ты ещё жив?       Юичиро лишь видел смутный силуэт, а так же красные глаза, которые, казалось, будто светились во тьме его взора. — Ты хочешь жить? — Спросил женский голос, но у Хакуи не было сил на ответ. Хотя он и не требовался.       На губы Юи опустилось что-то мягкое и влажное. А затем он почувствовал жидкость во рту. Самостоятельно он не мог проглотить её, и девушке пришлось насильно заставить его выпить это. Это была кровь.       Кровь, которая и изменила его. Та кровь, которую он поклялся стереть с лица земли... Кровь вампира...       А затем всё его сознание поглотила боль. Он не смог долго держаться, и просто выпал в небытие...

***

      Очнулся Хакуя... Где-то...       Просторная комната, очень дорогая и очень большая комната. По другому это и не описать.       Сосредотачиваясь на себе, Юичиро понял, что раны нет. То есть её вообще нет, будто её и не наносили вовсе. Он цел. Он жив.       Мысли сотнями метались в голове, пока он вспоминал события, которые помнил последними.       Побег, неудача, Ферид, смерть. Нет, он жив. Значит он точно не умер. Юичиро продолжал вспоминать, пока не понял, что уже давно всё вспомнил, но отказался принимать.       Помощь от вампира, что же могло быть хуже для Хакуи?       Он поднялся с кровати, на нём больше не было одежды «скота», была лишь дорого сшитая одежда. Контраст между статусами теперь был ясно виден... Если ты человек... То...       Дверь открылась, в неё вошёл... Микаэла, больше не в одежде «скота». — Мика! — Юу!       Они моментально побежали к друг другу, точнее один из них. Хакуя, не расчитав сил, сбил Микаэлу с ног, и тот выронил предмет, что нёс с собой. — А-т-т... Больно. Аккуратнее. — Прости-прости. Так ты жив?! А что с остальными? — Живы, все живы..., — легонько улыбнулся Мика. — Благодаря Королеве... — Фух, я уж испугался... Кстати, а где это мы?

***

      Расспрашивая Микаэлу обо всём, что произошло за время его отключки, Юичиро понял, что стал вампиром... На попечении у самой Крул Цепеш! Его этот факт не особо прельстил, но он готов проглотить все возмущения, за сохраненные жизни своей семьи...       Кто же тогда знал... Что, казалось, ненависть ко всем вампирам, обратится во влюбленность, затем в привязанность... А потом и вовсе любовь к одной из них?       Верно... Никто... Кроме, наверное, Микаэлы...